Поцелуй с привкусом крови

Поцелуй с привкусом крови

Глава 1 "Жестокость мира короля"

Древние времена. В тот момент на троне сидел сильный король — Бертольд. Он был властолюбцем и очень боготворил свой народ, а именно — расу вампиров. Тогда они процветали за счёт людей, что поставлялись ему толпами для пропитания, но однажды королю вампиров перегородили дорогу ведьмы местных деревень. Сильные женщины встали на сторону людей, чем подписали себе смертный приговор. Бертольд созвал самых сильных двенадцать вампиров своего королевства, и они вместе разгромили легионы людей и ведьм, так что весь женский пол стал рабами для вампиров а мужчины — бессмертным войском, а также едой...

Древние времена. В тот момент на троне сидел сильный король — Бертольд. Он был властолюбцем и очень боготворил свой народ, а именно — расу вампиров. Тогда они процветали за счёт людей, что поставлялись ему толпами для пропитания, но однажды королю вампиров перегородили дорогу ведьмы местных деревень. Сильные женщины встали на сторону людей, чем подписали себе смертный приговор. Бертольд созвал самых сильных двенадцать вампиров своего королевства, и они вместе разгромили легионы людей и ведьм, так что весь женский пол стал рабами для вампиров а мужчины — бессмертным войском, а также едой

Тронный зал. Прошло почти сто лет. Бертольд разговаривал со своими союзниками, когда в зал ворвался юноша — Амадей. Молодой человек держал в руках меч и направлял его на короля. Все были в страхе, но только не Бертольд.

— Сопляк, как ты посмел? Это тронный зал короля, и тут нет места безродным псам!

— Ты достоин смерти!

— От чего же?

— Ты убил мою мать!

— Ты всего лишь человек, сопляк! И смеешь такое мне предъявлять? Да я тысячами убивал женщин, одной больше, одной меньше. Мне всё равно на человеческие жизни!

— Я убью тебя!

Амадей кинулся на короля, но не достиг своей цели. Его поймали члены братства своими силами и держали в воздухе над Бертольдом, тот в своё время лишь ехидно улыбался и злил молодого юношу.

— Мальчишка, а где же твоя армия?

— Я один... — присутствующие засмеялись. — Мне хватит сил на то, чтобы тебя убить, кровосос!

— Раз так, то тебе не жить...

Бертольд схватил за шею мальчишку и притянул к себе, убрал с его плеч локоны волос и вцепился зубами в шею, и принялся жадно пить.

— Но ответь мне перед тем как ты умрёшь, кто твоя мать и кто ты? — парень тихим голосом, чуть дыша, ответил.

— Я — Амадей сын Силиции...

Король вновь вцепился в окровавленную шею Амадея, тот еле дыша, успел промолвить.

— Я твой сын...

Но тут покой вампира нарушила слепая ворожея, что вошла в тронный зал вслед за молодым человеком.

— Вижу король прервёт путь смертей... мои сёстры будут свободны...

Король выставил руку в сторону ворожеи и выпустил в неё свою силу, старушку сбило волной магии, и ударило об стену. Упав, ведьма сломала спину. Властолюбивый и жестокий король подлетел к ней, бросив в сторону тело мальчишки. Подняв над собой пожилую Ариман, усмехнулся.

— Я никогда не дам свободу ведьмам!

Но внезапно тело короля пронзил серебряный меч, что появился из воздуха и был направлен силами старушки в тело короля.

— А кто сказал, что я про тебя? Ты веками мучал народ людей так слушайте все, через сотню лет в мир придет моя замена. Девушка, чьи глаза будут гореть как сапфиры, волосы — как смоль, голос — разрушительной мощи, а по силам с ней никто не сравнится даже сам король...

Тело Бертольда загорелось, а вместе с ним и умирающая ворожея, но она не переставала проклинать союз вампиров.

— ...яблоко от яблони... запомни, гены не изменить... ты сын врага моего... сто лет ты будешь править как законный правитель, и в одну из ночей звезда укажет путь моей наследнице... истинной носительнице моей силы. Сейчас я запру её в тебе и дам время всё обдумать, молодой принц и если ты не исправишь положение и через сто лет не отпустишь нас, она придёт за тобой и убьёт запомни, ты бессмертен, не одно оружие не сможет тебя поразить, больней её рук. Я сделаю тебе подарок и дам выбор: я сожгу всех, кто это сейчас слышал, и позволю это оставить в тайне, и решить свою судьбу.

