Никогда не спи

И, как у любого психопата, повёрнутого на своей работе, в моей комнате есть доска. А точнее, стена с картой города и прилегающих районов. Всё в лучших традициях голливудских фильмов: фотографии, вырезки из газет, случайные обрывки фраз и знаменитая ниточка, связывающая всё это в паутину безумства. Правда, в моём случае она синяя. Извините, красной не нашёл.

Я принял душ, допил свой утренний кофе и лёг на диван. Тяжесть кота, который улёгся на меня, была сопоставима с тяжестью век. И тут же мы оба отправились по ту сторону завесы реальности.

…Мне часто снятся дела. Улики, которые могли бы быть. Вот бы было славно, если бы я мог достать их из сна. Не так ли?

Тело без сил лежало на кровати. Но мозг продолжал работать, чтоб его! Я потянулся к телефону, лежащему на тумбочке. Резкий свет дисплея ударил по уставшим глазам. Полусонный, я пролистал папку с материалами по «Голубому алмазу». Фотографии, показания, ничего нового. И тут мои пальцы сами вывели на клавиатуре фамилию «Волков. Г. А.». Соцсети. Я ненавижу эту показуху, но это неисчерпаемый источник информации о таких нарциссах.

Профиль Германа был, разумеется, открыт — лента пестрила роскошью. Люди даже не думают, что по их мимолётным фото можно четко выстроить их путь и распорядок дня. На одном из последних фото в глаза бросилась молодая девушка. Даже с отметкой на фото. Яркая, с вызывающей улыбкой. Марина Пименова. Я кликнул на её имя. Студентка Академии художеств. Последнее фото — групповая снимка с какого-то корпоратива модельного агентства. И на заднем плане, в кругу своих подхалимов, с бокалом в руке, стоял тот, кого я сегодня так и не смог удержать: Герман Волков.

— Ну что, золотой мальчик, значит, твои интересы выходят за рамки юрфака? — Подумал я, делая снимок экрана.

Я стал листать ленту Пименовой. Сплошной гламур, вечеринки, селфи. И вот одно фото привлекло моё внимание. Оно было ещё со школьных лет, с какой-то настолки в антикафе. Марина в костюме эльфийки, видимо, из этих переодеваний и пошел интерес к моде. Рядом — ещё одна девушка, высокая, спортивная, длиннволосая, с папкой для чертежей и чуть отстранённым, уставшим взглядом. Несмотря на тематический наряд, Марина казалась здесь гостьей, а та вторая — своей. Подпись: «Благодарю великого мастера Дарину за погружение в другой мир! Настолки рулят!»

Дарина. Не самое распространённое имя. Я начал искать среди ее друзей. И вот повзрослевшая но всё-таки похожая.

Носова Дарья Михайловна. Студентка-архитектор.

Никаких приводов, ничего криминального. Чистая, как слеза. Но почему-то именно её фото заставило меня задержаться и подумать. В её глазах была не просто усталость. Была глубина. И какая-то незащищённость, которую так легко не заметить за её спокойствием. Такие люди редко оказываются в эпицентре вечеринок золотой молодёжи. Но если оказываются — значит, у них есть причина. Или их втянули.

Я встал и подошёл к своей доске. Рядом с фотографией Арсения Волкова я приколол распечатку лица Германа. Чуть ниже — яркое, улыбающееся лицо Марины Пименовой. И наконец, в самом низу, пока без чёткой связи, — студенческое фото Дарьи Носовой из базы института. Я взял синюю нитку и провёл её от Германа к Марине. Потом остановился, глядя на фото Дарьи.

Интуиция так и кричит ее имя. Между ней и Волковыми не было ничего, кроме общего знакомства с Пименовой. Но я чувствовал, что это только начало. Эта девушка, Носова, была тем самым тихим местом, где сходятся все нити. Нужно было лишь подождать, когда Пименова протянет следующую.

