Эстал: Черно-Белое. Часть 2

За определенную сумму он готов привезти или увезти что угодно. Тогда-то Лоссен и узнал стоимость их билетов до Тамании – восемь тысяч золотых за каждого. Тяжело быть Клинком. Обычный человек может сесть на официальный корабль всего за две сотни.

Их путь только начался, поэтому рано или поздно, но они наберут нужную сумму.

Уже вечер. Эске, как всегда, нашла небольшое лесное озеро. Лето в самом разгаре. Вокруг буйная растительность. На десятки километров вокруг ни одного человека. Зеленую красоту вокруг наполняют разнообразные звуки лесных обитателей.

Безрукавка улетела куда-то в сторону. За ней последовали сандалии и штаны. Разбрызгивая воду, хрупкая девушка с золотистыми волосами вбежала в озеро. Скрылась под водой и вынырнула где-то посередине.

– Сэн, давай сюда! – крикнула она своим звонким голоском.

Он покачал головой. Сегодня нет особого желания плавать. Он снял с плеча рюкзак и начал собирать хворост. Примерно через полчаса на небольшом костре жарились несколько кусочков мяса – вчерашняя оленина. Не съедят за сегодня – придется выкинуть…

Аромат наполнил лес. Эске неторопливо подплыла к берегу. Почему-то вспомнилась их первая встреча… Тогда он также сидел на берегу, пока она плавала…

– Сколько мы уже скопили? – поинтересовалась она, лежа по горло в воде.

– Не так много, как хотелось бы, – усмехнулся юноша.

– Я спросила «сколько»! Ты должен назвать цифру! – обиженно фыркнула она и рукой запустила в него водяные брызги.

Черные когти промелькнули перед глазами. Капли крови упали на траву…

Лоссен встрепенулся. Что это было? Показалось? Он посмотрел в озеро. Обнаженная Эске нежно улыбалась и выжидающе смотрела.

– Ладно, – тяжело вздохнул он, запуская руку в поясную сумку. – Сейчас посчитаю…

В небольшом кожаном мешке послышался звон. Юноша высыпал монеты на траву. Золотые и серебряные. Есть еще бронзовые, кажется, но они не в ходу. Их уже давно никто не использует…

– Двести двенадцать… – громко произнес он, собирая монеты в мешок.

– А нам надо шестнадцать тысяч? – спросила Эске.

– К сожалению, да… – кивнул он, открывая поясную сумку.

На дне что-то лежало. Лоссен взялся за цепочку и потянул из сумки. Вслед за ней он вытащил кулон в виде меча с желтым камнем. На нем, зацепившись, висел еще один – рубиновый. Как две треугольные пирамиды, склеенные основанием…

Юноша непонимающе смотрел на них. На обратной стороне маленького меча была гравировка – «Эске».

– Эс, – растерянно позвал он. – Зачем ты отдала мне свои кулоны?

Но когда он посмотрел на нее, то увидел, что оба кулона на ее шее. Что же тогда он держит в руках?

Боль на левой стороне лица, словно кто-то оставил там два шрама. Точно, был бой… Только Лоссен хотел тогда сам умереть, а не отнимать жизнь. Почему? С кем он сражался?

Два кулона. Откуда они? Селена… Она их вложила ему в руку, когда… сожгла тело…

Араксис! Она стала араксисом. Внутри все сжалось и заболело. Эске… мертва!

Тогда, кто перед ним? Белый Сновидец… точно! Это он контролирует его разум! Как выбраться из этой иллюзии?

Лоссен еще раз взглянул на Эске. Она продолжала смотреть на него влюбленными глазами. А нужно ли выбираться? Может, стоит остаться тут?

Кулоны в руке словно обжигали. Кто посмел использовать воспоминания об Эси против него? Она не оружие, не инструмент!

Внутри все закипало от ярости. Этот белый Сновидец. Он заплатит! Если Лоссен вырвется из этой иллюзии хоть на мгновение, он убьет его. Чего бы это ни стоило!