Тело ведьмы принялось гореть, и огонь окутал зал. Вампиры горели, но не Амадей. Огонь окутал зал и силы с умениями, из тел верховных вампиров наполняли принца. Он орал от боли, стража ломилась в ворота зала, но не могла их раскрыть. Но как только это у них получилось, то они увидели стоящего на коленях Амадея. Тут же поднялся ураган, и тело принца в потоках ветра принялось трансформироваться. Огромные кожаные, чёрные крылья обрамляли его спину, рога на лбу, острые клыки и когти. От человеческого облика не осталось и следа. Стража поняла, что старый король мёртв, и на его смену пришёл новый.

Колокола забили в знак смены правления. По правилам, Амадея заперли в тронном зале для завершения трансформации и поставляли к нему женщин, но юный король не трогал их, а лишь игрался, истощая себя.

Придворные уже начали волноваться: их будущий король не ел и не пил, он отказывался от своей новой сущности и начинал умирать. Его тело становилось с каждым днём худее, и выступали синяки. Ещё чуть-чуть — и он бы умер. Но в замок явилась ведьма. Она прознала о смерти своей госпожи и пришла договориться с новым молодым королём.

Минуя орду вампиров, молодая служанка влетела ветром в тронный зал и увидела совершенно не ту картину, что предполагала. Живые люди были без цепей, но мирно сидели. В Асмодей восстал на троне — полупрозрачный, полуживой. Силами она запечатала вход и, схватив серебряный меч с пола, мигом приставила его к сердцу мужчины.

— Давай... убей меня! Ты думаешь, я не пытался? Всё оружие, что сейчас тут присутствует, было в моём теле... даже свет не убил меня, серебро в моих руках — всего лишь металл... убей меня...

Лезвие меча прошло в сердце Амадея, но реакции не последовало.

— Как это?

— Я не знаю...

Тело вампира кровоточило, раны затягивались, но он был жив. Ведьма с помощью сил приподняла с пола всё оружие и направила его на молодого короля, но ничто не причинило вреда ему. Она била его, отрубала голову, жгла, но тело моментально восстанавливалось, и в конце концов Амадею это надоело. Он вскочил с трона и, схватив ведьму за шею, прижал к стене.

— Убей меня, ведьма, иначе если я хлебну крови, то превращусь в отца!

— Так ты ещё с момента превращения не пил кровь? Но как ты прожил? Как восстанавливается? Это невозможно!

Речь служанки прервала тень, что влетела в зал. Она кружила и, приземлившись за спиной Амадея, провела своей тёмной рукой над его головой.

— Это будущий король, он бессмертный благодаря тебе подобной... твоя хозяйка даровала ему жизнь, но всего на стол лет, дальше проклятие старухи спадёт. Юноша должен решить свою участь и участь ведьм.

— Кто ты?

— Я дух Провида, умершая провидица и хранитель слов пожилой ворожеи. Она ему даровала дар, но он же и проклятье.

Тень протянула свою тёмную руку к шее служанки, и та превратилась в меч.

— Молодой король, одно твоё слово — и тайна пожилой ворожеи останется тайной.

— Что ты хочешь сделать?

— Скрыть твою тайну. Я убью её, и тайна будет всего лишь тайной, никто не узнает твоей слабости...

— Так у него есть слабость?

— У всех она есть... но не твои руки его убьют, а той, что уготована быть лучше любой из вас...

— ...отпусти её, я не желаю смертей никому...

— Мой король, ты умрёшь, если не начнёшь питаться, и моё существование станет бесполезным, а я желаю жить... я же джинн, и обязана служить... и я не дам заточить меня в бутылку — по своей воле или нет, но ты будешь восседать на троне и править, пока заклятие не спадёт, и мир не пойдёт в правильное русло!

Тень протянула свои тёмные руки к ведьме и молодому королю и начала реализовывать свой план. Их тела повисли в воздухе друг над другом, один удар — и кровь начала сочиться из ведьмы и попадать на лицо Асмодея.