Я лёг обратно, но сон не шёл. В ушах стоял шёпот адвоката: «Пожертвование на нужды участка».

«Жертвовать скоро будет нечем и некому, господин адвокат, — подумал я, глядя в потолок. — Особенно если ваши подзащитные связаны с тем, что убивает детей на улицах города. И особенно если рядом с ними уже есть тихие свидетели».

Сон пришел внезапно, за двадцать минут до будильника. Пронзительный звон… Как же я его ненавижу! Интересно есть ли люди, которых этот звук бесит, так же как и меня?

Глава 4

— Виктор Сергеевич, вызывали?

Зайдя в кабинет Сидоренко, мне снова стало не по себе. Этот конверт от адвоката… Неужели жизни людей для него ничего не значат?

— Садись, Олежа. Расскажи-ка мне, что там у тебя за конфликт с Волковым.

Пока он говорил это, я уже мысленно собирал вещи со своего рабочего места.

— Никакого конфликта нет, товарищ подполковник. Есть наркоман, который гробит жизни других людей. И есть полицейский, который пытается посадить его в тюрьму. Всё по уставу.

— Опять ты заладил! Арсений Оскарович — добрейший человек. И сын его — тоже. Ну, сглупил парень по молодости, бывает. Перестань ты это. Не порть жизнь ни себе, ни отделу.

— Ни вашему кошельку, — едва слышно произнес я.

— Что ты сказал?!

— Я сказал, что Герман Волков — преступник и должен сидеть в тюрьме. И надеюсь, что вы, наконец, начнете помогать мне, а не ему.

— Я сам решу, кто и когда должен сидеть в тюрьме! Ты меня понял?! — заорал вмиг побагровевший подполковник. — Если ты и дальше будешь совать свой нос, куда тебя не просят, то я тебя отстраню! А может и не только!

Немного успокоившись, Виктор Сергеевич буркнул:

— До конца дня ты свободен. Пошел вон отсюда.

Я молча встал, и, с довольной ухмылкой, вышел за дверь.

Казалось бы, наорал, выгнал, отстранил на полдня. А у меня на душе хоть бы хны. Всё складывается как нельзя лучше. Как раз успею к концу пар в Репинку.

Связь между Пименовой и Волковым очевидна. Но почему Носова? Что в ней такого? Или это у меня паранойя начинается?

Вот оно — величественное здание на берегу Невы. Оно наверняка пережило множество скандалов и мрачных историй. Я стоял в холле. Хотелось поймать их сразу на выходе. Я подошёл практически ровно к концу пар. Запах кофе и масляных красок, мне кажется, никогда не покидает эти стены.

Поток студентов, подобно бурной реке, ринулся к входной двери. А я — как медведь, который хочет поймать выпрыгнувшую рыбу. Кажется, пора перестать смотреть каналы о животных перед сном. Я, скорее, бродячий пёс, которому два раза в месяц кидают «кость», иногда даже с премией.

Обежав студентов глазами, я быстро отыскал Марину. Она, как я предвидел, была в окружении толпы мальчишек. Ну, вы только поглядите — кавалер на кавалере. Не удивлюсь, если они и домашнюю работу за неё делают.

— Марина Пименова? Я майор Олег Сигитов. Позвольте остановить вас на пару слов.

— Полицейский? Хотите поменять профессию? — сразу с улыбкой на лице она начала атаку. — А вы не слишком ли стары для нашего института?

— Я бы хотел задать вам несколько вопросов. Это не займет много времени.

— Как понимаю, выбора у меня особо нет?

— Именно. — Она попрощалась с мальчишками, забрала папку и тут же, беспринципно, сунула её мне в руки.

— В таком случае, не сочтите за наглость, подержать мою сумочку. А то уж очень устали руки после шести пар.

— Вы знакомы с Германом Волковым?

