Олег. Тени настоящего

А дальше вообще пиздец начал происходить…

Мы двинули к хате Тишка – я, Альфа и Феликс. Вроде как Серега уговорил-таки Марка слить нам доки. А я всю дорогу проклинал свою идиотскую улыбку, растянувшуюся во всю рожу. Хорошо хоть ехал в отдельной тачке, иначе пацаны бы мои мысли считали в момент! Они и так уже косятся, мол, что это я вечно где-то пропадаю. А тут бы точно поняли, что к чему. Получаю эсэмэску от маленькой, которая меня, как школьника, на чистую воду вывела, и от этого аж зубы сводит.

Её это «Я тебе нравлюсь?» – такое наивно-детское, аж до мурашек!

«Нравится…» слово нихуя не подходящее! Вообще не отражает и сотой доли того, что я чувствовал! Меня в тот момент на неё как на гребаный магнит притянуло! Колбасило так, что почувствовал себя этим… как его… ёбаным, Ромео, блядь!

И вот тут я и совершил свою первую эпическую ошибку. Ляпнул, что примчусь к ней сразу, как только с её бывшим хахалем разрулю. Знал бы я тогда, что эта безбашенная вытворит…

Примчалась ведь, словно за ней сам черт гнался! И картина маслом: первая встреча, часть вторая, блядь! Альфа только доки схватил, а она уже влетает в дом, как маленький, но чертовски разрушительный торнадо! Бесшумный ураган гнева, который мои нервы разносит в клочья. Серега по моей реакции сразу просёк, что к чему. Да и как тут сдержаться? Хотелось схватить её, закинуть в багажник и увезти на край света, лишь бы подальше от Сереги.

Я по его взгляду всё понял без слов. София для него не просто девка хмыря Марка, а ходячая проблема, которую нужно немедленно устранить! Срочно! Что бы дело наше не загубила!

Единственное, что хоть как-то примиряло с ситуацией — устранить её требовалось мне, а уж какими средствами — то дело десятое!

Но стоило Альфе и Феликсу раствориться в воздухе, как напряжение подскочило до потолка! Этот глист Марк пылить стал не на шутку! А когда до него дошло, что это я — тот самый парень, что утащил её с той проклятой вечеринки, тут его и понесло! Кипел яростью, плевался сарказмом, как верблюд! А когда он посмел коснуться моей Софийки, руку ей на плечо положил, я готов был в ту же секунду отгрызть ему к хуям эту конечность! Зверь внутри взбесился, словно в клетке пожар начался! Еле сдерживался! Нельзя было сейчас оборотню гулять, пока моя маленькая рядом!

Моя! Вот так, блядь! И ни как иначе!

А эта гнида все никак не заткнется! Несёт что-то про Софию, и тут вдруг — БАЦ! — она ему такую оплеуху отвешивает, что у меня в голове все винчестеры разом перезагружаются! Этот урод, Марк, сдачу ей прописывает, и меня кроет! Мгновенно!

Очухиваюсь от того, что передо мной испуганное личико моей маленькой! Глазища зелёные, как два изумруда, смотрят на мой нависший кулак! За её спиной этот хмырь пыхтит, кровь из носа хлещет, он ее ладонями ловит! Внутри одно желание — добить! Прикончить прямо здесь и сейчас! Оружие в тачке! Метнуться туда и обратно — пара минут, и этот пёс сдохнет прямо здесь! Но смотрю в эти зелёные глаза, и ярость испаряется, как будто она моего зверя гипнотизирует! Ну, точно ведьма!

Хватаю её и в мгновение ока вылетаю с ней на воздух! Пакую её в машину, на автомате пристегиваю ремнём безопасности. Влетаю в машину, как угорелый, и срываюсь с места! Теперь одна мысль — увезти её подальше отсюда! Подальше от этого придурка! Подальше от крови!

Что-то рыкнул ей, когда только в тачку заскочили, типа — сиди тихо!

И она, впервые меня послушалась! Кажись, так её напугал, что она даже дышать перестала! Лишь изредка ловил её взгляд, яростный и немного испуганный. С какого перепугу она яростью пышет, сначала вообще не вдуплил, разобрался только когда из машины вылетел вслед за ней. Бесит её, что она в этой мутной истории с документами разобраться не может! То ли за этого барана тупого волнуется, то ли просто любопытная до чертиков! Приходится рассказать ей, как для нас эта земля важна, что Тишко старший себе нелегально приватизировал. Выдыхаю, когда она успокаивается. Самому даже спокойнее становится, словно она меня своим настроением заряжает.

Затаилась робкая надежда, что перестанет моя строптивица Альфе на глаза попадаться, словно магнит, притягивая его волчье внимание. Иначе…

Даже думать не хотелось, что может Серега сделать. В нашей стае давно уже правило — серьезные отношения не заводить. Опасно это. История наших родителей — тому печальное подтверждение. Одинокого волка на крючке хуй возьешь, сегодня здесь, завтра уже развеял след. Ничто не держит, кроме ветра в гриве. А отношения… это кандалы на лапы. Любой враг за эти узы ухватится, как клещ. Как представлю мою кроху в грязных лапах врагов, сердце обрывается. И спроси меня тогда, что выберу я, стаю или её… да я бы и секунды не сомневался! Её! Мою девочку!

Когда напряжение отпустило, решился поднять вопрос о той ахинее, что Марк нёс. Из всего словесного поноса уловил одно: София с ним не спала. Не трахалась с ним. Совсем.

Я так и прихуел когда положительный ответ её слышу! Внутри буря эмоций, гремучая смесь восторга и паники. С одной стороны, ахуительно это, что моя малышка еще девственница, ведь представлять её под кем-то другим было чертовски больно. А с другой стороны — холодный пот по спине градом катится. Ведь я сам… чуть в подъезде не сорвался!

Ору в себя, но потом я не сдержался, сорвался и на неё. За то, что молчала! Скрывала! Да и права она, конечно, когда бы она такую информацию мне вывалила? Она то блюет, то мы орёмся как ненормальные!

Но когда она выдала причину своей невинности, меня словно молнией прошило. Смотрю на это чудо маленькое и не верю, откуда в этой очаровательной головке такие взрослые мысли?!

Оказывается, секс для нее — это таинство, блядь, обмен душами! А свою она отдаст только тому, за кого жизни свое не пожалеет…

Всё. Финиш. Контрольный в голову! Вышибает меня окончательно! То, что раньше треснуло, рассыпалось в пыль. Рухнуло всё мироздание, до основания! Крышу снесло напрочь! Хочется схватить её в охапку, унести на край света и спрятать. Как дракон — принцессу! Что бы никто, слышите, НИКТО даже взглянуть на нее не смел! Моя она! Только моя!

Потек, бля, Ромео… потек окончательно и бесповоротно…

Контроль над стояком был потерян безвозвратно! После «подъездного инцидента» он вообще зажил своей, совершенно бесстыдной жизнью. Стоило ему узреть эти дьявольские кудряшки, эти огромные, как блюдца, глазища, как в нём просыпался вулкан страсти! А когда я её целую, когда сминаю в объятиях, словно тесто, — всё, тушите свет, вешайтесь! От каждого её вздоха по моим венам расползается этот сладкий яд, это незнакомое доселе чувство. Что-то на грани безумия, одержимости, маниакального стремления защитить, уберечь её от всего зла мира! Кажется, я готов горы свернуть ради этой чертовки!