— Я не поддаюсь, я не закончу трансформацию... я не стану копией отца, я лучше...

— Мне всё равно. Предание гласит о твоей жизни, муках этого мира... и мир не изменить. Ты обязан повергнуть его в пучину смертей и по более отца... прими этот дар на сто лет, а потом умри от рук ведьмы... если так не желаешь власти...

Тень раскрыла рот молодого короля и заставила пить кровь бедной служанки-ведьмы. И вновь послышались крики Амадея. Он не мог пошевелиться из-за оков тени, но тело его ломалось и всё больше превращалось в тело бессмертного.

Глаза стали красными, а мышцы налились силой, длинные когти почернели, а голос превратился в дикий крик зверя.

— Ты стал настоящим вампиром из клана «зверей», теперь всё, что ты видишь, твоё!

— Но я этого не желал!

— Проклятие ворожеи не вечно, прими его и служи благой цели

— Какой же?

— Дай родиться новой спасительнице рода ведьм, а там уже решай, как и что Захочешь — и отдашься ей, а нет — так вас будет ждать прекрасное сражение Я видела ваше будущее, но лишь вам двоим уготовано его исправить.

— То есть ты мне предлагаешь прожить сто лет и править?

— Не только живи и радуйся, как и твой отец Ворожея не просто так явилась сюда, она и ему предсказала твоё появление. Вы всего лишь частички в этом мире, и вашими руками судьба вершит правосудие. Не надо думать, что важен будешь по истечении срока. Было предсказано рождение ведьмы, что изменит мир, но для рождения ведьмы нужны определённые последствия. Бертольд не захотел следовать правилам, и ворожея предсказала ему твоё появление. Если ты не согласен явить миру «спасительницу», то вот тебе святая вода

— Вода из церкви? Она меня убьёт?

— Нет... Это слёзы моих умерших сестёр. Они отравят сущность, притупят силы вампира в тебе, и на рассвете ты сгоришь.

— Я согласен!

Тень протянула пузырёк с жидкостью Амадею. Он взял его и откупорил.

— Но знай, прежде чем ты умрёшь. Я вижу твою мечту... Любовь... А она ведь твоя судьба! Если бы ты был человеком и жил в то время, когда бы она родилась, ты бы сидел подле неё и правил как маг! Ну, или остался бы человеком

— То есть ведьме под силу из вампира сделать человека?

— Да...

— А знаешь, сто лет не так много для вампира...

— Правильное решение!

— Что я должен сделать? Веди меня Я желаю встать на «истинный» путь. Как мне прожить эти сто лет?

— Всего лишь провозгласи себя королём выйти в свет и докажи, что ты король.

— Как?

— Надень корону...

Тень взмахнула, и тело Асмодея приняло эстетичный вид подобия лика человека. Его голову обрамила корона, длинные, чёрные как смоль волосы были мягкие и лежали на плечах, а одежда была белой, словно первый снег; фигура была тонка, а длинные пальцы украшали перстни. Крылья в миг пропали и сложились на спине, образовав татуировку узора крыльев на спине.

— Теперь ты готов! Встретимся через сто лет. Правь и запомни: ты должен быть как твой отец — жесток, и лишь когда в тех условиях появится твоя суженая и избавит от проклятья.

С этими словами тень пропала, а молодой король последовал её словам и вышел в свет. Он сел на трон и был подобен Богу: каждая смерть — будь то человека или вампира — приближала его к мечте о любви.

Глава 2 "Придание оказалось правдивым"

Прошло почти сто лет. Амадей правил, как и отец. Он заливал земли вампиров кровью — всё, как и было в предсказании умершей ворожеи. Теперь уже опытный король ждал лишь рождение новой ведьмы, он контролировал этот процесс, и не одни роды ведьм не проходили без его одобрения. Каждая девочка, что была рождена на территории ведьм, стала «личным» подарком для него, но он не учёл одного: Амадей просчитался с возрастом и датой рождения избранной.