Вопрос повис в воздухе. Я наблюдал. Мимолётное напряжение в уголках губ. Слишком быстрый взгляд в сторону. Не страх, а… раздражение. Как от назойливой мухи.

— Герман? Ну, мы иногда пересекаемся в общих компаниях, — она пожала плечами, делая вид, что это пустяк. — Он милый. А что, он что-то натворил? Опять папину машину поцарапал?

А она неплохо играет. Неплохо, но не идеально. Слишком уж легкомысленный тон для вопроса, задаваемого майором полиции.

— «Милый» — это не та характеристика, которую я обычно слышу в своих делах. А «пересекаетесь» — это как? На вечеринках? Вроде той, что недавно была в модельном агентстве «Сильфида»?

Теперь она посмотрела на меня внимательнее. Игривость в её глазах сменилась холодным, оценивающим блеском:

— Ого. А вы хорошо осведомлены о моей светской жизни, товарищ… как вас, простите? Олег? — она склонила голову набок. — Да, была на вечеринке. А что?

— А то, что после таких вечеринок молодые люди вроде Антона Лебедева иногда оказываются мертвы.

Я не сводил с неё глаз. Маска беззаботности дрогнула. В её взгляде мелькнуло что-то настоящее — удивление? Растерянность?

— Антон?.. Я… я его почти не знала. Это ужасно, конечно. Но при чём тут я? И Герман?

— Ни при чём. Просто вы были вместе на вечеринке, могли что-нибудь заметить. Это стандартная процедура опроса свидетелей. Люди на вечеринке были последними, кто видел его живым. Ваша подруга, Дарья Носова, она тоже входит в этот… «кружок по интересам»?

Имя Дарьи подействовало на неё сильнее, чем имя Волкова или погибшего парня. Она выпрямилась, и её лицо стало серьёзным.

— Даша тут ни при чём. Она вообще другая. Она… не из этого общества. Вам Даша вообще зачем? Её там не было и вряд ли когда-нибудь будет. Она рисует свои чертежи и ведёт свои игры. И вообще, это не её уровень.

Она выхватила у меня из рук свою папку. Её игривость исчезла без следа.

— Я всё сказала. Если у вас нет официальных вопросов, я пойду. Меня ждут.

Она развернулась и пошла прочь, громко цокая каблуками по мраморному полу. Я не стал её удерживать.

«Даша тут ни при чём. Она вообще другая»

Даже оставаясь спокойной, с непринуждённым выражением лица, в ней всё равно читалась агрессия. Видимо, Дарья — её слабое место. Удивительно, что люди, подобные ей, вообще к кому-то привязываются. Обычно их личные интересы идут вразрез с крепкой дружбой. Или же на самом деле этот гламур — маска, а настоящая Марина — простая девочка, которая хочет внимания. Ох… В таком случае она легко может стать следующей жертвой.

Поток потихоньку стихал. И вот показалась она — девушка, которая, казалось бы, не имела никакого отношения к Волковым. Так почему, почему она так привлекла моё внимание?

— Дарья Носова, я ведь не ошибся? Майор полиции Олег Сигитов. Вы позволите задать вам несколько вопросов?

Её компаньон сразу нахмурился.

— Даша, всё в порядке? Мне остаться? — произнёс молодой человек, шедший рядом с ней.

— Да нет, Слав, всё нормально. Это даже интересно — первый разговор с полицией. Иди домой, завтра снюхаемся. Чем могу быть полезна, майор?

Она вытянулась по струнке и с улыбкой отдала честь.

Тут же, с грохотом, её огромная папка рухнула на пол. Мы оба резко засмеялись. Атмосфера сразу стала намного проще.

— Ладно, тогда я пошёл. Если что, звони — помогу покрыть улики, — молодой человек с улыбкой удалился, помахав нам рукой на прощание.

— Позвольте узнать, в каких вы отношениях с Мариной Пименовой?

