Шанса выжить тут нет. Честная хроника мамы особенного ребёнка: от детдома до первых шагов

Сейчас я думаю: как хорошо, что мои чувства были отключены. Нужна была холодная голова для принятия решения. Иначе страх одержал бы верх над жалостью, и всё — у ребёнка ноль шансов. Перечислялись диагнозы, и потом в группе крутились около меня с вопросами «ну как?». Я молчала. Я была в шоке. Очень правильно, что включила диктофон — иначе они бы победили. Сорок минут на руках и рядом. Просто была рядом, просто ушла в себя. Так как нужно было принять единственное правильное решение. Тяжело быть судьёй. Решать чью-то судьбу. Помиловать или искать другого?

Глава 8.

Математика

При выдаче направления на Диму и потом, после подписания согласия, меня в опеке называли отважной женщиной.

Так вот, за что я люблю математику? За точность и задачки с единственно правильным и логичным ответом.

Задача номер один.

Условие: ребёнок шести с половиной месяцев, с диагнозами как у старшего сына, лежит, не держит голову, весит пять килограммов и не развивается. Прогноз неблагоприятный. В то время как мой сын к этому возрасту уже сидел, пытался стоять и весил почти вдвое больше.

Решение: забрать, лечить и любить как своего.

Ответ очевиден.

Задача номер два (числовая прямая).

Условие: начало данного повествования — когда я резко захотела ребёнка — февраль 2018. Начало цикла — февраль 2018.

Вопрос: когда срок ПДР?

Решение: в апреле пришла мысль о преемстве. В июне я записалась в ШПР, в июле начала обучение, в сентябре закончила, в октябре собрала документы, получила заключение, встретилась с Димой и подписала согласие. В ноябре забрали Диму домой.

Ответ: ПДР — ноябрь 2018 года, ровно девять месяцев, и наш день аиста. Совпадение? Математика!

Кстати, муж был у нас в классе двоечником. Совпадение?

Позже, когда он забирал вещи, даже не поинтересовался Димой. А когда малыш вышел в прихожую, изрёк: «О, привет, Дим!» Дима испуганно, запинаясь, ответил забытому уже человеку: «Пока-пока».

— Как дела, Дим?

— Пока-пока…

— Чего делаешь, Дим?

— Пока-пока…

Глава 9.

Можно ли полюбить чужого ребёнка?

Можно ли полюбить чужого ребёнка? Нет, не так. Можно ли полюбить ребёнка, рождённого другой женщиной? Ибо чужих детей в Человеческом мире не бывает.

Ответ пришёл не сразу. Да! Это не была любовь с первого взгляда, это не любовь, которая приходит изнутри ещё до рождения своего ребёнка.

Это любовь откуда-то с неба, соткана из воздуха и облаков. Она незаметно прилетает, обволакивает и просачивается внутрь. Не по щелчку пальца, не в определённый день, не по первому и даже не по второму твоему истеричному требованию. Просто отпускаешь эти мысли и заботишься день и ночь, день и ночь. И вот, очередной раз между строк слышишь от врача оценивающий вердикт — «унесите обратно, вам подсунули брак». И снова отчаяние, гнев на непроходимую чёрствость — и вдруг понимаешь: всё! И любовь к этому брошенному, уже успевшему помучиться, приговорённому к инвалидности или того хуже, внезапно накрывает тебя с головой.

Всё! Ты в облаке, как будто возносишься над действительностью, и всё остальное не важно, мелко, глупо… Небеса приблизились. Нет, не так. Они всегда были здесь, просто мы не поднимали головы. Слава Богу за всё.

Мы не искали здорового ребёнка.

Мы заведомо знали, что будем брать ребёнка с особенностями. Здоровых девочек заберут без нас. Мы решили не ездить по стране в поисках, а помочь ребёнку из своего города. Да, хотели девочку, но это наша хотелка. Можно хотеть годами и ждать в очередях, а можно помочь конкретному ребёнку, который, пока мы витаем в своих идеальных грёзах, уже сейчас нуждается в семье. Я просила в молитвах избавить нас от выбора.

Какие мы православные, если будем капризничать и выбирать под своё эго?

Мы готовы были взять детей с синдромом бабочки и на коляске, с синдромом Дауна. Им по четыре с половиной года, и их ждал Детский дом инвалидов. А это для них билет в один конец. Их, слава Богу, забрали в семьи.

Мы готовы были взять девочку из столицы — ей три года, и она только-только начала ходить.

Мы почти взяли девочку с недоразвитым ушком и тоже с неврологией.

Но Господь послал нам ребёнка по силам. Полегче.

Интересно, что сказали бы наши врачи нам про тех деток.

И мы никуда не торопились. Сколько нужно времени Диме для развития, столько пусть и развивается. И если не получится реабилитировать на сто процентов, а только на семьдесят — значит, пусть будет так. Мы к этому готовы.

Глава 10.

Человек без запаха

Я очень трепетно отношусь и реагирую на запахи. И где-то читала, что при первом знакомстве нужно обязательно взять ребёнка на руки и понюхать. Типа, если нет отторжения, то можно брать. А если что-то напрягает, то это потом может сильно раздражать.

Запах меня действительно может оттолкнуть. А ещё обгрызанные или грибковые ногти. Это было всегда, сколько я себя помню. Мужчина с обгрызанными или погрызанными в детстве ногтями не мог стать моим мужем.

Так вот, про запахи.

При первой встрече я носила Диму на руках минут сорок. Думала: даже если не возьму, то хотя бы подержу подольше. И я пыталась нюхать. А он не пах. Вот ничем. Ни молочком, ни отрыжкой, ни постиранным бодиком, ни памперсом, ни влажными салфетками, ни шампунькой, ни пенкой, ни присыпкой, ни нянечками — вернее, их духами. Ничем. Человек без запаха.

Ну, к слову сказать, он был ещё и без эмоций, а взгляд был направлен внутрь себя. Глазки бегали, как будто он спит с открытыми глазами и смотрит своё волшебное кино. Всё, что происходит снаружи, его мало волновало, а даже неприятно отвлекало. Он пытался пищать и как-то избавиться от моих рук.