Братья по разуму

— А чем еще ты мне можешь помочь? Например, активировать ваши настольные игры или стрелковый тир? А что-то по типу телевизора или видеопроигрывателя у вас есть? — спросил Костя.

— Я могу активировать игровые пособия и составить компанию вам в игре. Могу активировать голопроектор и предоставить список голофильмов и записей с нейросетей членов экипажа, которые они предоставили в общий архив корабля. Я также могу составить вам компанию в комнате сексуальных удовольствий, — ответила Лея.

«А-а… да?» — подумал Костя. «Как к этому отнесется Лиза? Во избежание посоветуюсь с ней», — решил он.

— Понятно, — ответил Костя. — Отнеси посуду и возвращайся. Пока начнем с игр, тира и бассейна.

Костя поиграл с Леей во что-то типа настольного тенниса, только ракетки и шарик были голографические. Потом они надели костюмы, и их голографические двойники устроили спарринг. То есть Лея дралась с двойником Кости, а Костя — с двойником Леи.

В зале тактической стрелковой подготовки они тоже надели специальные костюмы и взяли в руки лазерные пушки, наподобие тех, что были у Дауга с компанией, когда они заявились в бункер Кости и Лизы. Из пола и стен выехали переборки, имитируя коридоры и каюты какого-то корабля. И Костя с Леей кинулись на абордаж.

Было весело. Они сражались с голографическими дроидами, людьми и Хвоощ-Аа. Тут Костя увидел облик этих рептилоидов. «Впечатляет», — подумал он. А еще он понял, что как боец он никакой. Всю работу по абордажу тянула на себе Лея. После Костя принял душ и искупался в бассейне.

— А теперь можно и местное кино посмотреть, — решил он. Его заинтересовал голофильм по истории империи Гарр-Арх.

Началось все с описания планеты и звездной системы Люсия во времена Предтеч. По преданиям, в системе находилось много производственных станций, верфей по строительству кораблей, а также склады мобилизационного резерва на обитаемой планете и крупных планетоидах. Система находилась на краю влияния цивилизации Предтеч.

В один нерадостный момент пришли новости о вторжении безжалостных чужих, сметающих все на своем пути. Многие военнообязанные и добровольцы были мобилизованы и отправились в центральные миры отражать агрессию. Позже новости перестали приходить. А когда была готова новая партия кораблей, к ним явились не представители флота, а гигантский улей чужих.

Пока у люсийсиан была связь, они получали информацию о кораблях и десантниках агрессоров. Это была разумная раса биомеханических существ. Все боевые единицы, от самого мелкого десантника до корабля-улья, были живые, с внедрением технологических и электронных компонентов. Какого-то технологического превосходства у пришельцев не было, но их было много, и они были отважны, безжалостны и коварны.

Корабли-ульи уничтожать получалось только мощными боевыми орбитальными станциями, замаскированными под естественные объекты. Поначалу биомехи подставлялись под сокрушительный удар электромагнитных кинетических орудий, которые могли разгонять 100-килограммовые болванки до половины скорости света. Удар таких боеприпасов соответствовал 332 мегатоннам в тротиловом эквиваленте, чего хватало для разрушения кораблей-ульев.

А после того как пришельцы стали осторожничать, единственным средством борьбы стали торпеды с антивеществом. У защитников Люсии таких торпед не было. Экипажи в спешке обученных добровольцев встретили москитный флот малых кораблей пришельцев. Неся потери, биомехи уничтожили космическую оборону планеты, разгромили все станции и верфи и начали десант на планету.

На Люсии было полно заглубленных убежищ и складов, так что защитники наносили тяжелые потери десанту, а иногда и сбивали корабли пришельцев на низких орбитах замаскированными системами противокосмической обороны.

Десантники биомехов представляли собой причудливые химеры-трансформеры, которые, в зависимости от задач, могли соединяться и распадаться на части. В основном биомехи-десантники были насекоподобными, а их планетная боевая техника представляла собой гигантские одуванчики, где вместо белых парашютиков были щупальца с различным контактным и дистанционным оружием: магнитоплазменные резаки, газовые резаки, сверхострые лезвия, все виды кинетического и энергетического оружия. А еще у них не было уязвимых мест. Для нейтрализации пришельца нужно было его превратить в решето и сжечь, иначе он мог быстро восстановиться, поглощая трупы или живых своих сородичей. Космические корабли тоже могли восстанавливаться, если не добивать их термоядерными зарядами или плазмой. Все корабли, как и малые, так и ульи, были веретенообразной формы, как детский волчок.