Дарья посмотрела мне в глаза. Вот он тот самый глубокий взгляд. Мне показалось, что она смотрит мне прямо в душу. Даже стало немного не по себе.

— Вам короткую или длинную версию? Если выберите длинную, то давайте сразу выдвигаться, а то дома у меня ещё хватает забот.

Мы вышли из института. По дороге Даша рассказывала про своё детство с Мариной, как они дружили и как та изменилась. Я шёл и не понимал, зачем мне большая часть этой информации. Но она была прекрасным рассказчиком, и мне хотелось её слушать. Как бы банально ни было, но страсть Марины к гламуру появилась в конце школы, когда разошлись её родители.

— Вот так мы и поступили в универ. Теперь она иногда выставляет меня напоказ, как диковинку, чтобы я провела для её очередных модных друзей свою игру.

— Модные друзья… Скажите, а Герман Волков никогда не приходил на подобные мероприятия?

— Они всегда разные, и каждый думает, что он её ухажер. Я не спрашивала имён, так что не смогу вам тут помочь.

— Не страшно. Спасибо вам, Дарья, за такой развёрнутый ответ. Я, наверное, пойду. У вас ещё много дел, да и я не на каникулах… Хорошего вечера.

Я уже сделал шаг, чтобы уйти, но обернулся. Интуиция — мой единственный союзник в этом деле, и сейчас она кричала на всех парах.

— Дарья… Ваша подруга вращается в опасных кругах. Если с ней или рядом с ней что-то пойдёт не так — не раздумывая, звоните. — Я протянул ей свою визитку. — Любая мелочь может быть важна.

Она взяла карточку, и её пальцы на секунду коснулись моих. Взгляд снова был тем самым, пронзительным.

— Хорошо, — просто сказала она. — Спасибо за предупреждение.

Мы разошлись каждый своей дорогой.

Да, контраст между подругами явно бросается в глаза. Не знаю, чем мне так показалась подозрительной Дарья. Обычная девушка со своими заботами, но её взгляд… Я впервые не могу найти слов, чтобы его описать. Думаю, он надолго останется в моей памяти. И надеюсь, вся эта суета с «Голубым алмазом» обойдёт её стороной.

Ну что же, день закончен. Пора возвращаться к своему рыжему «проедателю» зарплаты. Хороший сон сейчас — это то, что надо. Интересно, отдых и правда существует?

Глава 5

…Мы быстро разошлись по сторонам, как и полагается незнакомцам.

Слова майора крепко засели у меня в голове. Я, ведь, так и знала, что эта курица рано или поздно во что-то вляпается. А ещё этот Герман… Имя какое-то слащавое. Наверняка, мажор каких поискать.

«Поискать» — неплохая идея. А где же будет искать настоящий следопыт Дарья? Конечно же, в соцсетях. Мда… Не ожидала я, что первая же ссылка выведет меня на человека, с которым у нас общая подруга. Герман Волков, сын банкира Арсения Волкова. Подождите… Какой-то знакомый мужчина, его отец. Где-то я его уже видела…

Я продолжила падать в дофаминовую яму. Лента соцсети снова сместилась в сторону новостей. И снова этот «Голубой алмаз». Какое красивое название для такого мерзкого вещества.

Так, хватит. У тебя на носу игра. Гламурные мальчишки жаждут шоу. Начнем подготовку. Самые важные атрибуты приготовления — это чай и бутерброды с колбасой. Как хорошо, что отец не знает, что я ем их уже неделю. «Даша, у тебя будет гастрит. Даша, съешь нормальной еды. Даша, лучше бы гречки поела». Но Даша теперь свободна! И будет объедаться, чем захочет!

Обычно сюжеты даются мне легко, но это же сюжет для Марины — тут легко не будет. Тем более, что она уже завалила меня голосовыми сообщениями. Будто бы мне станет легче от её «советов». Мысли текли тяжело, как зубная паста, оставшаяся у самого носа тюбика. Прибегнем к секретному носовскому оружию номер два — сну, полному сказочных событий, таинственных артефактов и сложных ловушек.

