Мой Ангел

Кира Хо

Мой Ангел

Глава 1

Лера

– “Приветки-креветки”, – хмыкаю в трубку, читая очередное объявление. – Смена почасовая, чаевые общие, дресс-код – шапка с креветкой на макушке.

– Там так и написано? – ржёт Ди, сверкая белоснежными зубами в моём экране.

– Лучше – тут фотография офика, – протяжно выдыхаю, разворачивая камеру на экран ноутбука, после чего слышу очередную порцию ржача. – Ди, это бред. Меня из общаги выселят через три дня, а у меня денег только на первый месяц квартиры. Если я не найду работу сейчас, то буду жить в коробке из-под холодильника.

– Сама виновата, – отсмеявшись, говорит подруга и снова начинает пилить ярко-красные длинные ногти. – Хотела уехать в большой город учиться – получила. Теперь ломай голову, как выбраться из этого дерьма, – обиженно пыхтит, но, как обычно, быстро сдувается и уже более мягко добавляет: – Отчим не поможет?

– Я тебя умоляю, – усмехаюсь. – Он при маме-то не очень помогал, а теперь так тем более.

Таращусь в экран ноута, продолжая без остановки прокручивать колёсико. Всё ещё не теряю надежды найти что-то сносное. Эхом слышу, как Диана причитает что-то насчёт моего невыносимого отчима; моего дикого безрассудства; больной фантазии, из-за которой я решила, что выбраться из маленького городишки не будет сложным, но ничего ей не отвечаю. Просто потому, что знаю: она не замолчит, пока не выговорится.

– Возвращайся обратно, – заканчивает свою тираду стандартной фразой.

– Бросить экономический факультет, престижного универа страны на середине второго курса, чтобы пойти учиться на учителя математики?

– Оу, точно, я забыла, что для тебя это стрём, – фыркает она, намекая на себя. – И не математики, а химии.

– Одинаково приятно, – парирую. – Ладно, Ди, давай. Я пошла ещё полистаю, а потом буду собирать вещи, – начинаю нервничать и она это, слава богу, замечает.

– Да-да, я поняла, что выбесила тебя, – хихикает в ответ. – Не злись, Бесёнок. Найдёшь что-то – пиши.

– Окей, – киваю и тут же отключаюсь.

Утыкаюсь лбом в сложенные на столе руки, прикрывая глаза.

– Давай, Валерон, соберись. Сейчас, – бормочу, уговаривая саму себя не сдаваться.

И тут же резко отрываю голову, в очередной раз упираясь взглядом в экран. Первое время вижу только своё лицо в обрамлении нескольких прядок светлых волос, но когда зрение фокусируется, снова начинаю охоту. Официант, хостес в бани, менеджер в клубе массажа… Неужели в нормальные места не требуются люди? Аниматор, курьер, кассир… и всё бы ничего, если бы не график двадцать четыре на семь. У меня как бы ещё учёба…

Проходит пять минут, десять. На пальце уже появляется ощутимая мозоль, когда глазами я всё же цепляю что-то нормальное.

– Администратор игрового зала, – читаю вслух.

Пробегаю глазами по задачам и требованиям, а после, не увидев ничего сверхъестественного, снова беру в руки смарт и набираю номер, указанный в объявлении. Мне отвечает довольно молодая – по голосу – женщина. Почему-то кажется, что практически весь разговор она улыбается, отчего на моём лице тоже автоматически растягивается улыбка.

– А какой график? – интересуюсь, выслушав тираду плюсов их работы от неё.

На самом деле мне дико странно, что собеседование происходит по телефону, но в чём причина такого новшества – спрашивать не рискую, чтобы не спугнуть удачу.

– Его вы выстраиваете, как удобно вам. Оплата почасовая, но работа в основном ночная и вечерняя.

– Угу, – тяну задумчиво, постукивая пальцами по столешнице, и откидываюсь на спинку стула. – От меня что-то требуется? Документы, подпись?

– Каждый работник подписывает договор о неразглашении, но подробнее вы сможете узнать только на месте. Если вас всё устраивает, могу пригласить на первый рабочий день сегодня.

– Уже сегодня? – моментально собираюсь по стулу, бросая короткий взгляд на часы в нижнем углу ноутбука. Пять вечера. – Да. Да, конечно, я согласна, – еле сдерживаюсь, чтобы не завизжать. Правда, всё же вскакиваю и начинаю пританцовывать.

