Гравитация неба

– Здесь я. Посмотрите, что я нашел, – похвастался он. – Только что появилось. Светится.

– Интересно, – лейтенант Карельский осматривал неизвестный объект, продолжавший висеть в воздухе, – давно появился?

– Не знаю. Сначала ничего не было. Потом смотрю, светится. А Ермолаева нет. Даже не знаю, что с ним могло произойти. Может, упал куда–нибудь?

– Может, – ответил Карельский, не зная, что ему делать в сложившейся ситуации.

В их разговор вмешался голос полковника Егорова:

– Лейтенант Карельский, доложите ситуацию. Нашли сержанта? – потребовал он.

Ответить ему Карельский не успел. Краем глаза он заметил еще один объект. Усеянный яркими точками он парил возле противоположной скалы.

– Крапивников, смотри, – громким шепотом воскликнул он, хватая Крапивникова за руку. – Еще один, точно такой же…

С ужасом Карельский вдруг осознал, что сжимает оторванную руку Крапивникова, в то время, как сам боец, охваченный белым, густым пламенем, горит у него на глазах.

Какое–то мгновение лейтенант Карельский с оцепенением смотрел на него, затем отшвырнул руку, повернулся, и огромными прыжками, охваченный нарастающей паникой, бросился к модулю.

В наушниках шлемофона раздавались чьи–то голоса. Кто–то, что-то ему кричал, приказывал, просил, но Карельский, охваченный ужасом, ничего и никого не слышал. Он прыгал и каждую секунду ждал выстрела в спину. Сердце его, казалось, вот–вот выпрыгнет из груди. Пот заливал глаза. Рот перекосился от страха. Ему было страшно. Очень страшно. Обезумевшими глазами, он смотрел прямо перед собой, но ничего не видел.

– Лейтенант.…Уходи! Уходи оттуда! – внезапно пробился до его сознания голос полковника Егорова.

Карельский остервенело прыгал, и молился лишь о том, чтобы он успел добраться до модуля, прежде, чем превратится в головешку. Выстрела в спину все еще не было. Карельский прыгал, не оборачиваясь. Он весь вспотел, и казалось, вот–вот потеряет сознание.

Вот и модуль.

– Люк! Люк откройте! – страшным голосом закричал лейтенант Карельский.

Люк модуля медленно начал открываться. Лейтенант Карельский пулей влетел в шлюзовой отсек, и со всего маху врезался головой в противоположную стену. Люк шлюза захлопнулся за его спиной. Карельский, не веря своему счастью, перевернулся на спину, и раскинул руки в стороны.

– Ну, его на хрен этот космос, – обессиленно проговорил он, глядя в потолок.

Космоса, с лейтенанта Карельского было достаточно. Он хотел домой.

Глава 4

Гибель Крапивникова и исчезновение Ермолаева произвели на экипаж корабля и бойцов спецназа тяжелое впечатление. Собравшись в просторной кают–компании, они живо обсуждали инцендент. Полковник Егоров, не вмешиваясь в разговор, прислушивался к словам бойцов.

– Пацаны, если б мы были дома, – жестикулируя, убеждал своих товарищей боец Быков. – Мы бы вызвали подкрепление, тяжелое вооружение или авиацию, и сравняли бы здесь все с землей.

– Точно, – соглашался со своим товарищем боец Коробов. – Накрыли бы их «Градами» или сожгли напалмом. А здесь что? Ни авиации, ни вертушек, ни подкрепления. Даже тыла нормального нет. Так и подохнем один за другим. Жаль Крапивникова. Хороший был мужик. Мы с ним воевали в горячей точке. Да и Ермолаев тоже ничего. Правда, я лично с ним, как говорится, в разведку не ходил.

Полковник Егоров посчитал, что пора ему вмешаться в разговор, и навести на корабле порядок. Паника ему не нужна. Поставленное задание перед его группой тоже никто не отменял. Он хотел уже было направиться к группе бойцов, но к нему подошла Берестеева.

– Что с Карельским? – тихо спросил Егоров. – В норме?

Ольга Николаевна отрицательно покачала головой.

