Полная версия
– Аннет, – сказала я, когда фрейлина закончила прическу. – Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня разузнала.
Аннет насторожилась, но кивнула в знак согласия.
– Я хочу знать все о помиловании главаря бунтовщиков. Кто ходатайствовал о его освобождении? Какие у него связи во дворце? И еще… Мне нужно знать все о прошлом принцессы Хелены. О ее друзьях, врагах, поклонниках… Любая информация может оказаться полезной.
Аннет нахмурилась.
– Ваше Высочество, это может быть опасно. Дворцовые интриги – не шутки. Если кто-нибудь узнает, что вы еще не совсем здоровы и не помните свое прошлое, то могут возникнуть проблемы. Есть люди которые захотят этим воспользоваться.
– Значит, нужно быть осторожными, – перебила я. – Я рассчитываю на твою помощь, Аннет. Ты единственная, кому я могу доверять.
Фрейлина вздохнула и кивнула.
– Я сделаю все, что в моих силах, Ваше Высочество. Но прошу вас, будьте осторожны.
Я улыбнулась ей в знак благодарности.
– А теперь, – продолжила я, – мне нужно навестить отца.
Когда я вошла в кабинет короля, он сидел за массивным письменным столом, погруженный в чтение каких-то бумаг. Увидев меня, он поднял голову и приветливо улыбнулся.
– Доброе утро, Хелена. Как ты себя чувствуешь?
– Гораздо лучше, отец, – ответила я, слегка поклонившись. – Благодарю за заботу.
Он жестом пригласил меня сесть.
– Я рад это слышать. После всего пережитого тебе нужен отдых. Но я знаю, что ты не привыкла бездельничать. Чем я могу тебе помочь?
– Отец, – начала я, стараясь говорить как можно более непринужденно. – Я хотела поговорить с тобой об одном важном деле. О помиловании главаря бунтовщиков.
Лицо короля слегка помрачнело.
– Я знаю, это решение вызвало много споров, – ответил он, помолчав. – Но я посчитал, что это необходимо для сохранения мира в стране.
– Но почему именно он? – настаивала я. – Разве он заслуживает прощения после всего, что натворил?
Король вздохнул.
– Это сложный вопрос, Хелена. В политике не всегда можно следовать простым принципам справедливости. Иногда приходится идти на компромиссы, чтобы избежать кровопролития.
– И кто же настоял на его помиловании? – спросила я, не отводя взгляда.
Король на мгновение отвел глаза.
– Это не имеет значения, Хелена. Важно то, что решение принято, и мы должны двигаться дальше.
Его уклончивость лишь усилила мои подозрения. Кто-то влиятельный стоял за этим помилованием. И этот кто-то не хотел, чтобы я знала правду.
– Отец, – продолжила я, – я слышала, что этот человек был помилован якобы по политическим соображениям, но что если он связан с предателем, устроившем покушение на меня? Не думал ли ты, что его помилование на руку кому-то, кто потворствует бунтовщикам?
Король резко взглянул на меня.
– Тебе не стоит думать об этом. Как только я узнаю об этом, он будет наказан.
Я чувствовала, как назревает конфликт, но не могла отступить. Мне нужна была правда. Даже если она окажется горькой и болезненной.
– Отец, разве ты не понимаешь, что я в опасности? Если этот человек действительно задумал против меня что-то плохое, то помилование только усугубит ситуацию. Прошу тебя, расскажи мне, кто ходатайствовал о его освобождении. Я должна знать, кому я могу доверять, а кому – нет.
Наступила долгая, напряженная пауза. Король сверлил меня взглядом, словно пытаясь прочитать мои мысли. Наконец, он вздохнул и откинулся на спинку кресла.
– Хорошо, Хелена, – произнес он медленно. – Я скажу тебе правду. Но ты должна пообещать, что не будешь действовать опрометчиво.
Я кивнула, затаив дыхание.
– О помиловании главаря бунтовщиков просил генерал де Валуа.
Я вздрогнула, словно от удара. Генерал де Валуа… Человек, который спас мне жизнь. Человек, которому я, казалось, начала доверять. Неужели он тоже играет в эту опасную игру?
– Генерал?! – воскликнула я, не веря своим ушам. – Но зачем ему это?
– Этого я не знаю, – ответил король. – Он сказал, что помилование необходимо для укрепления власти короля. Но я не уверен, что это вся правда.
Я молчала, переваривая услышанное. Все перевернулось с ног на голову. Тот, кого я считала своим защитником, мог оказаться моим врагом. Но зачем генералу де Валуа помогать бунтовщику, покушавшемуся на мою жизнь? Какая связь между ними?