Красный кулон словно откликнулся на эмоции Лоссена, вспыхнув ярким пламенем. Мир вокруг замолк, словно исчезли все звери и птицы. Деревья исчезали одно за другим, оставляя после себя звенящую черную пустоту.

Эске продолжала улыбаться, растворяясь в небытии. Снова он теряет ее. Эта боль… сводит с ума. Хочется выть, рвать все вокруг и самого себя, лишь бы заглушить ее.

И сквозь эту боль Лоссен увидел солнечный свет и кроны заснеженных деревьев…

***

Рагарл только закончил связывать Мясника. Он отошел, чтобы подвести лошадь. Сейчас придется поднапрячься, чтобы взвалить пленника ей на спину. Все прошло строго по плану.

Однако, Сновидец услышал рычание за своей спиной. Он резко обернулся. Мясник разорвал веревки. Как так? Он во сне такой буйный?

Но их взгляды встретились. В темно-зеленых глазах с вытянутыми зрачками было лишь безумие. Сейчас пленник напоминал раненого хищника, загнанного в угол.

Рагарл отбежал назад, вставая на свою печать. Еще немного она поработает. Руны зажглись, ускоряя его сознание. Итак, что дальше?

Раз привести живым не получилось, придется сражаться насмерть. В этом случае правила допускают устранение цели.

Сновидец обратился к Бездне. Ее поток сквозь стигму на сердце устремился к его рукам. С пальцев сорвалась молния. Рагарл много раз практиковал этот прием, потому почти всегда попадал в цель.

И сейчас мощный разряд поразил его противника. На Мяснике одежда начала дымиться. Тот медленно поднялся, словно не ощущал боль, но и не до конца понимал, где он находится.

Еще разряд. Тело Клинка будто поглотило его. По всему телу Мясника заискрили молнии. Белые. Явно не от способности мэтра. Нужно еще раз взять под контроль его разум.

Но как бы Сновидец не пытался, он словно сталкивался с незримой стеной.

– Нехорошо… – пробубнил Рагарл, стараясь не поддаваться панике.

Из поясной сумки он отточенным движением извлек пару черных перчаток с кристаллами кварца. Менее секунды, чтобы надеть и активировать.

Мясник уже на ногах. Кажется, он полностью пришел в себя. Но почему на него не действуют сны? Снова какая-то уловка? Сомнений быть не может – это однозначно оружие Культа!

Пальцы быстро складывали печать. Огромный кусок скалы возник перед Сновидцем и устремился вперед. Но едва он оказался рядом с Мясником, возникла белая вспышка.

Камень разлетелся на обломки. В руке Клинок сжимал огромный белый меч, покрытый белыми молниями. Откуда он его достал?

Но теперь Рагарл знал, как Мясник убивал своих жертв. В ближнем бою. Сновидец сложил еще одну печать, создавая каменный меч. Покрыл его слоем льда, придавая заточку.

Мясник рванул вперед. Быстро. Даже с ускоренным мышлением Рагарл едва увернулся. Нельзя затягивать бой или сходить с печати. С мечом в руке арсенал перчаток стал сильно меньше, но все равно этого должно хватить. Скорость позволяет их использовать. Конечно, боль от разорванных мышц после боя будет невероятная, но это лучше, чем умереть.

Клинок вновь сделал выпад. Но тут же отступил, уворачиваясь от огненного потока. Огромная каменная глыба устремилась на опережение. Едва белый меч ее разрубил, в Мясника устремились ледяные шипы.

Ему пришлось активно уворачиваться и перемещаться. Любая заминка сулила серьезные раны. Рагарл не рассчитывал на простой бой, потому выкладывался на полную.

Сколько уже прошло? Минута? Время идет против Сновидца. Десяток минут для Клинка – все равно что разминка.