Даже его острый взгляд и правила, поставленные им, не смогли дать ему правильного решения. Люди бушевали, и ведьмы тоже. Срок почти вышел, и земли вампиров всё чаще стали подвергаться нападениям разбойников, что останавливали телеги с провиантом для кровососов и грабили их.

Это вскоре надоело королю, и он под покровом ночи, надев чёрный плащ, вышел с балкона в ведьмовские сады на поиски воров. Наслаждаясь красотой звёздной ночи, вампир бродил среди гортензий и полей роз. Его внимание отвлёк внезапный всплеск боли. Хороший слух позволил засечь звуки криков, и он бросился к ним.

Пролетев по воздуху, молодой король приземлился на землю и укрылся за деревом. Перед ним раскрылась картина. Стоял воз с телами, и вокруг него скакали дикие вампиры. Амадей взбесился и хотел уже выйти к ним и обезглавить эту нечисть, но внезапно, словно ураган, на них напал маленький человечишка. Неизвестный орудовал мечом словно пёрышком. Лёгкие движения запястьем и резкие выпады давали ему преимущество — вампиры падали один за другим, а незнакомец не успокаивался и дрался, словно не устал вовсе. Наконец, последний дикарь был повержен, незнакомец опустил с головы капюшон и ткань с лица. Перед королём оказалась хрупкая девушка, что была прекрасна, словно заря. Чёрные волосы падали на плечи платья, а хрупкая рука сжимала меч, с которого капала кровь. С неба на незнакомку полетели стрелы, и дикари вышли из темноты вновь. Она мигом всех порубила, но один напал со спины, и король, подлетев, схватил его за шею и разорвал.

— Кто ты такая?

— А ты кто такой?

— Я — Амадей…

— Медиана…

— Красивое имя… Но ты не ведьма, но знаешь заклинания — я услышал шёпот листьев в твоих речах. Кто ты?

— Я человек, а ты слишком красив для обычного вампира. Так кто же ты?

Вновь свист, и Амадей, приподняв свой плащ над головой Медианы, закрыл её от стрел. Девушка не успела среагировать, и одна из них попала ей в бок. Кровь полилась мгновенно. Её руки опустились с живота, и ткань с тела упала, а под ней король увидел её положение. Медиана оказалась беременна. Он слышал стук сердца младенца, а девушка увидела, как обнажаются белые клыки мужчины. Их молчаливый диалог прервал генерал, что шёл по следам нападавших.

— Хозяин…

— Хозяин… Но это же генерал армии короля вампиров… Получается, ты… Ты — король Амадей II?

— Да… — Высокий молодой король стоял напротив девушки, что со страхом смотрела на него, и начала шептать.

— Мне предсказано тебя встретить и передать её… — Медиана взяла руку Амадея и положила её на свой живот. — Её сердце… теперь твоё… Моя дочь призвана в этот мир, чтобы убить тебя… бойся… её пальцы будут держать этот меч крепко, и тебе его не вырвать из её рук… Она тебя убьёт… кровосос!

— Поверь, человечишка, ты не доживёшь до этого момента, и твой отпрыск тоже! — на девушку кинулся генерал, но король выставил руку вперёд и испепелил вампира, а вместе с ним и всю его армию.

— Что вы сделали? Это же убийство себе подобных! Вы спасли сосуд, что носит вашего убийцу! Вы сумасшедший?

— Да… Вас нельзя трогать, лишь потому, что вы дадите новую жизнь этому миру. Медиана, я дам вам фору. Бегите в горы, где вампиров нет. Даю три дня на скрытие моего убийцы, и пущу за вами гончих…

— Почему?

— Я честен со всеми. Три дня, а дальше сама судьба решит вашу участь.

Мужчина приклонил колено перед животом воительницы и, разорвав на ней платье в области ранения, выпустил свой длинный язык и облизал рану. Та в момент заросла, оставив на губах короля капельку крови, которую он вытер белым платком, а затем спрятал платок в карман.

— Это станет напоминанием, что однажды я даровал ей жизнь…

— Это не изменит вашей судьбы, она придёт к вам и убьёт!

— Я буду ждать её с удовольствием… — Сняв со своих плеч плащ, король погрузил его на тело Медианы. — Мой плащ пропитан запахом вампира, и не один кровосос не приблизится к вам, пока он на вас. А теперь вам пора идти!