– В прострации. Сидит, смотрит в одну точку и улыбается, – она слегка побледнела. – И улыбка, знаете, такая счастливая, что страшно на него смотреть. По–моему, для дальнейшего выполнения задания он непригоден.

– Не удивительно, такое пережить, – ответил Егоров. – Пусть отдыхает. Он парень молодой. Думаю, психика справится с пережитым потрясением. Времени до Юпитера и Сатурна еще достаточно.

– Надеюсь, что вы правы, – Берестеева отступила в сторону, словно давая Егорову дорогу.

Полковник Егоров направился к бойцам. Спецназовцы, заметив своего командира, сразу начали строиться. Воцарилось молчание. Егоров внимательно обвел взглядом своих подчиненных. «Осталось восемнадцать. Правда, Ермолаев пропал без вести, – невольно подумал он. – Интересно, сколько останется в живых, пока мы доберемся до Юпитера. Если дело пойдет такими темпами, то не с кем будет исследовать спутники. Надо беречь людей. Но как?» – ответа на этот вопрос у полковника Егорова пока не было.

Он заговорил, обращаясь к своим бойцам:

– Бойцы, сегодня мы понесли первые потери. Но мы спецназ. Мы должны быть готовы ко всему. Поставленную перед нами задачу никто не отменял. Приказа отступать никто не давал. За нами Родина. Если мы не остановим врага сейчас и здесь, то нам придется драться с ним у себя дома. Всем все ясно?

– Так точно, товарищ полковник, – хором ответили бойцы.

Многим, речь командира подняла настроение и вернула боевой дух.

– Да, у нас нет авиации и тяжелого вооружения, – продолжал свою речь Егоров. – Но у нас есть боевой дух, и никакая сила неспособна его сломить. Мы уничтожим всех, кто попытается уничтожить нас, – Егоров сделал паузу, перевел дыхание. – Мы спецназ, и этим все сказано. Если не мы, то кто? Больше некому. Поминать погибших друзей будем потом. Сейчас не время, – он снова сделал паузу. – Нужны добровольцы для полета на Деймос.

– Когда, товарищ полковник? – спросил боец Коробов.

– Сейчас, – твердо ответил Егоров. – Времени прохлаждаться у нас нет. То, что корабль не атаковали до сих пор, еще не означает, что этого не случится в ближайшие часы или минуты. Мы должны выполнить как можно больше из поставленной перед нами задачи. Еще раз повторяю свой вопрос. Добровольцы есть?

– Ну, я, – Коробов шагнул вперед. – Я, доброволец.

– Кто еще? – полковник Егоров внимательно всматривался в лица бойцов. Одни смотрели прямо ему в глаза, но были и такие, кто отводил взгляд в сторону.

– Мы с ним были вместе в учебке, – из строя выступил боец Быков. – Без меня он не пойдет. Записывайте и меня в добровольцы, товарищ командир.

На лицах бойцов появились многозначительные улыбки.

– Чего скалитесь, дураки? – набросился на своих товарищей Быков. – Я просто неправильно выразился. Хотел сказать, что мы друзья не разлей вода. А вы что подумали, придурки, – Быков пригрозил всем своим огромным, как кувалда кулаком.

– Еще два человека, – проговорил полковник Егоров. Он был доволен, что его бойцы снова шутят. Значит, все в норме.

Из строя выступили Калачев и Алехин.

– Мы, товарищ полковник. У нас хоть и нет таких нежных отношений, но в добровольцы пойдем, – ухмыляясь, проговорил Алехин.

Быков страшно на него выпучил глаза, но промолчал.

– Отлично. Готовьтесь. Командиром группы назначаю капитана Адашева. Он и поведет модуль. Космонавтов нужно беречь. Их у нас всего пять человек.

Капитан Адашев подошел к полковнику Егорову.

– Товарищ полковник, будут какие–то дополнительные распоряжения? – спросил он.

– Зайди ко мне в каюту на пару минут. Поговорим, – ответил полковник Егоров.

– Хорошо, товарищ полковник.

Вдвоем, Егоров и Адашев покинули кают компанию. Бойцы, тем временем, направились к модулю.