Долго продолжалась партизанская борьба выживших люсийсиан. Но в один момент агрессоры погрузились на корабли, подвергли жестокой орбитальной бомбардировке планету и улетели в неизвестном направлении. Многокилометровые тучи пыли и пепла заслонили Люсию от светила и на несколько веков планета покрылась льдом. Оставшиеся выживали на мобилизационных складах погибшей цивилизации. Анклавы обособились, а когда выжившие выбрались на поверхность, началась междоусобная война за ресурсы и власть.

Тут и взошла звезда великого первого императора Сайгора Гарр-Арх, который победил всех мятежников и бунтовщиков и установил сословную сегрегацию общества.

Теперь уже имперцы Гарр-Арх веками выживали и развивались на планете, пока не вышли в космос на примитивных химических ракетах. Они обнаружили кладбище кораблей и замаскированные склады на планетоидах, что дало большой импульс прогрессу и превращению Гарр-Арх в межзвездную империю.

Посмотрев этот масштабный шестичасовой эпос, Костя был под впечатлением. «Предки великие, а потомки, такое себе, как обычно, впрочем», — подумал Константин.

— Ну что же, давай теперь перекусим и после посмотрим записи нейросетей Дауга и компании, — попросил Костя Лею.

— Хорошо, — ответила Лея и пошла к пищевому синтезатору.

— А сейчас вместо курицы рыбу можно и простой салат, — попросил Костя. Девушка-андроид принесла поднос к столику Кости, и он приступил к трапезе.

Поначалу были достаточно милые голофильмы о студенческой жизни и отдыхе в ночных заведениях. Потом пошли порнографические ролики с участием всех членов экипажа корабля. «Эксгибиционисты доморощенные», — подумал Костя и попросил Лею запустить следующий архив. И мужчину чуть не вырвало. В объемном голографическом изображении он увидел издевательства, пытки, насилие и убийства землян разных рас и полов. Переключив несколько головидео, Костя подумал: «Ничтожные больные ублюдки».

Палачи-садисты и жертвы находились в помещении, оборудованном различными орудиями, вызывавшим ужас: станками от примитивной дыбы, настенных и потолочных крюков, кандалов до какого-то придуманного больной фантазией агрегата в виде дроида, который мог одновременно резать, рвать, ломать, бить электротоком, прижигать и насиловать тело жертвы. Имелись также хирургические столы с набором медицинских инструментов, по виду кустарно сделанных клещей, щипцов и кусачек, и просто инструментов для нанесения тавро на кожу. Тут же была индукционная электропечь, которая мгновенно раскаляла клеймо.

Мучители издевались над несколькими жертвами, весело комментируя происходящее, и чем больше было криков, стонов и ужаса в глазах жертв, как пытаемых, так и ожидающих своей жуткой участи, тем больше радовались и распалялись эти нелюди. Садисты огорчались, когда жертвы теряли сознание. Тогда изверги призывали находившегося рядом медроида, чтобы тот вернул несчастных в чувство.

Особо омерзительно было смотреть на экстаз палачей, когда они пытали и насиловали юную девушку на глазах её парня. Он не боялся, он сыпал проклятия и бился в кандалах, пытаясь вырваться. Ценой сломанной кисти ему удалось освободить одну руку, которую он со слезами протягивал к умирающей девушке.

«Ничтожные больные ублюдки, слишком легко Мик и Зик умерли», — подумал Костя. В расправах участвовали все члены команды. Дауг придумывал, Мик, Зик и Гая выполняли. Иногда он тоже присоединялся. Перескакивая через промежутки времени, Костя посмотрел несколько головидео. В последнем случае молоденькую красивую девушку азиатской внешности садисты не убили, а вызвали медроида, и тот унёс её.

Костю осенила догадка, и он решил её сразу проверить.

— Искин, а живые люди, кроме Дауга, Гая, Елизаветы и меня, есть на корабле?

— Да, — ответил Искин, — ещё есть 28 человек: 13 мужчин и 15 женщин. Они находятся в анабиозных камерах в грузовом трюме.

