Неделя

— Отлично, но как я буду следовать пути, если у меня нет ног? Я могу только думать и это все что я сейчас могу, я мертв!

— Смертные, такие смешные, вы осознаете данность. Но не думаете о том, что может случиться и как из этого выйти.

Улыбка проскользнула по испещренному шрамами и кровоподтеками лицу Беллума.

— Тебе нужно отдохнуть, смертный. А Утром мы с тобой поговорим.

Он волок мой дух в то место, откуда я начал свой путь сегодня. Подошли к дверям он швырнул как тряпку меня на пол и развернувшись побрел обратно.

Мир стал меркнуть, краски терялись. Может ли уснуть душа? Могут ли ей сниться сны?

Все потемнело, и пришло облегчение. Я уснул. И будет ли завтра? А посмотрим, да и мне совершенно плевать. Кончился второй день. А завтра, будет завтра.

День 3

Рекой крови смывается смысл.

Утро не заставило себя долго ждать, открыв глаза, я вновь почувствовал себя живым. Руки и ноги были на месте, все та же обгрызенные доски смотрели на меня ощетинившись щепками. Я привстал, утро было таким же, как и вчера.

Только не было Исурия. Его место занял огромный мужчина, с кровоточащими на лице шрамами, лицо было изрыто морщинами вперемешку с кровавыми подтеками. Мужчина угрюмо смотрел на меня, если бы не глаза, которые

сверлили меня,модно было сказать, что это статуя.

— Беллум. Меня так зовут.

Видимо мой молчаливый взгляд подтолкнул его у разговору.

— Я пришел, что бы познакомить тебя со следующим испытанием, смертный.

— Снова испытания? А что было вчера? Почему я будто умер? Я видел свое тело, я не мог им управлять, но я был в разуме.

— Тебя убили. Ты был бесплотным духом, но я не во власти оставить тебя в этой ипостаси. К сожалению.

— Такое ощущение, что вам четверым под силу все. Один морил меня голодом. Ты вытащил из меня душу, потом засунул. Я уже не знаю, что мне ждать дальше.

— Скоро ты узнаешь, осталось совсем немного. Сегодня я познакомлю тебя с тем, что погубило миллионы людей, смертный. Ты познаешь боль. Страх. И все что сопутствует войне.

— Я так и понял, меня тащат и тащат, куда и зачем я не пойму.

— А я и не обещаю тебе, что ты поймешь. Ты должен все это ПОЗНАТЬ!

Он оскалился, зубы его были колоты, острые осколки торчали из десен и резали плоть. Кровь сочилась из ран.

— Прощай, смертный, мы скоро увидимся.

Беллум встал, и медленно вышел из комнаты. Точь в точь так же как это сделал Исурий. Я усмехнулся. Пробормотав про себя, что, наконец, меня оставили одного и можно пойти поймать рыбу и двигаться в путь.

Но голода не было, и я решил так и пойти, не отвлекаясь на еду. Может все же будет когда то конец, этому безумному пути.

Я шел, солнце светило мне в спину, птицы щебетали в небе и на деревьях, все было безумно красиво, пылающе - красиво. В один момент я забыл о

происходящем сатанизме, и немного успокоился, обрадовавшись мелкой белке, которая сидела на ветке дерева и пыталась расколоть орех. Увидев меня, она замерла, защитный механизм животного. Но лишь я прошел, она вновь занялась своим нехитрым делом.

Впереди послышались голоса. Что? Люди? Судя по голосам, там было много народа. До меня донесся запах жареного мяса и веселый смех. Я целенаправленно двинулся на запах. Зайдя недалеко в лес, я обнаружил небольшой лагерь. Судя по всему, это были солдаты, людей тут было от силы человек 50. Я осторожно подошел к группе, которая стояла ближе всего ко мне.

— Здравствуйте.

Люди оглянулись, но похоже не увидели во мне опасность. Один из них подошел ко мне и спросил:

— Назови свое имя и цель твоего нахождения здесь.

— Меня зовут Дмитрий, я путешественник, иду по побережью, без какой либо конкретной цели. Давно не встречал людей… к тому же военных и говорящих на моем родном языке.

— Отлично Дмитрий. Ты наверняка проголодался. Как долго ты в пути?

— Около 4 лет… я путешествую по миру, можно сказать, что я отшельник, но бродячий. Крайне редко, остаюсь на одном месте на долго.

Военный округлил глаза, его очень удивил мой рассказ. Он жестом дал понять, что бы я отставал на месте, а сам пошел к группе людей в офицерской форме.

Спустя 10 минут ко мне шло уже несколько офицеров и тот самый мужчина.

— Здравствуйте, Дмитрий. Меня зовут Игорь. Я руковожу миротворческой операцией в этих краях.

И действительно, я только сейчас заметил голубые повязки у них на плечах с надписью МС.

Игорь был приятным на внешность мужчиной с приятным лицом и грубым, но добрым голосом. Он напомнил мне моего деда в лучшие его годы.