– Дресс-код – юбка и белый верх. Быть к семи, адрес пришлю вам в мессенджер, – ровным тоном отбивает девушка. – На ресепшене скажете, что пришли по поводу работы, и попросите позвать Юлию. Это я, если что, – выдаёт короткий смешок, но быстро возвращает себе серьёзный тон. – При себе иметь паспорт и вежливую улыбку. До встречи.

Как только Юлия договаривает, слышатся короткие гудки, а я так и стою то открывая, то закрывая рот.

Буквально несколько минут. А затем срываюсь с места и как ошпаренная хватаю полотенце с полки, мыльные принадлежности и домашнюю одежду, а затем вылетаю в коридор.

“Душ, макияж, одежда”, – перечисляю мысленно, словно что-то из этого могу забыть.

Пока моюсь, раскидываю в голове информацию по полочкам, однако мне не даёт покоя одна мысль: договор о неразглашении? Что там такого происходит в клубе, что об этом никому нельзя говорить? Ведь со слов Юлии – это обычное казино. Судя по всему, для важных персон. Но всё же…

Из душа выхожу, всё ещё прокручивая эту мысль, но она мгновенно улетучивается, когда я оказываюсь перед шкафом. Белый верх… отлично. У меня из белого только майка на тонких бретелях, и та больше походит на пижаму.

– Чёрт… – закусываю губу, доставая вешалку с лоскутом ткани.

Смотрю на неё, словно за две секунды она может превратиться в рубашку или, на худой конец, в футболку, но, естественно, этого не происходит. Протяжно выдыхаю и всё же снимаю её, укладывая на кровать.

– Ладно, Валерон, просто накинешь пиджак сверху, – жму плечами и следом достаю бордовый пиджак, укладывая его рядом.

Из юбок, конечно же, никаких “карандашей”, а самая длинная на ладонь выше колена. Снова поджимаю губы, давая себе установку прошерстить магазины на предмет нормальной офиски, одновременно натягивая юбку.

Свои светлые волосы собираю в идеальный высокий хвост, добавляю лёгкий макияж, подкрашивая чисто глаза и губы блеском, а после надеваю всё остальное.

Ещё через полчаса я уже трясусь в автобусе, глядя в навигатор, чтобы не пропустить свою остановку, и опять, будто параноик, прокручиваю в голове, взяла ли документы; закрыла ли комнату и самое главное – про себя проговариваю внятную речь, достойную администратора элитного казино, но есть ощущение, что двадцатилетку из посёлка во мне всё равно увидят.

От остановки до нужного клуба пробираются дворами, безмерно радуясь тому, что зимы здесь настолько тёплые, что я не мёрзну в пальто и капроновых колготках. На дорогу пешком уходит примерно минут пятнадцать, в ходе которой мне пришлось пройти что-то вроде пункта КПП, который я бы не заметила, если бы мне в лицо не засветил прожектор. Тут всё по классике: документы, кто, куда, зачем. Боги, да у нас в общаге столько проверок на входе нет, как тут.

А дойдя до нужного здания, я и вовсе замираю. Во-первых, оно находится вроде и в центре, но вокруг нет больше ничего. Только пустырь, немного редких деревьев и само здание, вымощенное каменными тропами, вдоль которых посажены невысокие кустарники. Хотя отсюда отчётливо слышится шум дороги и даже разговоры людей. Во-вторых, вот уж чего точно не думала увидеть, так это двухэтажного здания из тёмного кирпича, с панорамными тонированными окнами, подсвеченного неоном и невысокими фонарями, излучающими тёплый жёлтый свет.

В целом, я словно не в клуб приехала, а к какому-то очень богатому и одинокому интроверту.

Топчусь у широкой стеклянной двери, сжимая лямку сумки на своём плече.

– Ладно, Валерон. Это просто казино. Ничего тут не может случиться, так? – бормочу сама себе под нос.

А затем достаю телефон и, открывая мессенджер, кидаю геолокацию Ди. Просто на всякий случай. С подписью: “если мой труп всплывёт в реке, то знай, что здесь я была в последний раз”.

Выдыхаю. И делаю контрольный шаг.

Глава 2

Лера

Стою, улыбаюсь как ненормальная, потому что только услышала заветное “вы приняты”. Два слова, а душу греют так, что жарко становится.

Юля встаёт из-за стола, протягивая мне руку и с улыбкой, говорит:

– Ну что, дело за малым? Документы с собой?

Киваю, достаю паспорт, протягивая ей.

– Мне его придётся оставить? – спрашиваю с сомнением.