— Вот как. Посмотреть не получится? У меня нет туда доступа. Ну ладно, это позже, — тихо проговорил Костя.

— Спасибо, Лея, и ступай отдыхать. А Искин проводит меня в мою каюту.

— Я могу проводить, — улыбнулась Лея.

— Проводи, только сразу иди обратно. Разбудишь меня через 10 часов, хорошо?

— Хорошо, — ответила девушка-андроид и пошла вперёд, показывая дорогу к каюте Кости.

В каюте он сменил комбинезон и лег спать. «Безопасность превыше всего», — подумал, засыпая, Костя. Утром его разбудила Лея, и они пошли в кают-компанию. После завтрака Костя отправился в медотсек. Подошло время просыпаться Лизе.

Когда открылась крышка медкапсулы, Костя потерял дар речи в крайнем изумлении. Одно дело, слышать про омоложение, другое видеть результат. Ему навстречу грациозно встала молодая девушка, похожая на его жену 20 лет назад. «Как похожая — да это она и есть!»

— Рот захлопни, простудишься, — пошутила она.

— Привет, прекрасно выглядишь, глаз не отвести. Вот местная высокотехнологичная одежонка, — отмирая, сказал Костя.

— Что это? — спросила Лиза. — И что ты в балеруна нарядился?

— Так надо для безопасности, — нахмурившись, сказал Костя. Одевшись, Лиза покрутилась перед зеркальной поверхностью, одобрительно хмыкнув, сказала:

— Мне идет. Куда дел рыжую? — как бы между делом спросила женщина. По виду она была уже не просто молодая женщина, а совсем юная девушка.

— Вон в ту медкапсулу, — показывая рукой, сказал Костя и продолжил: — Она напала на меня где-то меньше чем через час после того, как ты легла на установку нейросети. Я стрелял в неё.

— Вот даже как, — кивнула Лиза. — А нейросеть — это замечательно. Тут можно вызвать интерфейс перед взором, и он такой прозрачный, но все понятно. Я уже знаю два языка: Гарр-Арх и общий Содружества. Пообщалась с нашим Искином, и он поприветствовал меня. Могу прямо сейчас связаться с медроидом, и он даст тебе по башке. Шучу, — весело рассмеялась Лиза.

А у Кости тепло растеклось по груди и не только.

— Пойдем в кают-компанию, ты, наверно, голодна. Там позавтракаешь, а еще я кое с кем тебя познакомлю, — хитро прищурившись, заявил Костя.

— С кем? — с любопытством и подозрением спросила Лиза.

— Увидишь, это будет тебе сюрприз, — весело сказал Костя.

— Это кто? — спросила Лиза, когда увидела Лею, и немного зависла, впав в ступор. — Вот это Лея, значит! А еще здесь есть мужчина-андроид Льюис… так мне сообщила Лея, — пояснила она и села кушать. — Давай рассказывай.

Костя кратко пересказал свои злоключения. Рассказал о находке страшных головидео и о том, что на борту есть еще земляне, спящие в анабиозе. Лиза ненадолго замерла.

Люди не сразу адаптируются к нейросети и первое время, работая с ней, впадают в ступор. Позже они осваивают разделение потоков сознания и могут, общаясь наяву, управлять дроидами или общаться с несколькими абонентами по сети.

Отмерев, она сказала:

— У меня тоже нет туда допуска. Надо учить базу инженера, техника, логиста и так далее. А еще мне надо сдать зачет Искину по абордажу, и тогда я получу доступ в отсек десантников-абордажников и смогу пользоваться оружием и снаряжением. Сейчас после еды пойду в любую учебную капсулу, и буду получать первую космическую специальность.

Сдача зачета не заняла много времени, и супруги наконец-то уделили время друг другу. Из каюты Кости они не выходили несколько часов. Потом поиграли в игры, покупались в бассейне. И отдохнув, стали решать серьезные вопросы.

— Через семь дней проснется Гая, а через девять — Дауг. Что будем с ними делать? — спросила Лиза.

— Пойдем в каюту Гаи, обсудим там. Я думаю, на шесть дней нам надо залечь на учебу и установить мне нейросеть, а потом как-нибудь уложить их спать дальше и продолжить учебу. Ты изучай базу инженера, а я начну с пилота. Надо освоить хотя бы пилотирование разведывательного бота и вывести Дауга и Гая к нам в бункер, — сказал Костя.