Частота атак увеличилась. Мэтр вынуждал своего противника к сближению. И когда Мясник оказался в паре шагов, очередная рунная печать укутала их плотным туманом. Рагарл ударил мечом туда, где по его расчетам должен был быть враг.

Раздался скрежет. Меч Сновидца был разрублен пополам. Неожиданно…

Белое лезвие сверкнуло, приближаясь из тумана. Слишком быстро! Рагарл уходил в сторону как только мог. Но белый рукав с рукой внутри отлетел в сторону.

Кварц на перчатке потух. Без пары рунные перчатки бесполезны. Остались только молнии. Но куда бить? Туман мешает…

– Как ты посмел использовать ее образ? – раздалось рычание совсем рядом.

Сновидец отправил молнию в сторону голоса. Треск, казалось, раздавался отовсюду. Неужели он так быстро перемещается? Нет, просто Рагарл случайно вышел из своей ускоряющей печати. Где она?

Острая боль пронзила его ноги. Он упал на землю. Там, где раньше были бедра, остались обрубки. Прижженные раны почти не кровоточили. Боль разрывала сознание, но мэтр изо всех сил пытался сохранить хладнокровие.

Что еще он может противопоставить этому безумцу? Он снова попытался обратиться к Бездне. Но она не откликнулась. Как так? Он ощущал себя простым человеком.

Тяжелые неторопливые шаги приближались. Из тумана возник силуэт. Темно-зеленые глаза, отражающие безумие и ярость, смотрели на Рагарла.

Казалось, Мясник пытался что-то сказать, но вместо слов из его рта вырвалось бессвязное рычание. Резким движением он воткнул белый меч в горло Сновидца. Жгучая боль несколько секунд терзала Рагарла. А после его сознание погрузилось во мрак.

Туман медленно рассеялся.

Лоссен тяжело дышал, но не от усталости, а от злости, что заставляла сокращаться каждый его мускул. Ублюдок, поправший память об Эске, наказан.

Белый Клинок расстегнул поясную сумку и вытащил красный кулон. Тот пылал ярко-красным. Но едва ярость Лоссена стала утихать, свечение пропало.

Юноша достал второй кулон – декоративный меч с желтым камнем в навершии. Сзади гравировка – «Эске». Но в этих грезах она была словно живая. Ее голос, запах, ее улыбка… Внутри все жгло, словно огнем.

На глазах проступили слезы. Лоссен крепко сжал кулоны в кулаке. Из груди вырвался истошный вопль. На остатках ярости он взмахнул перед собой рукой. Волна красного пламени пронеслась по дороге, уничтожая камень и не оставляя ни следа от тела поверженного Сновидца.

Лоссен медленно побрел дальше. Лишь выжженное пятно и остатки печати из мела свидетельствовали о жестокой битве между белым Сновидцем и Белым Клинком.

***

Он не ожидал, что его найдут так быстро. Потому был беспечен. Сразу после стычки с белым Сновидцем Лоссен ушел с дороги. Уже пару десятков дней он пробирается сквозь зимний лес.

За это время случилось несколько метелей, так что его следы вряд ли найдут. Однако, своим именем он, скорее всего, больше не сможет пользоваться.

У одного из водопоев встретился кабан. Удачно. Теперь у Лоссена есть еда на несколько дней.

Собрал хворост. Вот только он весь отсыревший. В сумке есть несколько кусков кварца на продажу, но какой из них вызывает огонь и как им пользоваться – юноша не знал. Эх, был бы здесь Алигос…

Пришлось долго их просушивать при помощи молний. Пока сушил, больше половины спалил. Ну и ладно. Главное – разжечь огонь. Остальное просушится на нем. Времени это займет прилично. С другой стороны – он никуда не спешит.

Ближе к вечеру огонь, наконец, разгорелся. Клинок отрезал заднюю лапу своей добычи. Резким движением содрал с нее шкуру и повесил над огнем. Еще немного подождать…

Что-то захотелось высвободить Хлоке. Видимо, накопилось нервное напряжение. Маленький белый зверек прыгал по земле, практически сливаясь со снегом.