Доедая перед сном последний бутерброд, я подумала: неплохо было бы завести кота. Он же, как хороший психолог, будет сидеть, и выслушивать мои негодования. Да к тому же будет, как и я, любить колбасу. Я бы хотела пушистого, с окраской как шпрота. Шпрота… М-м-м, звучит вкусно. Кажется, отец был прав — пора переходить на нормальную еду.

Сон, как всегда, напал исподтишка. Пока я дописывала конспект, мои веки опустились, как театральный занавес. А за кулисами меня ждало особое представление, специально для меня.

И вот я снова следопыт Дарина, мчусь навстречу опасности. Тот самый лабиринт, но блеск драгоценных камней сменился мхом и грязью. Воздух был тяжёлым, пахнущим сыростью и… страхом. Я была незримым духом, пленником этого воспоминания, и могла лишь наблюдать, как тень, застывшая во времени.

На троне, бывшем некогда каменным изваянием, сидела живая орчиха. Крепкая и полная сил, настоящий вождь. Значит, я в прошлом и увижу события, повлекшие её гибель. Это будет интереснее, чем просто бродить по лабиринту с ловушками.

Продолжив своё путешествие в тени, я обошла большую часть этого горного племени, затаившегося по разным закоулкам. Судя по состоянию сонных или уже спящих существ, на улице была ночь. Я перемещалась подобно ветру, быстро и бесшумно проводя разведку территории. Моё внимание привлекла очередная высеченная в скале зала. Пять молодых орков сидели за столом. Они не собирались спать, наоборот, вели бурное обсуждение. Невнятное бурчание голосов прервал вошедший молодой представитель их расы. Его тело не было покрыто шрамами битв, но в его глазах читался холодный расчет. Кого-то он напоминает.

— Что же, братья, время пришло! Наш вождь слаб и не принимает новшества. И в наших силах всё исправить!

— Дааа!!! — заликовали остальные.

Лишь один из них с опаской смотрел на ситуацию.

— Наш вождь все еще сильна и по праву занимает свой пост. Вы уверены, что всё будет так легко?

— Конечно, друг мой, Адариус. Сила не всегда приходит с битвами и тренировками. Иногда её можно получить просто так. Получить, если ты верен своей цели.

Молодой орк без шрамов опустил руку в кожаный мешочек, висевший у него на бедре. Он поднёс руку с содержимым к центру стола, вокруг которого сидели другие заговорщики, и медленно разжал пальцы. В его руке сиял камень очень красивого голубого оттенка, будто часть застывшего океана.

— Это, братья мои, «Хрустальная Слеза», или же «Голубой алмаз».

На этих словах по моему телу пробежался разряд. Он почти выбросил меня из сна, но я собралась. Мне нужно досмотреть до конца!

— Сила, которую даёт этот камень, воистину велика. Он сможет отнять мощь нашего вождя и передать одному из нас! — продолжил главный заговорщик. — А ты, Адариус, поможешь нам в этом.

Он снова сжал камень в руке, убрал его в мешок, снял с бедра хранилище и кинул своему товарищу.

Юный орк, дрожащими руками, взял мешочек. В его глазах кипели эмоции. Страх, желание обладать сокровищем самому и стремление выполнить задачу для старших, дабы заслужить уважение. Всё это боролось внутри него.

— Ступай, в твоих руках — будущее нашего клана!

Оставшиеся орки ритмично били кулаками по столу в унисон.