— Зачем? — спросила Лиза.

— Там и расскажу, — ответил Костя.

После чего супруги пошли в медотсек и залегли в медкапсулы. Костя, на установку нейросети, омоложение и изучение баз сначала десантника, а после — пилота малых кораблей, а Лиза легла на изучение базы инженера.

Глава 8. Решение проблем и вербовка экипажа

Через шесть дней Костя и Лиза проснулись в медкапсулах. Костя чувствовал легкость, бодрость и необыкновенный прилив здоровья. Очень хотелось движения, действия и есть.

— Ой, какой ты молоденький! — засмеялась Лиза. — Щеночек, недопесок.

— Хорош прикалываться, — буркнул Костя. — Пойдем в кают-компанию, перекусим, а то я сейчас тебя съем — такой голодный.

И он попытался поймать жену. Лиза увернулась и, как была нагишом, убежала из медотсека. Костя задержался и взглянул на себя в зеркало. «А мне нравится», — подумал он. В зеркале он увидел молодого стройного парня, улыбающегося и прямо светящегося довольством. Одевшись, он умылся и пошел в кают-компанию. За завтраком они обсуждали свои успехи в учебе.

— Я уже освоила первый уровень базы «Инженер». Когда сдам зачет, смогу управлять техническим дроидом, проводить легкий ремонт, и у меня будет доступ почти ко всему кораблю. Чтобы получить ко всему, нужны более высокие уровни знаний, — похвасталась Лиза.

— Ты молодец, — похвалил ее Костя. — У меня скромнее: я освоил базу «Десантник» и начал базу «Пилота малых кораблей».

— Нам надо немного отдохнуть от учебы. Более 10 дней учиться опасно для физического и умственного здоровья, об этом меня Искин предупредил, — сказала Лиза.

— Хм, меня тоже, — заметил Костя.

Только сейчас он заметил несколько сообщений от Искина и вообще нейросеть, и углубился в изучение интерфейса. Там были разделы для финансовых операций, боевой раздел, раздел управления дроидами и механизмами, пилотирования и много других.

— Ты так забавно зависаешь, — сказала Лиза, пощелкав пальцами у Кости перед носом. — Прямо как Лея.

— Извини, увлекся, — сказал он. — Ладно, отдыхаем, но скоро просыпается Гая, с ней надо что-то делать. Сейчас пойдем сдавать зачеты, после попробуем попасть в грузовой трюм. Если получится, есть кое-какие идеи.

После завтрака они сдали в учебных капсулах зачеты: Костя — на «Десантника», а Лиза — на «Инженера» первого уровня. Потом, облачившись в боевые скафандры среднего класса, они поупражнялись в управлении снаряжением и оружием — без боевой стрельбы, конечно. А также в скафандрах выдвинулись в грузовой трюм.

Для экономии кислорода в грузовом трюме был вакуум, и отсутствовала искусственная гравитация. На этот случай в боевом костюме были электромагнитные вставки на подошвах, а также в других местах на теле, и при желании десантник мог перемещаться на кулаках или мог прижиматься спиной к любой металлической поверхности.

Средний боевой скафандр был достаточно хорошо бронирован и имел крепление для реактивного ранца для перемещения в вакууме или атмосфере, крепления для пулеметных и гранатометных комплексов. Стандартные регенераторы кислорода из углекислого газа могли обеспечить трое суток автономного выживания. Регенерация кислорода осуществлялась каталитическим или плазмохимическим методом и зависела от емкости элементов электропитания. В случае дополнительных аккумуляторов или других источников энергии автономность по кислороду была ограничена только ресурсом регенератора.

Еще среди встроенного оборудования был тактический Искин для связи с командованием и другими бойцами отряда, проработки рисунка боя, учитывая данные разведки и сенсоров костюма. В случае потери сознания человека вследствие ранения или контузии и невозможности привести его в чувства бортовой аптечкой скафандра, Искин сам мог эвакуировать человека в безопасное место, если исправен хотя бы один сервопривод и аккумулятор. Также среди встроенного оборудования были две плечевые турели противодроновой защиты — ими тоже управлял Искин, но мог и оператор через нейросеть. Встроенная аптечка мониторила состояние здоровья множеством датчиков и имела блоки с медикаментами по всему телу, поэтому боевой скафандр желательно было одевать на голое тело. При ранении вводились противошоковые, обезболивающие препараты, микродроиды закрывали раны антисептическими и кровоостанавливающими препаратами, изолировали их быстротвердеющим пластырем.