Лоссен облокотился о древесный ствол. Вытащив кулоны из поясной сумки, он снова стал их рассматривать.

– Эси… – прошептал он. – Ты снова спасла меня…

Достав и свой кулон из-под кофты, он сорвал его с шеи и положил к остальным. Теперь в его руке их три. Интересно, так и будет выглядеть их могила? Только три кулона с двумя именами?

Убрав свои сокровища в сумку, юноша тоскливо уставился в небо, где уже появлялись первые звезды.

Сновидец был сильным. Еще бы чуть-чуть, и он смог бы убить Лоссена. Интересно, а есть еще более сильные? Может, тогда не придется ждать прибытия в Таманию?

Акт IV. Первые шаги

Отрядный передал ведомость солдатам на воротах. Те стали заносить имена всех прибывших. Как пассажиров, так и охрану. Караван медленно въехал в город. Хотя была середина зимы, в Блэре снег был редким явлением.

Едва повозки остановились, Алигос схватил свой рюкзак и спрыгнул на каменную площадь. Нужно немного подождать, пока Селене выдадут плату за охрану. За все время, что они провели в дороге, они так и не разговаривали. Сновидец готовился к тяжелому разговору. Особенно если учесть, на какой ноте они покинули Кахаллин.

У Алигоса было достаточно времени, чтобы все переосмыслить. Он уже тогда понял, что был не прав. Теперь же он готов к конструктивному диалогу. Свою вину он не станет отрицать, но будет максимально сглаживать углы.

Однако, когда Красный Клинок вернулась, она, как всегда, мило улыбалась ему. Слегка стукнув его локтем в бок, девушка весело произнесла:

– Чего застыл? Показывай, где тут можно вкусно покушать!

Алигос оказался полностью разгромлен еще до начала. Что ж, это Селена. Она всегда непредсказуема, и потому всегда на шаг впереди. Остался лишь небольшой привкус досады – все это время можно было изучать книгу. Он же в голове прокручивал разнообразные варианты диалога… Возможно, она это предвидела, потому решила использовать в свою пользу, сделав все его старания бессмысленными. Невероятное коварство!

– Я почти все время был на территории крепости, – оправдывался он. – Так что плохо знаю город…

– Ой, – отмахнулась она, лукаво улыбнувшись. – Мне-то в уши лить не надо… Я знаю, что тебя стены надолго не удержат. Так что ноги в руки и потопали!

Сновидец усмехнулся. Когда она успела изучить его столь хорошо?

– Ладно, – сдался он. – Есть тут одно тихое место…

– Вот так бы сразу! – гордо произнесла она, чуть ли не повиснув на его руке.

Город стоял на холме. Каждая улица была ниже следующей. Поэтому отовсюду открывался прекрасный вид на Серединное море.

Час дороги, и они вышли к небольшому скверу. По другую сторону стоял неприметный домик. Ступени вели вниз, скрываясь в подвальном помещении. Алигос спустился. Селена уверенно шла за ним.

Помещение было не очень большим – всего десяток столов. Несколько было занято подозрительными людьми. Они сидели друг напротив друга и что-то тихо обсуждали. Когда кто-то входил, на новоприбывших подолгу смотрели оценивающим взглядом.

Заказ был простым – две тарелки супа и две кружки крепкого чая. Вернувшись за стол, Алигос сел напротив своей подруги.

– А что, тут довольно мило, – усмехнулась Селена. – Контрабандисты, наркоторговцы… Там вообще рабов продают… Я не сомневалась, что ты найдешь лучшее место, чтобы привести девушку…

– Я как бы предупреждал, что плохо знаю город, – усмехнулся Сновидец. – А тут я был пару раз… по делам… Так что здешнюю кухню знаю…

– Ох и ох, Ал… – вздохнула Клинок, откидываясь на спинку стула. – Какие еще скелеты в шкафу ты прячешь…

– Рассказать? – улыбнувшись, спросил он.