– Отец, – спросила я после паузы. – Ты доверяешь генералу де Валуа?
Король нахмурился.
– Я всегда доверял ему, Хелена. Он верно служил короне долгие годы. И если бы не доверял, то никогда бы не сделала его твоим телохранителем.
Я почувствовала, как ком подступает к горлу. Одиночество и отчаяние захлестнули меня с головой. Я была одна в этом дворце, полном интриг и тайн. И я не знала, кому могу доверять.
– Отец, – прошептала я. – Что мне делать?
Король подошел ко мне и обнял меня.
– Будь осторожна, Хелена, – сказал он тихо. – И доверяй только своему сердцу.
Слова отца эхом отдавались в моей голове, когда я покинула его кабинет. "Доверяй только своему сердцу…" Но как можно доверять сердцу, когда оно разрывается между добром и злом, между правдой и ложью? Я чувствовала себя марионеткой, которой дергают за ниточки неизвестные кукловоды.
Нужно было побыть одной, собраться с мыслями, решить, что делать дальше. Я направилась к своим покоям, стараясь не думать ни о чем. Но стоило мне свернуть в широкий коридор, как я увидела его. Генерал де Валуа стоял у окна, сложив руки за спиной, и смотрел в сад.
Мое сердце бешено заколотилось. Как вести себя с ним после всего, что я узнала? Притвориться, что ничего не случилось? Высказать ему все, что думаю? Или попытаться выведать у него правду?
Он обернулся, услышав мои шаги. Его лицо было непроницаемым, в глазах не читалось ни теплоты, ни нежности. Лишь холодная, отстраненная вежливость. Вчерашний разговор явно оставил свой след.
– Ваше Высочество, – произнес он ровным голосом, слегка склонив голову.
– Генерал, – ответила я, стараясь сохранить спокойствие.
Наступила тягостная пауза. Никто из нас не решался первым нарушить молчание.
– Я хотел узнать, планируете ли вы покидать замок в ближайшее время, – наконец произнес он. Его тон был официальным и сдержанным, словно мы были едва знакомы.
Я почувствовала укол обиды. Еще вчера он проявлял ко мне заботу и внимание, а сегодня… Сегодня он обращался со мной как с незнакомой принцессой, которую нужно охранять.
– Нет, генерал, не планирую, – ответила я с легкой иронией. – Думаю, вчерашней прогулки по трущобам и рудникам мне вполне хватило.
В его глазах мелькнула тень. То ли досады, то ли сожаления.
– Разумно, – сказал он коротко. – Тогда, должно быть, вы будете готовиться к вечернему балу.
– Да, – кивнула я. – Именно этим и собираюсь заняться.
– Я буду сопровождать вас на бал, – заявил он.
Я удивленно вскинула брови.
– Разве это обязательно? – спросила я. – Я думала…
– Это не обсуждается, Ваше Высочество, – перебил он меня. – Таков приказ короля.
Его слова прозвучали как приговор. Приказ короля… За этим всегда скрывались чьи-то интересы, чьи-то корыстные цели.
– Разумеется, генерал, – ответила я холодно. – Если таков приказ короля, я не смею ему перечить.
Он молча смотрел на меня, и я чувствовала, как нарастает напряжение между нами. Я не знала, что он думает, что чувствует. Но я знала одно: я больше не доверяю ему.
– Тогда позвольте откланяться, Ваше Высочество, – произнес он, слегка поклонившись. – До вечера.
И он ушел, оставив меня в полном одиночестве. Я смотрела ему вслед, чувствуя, как в груди поднимается волна гнева и отчаяния. Что все это значит? Зачем ему нужно было просить о помиловании бунтовщика? Почему он должен сопровождать меня на бал?
Я чувствовала, что оказываюсь втянутой в опасную игру, правила которой мне неизвестны. И единственный способ выжить – разгадать все тайны и найти союзников. И как можно быстрее.
Вернувшись в свои покои, я почувствовала некоторое облегчение. Здесь, среди знакомых вещей и уютной обстановки, я могла немного расслабиться и обдумать все, что произошло за последнее время. Стоило мне переступить порог, как я увидела Аннет. Она сидела за небольшим столиком у окна и что-то записывала в блокнот.
Увидев меня, она тут же вскочила и поспешила навстречу.
– Ваше Высочество, – произнесла она с тревогой. – Вы в порядке? Вы выглядите очень бледной.