– Ненадолго. День-два, составят договор, и я верну его тебе, – забирая документ, лепечет она, а после убирает его в шкафчик стола, закрывая тот на ключ. – Не переживай, это стандартная процедура у нас. А теперь пойдём, я расскажу и покажу тебе всё тут. Потом познакомлю с Диной – она будет твоим наставником, пока ты не наловчишься.

Пепельная блондинка в юбке "карандаш" и туфлях на высоком каблуке, плавной походкой от бедра движется в сторону двери, а мне не остаётся ничего, кроме как идти за ней. Нас встречает длинный, широкий коридор, отделанный тёмным деревом и подсвеченный лишь настенными бра.

Вообще, дом оказался чуть больше, чем казалось снаружи. Точнее, то, что я видела, когда подошла это лишь холл и своеобразный зал ожидания. А вот глубже здание огромное и в основном находится под землёй.

– Тут комната персонала, – Юля машет рукой вправо. – Здесь кладовка, – влево. И как только мы проходим по лабиринту коридора, выходя в широкий зал с игральными столами – девушка останавливается. – А это твоё основное поле действия.

Оглядываюсь по сторонам. В этом помещении тоже достаточно темно, а приглушённый свет исходит только от подсветки напольных плинтусов. По одной стене растянут бар, за которым стоит довольно молодой и очень даже симпатичный парень, по другой несколько дверей. И только в центре столы: покер, рулетка, ещё какие-то игры, которые мне неизвестны. В общем, всё запретное тут. Но и людей здесь прилично. Все как на подбор: в дорогих костюмах, с серьёзным взглядом и ни намёка на кого-то вроде меня. Ну, кроме персонала.

– И в чём мои обязанности? – спрашиваю растерянно.

– Вон там, – тонкий пальчик с нежным маникюром указывает на высокие двойные двери, – вход. Не тот, где прошла ты. Через этот входят гости. Встретить, предложить первичные напитки, улыбнуться, проводить.

– И всё? – кидаю на неё скептический взгляд.

– А ты думала, что если клуб приватный, то тебя будут лапать и смотреть масляным взглядом? – тихо смеётся она.

– Если честно… да, – утыкаюсь глазами в пол. И чего так стыдно-то?

Юля снисходительно хлопает меня по плечу, а после тихо говорит:

– Мне нужно идти, Дина скоро подойдёт и всё тебе подробнее расскажет. Проведёт краткий экскурс в мир азартных игр. Постой тут, хорошо?

– Спасибо, – поднимаю голову, киваю и благодарно улыбаюсь.

Девушка смотрит на меня ещё несколько секунд, будто проверяя, действительно ли я готова остаться одна и не забьюсь ли в угол от паники, а после, хмыкнув, разворачивается и уходит.

Как только она скрывается за очередной дверью, которых тут, кажется, сотни, я снова оглядываюсь. По факту, это место не ощущается как что-то мегадорогущее, а люди, если не приглядываться, самые обычные. Но я-то девушка. И хоть из небогатой семьи, однако знаю, как выглядит дорогая одежда и, уж тем более, украшения.

Тем не менее полностью расслабиться у меня не очень получается: незнакомое место, наличие ответственности и отсутствие паспорта будто бьёт по нервам. Успокаивает только то, что все работники, которых я успела увидеть, не очень похожи на тех, кого сдали в рабство.

Обнимаю руками голые плечи, именно сейчас жалея, что оставила пиджак в кабинете у Юли и с шумом выдыхаю воздух из лёгких.

– Ты новенькая? – внезапно перед моим лицом появляется молодой парень с разносом в руках.

– Я… а… да, – киваю.

– Вот, – толкает мне в руки блюдо, накрытое сверху серебряной крышкой, – унеси на нижний випам.

От неожиданности перехватываю то, что дают, а когда открываю рот, чтобы сказать, что я не официантка – парня уже и след простыл.

– Зашибись… – бурчу себе под нос.

Смотрю то на своё отражение в крышке, то в зал и спустя пару минут принимаю решение унести его, куда сказали. Всё равно стою без дела. В очередной раз оглядываюсь по сторонам в попытке понять, где находится этот “нижний” и когда мой взгляд цепляет дверь с яркой неоновой вывеской “VIP” над ней, недоверчиво хмыкаю. Вип-комната в вип-клубе. Сомнительно, но окей.