– Не так я себе представляла первое впечатление от Блэра… – отмахнулась она.

– Чего же ты хотела увидеть? – непонимающе спросил он.

– Ну… хотелось пройтись по городу, покушать с видом на море, посмотреть гарнизон, где учился сильнейший воин империи… – перечисляла Селена.

– Сильнейший воин империи? – удивился Алигос. – Это ты о ком?

– Ну и ну… – покачала она головой. – Ты тут был полтора года и даже не знаешь… А ведь его статуя стоит перед штабом…

– Ну, я видел там каменного мужика с огромным двуручником, но никогда не интересовался, кто это… – отмахнулся Сновидец.

– Это сильнейший человек империи, – повторила она. – Непобедимый дуэлянт. Пришел в армию из Оплота. Говорят, его талант тогда заметил сам командующий и сделал его сперва легионером, а потом и вовсе самым молодым центурионом в истории. Ему тогда чуть больше двадцати было…

– Очередная выдумка, – фыркнул Алигос. – Центурионами делают опытных солдат. Обычно которым далеко за сорок. Там уже не мечом махать надо, а головой думать и командовать…

– А этот уже прекрасно руководил в двадцать с небольшим, – усмехнулась Селена.

Пока они спорили, им принесли их заказ. Девушка удивленно посмотрела на черный суп с водорослями и какими-то белыми кубиками.

– Это чего такое? – недоверчиво спросила она.

– Должок возвращаю… – беззаботно ответил он, приступая к еде.

– Все еще дуешься за тот раз в элитном ресторане? – подозрительно спросила она.

– Ни в коем случае! – покачал он головой. – Просто тут очень популярна островная кухня. А этот суп – одно из самых удачных блюд. Довольно соленый, но очень сытный. Попробуй!

Клинок нехотя отхлебнула ложку. Холодный. Так и должно быть? Белая штука оказалась чем-то средним между сыром и фасолью. Странная консистенция, скрипящая на зубах…

– Своеобразно… – выдавила она из себя.

– Ага, – кивнул Сновидец. – Вполне съедобно. Так чем прославился тот молодой центурион?

– Да много чем, – ответила Клинок, продолжая есть и стараясь не думать о вкусе. – Как я уже сказала, он был непобедимым дуэлянтом. Превосходным тактиком и стратегом. Он протолкнул некоторые реформы в армии. При этом еще и превосходно показал себя на поле боя. Из дуэлей он проиграл только один раз…

– И кому проиграл непобедимый центурион? – усмехнулся Сновидец.

– Он бросил вызов один на один самой Кахлинд… – беззаботно произнесла девушка. Алигос подавился супом.

– Нахрена он это сделал? – сипло спросил он, кое-как откашлявшись.

– Просто решил проверить ее силы, – задумчиво ответила Селена. – А после он был ее наставником. К сожалению, он погиб, когда ему еще не было тридцати, вроде бы… Им отдали приказ удержать Каэр. Но силы были неравны. Он держал оборону до последнего, пока армия отступала. Тогда он спас множество жизней, но свою не успел…

– Хм… – задумался Сновидец. – Погиб в Каэре, да? Может тот камень на восточных воротах – это памятник ему?

– Кто знает… – пожала плечами Селена. – Лучше скажи, какие у нас дальнейшие планы?

– Я иду в Черно-красный легион на минимальный срок, – ответил юноша, делая глоток черного терпкого чая. – Сотня дней вроде бы.

– Так… А я? – вопрошающе посмотрела она.

– Эм… Если честно, то не знаю, – виновато отвернулся он. – Красных Клинков туда не берут. Могу оплатить тебе тут жилье на это время… Раз в десять дней будем видеться…

– Не надо, – тяжело вздохнув, ответила она. – Я предполагала что-то подобное… Послоняюсь по округе. Может какая подработка подвернется. В крайнем случае попрошусь в Серебряный дом…