Глава 5

Спустя два часа посадочный модуль с группой капитана Адашева на борту, находился уже на орбите Деймоса. Полет прошел нормально. Все системы работали в штатном режиме. Второй спутник Марса выглядел таинственно и неприветливо.

– Бойцы, – сказал Адашев, следя за полетом модуля. – Смотрите мне, без самодеятельности. В одиночку, никому никуда не ходить.

– Не маленькие, – ответил Коробов, крепко сжимая излучатель. С оружием он почти не расставался.

– Поняли, товарищ капитан, – добавил боец Быков.

– Не забывайте о том, что случилось с группой лейтенанта Карельского, – напомнил капитан Адашев.

Ему никто не ответил. Все и так все прекрасно понимали.

– Сколько еще лететь, товарищ капитан? – нетерпеливо спросил Алехин. – Хочется уже размять кости. Надоело сидеть согнувшись.

– Через пять минут начинаем спуск. Всем приготовиться, – Адашев внезапно нахмурился. Нервно провел рукой по лицу. Его пальцы забегали по пульту управления.

– Что–то не так, товарищ капитан? – насторожился Быков. – Сбились с курса?

– Падаем, – коротко ответил капитан Адашев.

– Как падаем? – недоуменно пробормотал Быков. – По–настоящему?

– К сожалению, да. Отказала силовая установка, – капитан Адашев, не глядя на своих бойцов, посмотрел на экран. – Товарищ полковник. У нас внештатная ситуация. ЧП. Мы падаем, – спокойным голосом доложил он.

С экрана на бойцов смотрел полковник Егоров.

– Ты уверен? – резко спросил он.

– Да. Двигательная установка не отвечает. Через десять минут мы врежемся в поверхность спутника. Судя по траектории, удар будет по касательной. Это несколько ослабит силу удара, – Адашев наморщил лоб, откинулся на спинку кресла. – Больше мне сказать нечего. Извините, товарищ полковник.

– Не извиняйся. Ты ни в чем не виноват. Сейчас мы возобновим контроль над двигателями с корабля. Время еще есть. Успеем.

Капитан Адашев в ответ только с усилием улыбнулся. В чудеса он давно уже не верил.

– Как же это так? А, товарищ капитан? – растерянно пробормотал Алехин, который только сейчас понял всю сложность ситуации, в которой они находились. – Этого не может быть. Модуль совсем новый. Может, вы перепутали что–то, нажали не на то, что нужно? – в голосе Алехина зазвучала паника и испуг. Погибать он не собирался. По крайней мере, не сейчас и не здесь.

– Заткнись, Алехин. Не до твоих сейчас причитаний, – прервал его Быков. – Ручное управление пробовали? – спросил он, склонившись над пультом управления.

Капитан Ардашев утвердительно кивнул.

– Ручное управление работает. Двигатели не отвечают. Не запускаются. У нас просто не хватит времени выяснить причину. Это все, мужики, – голос Адашева звучал спокойно. Он просто констатировал факт. Паники или страха в нем не было.

– Блин, что за хрень такая! Как не одно, так другое, – Быков лихорадочно искал выход из сложившегося положения, и не находил.

– Может, с парашютом выпрыгнем? – робко предложил Коробов.

– Куда? В космос? – рявкнул Быков.

– Да хоть бы и в космос. Наши нас там подберут. Откроем люк и выпрыгнем, – ответил Коробов. – Не понимаю, в чем проблема.

– А что, это идея. Я не про парашют, там невесомость. Может, действительно выпригнем из модуля? Как вы на это смотрите, товарищ капитан? – Быков в надежде посмотрел на командира.

– Замки люка не открываются. Ничего не работает, кроме навигатора, – ответил капитан Адашев. – Это меня больше всего настораживает.

– Думаете, «они», местные? – догадался Быков.

– Думаю, да, – ответил Адашев. – Все мужики, времени больше нет. Всем пристегнуть ремни. До удара не больше минуты.

Бойцы спецназа быстро заняли свои места, приготовились к жесткой посадке. Коробов, закрыв глаза, крестился и бормотал себе что–то под нос. Наверное, читал молитву. Быков молча смотрел на экран. Калачев поправлял шлем на голове. Алехин сама того не замечая, улыбался и покачивал головой.