Дверь легко поддаётся, и я ожидаю увидеть ещё один широкий зал, но стоит мне переступить порог, как я наблюдаю перед собой лестницу вниз. Мнусь на месте ещё пару секунд, а после иду на звуки приглушённой музыки.

Как только оказываюсь внизу, по ноздрям тут же бьёт запах мужского парфюма, алкоголя и чего-то очень сладкого. Музыка становится чуть громче, но кроме неё слышатся и другие звуки. Где-то на подсознательном уровне я понимаю, что мне не нужно задерживаться, и что стол посреди небольшого холла, на котором стоят бокалы и другие блюда – место, где мне стоит остановиться, но любопытство побеждает.

Словно зачарованная иду к двойным приоткрытым дверям и только когда слух улавливает тихие стоны – замираю. Отсюда в неширокую щель я вижу мужчину. Точнее, парня, что сидит на кресле. Он раздет. На бронзовой влажной коже отблески тёплого света лампы. Его руки сжимают бёдра и гладят тонкую спину девушки, которая двигается, сидя на нём. Её тело чем-то покрыто, потому что даже отсюда видно, насколько она скользкая. Движения плавные, изящные, изводящие, и каждое сопровождается стоном.

Мне нужно уйти. Надо перестать смотреть на это, но я продолжаю стоять как заворожённая и пригвождённая к полу собственным телом. От того, что я наблюдаю, все органы сковывает спазмом, а внизу с каждой секундой становится тяжелее.

Судорожно облизываю вмиг пересохшие губы, а после и вовсе прикусываю нижнюю, крепче сжимая пальцы на блюде, которое всё ещё держу в руках. Дыхание учащается, в грудной клетке всё меньше кислорода.

Резко отворачиваюсь, вынуждая себя перестать, подсматривать и делаю шаг в сторону, оставляя на столике блюдо, но как только хочу уйти, передо мной внезапно появляется мужская грудь, обтянутая белой футболкой.

Медленно поднимаю заалевшее лицо к незнакомцу и широко распахнутыми глазами смотрю на него. В полумраке замечаю острые черты лица и идеальные губы. А ещё… заинтересованный взгляд голубых глаз.

Ему на вид около тридцати, но осанка и то, как немного задран его подборок, не оставляет сомнений – он один из випов.

– Тебя не учили, что подсматривать не хорошо, Ангелок? – с лёгкой хрипотцой спрашивает он.

– Я… – мой голос срывается на шёпот. – Я не хотела. Я… принесла блюдо, – опускаю взгляд, в попытке спрятать страх и неуместное возбуждение.

– За всё в этой жизни нужно платить, – хмыкает он, а затем его пальцы властно укладываются на мой подбородок и с силой дёргают вверх, вынуждая снова посмотреть в его глаза. – Раздевайся.

Глава 3

Лера

В первую секунду кажется, что мне послышалось, но, наблюдая, как губы незнакомца растягиваются в грязной ухмылке, понимаю – не послышалось. Делаю резкий шаг назад, тут же упираясь бёдрами в проклятый стол. Смотрю в его голубые глаза, которые с каждой секундой всё больше и больше пылают первобытным интересом. Черты лица ещё сильнее заостряются, становясь практически хищными, а на губах всё ярче расплывается улыбка.

Он опасен, хоть и красив. До чёртиков красив. Глядя на таких в телефоне или ноуте, думаешь “вот бы однажды, такой обратил внимание на меня”, но здесь и сейчас мне совсем этого не хочется. Хочется закрыться, увернуться, убежать. Сделать что угодно, лишь бы не чувствовать жар его дыхания и его внимание на себе.

– Я не…

– Ты не – что? – тянет он, надвигаясь в мою сторону. – Ты не работаешь здесь?

– Я… работаю, но не…

– Хватит, – обрубает жёстче, теперь уже нависая надо мной, и я действительно замолкаю, проглатывая вязкую слюну, царапая ей глотку.

Его взгляд скользит по моему лицу, опускаясь ниже, к плечам, и в нём загорается что-то ещё, кроме интереса. А следом подушечки горячих пальцев укладываются на мою шею и повторяют этот путь, останавливаясь возле тонких лямок майки.

Сердце грохочет за рёбрами так, что, мне кажется, он слышит его. Дышать становится всё труднее, а я всё более очевидно понимаю – паника накрывает меня. Тупое чувство, что я в ловушке. Этот страх и что-то ещё, чего явно быть не должно.

– Пожалуйста, не надо, – шепчу еле слышно, когда его пальцы с нажимом проводят ниже, сдёргивая с плеча лямку.