В трюме имелось много грузов и инженерно-технического оборудования. Лиза уже кое-что понимала и одобрительно охала при виде малых шахтерских комплексов, инженерных 3D-принтеров и мини-заводов. Но целью их посещения трюма были капсулы анабиоза. Они были похожи на лечебные и учебные, но крышки у них были прозрачные, можно было наблюдать спящих внутри людей. Анабиоз заключался во введении человека в глубокую кому, где жизнедеятельность замедлялась в тысячи раз. На заре межзвездных полетов ионные двигатели и термоядерные реакторы были малой мощности, разгон до одной десятой скорости света мог занимать годы. Были разработаны анабиозные камеры. А сейчас их используют либо государства, где нет смертной казни, для изоляции особо опасных преступников, либо для дешевого перемещения рабов. Силовые ведомства государств, где запрещена работорговля, при обнаружении анабиозной камеры на борту корабля могли возбудить уголовное дело и изолировать капитана и хозяина этой капсулы.

Костя и Лиза обошли все 28 капсул. Через интерфейс нейросети они вызывали информацию о находящихся внутри людях. Там лежали молодые и красивые парни и девушки разных рас и народов. Тут же он увидел и ту восточную девушку, что была на головидео. Внешне она была цела и здорова. «Ее подлечили в медкапсуле», — подумал Костя. Кроме выдающихся внешних данных, у пленников были высокие показатели параметров интеллекта — от 150 единиц и выше.

— Зачем они им? — спросила Лиза.

— Точно не знаю. У ублюдков этих можно при случае спросить. Возможно, для развлечений на обратной дороге или на продажу. Гарр-Арх — рабовладельческая империя. А может, и то и другое, — вслух размышлял Костя.

— Ты сможешь активировать одну свободную капсулу и приказать техдроиду перевезти ее в медотсек? — спросил Костя.

— Сейчас попробую, — ответила Лиза. — Ага, у меня получилось! Техдроид сейчас будет, — радостно и довольно заявила Лиза.

Кроме занятых, в трюме еще было 22 анабиозные капсулы. Они не спеша, следовали за дроидом, который катил перед собой капсулу.

— До пробуждения Гаи у нас еще есть время. Может, пошалим? Я теперь молодой, горячий, — игриво предложил Костя.

— Кобель бронированный и озабоченный, — сказала, смеясь, Лиза и стукнула своей рукой в бронеперчатке Костю в то же бронированный бок. Несмотря на игривость, удар вышел приличный: бронекостюм был оборудован экзоскелетом с мощными сервоприводами.

Когда Гая встала из медкапсулы, она увидела встречающих ее Костю и Лизу. Костя был одет в комбинезон и держал руку в той маленькой сумочке с опаленной дыркой, из которой он стрелял в нее. А Лиза была в среднем бронескафе десантника-абордажника.

— Доброе утро, красавица. А теперь без глупостей ложись в анабиозную капсулу, и будешь спать дальше. Иначе снова познакомишься с подарками из моей сумочки, — не предвещающими ничего хорошего, голосом сказал Костя.

Лиза молчала, но она была куда опаснее в этот момент. Противодроновые турели в долю секунды изрешетят Гаю десятками пуль малого калибра, но ей этого хватит с запасом.

Не сказав ни одного слова, Гая улеглась в анабиозную капсулу. Когда закрылась крышка, Костя облегченно вздохнул. В прошлый раз он стрелял в Гаю после того, как она напала, и в каюте, куда Искину запрещен доступ. А вот как отреагировал бы Искин на разборки в медотсеке, Костя точно не знал. Но все прошло гладко.

— А что делать через два дня, когда проснется Дауг? Он капитан и хозяин корабля, и Искин может начать его защищать. Надо думать, — размышлял Костя, когда они следовали за дроидом, увозящим капсулу с Гаей обратно в трюм.

Лиза хотела, было начать серьезный разговор, но Костя сказал: «В каюте Гаи» — и замолчал. Вернувшись из трюма, Лиза переоделась, и они пошли в каюту Гаи.

— А почему серьезные вопросы мы обсуждаем в каюте Гаи? — спросила с подозрением Лиза.