Тем временем, черная усеянная кратерами поверхность Деймоса быстро приближалась.

– Хоть бы пронесло, – не выдержав напряжения, воскликнул Быков. – Хоть бы пронесло, товарищ командир.

– Прорвемся, Быков, – сквозь зубы ответил Адашев, вцепившись руками в подлокотники своего кресла.

Модуль врезался в поверхность Деймоса по касательной, и это значительно ослабило силу удара. Когда грохот и тряска утихли, все понемногу начали приходить в себя.

– Все живы? – первым пришел в себя Коробов.

В ответ слышались стоны, ругань.

– Да живы, живы, – Быков потирал ушибленное колено и лоб, – Слава богу, наше корыто не развалилось и не взорвалось, – Верно, говорю, товарищ капитан? – Быков, не веря, что им повезло и они живы, протянул руку, хлопнул капитана Адашева по плечу. В обычной ситуации, он бы не позволил себе такую фамильярность. – Посадка, можно сказать, прошла успешно. Верно мужики? Алехин, Калачев, как вы там? В норме?

– Мы в порядке, – ответил Алехин.

– Отлично, – Быков продолжал потирать колено. – Надо доложить на корабль. Волнуются, наверное. А, товарищ капитан?

Адашев молчал. Быков насторожился.

– Товарищ капитан, вы ранены? – Быков потрогал Адашева за плечо.

Адашев молчал. Предчувствуя нехорошее, Быков склонился над командиром. Адашев был мертв. Прозрачный шлем скафандра медленно наполнялся темной кровью. Быков опустился в свое кресло.

– Мужики, командир помер, – тихо сообщил он.

– Как? Не может быть! Что ты такое говоришь! – Алехин, Коробов и Калачев бросились к своему командиру.

– Наверное, от удара шею сломал, – сказал Быков.

– Как такое может быть! – воскликнул Алехин. – Мы же все живы.

– Значит судьба у него такая, – ответил Быков. – Один мой приятель с кресла упал и покалечился, а тут такая авария.

– Хороший был мужик, – с сожалением в голосе заметил Коробов. – Что теперь будем делать? Возвращаемся? – он вопросительно и выжидающе посмотрел на своих товарищей.

– Сначала надо доложить на корабль, – возразил Быков. – У нас задание. Мы должны его выполнить.

– Да они и так все уже знают, – ответил Алехин, – и о гибели командира тоже. На скафандрах есть датчики жизнеобеспечения.

– Все равно надо доложить, – повторил Быков. – Вот только как со связью.

Старясь не касаться мертвого Адашева, он осторожно перебрался за пульт управления. Поминать командира они будут потом, когда вернутся на базу...если вернутся. Связь работала. У бойцов сразу стало легче на душе.

– Модуль «Деймос 1» вызывает корабль, – четким голосом заговорил Быков. – Совершили посадку. Модуль поврежден. Командир погиб. Какие будут приказания.

Тридцать секунд напряженного молчания, потом в динамиках раздался голос полковника Егорова.

– Сожалеем о гибели командира. Вас сбили неизвестным излучением. Эксперты пытаются установить каким именно. Это говорит о том, что на Деймосе вы не одни. Будьте внимательны. Готовим спасательный модуль. Вам нужно продержаться два часа. Быков за старшего. Как поняли, прием?

– Поняли вас отлично. Есть за старшего, – ответил Быков. – Сделаем все, что в наших силах. Как быть с заданием? Оставаться в модуле до прихода спасателей или покинуть аппарат и отправиться в разведку?

– Действуйте по ситуации, – ответил Егоровой. – Если все спокойно, можете произвести разведку. Далеко от модуля не отходите. Все ясно?

– Так точно, товарищ полковник, – за всех ответил Быков. Он был мрачный как туча. Ему вдруг стало ясно, что шансов выжить у них слишком мало. Еще неизвестно кому больше повезло, погибшему Адашеву или им. Он погиб сразу, а сколько придется мучиться им, одному только господу богу известно. – «Ничего, – со злостью подумал Быков, – прорвемся. Если будет очень худо, подорвем себя вместе с модулем. Пусть твари, убившие Адашева знают, что спецназ это им не лохи какие–то. В плен не сдаемся».