По коже ту же разбегается рой мурашек, простреливая почти физическим отвращением до пальцев на ногах и заставляя съёжиться.

– Назови её, – выдыхая жар мне в лицо, хрипит он.

– Что? – задерживаю дыхание, стоит ладони лечь на второе плечо.

Под ней всё плавится. Никогда не думала, что чьи-то касания могут вызывать ярость, вперемешку с наслаждением. Я сама себя сейчас не понимаю. Всё слишком остро. Слишком неправильно. Слишком… странно.

– Цену, – роняет как что-то само собой разумеющееся.

Быстро мотаю головой и пытаюсь отойти снова, но, естественно, не получается. Дёргаюсь, ощущая, как вторая лямка сползает по раздражённой коже, а после рвано выдыхаю от крепкой хватки на плече.

– Не надо, – на глаза наворачиваются слёзы, но я не надеюсь, что это его остановит.

Наоборот – моя дрожь, влага на глазах словно ещё больше подстёгивает его. Пальцы невесомо переходят с рук на ключицы, а затем ниже, к груди. Касаются острых, напряжённых пиков через ткань, и это приносит больше боли, чем удовольствия. Мне страшно, стыдно. От себя тошно, потому что я всё ещё ощущаю эту чёртову тяжесть внизу живота.

Шарю взглядом по пространству, пытаясь найти возможность сбежать, а вокруг, как назло, ни души, только проклятая музыка и непрекращающиеся стоны, на которые предательски реагирует тело.

Проходит всего секунда от моей мысли “это конец“, до момента, когда моё колено дёргается, встречаясь с его пахом. Незнакомец рычит, складываясь пополам, а я, пользуясь возможностью, делаю шаг в сторону и убегаю от него вверх по лестнице.

Лечу так, будто за мной стая собак гонится. Сердце теперь долбит не только в грудине, но и в ушах, в глотке. Адреналин разливается по венам с такой силой, что голова начинает кружиться, а я бегу не разбирая дороги и останавливаюсь, только когда врезаюсь в высокую рыжую девушку. Фокусирую зрение на ней, цепляясь взглядом за бейдж с именем Дина на нём. Протяжно выдыхаю.

– Ты Лера? – недовольно цокает она, оглядывая меня брезгливым взглядом. Я молчу, тяжело дыша, и только киваю в ответ, поправляя одежду. – Ну и где тебя носит? Почему я должна тебя ждать?

– Я… парень… он дал мне блюдо, – с долгими паузами пытаюсь объяснить, что произошло, при этом активно жестикулирую. – Сказал унести вниз.

– О боги, – с хохотком выдаёт она. – И ты увидела то, чего не ожидала, да?

Киваю. Не хочу рассказывать о том, что произошло просто потому, что за болтовню могу лишиться работы. А я её, на минуточку, только нашла! Просто теперь я буду обходить тот зал стороной. По возможности. И с этим типом больше пересекаться не буду. Тоже – по возможности.

– Ну что я могу сказать, – фыркает Дина. – Ты прошла посвящение чуть раньше, чем должна была.

– То есть, это обычная практика? – наконец, восстановив дыхание, спрашиваю.

– Что девочек трахают всего час-два за их трёхмесячную зарплату? Да, – усмехается она. – Но всё добровольно. Не подумай, у нас тут не Бордель.

“Ну да, просто секс-комната на нижнем этаже, всего-то”, – внутренне плююсь ядом.

– Я должна там… появляться? – интересуюсь осторожно.

– Только если произойдёт инцидент, в котором не разобраться без управления, и то, если Юли не будет на месте. Там её территория. Ну или если захочешь побыть на месте девочек.

На этих словах мои глаза становятся двумя кратерами, и это вызывает у Дины приступ смеха.

– Да расслабься. Я же говорю: никто никого не заставляет.

Протяжно выдыхаю. Слава всем.

– Ну, может, уже приступим к твоим прямым обязанностям? – вскидывает рыжую бровь.

– Да, пожалуйста, – отвечаю уверенно и уже более тихо, себе под нос добавляю: – Что угодно, лишь бы забыть этот треш.

Глава 4

Влад

В яйцах звенит, и этот звон эхом отдаётся в уши. Пришёл, мать его, с хорошим настроением… теперь раскинувшись, сижу в кресле, напротив Эд заканчивает с одной из сучек, а у меня между ног ледяная бутылка виски и в голове только навязчивая мысль пойти наверх, найти эту дрянь и сделать так, чтобы она пожалела.