Женские глаза смотрели на Амадея с пониманием, но руки тянулись к мечу. Мужчина это заметил и с помощью силы приподнял оружие, и оно остановилось у его шеи.

— Одно ваше слово — и я умру, но тогда вы потеряете шанс на спасение, ведь чары спадут с плаща! Ваше слово!

— Жизнь…

— Я так и знал…

Король развернулся спиной к девушке и пошёл в сторону своего замка, оставив девушку одну. Медиана сняла плащ с плеч и бросила его на землю, закричав.

— Мне не нужна твоя помощь…

Она не успела договорить, как её охватила боль. Упав на спину, беременная начала орать. Её живот ходил ходуном. Амадей подлетел пулей и повис над ней. Медиана кричала, но король одним взмахом забрал голос девушки и смотрел, как живот тянется к нему. Он опустил руку на живот — и тот тут же успокоился, но как только вампир убрал руку, из глаз роженицы потекли слёзы.

— Медиана, ты умираешь! Ребёнок тебя разрывает! Позволь себя укусить и облегчить твою смерть. — Он вернул ей голос.

— Нет!

— Она умрёт с тобой! Ты убиваешь дитя!

— Нет! Я не стану тебе подобной!

— Я больше не покажу тебе такой жалости… твоё последнее желание!

— Убей меня, вскрой живот, забери дитя и отдай его ковену, в который я шла.

— Хорошо…

— Клянись! Ты дашь ей жизнь, и позволишь явиться в назначенный час за твоей головой, и бой будет честным!

— Клянусь! Твоя дочь… будет все годы под моей незримой защитой, и я позволю ей пересечь границу моего замка, чтобы она остановила моё сердце…

— Помни, король… ты поклялся…

Амадей вытянул один коготь и провёл им по животу, разрезав его, засунул руку внутрь, схватил малышку за ногу и потянул, но младенец начал задыхаться. Король всё понял.

— Ты нужна ребёнку живой, лишь потом я тебя убью… Твоя дочь питается твоим сердцем, она высасывает жизнь из тебя! Ты останешься жить, пока её тело не пересечёт врата ковина. Не умирай, пока я не отнесу её… Я обращусь в зверя и мигом её доставлю.

Умирающая Медиана кивнула. Вампир обратился в волка, схватил в свою пасть ребёнка, побежал к северным вратам ведьм, перепрыгнул высокий забор и оставил тело зеленоглазой малышки, которая принялась жалко всасывать воздух в себя, а когда её лёгкие наполнились полностью, высвободился первый крик. Он наполнил деревню потоками ветра и сбивал с ног пришедших на вызов ведьм.

Короля не должны были заметить, и он, обратившись в птицу, взлетел вверх и скрылся. Присев на ветку за территорией ковена, он проследил, чтобы «звёздочку» забрали женщины и отнесли в дом. Как только это произошло, Амадей полетел стрелой к умирающей Медиане. Та уже была при смерти. Король встал над ней и усмехнулся.

— Такое хрупкое тело носило такую силу!

— Она жива?

— Я исполнил твою последнюю просьбу, человек… Теперь твоя очередь исполнить мою.

— Какую?

— Живи!

Вампир вцепился в шею женщины и принялся жадно пить остатки её крови, а после схватил тело на руки и направился в свой замок. Подойдя к балкону, с одного прыжка запрыгнул на него и оставил тело Медианы на полу дожидаться первых лучей солнца.

Рассвет медленно опалил умирающее тело, а король стоял и наблюдал, как лучи солнышка окрашивали красными пятнами ткань одежды, что остались на ней.

— Почему я ещё жива? — приоткрыв глаза, спросила Медиана.

— Ваша связь с дочерью неразделима, пока она не достигнет возраста шести лет. Ты должна жить, если я правильно понимаю — ты не просто сосуд, ты вместилище её силы, а значит, если ей предсказано меня победить, то ты должна жить и хранить остатки её силы для неё…

— Откуда ты знаешь?

— Кто тебе это рассказал? Откуда ты знаешь легенду? Это тень? Это она тебя привела в ковин?

— Да… но откуда ты это знаешь?