— Потому что здесь нас вроде как не слышит и не видит Искин. Офицеры могут не разрешать ему доступ в свои каюты, — ответил Костя.

— А у тебя, значит, допуск есть? — прищурилась Лиза.

— Она дала мне полный допуск. Гая же хотела меня соблазнить и убить, или убить и соблазнить — кто знает эту извращенку. Я тебе уже рассказывал, как она на меня напала, — чуть оправдываясь, ответил Костя.

— Простой ты, как валенок, — закончила Лиза. — На секунду одного оставить нельзя.

— Дауга надо тоже по-тихому уложить в анабиоз. Но надо это сделать тихо и мирно, по возможности. Боюсь, как бы Искин за него не вступился, — начал Костя.

— Рот бы ему залепить чем, — размышляла вслух Лиза.

— Можно пластырем из индивидуального пакета скорой помощи. Я видел такие в нишах, где комбинезоны и скафандры висят. Прикрепляются намертво. Отдирать или с кожей, или специальным спреем из этой аптечки, — продолжил Костя. — В общем, план такой: как только открывается крышка, я леплю пластырь на рот Дауга, а ты страхуешь меня в бронескафе. Оружием напоказ не трясем, а подчеркнуто вежливо, но убедительно предлагаем Даугу лечь в капсулу. Если он брыкаться — глушу его шокером. Это тонкий момент, но надеюсь, геройствовать он не будет, — подвел итог Константин.

— А что дальше планируешь? — спросила Лиза.

— После того как я изучу базы пилотирования, отвезем их в наш бункер. Ты с помощью техдроида и наших запасов сантехники и электрики оборудуешь им камеры, и мы оставим их на какое-то время под охраной дроида-штурмовика. А еще заберем нашего Маркиза. Он скучает, наверно, — сказал Костя.

— Да, это для нас не так много времени прошло, мы все учили. А для него почти две недели. Надо его забрать, — с жаром сказала Лиза.

— Заберем, конечно, заберем. И будет у нас судовой кот, ха-ха. Главное, чтоб «чужих» не было, — засмеялся Костя.

— После того как эвакуируем Дауга и Гаю, можно будет начать будить наших будущих коллег и соратников, — сказал Костя.

— Ты хочешь завербовать экипаж среди пленников? — спросила Лиза.

— Ну да, по параметрам они проходят на все должности. Да сейчас найти землян где-то еще сложно, они прячутся. И вообще могут обстрелять нас. А разборки могут привлечь внимание гарр-архцев. Нет, экипаж надо навербовать здесь. Это большая удача, что здесь полно таких способных потенциальных пилотов, инженеров и так далее. Единственно, как-то надо заставить Дауга принять их кандидатуры. Ладно, что-нибудь придумаем, — закончил Костя.

Через два дня они уже встречали Дауга наготове. Не успела крышка открыться, как Костя залепил ошарашенному капитану рот медицинским пластырем. Пластырь предназначался для изолирования крупных ран, так что с гарантией перекрыл Даугу возможность говорить.

— Ложись в анабиоз и без шуток, — на ухо зашипел ему Костя на родном гарр-архском языке. Обескураженный Дауг, который еще был в прострации после ранения — для него все заняло несколько секунд — не оказал никакого сопротивления и лег в анабиоз. Когда крышка начала закрываться, Костя прыснул спреем для снятия медицинского пластыря и резко сорвал его.

— Ай! — вскрикнул Дауг, у которого вместе с медицинским средством сорвалось много щетины. Крышка захлопнулась.

***

Костя устало плюхнулся на кровать в каюте Гаи, когда они отвезли Дауга в грузовой трюм.

— Я до последнего момента ожидал, что что-то пойдет не так, — тихо сказал он.

— Я тоже, — медленно, еле слышно проговорила Лиза.

Дауг, как и многие жители Содружества, не давали имена корабельным Искинам и не открывали у них личностную матрицу. Все очень боялись восстания машин. Личностные матрицы открывались только у дроидов-секретарей, помощников, и так далее. Искинам, которые управляли боевыми или промышленными системами, личностную матрицу открывали очень редко. И то у них был строжайший запрет на перемещение между звезд без живого пилота. Искин не заметил прямой угрозы жизни и здоровью капитана, поэтому никак не отреагировал на действия Кости и Лизы.