– Все хорошо, Аннет, – ответила я, стараясь улыбнуться. – Просто выдался тяжелый день. Ты что-нибудь узнала?
Глаза Аннет заблестели.
– Да, Ваше Высочество. Я узнала.
– Рассказывай, – поторопила я Аннет, опускаясь в кресло.
Аннет села напротив меня, чуть ссутулившись, словно опасаясь подслушивания.
– Начну с помилования, Ваше Высочество. Как оказалось, дело не так просто, как кажется. Поговаривают, что о помиловании просили несколько очень влиятельных семей нашего королевства.
Я нахмурилась. Интересно, что это за семьи? И почему отец рассказал мне только про ходатайство генерала де Валуа. Хотя может быть именно просьба генерала была решающей и обоснованной? Скорее всего.
– Имена назвать можешь? – спросила я.
Аннет покачала головой.
– К сожалению, нет, Ваше Высочество. Все говорят шепотом, боятся. Но слухи ходят вокруг герцога Эльмского. Он известен своей оппозицией политике короля, и многие считают, что он мог использовать помилование бунтовщика для собственных целей.
– Ясно, – проговорила я задумчиво. Герцог Эльмский… Нужно будет разузнать о нем побольше. – А что насчёт моего прошлого ? Ты же понимаешь, что если я сама начну расспрашивать про него это вызовет волну ненужных пересудов, а так вроде бы все и забыли, что я потеряла память, – я снова сделала отступление, чтобы совсем уж не выглядеть подозрительно.
Аннет вздохнула и открыла свой блокнот.
– Здесь сложнее, Ваше Высочество. О принцессе Хелене, в смысле о вас, говорят разное, и не всегда правду. Но кое-что мне удалось выяснить. У неё, то есть у вас, было несколько близких подруг - принцесса Изабелла, и ее фрейлина Мари. Встретила она их когда приехала ко двору. Врагов явных не было, хотя… Говорят, она недолюбливала леди Амелию - старшую фрейлину. Та всегда завидовала ее красоте и положению.
– А поклонники? – спросила я, надеясь найти хоть какую-то ниточку.
– О, поклонников было множество, Ваше Высочество! – улыбнулась Аннет. – Но вы никому никогда не отдавали предпочтения. Всегда держалась от них на расстоянии. Это я уже сама видела, еще когда только была представлена ко двору.
– Понятно, – вздохнула я. – И что-нибудь о бунтовщике?
Лицо Аннет стало серьёзным.
– Вот здесь самое интересное, Ваше Высочество. Его зовут Леопольд де Руан, и он из очень знатного рода. Его семья владеет землями на границе с герцогством Эльмским. Он молод, образован, и раньше считался одним из самых перспективных аристократов при дворе. Но… он ввязался в оппозицию, собрал мятежников, а потом ваше похищение…
– И что связывает его с генералом де Валуа? – спросила я, затаив дыхание.
Аннет склонила голову набок.
– Вот это самое интересное, Ваше Высочество. Прямых доказательств нет, но… Говорят, что они были знакомы. Кто-то шепчет, что они учились вместе. Кто-то утверждает, что генерал оказывал ему покровительство, но мне верится с трудом, так как они почти ровесники. Но все сходятся в одном: между ними что-то было.
– Что-то было… – эхом повторила я.
– Что касается связи между вами и Леопольдом де Руана… Тут совсем темно. Да, он бывал на тех же балах, что и вы. Пытался привлечь ваше внимание. Но никто не видел, чтобы вы общались близко. Все сходятся во мнении, что он похитил вас по политическим мотивам. Чтобы отомстить королю, или… чтобы использовать вас в своих целях.
– Использовать меня… – прошептала я, ощущая холод в груди. – Для чего?
– Кто знает, Ваше Высочество, – вздохнула Аннет. – Двор – это змеиное гнездо. Здесь все плетут интриги и ищут выгоду.
Я поднялась с кресла и подошла к окну. За окном шумел сад, пели птицы, жизнь шла своим чередом. Но в моей душе бушевала буря. Я чувствовала, что приближаюсь к разгадке. Но разгадка эта, возможно, окажется куда более страшной, чем я могла себе представить.
– Спасибо, Аннет, – сказала я, не оборачиваясь. – Ты мне очень помогла. Но будь осторожна. Не говори об этом никому. Особенно во дворце, и не с какими друзьями и знакомыми. Мы не знаем, кому можно доверять.
Аннет кивнула.