Быков мрачно посмотрел на притихших бойцов.

– Слышали, что полковник сказал? – спросил он. – Надо продержаться два часа.

– Если они нас раньше не прикончат, – сказал Алехин. – Мы в этой жестянке отличная мишень. Из любого гранатомета можно достать.

– У них нет гранатометов, – хмуро возразил Коробов.

– Ну да, – согласился Алехин. – У них игрушки посерьезней наших.

– Ничего. Если бы они хотели нас уничтожить, то давно бы это сделали, – сказал Калачев. – Наверное, наблюдают за нами.

– Пусть наблюдают, – согласился Алехин. – Нам это только на руку. Лишь бы не трогали.

Быков, наморщив лоб, напряжено о чем–то думал. Приняв решение, хлопнул себя ладонью по здоровому колену.

– Ладно, мужики. Собираемся. Пора в разведку.

Против назначения Быкова командиром, пусть даже временно, никто из бойцов не возражал. Быков и раньше пользовался авторитетом среди бойцов. И авторитет у него был больше, чем у некоторых офицеров. Полковник Егоров отлично это знал.

– Как ваше колено, товарищ командир? – спросил Алехин. Он смотрел на Быкова серьезно. Никаких шуток.

– Нормально Алехин. И, не называй меня командиром. Какой я тебе командир Ясно?

– Ясно, Кирюха. Что будем делать с командиром?

– Оставим здесь. Заберем на корабль. Дальше пусть полковник решает.

– Логично.

Бойцы начали готовиться к выходу из модуля.

Глава 6

Все готово? – спустя некоторое время спросил Быков.

– Так точно, товарищ командир, – Алехин по–прежнему обращался к Быкову, как к настоящему офицеру. Похоже, ему так было легче.

Быков в ответ только кивнул. Возражать не стал. Пусть называет, как хочет. Хоть, Санта Клаусом. Главное, чтобы не паниковали.

– Выходим, – коротко бросил он. – Если заметим что–то подозрительное, открываем огонь на поражение. Всем все ясно? Мне потери не нужны.

– Ясно, – ответил за всех Коробов. Немного подумав, он прихватил с собой ручной гранатомет.

Быков с удивлением на него посмотрел.

– Коробов забыл, что говорил капитан? – спросил он. – Брось ты его. Один выстрел и ты улетишь на орбиту. Ты этого хочешь? Знаешь, какой силы будет отдача от выстрела?

– Пусть летит, – улыбнулся Калачев. – Может, там наши его быстрее подберут, пропадет тут с нами. Бери Коробов, бери свою игрушку, – он похлопал Коробова по спине.

Коробов, не зная как ему быть, посмотрел на своих товарищей.

– Прежде чем стрелять, я упрусь спиной в скалу, – сказал он первое, что пришло ему в голову.

Услышав это, Калачев фыркнул:

– Ну да, станут пришельцы ждать, когда ты найдешь подходящую скалу, и подопрешь ее своим задом. Размечтался!

На этот раз, несмотря на сложность ситуации, бойцы разразились громким смехом.

– Ну ты сказанул, Калачев. Представляю себе эту картину, – сквозь смех проговорил Алехин. – Молодец!

– Мне так спокойней, – ответил Коробов, забрасывая гранатомет себе за спину. – Я, когда был в горячей точке, даже спал с ним. Люблю эту игрушку. Бах, и пустое место!

– Ладно, бери, – разрешил Быков. Он не хотел портить бойцам настроение.

Шутка Калачева заметно всех развеселила и расшевелила. Все снова вспомнили, что они элита спецназа и выполняют задание. Покинув модуль, группа Быкова остановилась, не зная, куда двигаться дальше.

– Что дальше, командир? – спросил Алехин, протирая толстой перчаткой скафандра стекло шлема. – Мужики, никому не жарко? У меня, словно в печке. У вас тоже так?

– А ты покрути терморегулятор, – посоветовал Калачев. – Сразу из тропиков перенесешься в родные края на Волге.

– Волга – это хорошо, – проговорил Алехин, регулируя температуру внутри скафандра. – Вроде бы уже нормально, – сказал он. – А то, даже вспотел.