— Я проклят и не могу умереть. Лишь рука твоей дочери спасёт меня от этой муки — пить кровь, поэтому я не могу допустить твоей смерти. Ты будешь жить и радоваться. Я дам тебе возможность видеть, как растёт твоя дочь, и быть частью её жизни, но в назначенный день — в день её шестилетия, ты будешь обязана ей отдать силу…

— Ценой своей жизни?

— Ценой своей жизни… Я не знаю, как это будет! Она сама отберёт у тебя жизнь, или судьба проведёт по твоей тонкой шее ножом, но факт остаётся фактом — ты обязана прожить ещё немного…

— Но как я проживу это время? Я же умираю…

— Моё проклятье быть вампиром не так работает, как у остальных. Да, я отбираю жизни, но я же их и даю. Я не могу стать человеком сам, но могу оставить это тебе — эту способность жить и проживать все эти морщины на своём прекрасном лице! Ты всё ещё человек… в отличие от меня. Поэтому лучи солнца тебя не сжигают. Вставай, внутри нас ждёт стол с едой, и я расскажу за бокалом вина свой план.

— ...Какой план?

— Как тебе попасть в ковен, чтобы воспитывать дочь!

Король протянул руку к девушке, и та приняла его предложение. Войдя в тронный зал, измученная Медиана присела за стол напротив Амадея и принялась есть как дикарка, а король с улыбкой всматривался в черты человека. Он видел самые мелкие детали: седину, морщины, не совершенную кожу в пятнах, то, чего был лишён.

— У ковена, далеко в лесу, есть одинокий домик — там живёт старушка. Поселишься в том доме.

— А как же старушка?

— Она умрёт!

— Ты убьёшь её?

— Она почти мертва, мой укус лишь поможет ей избавиться от тягот жизни. Обещаю, я не стану ничего делать ужасного с ней! Займи её место!

— А дальше — что?

— Будешь собирать травы и приносить их в деревню. Та пожилая женщина поставляет им лесные травы, ведьмы того ковена не знаю в лицо травницу.

— Почему?

— До определённого срока женщины не выходят из деревни, пока луна в зените; им запрещено. Сейчас в лесу — время вампиров. Они боятся нападений. Поэтому они не видятся никогда!

— Но им приносила травы старушка, а не молодая девушка! Сам это сказал!

— Ты должна втереться в их доверие и войти в деревню. Напросись к ним на ночлег, и когда звёзды озарят деревню, выйди на площадь и осмотришься — в одном из домов ты найдёшь дочь, сразу же иди к ней и возьми на руки. Малышка почувствует тебя, ведьмы это увидят и не захотят вас разделять.

— С чего ты взял, что меня оставят?

— Я скрою твою материнскую линию, чтобы они не знали, кто ты такая на самом деле. Ты станешь няней для девочки. Никто не поверит, что всесильную ведьму родила человеческая особа. Вот мой план! Ты ей дашь правильное воспитание, и она выйдет на тот путь, что был уготован. А сейчас отдохни — ты устала.

Властный король встал из-за стола и щёлкнул пальцами. Женщина оказалась в домике на окраине леса. Всё пошло по плану, и Амадей тщательно следил, чтобы Медиана заняла своё место в обществе ведьм. Жизнь начала бить ключом для матери и дочери. Обучение, слёзы, взбалмошный характер «звёздочки» и часто сидящий на ветвях деревьев эстетичный мужчина, что с улыбкой на устах наблюдал за взрослением маленькой ведьмы, что было уготовано его убить.

Прошло шесть лет. В назначенный день мать получила послание от короля — он звал её на встречу и сообщил, что девочка должна быть с ней.

Встреча была на поляне. Женщина привела дитя к огромному камню, где их ждал уже давно молодой и красивый мужчина, что протянул руку к девочке.

— Матушка Медиана, а это кто такой?

— А как ты думаешь? — ответил Амадей. — Попробуй отгадать!

— Ты вампир, но не обычный! Ты не горишь на солнышке и на тебе крест… — Мужчина поднял на руки малышку и, улыбаясь, ответил не задумываясь.

— Это так… Но однажды твоя ручка станет настолько сильной, что ты подаришь мне свободу.