– Я понимаю, Ваше Высочество. Я буду молчать, как рыба. Но и вы будьте осторожны. Враг может скрываться за самой любезной улыбкой.
– Знаю, – кивнула я девушке. – Знаю.
Голова гудела от обилия информации. Герцог Эльмский, Леопольд де Руан, генерал де Валуа… Ниточки тянулись во все стороны, образуя сложный, запутанный узел. Кто из них истинный враг? А кто лишь пешка в чужой игре?
Аннет оставила меня, заверив, что мне нужно отдохнуть перед балом. Но какой уж тут отдых, когда в голове роятся мысли, как потревоженные осы? Как можно расслабиться, когда каждый жест, каждое слово могут оказаться роковыми?
Герцог Эльмский. Оппозиционер, плетущий интриги… Он мог спонсировать бунтовщиков, использовать Леопольда де Руана в своих целях. Помилование - лишь способ усилить его влияние и дискредитировать короля. Но зачем ему это? Чего он добивается?
Леопольд де Руан. Молодой аристократ, вставший на путь мятежа… Что толкнуло его на это? И почему он похитил принцессу Хелену? Неужели лишь политические амбиции? Или есть что-то ещё, что скрыто от посторонних глаз?
И генерал де Валуа… Верный слуга короны, герой, спасший мне жизнь. Зачем ему просить о помиловании бунтовщика? Какая связь между ним и Леопольдом де Руаном? Учились вместе? А может, их связывает что-то большее? Может, генерал тоже играет в свою собственную игру?
И самое главное… Какую роль во всем этом играла настоящая Хелена? В какую авантюру она ввязалась, что привела к ее гибели? Я уверена, что покушение не было случайностью. а было ли это вообще похищение? может быть несчастный случай и Хелена была не пешкой, а королевой в этой шахматной игре? А может быть она знала слишком много и кто-то очень хотел, чтобы она замолчала. Но почему? Что она знала? Что видела? И почему вместо неё в это тело попала я, Елена?
Столько вопросов и ни одного ответа. Я чувствовала себя слепой в лабиринте, где каждый поворот может привести либо к выходу, либо в тупик. Нужно действовать осторожно, продумывать каждый шаг. Нужно научиться читать между строк, видеть то, что скрыто от посторонних глаз. Нужно найти союзников, тех, кому можно доверять. Но как это сделать, когда вокруг одни враги и предатели?
Мысли путались, сбивались в кучу. От перенапряжения начинала болеть голова. Вздохнув, я прошлась по комнате. Этот мир, этот дворец, эти интриги… Всё это свалилось на меня внезапно, словно снег на голову. Я чувствовала себя чужой, потерянной, одинокой.
Нужно отвлечься. Хоть ненадолго, дать голове остыть. Иначе я просто сойду с ума.
Я подошла к кровати, тяжело опустившись на мягкие подушки. Закрыла глаза, пытаясь выбросить из головы все тревожные мысли. Но они, словно назойливые мухи, кружились вокруг, не давая покоя.
Медленно, но верно усталость взяла свое. За мутными завесами сознания стали проступать образы, смутные и нечеткие. Сад, полный цветов и ароматов… Лицо генерала де Валуа, загадочное и непроницаемое… Слова отца, предостерегающие и полные тревоги…
Постепенно все звуки стихли, мысли рассеялись, тело расслабилось. Я провалилась в глубокий, беспробудный сон. Сон, в котором не было интриг, заговоров и врагов. Лишь тишина и покой.
В сон я провалилась, словно в мягкую перину. И в этом сне было тепло, уютно и спокойно, как бывает только в детстве. Я брела по цветущему лугу, усыпанному маками и васильками. Звучало тихое жужжание пчел, а легкий ветерок ласково трепал мои волосы.
Вдали виднелся лес, манящий своей прохладой и таинственностью. И я пошла туда, не испытывая ни страха, ни сомнений. Шла легко и свободно, словно парила над землей.
И вот, я уже стою на опушке леса. Яркое солнце пробивается сквозь листву, рисуя причудливые узоры на траве. В воздухе витает аромат хвои и грибов. Я делаю шаг вперед, и оказываюсь в тени деревьев.
Внезапно я слышу шорох. Оглядываюсь и вижу его. Генерал де Валуа стоит у старого дуба, облокотившись на его шершавый ствол. Но это не тот суровый и непроницаемый генерал, которого я знаю. Этот другой. Более мягкий, более открытый. На его губах играет легкая улыбка, а в глазах светится теплый, нежный свет.