– Осмотрим местность в пределах видимости, – ответил Быков. – Далеко от модуля отходить не будем. Кода прилетит спасательный модуль, перейдем в следующий квадрат.

– На своих двоих мы много не осмотрим, – заметил Алехин. – Нужен транспорт. Вот бы нам джип сюда. Покатались бы. Места здесь много, – мечтательно проговорил он.

– Может, тебе еще бабу с длинными ногами, шезлонг и пальму в придачу? – спросил Калачев, ожидая очередного взрыва хохота.

Он не ошибся. Его шутка всем понравилась. Даже Алехину.

– Ладно, мужики, – Быков сделал жест. – Работаем. Калачев, кончай свои хохмы шутить. Установи связь с кораблем.

– Связь установлена, товарищ командир, – серьезно ответил Калачев. – Впрочем, приборы скафандра сделали это в автоматическом режиме, как только мы покинули модуль. Они нас видят и слышат. Правда, мы только слышим. Картинки пока нет. Корабль сейчас находится на той стороне спутника.

– Как же они нас видят и слышат, если спутник глушит сигнал? – удивился Алехин.

– Я имею в виду, что вообще, они нас должны видеть и слышать, но не сейчас. Через десять минут возобновится связь, – Алехин сверился с часами вмонтированными в рукав скафандра. – Все верно, – он довольно кивнул. – Думаю, нам не стоит далеко отходить, пока не прибыла группа поддержки. Как считаешь, командир?

Быков сосредоточенно изучал виртуальную карту местности, светившуюся в верхней части его шлема.

– Я уже сказал. Осмотрим местность в радиусе видимости модуля. Прилетят наши, решим, что дальше делать. Что говорит корабль?

– Связи по–прежнему нет, – ответил Калачев.

– Ладно, пошли. Что толку стоять на одном месте. Мы здесь как мишень в тире, – сказал Быков.

– Для хорошего снайпера, мы в любом месте отличная мишень, – заметил Алехин, внимательно изучая местность. Экран тепловизора был пуст. Никакого движения в радиусе двух километров не было. Это был хороший знак.

– Пошли, – сказал Быков, делая первый шаг.

– Стойте, мужики. Стойте! – остановил всех Коробов.

– Ты чего? Увидел что–то? – испуганным голосом спросил Алехин слегка присев.

– Модуль, – выдохнул Коробов. – Мы что, так его и оставим без присмотра?

– Что ты предлагаешь? – спросил Быков.

– Поставим растяжку. Если пожалуют незваные гости, мы об этом узнаем.

– Не думаю, что это поможет. Ладно, ставь, – разрешил Быков.

– А если наши подорвутся? – вмешался Коробов.

– Не подорвутся, – возразил Алехин. – Они все поймут.

– Может и так, – помедлив, согласился Алехин.

Коробов кивнул, повернулся к модулю. Через несколько минут он был уже с группой.

– Сделал, – довольным тоном сообщил он. – Представляю, что будет, когда эти чудики сунутся в наш модуль, – его лицо расплылось в улыбке.

– Молодец, – похвалил Калачев. – Я бы не додумался. Может, ты еще и противопехотную мину закопал поблизости? Ну, так, на всякий случай, – увидев, что Алехин остановился, Калачев потянул его за рукав скафандра. – Да пошутил я, Саня. Успокойся. Не забывай, что мы еще сюда вернемся. Не надо здесь все минировать.

– Как знать, – пробормотал Алехин, сожалея, что не заминировал подступы к модулю. Он установил растяжку только на шлюзовом люке.

– Ладно, пацаны. Пошли. Мы так будем до обеда разговоры говорить, – хмурясь, проговорил Быков.

– А куда нам спешить, командир? – возразил Алехин. – У нас все равно нет четкого плана. Мы так себе, вышли прогуляться. Если найдем что–нибудь интересное, хорошо. Нет, так нет.

– Не умничай, Алехин, – перебил товарища Коробов. – Командир знает, что нам делать.

Алехин в ответ только фыркнул. Несколько минут бойцы молча прыгали вперед. Местность была ровной, каменистой. Черное небо над головой, яркие звезды и далекое Солнце.