Громкий шлепок извещает о том, что друг, наконец, закончил. Откидываю голову на спинку кресла, разглядывая тёмный потолок и совершенно не заостряя внимания на том, что делает Эд, только боковым зрением улавливаю, как из зала уносится голая женская задница.

В помещении стол, два кожаных кресла, такой же диван, много бухла и едкий запах телесных выделений. Всё это вкупе с болью в пахе давит на мой мозг, пробуждая желание кого-нибудь прибить. Кого-то конкретного. Беловолосого и голубоглазого.

Её испуганный взгляд до сих пор стоит перед глазами. Я ведь и правда не поверил, что она не продаётся. Сначала. Но потом, когда увидел реальный ужас, написанный на её лице, понял: вышла ошибка. Только вот после моих бубенцов её это не спасёт.

– Ты чего такой недовольный? – с издёвкой в голосе бросает друг, а после слышится лишь шуршание одежды.

Прикрываю глаза, погружаясь в темноту. Глубокий вдох, протяжный выдох. Спокойствие. Если она здесь работает, я обязательно встречу её ещё не раз. А если нет… никто не отменял связи.

– Макс где? – игнорируя его вопрос, кидаю в пространство, не размыкая век.

– Должен скоро подойти.

И ровно на этих же словах открывается дверь. Отдираю голову от спинки кресла, разлепляя глаза. В пороге стоит Макс – владелец этого клуба, а заодно и наш друг. Единственный из нас троих, кто к своим почти тридцати всё ещё живёт за счёт бати и на его же бабки открыл этот клуб. Пожалуй, это единственный источник его личного дохода. Но только если не учитывать, сколько он сам оставляет здесь бабла. Тогда это скорее источник отхода.

– У вас есть новенькие в персонале? – без приветствия бросаю, глядя на Макса.

Он вскидывает светлую бровь и сдувая такого же цвета прядь с лица, безразлично отвечает:

– Понятия не имею. Ты думаешь, я слежу за всеми, кто приходит и уходит? – приближается к дивану, с силой падая на него.

– А стоило бы, – практически выплёвываю и снова откидываю голову, прижимая бутылку к паху.

– Конкретнее?

– Какая-то из твоих сучек всекла ему по бубенцам и свалила в закат, – выдаёт смешок Эд.

– Завались, – протяжно выдыхаю.

– Имя спросил? – спрашивает Макс, отчего я снова раскрываю глаза и смотрю на него в упор.

Молча наблюдаю за тем, как он тянется к другой бутылке, с приличным звуком открывает пробку на виски, а затем наливает в стакан.

– Ну точно, как раз, когда мои яйца знакомились с её коленом, первое, что я сделал – спросил её имя, – выплёскиваю ещё порцию яда.

– Если она новенькая, то она неприкосновенна, ты же помнишь? – вскидывает бровь Макс, делая глоток.

А я на это только крепче сжимаю зубы.

Конечно же, я об этом забыл. Маленькая договорённость – новеньких не трогать, пока они не подпишут договор, а после ещё какое-то время, чтобы они прониклись обстановкой, напитались запахом денег и власти. Как правило, после этого они сдаются сами. Идут в руки, как послушные кошечки, подставляя зад. И не только.

В другом случае мне было бы всё равно: я не из тех, кто ждёт, когда девушка захочет. У меня всё гораздо проще – дал сумму, если отказывается, то дал ещё. Всё ещё отказ? В ход идут убеждения. И нет, я не про здравый рассудок…

Но это мои друзья. Давние и единственные. С ними мы со школы, и ещё тогда у нас появилось негласное правило: один просит по-нормальному – другие прислушиваются. И эта тупая договорённость – одна из просьб Макса, а появилась она после того, как Эд не рассчитал свои силы и одна из новых админов легла в больничку, не подписав договор. Максу отец херов полную панамку натолкал, а он, в свою очередь, ныл нам, что мы его подставили.

Морщусь, осознавая, что мой план мести провалился, так и не начавшись. И почему я сразу не вспомнил об этом договоре? Я ведь знаю практически весь обслуживающий персонал в лицо, мог бы и догадаться, что к этой барышне лучше не лезть.

– Что произошло-то? – снова спрашивает Макс.

– Маленькое недопонимание, – отвечаю туманно.

“Которое я обязательно решу, когда придёт время…” – проносится в моей голове, а следом я срываю пробку с бутылки, что всё ещё болтается у меня между ног, и делаю большой глоток.