Он протягивает мне руку, и я, не раздумывая, беру ее. Его рука теплая и сильная, обхватывает мою ладонь нежно и уверенно. Мы идем по лесной тропинке, рука об руку, не произнося ни слова. И в этом молчании нет неловкости, лишь ощущение близости и понимания.
Мы выходим на поляну, залитую солнцем. В центре поляны бьет родник, кристально чистая вода которого журчит, словно поет. Генерал отпускает мою руку и подходит к роднику. Он наклоняется и предлагает мне ладонью воды.
Я пью, и чувствую, как живительная влага наполняет меня энергией и бодростью. Смотрю на него и вижу в его глазах отражение своего лица. И в этом отражении нет ни страха, ни тревоги. Лишь счастье и надежда.
Он подходит ко мне, берет мое лицо в свои ладони и нежно целует. Этот поцелуй легкий и трепетный, как прикосновение бабочки. Но он одновременно и обжигающий, словно искра, пронзающая все мое тело.
Я отвечаю на его поцелуй, чувствуя, как в моей груди разгорается огонь. Мы целуемся долго и жадно, утоляя голод, который терзал нас годами. И в этом поцелуе я нахожу ответы на все свои вопросы. Я понимаю, что он не враг. Он мой защитник, моя опора, моя любовь.
И в этот момент я просыпаюсь.
– Ваше Высочество, пора собираться на бал, – слышу я голос Аннет.
Глава 7.
Свет от ламп освещал мою комнату. Я лежала в кровати, чувствуя тепло на губах, словно поцелуй был наяву, а не во сне. В голове еще пульсировали отголоски сна. Генерал… Даже во сне он казался опорой, надеждой. Но реальность – это не сон. В ней все сложнее, запутаннее.
Прогоняя остатки сна, я села в кровати и посмотрела на встревоженную Аннет.
– Вы стонали во мне, вам было плохо?
– Нет, Аннет, – ответила я, стараясь улыбнуться. – Сон был… приятным. Но пора возвращаться к реальности. Начнем готовиться к балу.
Аннет улыбнулась мне в ответ. Она начала готовить все необходимое для мытья и даже напевала под нос какую-то мелодию.
Пока она возилась с водой и полотенцами, я попыталась структурировать информацию, полученную от неё. Герцог Эльмский – возможный враг короля, Леопольд де Руан – бунтовщик, похитивший Хелену, генерал де Валуа – человек, просивший о помиловании бунтовщика и, возможно, связанный с ним. И, наконец, сама Хелена… Что она знала? Что скрывала? Почему ее убили?
"Стоп, стоп, стоп!" – мысленно одернула я себя. От этих бесконечных размышлений голова просто раскалывалась. Нужно было хоть ненадолго отвлечься, иначе к балу я буду совершенно разбитой.
Я закрыла глаза и сосредоточилась на ощущениях. Теплая вода на лице, мягкое прикосновение, легкий аромат исходящий от воды. Я старалась не думать ни о чем, лишь наслаждаться моментом.
– Ваше Высочество, вам нездоровится? – обеспокоенно спросила Аннет, заметив, что я закрыла глаза.
– Нет, все в порядке, – ответила я, открывая глаза и стараясь улыбнуться. – Просто немного устала.
– Я понимаю, Ваше Высочество. на вас столько всего навалилось. Но сегодня вы должны быть неотразимой. Бал – это ваше время блистать.
Я кивнула соглашаясь и вышла из ванной, завернувшись в халат.
Аннет же принялась за дело с удвоенной энергией. Она тщательно расчесала мои волосы, заплела их в сложную прическу с жемчужными заколками. Затем приступила к макияжу. Легкий румянец, блеск для губ – все это должно было придать моему лицу свежесть и сияние.
Когда очередь дошла до платья, Аннет предоставила мне на выбор несколько роскошных нарядов. Но ни один из них не привлекал моего внимания. Все они казались слишком вычурными, слишком кричащими. Мне хотелось чего-то более сдержанного, элегантного.
– А что насчет того синего платья? – спросила я, указав на наряд, спрятанный в глубине шкафа.
– Вы уверены, Ваше Высочество? – удивилась Аннет. – Оно немного… скромное для такого случая.
– Именно это мне и нужно, – твердо ответила я.
Платье оказалось сшитым из темно-синего бархата, расшитого серебряными нитями. Оно было простым, но элегантным. Сидело идеально, подчеркивая мою фигуру и скрывая любые недостатки.