На мгновенье на меня накинулись воспоминания… Поля, дед везет меня не своих плечах и рассказывает о том, как служил в армии, как они в составе

миротворческой бригады, охраняли город, близ моря... СТОП!

Моего деда звали Игорь. Прибрежная зона. Знакомый, приятный голос. У деда был шрам на ухе. В детстве, он упал с кручи и пока катился вниз, разодрал левую мочку. Она была похожа на змеиный язык, немного вытянутая и раздвоенная с острыми кончиками.

Температура вокруг поднялась на сотню градусов, когда военный повернул голову. И его ухо было разрезано надвое….

Во мне началась война. Чувства сменяли друг друга, боролись и рвались наружу. Я держался, не подавал вида, но молчал и бороздил взглядом человека, стоящего передо мной. Голубые глаза, уверенный взгляд, родинка под левым глазом, черные, вороные волосы. Все это было один в один как у моего деда. Игоря Сергеевича, подполковника, полжизни отдавшего армии…

— Какие-то проблемы?

— Нет, простите, просто вы очень похожи на моего знакомого. Я слышал запах костра. Позволите ли Вы мне немного перекусить?

— Конечно, Сержант Фролов проводит вас к огню, и покажет, где вы можете заночевать. При условии, что вы не будете болтаться по лагерю.

Сержантом Фроловым оказался мужчина, который подошел ко мне. Он улыбнулся и повел сеня к огню.

— За полтора месяца, что мы тут стоим, мне наскучили одни и те же рожи, ты не представляешь как я рад тебя видеть, незнакомец!

Лицо Фролова сияло и он жаждал поговорить со мной. Я не отказывался, я солча, про себя боролся с чувством подмены. С чувством того, что все это фальш и игра Исурия с Беллумом, а так же еще двух их спутников, но радость общения,за долгие годы накрывала меня с головой.

— Расскажи мне о своих путешествиях, где ты был, что видел?

Мы расположились у костра, я раскинул спальник и сел на него. На улице вечерело. Лагерь был буд то муравейник, все бегали, что-то делали, кто-то просто стоял. Разношерстный народец, тут обитал. Как по одежде, так и по

национальности. С разных сторон звучали голоса на разных языках, в том числе и на моем родном.

— А мне нечего особо рассказывать, простой парень, который решил уйти из дома и посвятить жизнь себе. Где я был? Да где я только не был, всех городов и

поселений я не могу запомнить физически. Прошел я за это время полмира, точно. Людей особо не видел, жил в палатке в глухих лесах и побережьях.

Отдавался природе.

— Наверное сложно, так вот, идти в никуда, без денег и знакомств.

— Проще чем с деньгами и знакомствами. Тебя не могут ограбить, у тебя ничего нет, в тебе не видят опасности, тебя всегда хотят накормить и помочь.

— Хорошо это все. Романтика… вот закончу службу и тоже пойду в путешествие.

— Да, обязательно поживи в лесу. Разум прозревает и очищается сознание, современные гаджеты, алчность и прочее встают на задний план.

Сержанта позвал офицер и он распрощался со мной, он явно был не доволен прекращением разговора, но пообещал утром принести мне немного алкоголя и еще немного поговорить.

Когда он ушел, я устремил взгляд в костер. Мысли одолевали меня, но я решил немного поспать. День пролетел незаметно, дорога, встреча, разговоры.

Дед… я попал в прошлое? Как это понять…может я все напридумывал…

Меня не оставляла мысль о наркотическом опьянении, но уж больно реально и осязаемо выглядел мир вокруг меня.

Сон не шел. Пламя костра медленно поднимало температуру моего тела, не дав мне замерзнуть. Кружка с горячей водой покорно набирала в себя тепло углей и вот уже пузырьки затанцевали на некогда глади воды. Я достал кулек с травяным чаем и бросил его в воду.

Так, в раздумьях я пролежал еще около часа, смена чувств очень вымотала меня, и я решил поспать. Тем более в сборе была мята и пустырник они немного

успокоили мои нервы и глаза стали закрываться.

*Если бы я знал, что произойдет позже, то ни в коем случае не смыкал бы глаз, но кто мог угадать, что Беллум построит свои козни именно в тот момент, когда я полностью отрекся от этого мира и ушел в покои Морфия.

Сон накрыл меня пеленой и успокоил Прижавшись нежным волокном,

Себя таким я так и не запомнил

Себя в себе я чувствовал волком…

День 4

«Выстрелы, взрывы, и снова я в боли, и снова бежать, а смысл…?»

Отдых мой длился не долго. Утром, с рассветом, на лагерь напали, кто и что, не понятно, вереница лиц, людей с оружием и без. Страх, крики, боль. Я вскочил, оставив все свои пожитки около костра. Пришло время спасать свою не очень драгоценную шкурку. Я бежал, пробираясь сквозь кусты, людей, живых и убитых. Я весь был в крови, своей и чужой. Мысли сменяли друг друга: убьют, нет, не убьют, тут не умирают, гранаты, взрывы, страшно.