Дополнив наряд бриллиантовым колье и серьгами с сапфирами, я посмотрела на себя в зеркало. Я увидела незнакомую женщину. В ее глазах горел огонь, а на губах играла едва заметная улыбка. Это была не просто принцесса Хелена, а сильная, уверенная в себе женщина, готовая сражаться за свою жизнь.
– Ну, что скажешь, Аннет? – спросила я, поворачиваясь к фрейлине.
– Вы неотразимы, Ваше Высочество! – восхищенно выдохнула она. – Все взгляды будут прикованы к вам.
– Я на это и надеюсь, – ответила я, улыбаясь. – Пора идти на бал.
Мы вышли из покоев и направились к бальному залу. По мере того, как мы приближались к цели, я чувствовала, как растет напряжение. Бал – это не только развлечение, но и политическая арена. Здесь все плетут интриги, заключают союзы и выискивают слабости противника. И мне предстояло сыграть свою роль в этой игре.
Я шла, высоко подняв голову, стараясь выглядеть уверенной и неприступной. Но внутри меня бушевала буря.
По пути к залу мне встретились несколько придворных, которые приветствовали меня поклонами и комплиментами. Я отвечала им сдержанной улыбкой, стараясь ничем не выдать своего волнения.
И вот, наконец, мы достигли бального зала. Двери распахнулись, и я вошла внутрь.
Зал был залит светом и украшен цветами. Музыканты играли веселую мелодию, пары кружились в танце. Все придворные, одетые в роскошные наряды, с интересом разглядывали меня.
Я прошла вглубь зала, стараясь не привлекать к себе излишнего внимания. Но это оказалось невозможно. Все взгляды были прикованы ко мне. Я чувствовала, как оценивают мой наряд, мою прическу, мой макияж.
И вдруг я увидела его. Генерал де Валуа стоял в углу зала, облокотившись на колонну. Он был одет в белый парадный мундир, украшенный орденами и медалями. Его взгляд был устремлен на меня.
Я почувствовала, как кровь приливает к щекам. Мне захотелось убежать, спрятаться, исчезнуть. Но я не могла этого сделать. Я должна была выдержать этот взгляд, должна была доказать всем, что я никого не боюсь.
Я набрала полные легкие воздуха и двинулась в его сторону. Но дойти я не успела. Меня перехватили.
Не просто перехватили, а обняли, сжав за талию, и утащили в нишу за колонной и цветком в кадке.
– Как же я соскучился, – прошептал довольно привлекательный мужчина опустив руку на мою грудь и даже порываясь ее достать из выреза платья.
– Вы в своем уме? – я опешила от такого напора и наглости.
– Мы снова на вы? – мужчина улыбнулся. – Как же я люблю когда ты строишь из себя такую холодную недотрогу, – на губах мужчины появилась хищная улыбка. – Так бы и съел.
– Пустите, – я пытаюсь высвободиться из объятий, пытаюсь оттолкнуть, но незнакомец явно сильнее и зажал он меня сильно, я бы даже сказала профессионально.
Паника взметнулась в груди, словно испуганная птица. Наглость этого мужчины поражала. Кто он такой, чтобы так фамильярно обращаться со мной?
– Пустите меня немедленно! – прошипела я, стараясь говорить как можно тише, чтобы не привлекать внимания окружающих. – Иначе я закричу!
Он лишь усмехнулся в ответ, продолжая сжимать меня в своих объятиях.
– Закричите? Сомневаюсь, милая Хелена. Не думаю, что вы захотите устраивать сцену на балу. Тем более, когда все только и ждут, чтобы обсудить ваше внезапное возвращение. Хотя может мы уединимся и ты покричишь подо мной?
Его слова задели меня за живое. Он знал, как надавить на больную точку. Но я не собиралась сдаваться так легко.
– Если вы сейчас же меня не отпустите, – прорычала я, – я ударю вас! И клянусь, вам это не понравится.
Я попыталась вырваться, но его хватка лишь усилилась. Мои юбки стесняли движения, не позволяя нанести сокрушительный удар. "Черт бы побрал эти кринолины!" – мысленно выругалась я.
В отчаянии я собрала всю свою силу и резко дернула рукой. К моему удивлению, мне удалось вырваться из его хватки. Не теряя ни секунды, я влепила ему звонкую пощечину.
Мужчина отшатнулся, прижав руку к покрасневшей щеке. На его лице застыло выражение крайнего изумления.
– Да что с тобой, Хелена? – проговорил он, словно не веря своим ушам. – Что за игра такая? Ты не переигрываешь ? Поздно уже изображать невинность, после всего что между нами было.