Адариус покинул комнату, я двинулась вслед за ним. Он преодолел большую часть расстояния до зала вождя. Его любопытство брало верх. Он то и дело заглядывал в мешочек и проверял камень. Было видно, как алчность овладевает им. Такая сила в его руках! Он мог и сам стать вождём с подобной мощью. И вот — тёмная расщелина в стене. Вместо того, чтобы идти дальше к покоям, орк проскользнул в бок. Я с опаской последовала за ним. Помещение было почти такое же, как и предыдущее, только на этот раз было темно. Адариус снова приоткрыл мешок и достал оттуда камень. Он сиял, хотя вокруг была тьма. Могущественная энергия пульсировала внутри алмаза. Орк поднес кристалл ближе к своему лицу, словно хотел рассмотреть его ещё лучше.

Разряд. Ровно в центр лба. И орк рухнул замертво. А камень исчез в мгновение ока.

— Как говорил мой отец, естественный отбор никто не отменял. Ха-ха-ха.

Из тени комнаты вышли оставшиеся заговорщики.

— Сильные получают власть, а слабые — смерть.

Орки развернулись и направились к выходу. Главарь, задержавшись в проёме, обернулся, чтобы бросить последний взгляд на мертвеца, лежащего в тени. Тусклый отблеск света на мгновение озарил его лицо. И снова разряд по моему телу. Это было лицо почти человеческое, лицо Германа Волкова. Я начала терять концентрацию. Сон быстро таял, открывая дорогу обратно в реальность. Я резко выпрыгнула из своего укрытия. Мне едва удавалось удерживать состояние сна. Подбежав к бездыханному телу, моим рукам удалось лишь схватить мешочек, в котором хранился алмаз.

Резкий толчок. И вот я уже сижу на своей кровати, вся в холодном поту. Ощущение страха сковывает моё тело, а рука как будто бы держит этот кожаный кулёк. Не успев прийти в себя, я вытерла пот со лба. Но сердце забилось ещё сильнее. В моей руке был кожаный бумажник!

Сердце колотилось, готовое вырваться из груди. Руки дрожали, не слушались. С седьмого раза мне удалось расстегнуть кнопку на кошельке. Развернув кожаный переплёт, я увидела водительские права. Антон Лебедев. Судя по дате рождения — 22 года. Очень знакомое имя.

Бумажник лежал на тумбе около кровати. Контрастный душ — единственный хороший инструмент, чтобы прийти в себя. Кто такой этот Антон, и, главное, какого чёрта его кошелёк в моих руках? Чуть успокоившись, я взяла телефон. Откуда же я могла знать его? Поисковый запрос в браузере — и снова приток адреналина: Смерть от передозировки «Голубым алмазом».

Носова, держи себя в руках. Всему этому должно быть объяснение. Так, если это его кошелёк, значит, его нужно передать полиции. И тут же в моей памяти всплыла визитка майора Сигитова. Я взяла телефон, набрала номер… Значок зелёной трубки. И тут же — красная кнопка. Что ты творишь, Даша? У тебя в руках улика преступления. Кошелёк мёртвого парня. И что ты скажешь следователю? «Я вытащила его из сна»? Это слова наркоманки в деле, связанном с наркотиками. Нет.

Я убрала кошелёк в тумбу, под постельное бельё. Как учил меня отец: «Охлади голову. Собери все факты. Выстрой логическую цепочку. И так, по кусочкам, ты соберёшь всю картину».

Я взяла планшет с натянутым ватманом, поставила его на мольберт и начала собирать мозаику. В центре всего этого — Синий Алмаз. Его рисунку я уделила больше всего времени. Процесс рисования помог сконцентрироваться и успокоил нервы. Что ещё мы имеем? Визитка Сигитова. Фото из клуба с Мариной и Германом. Загадочный кожаный мешочек из сна. А под ним — найденные мной во снах баночка варенья и порезанный палец. Всё это расположилось на доске, подобно спруту, обвивающему свою жертву, создавая пока незавершённый орнамент преступления.

Жучкина дочь! Марина, куда же ты вляпалась? Твоё окружение очень опасно!

Но что больше всего меня волнует, так это появление бумажника. Всплеск адреналина отлично разогнал мой мозг. Я вспомнила всё. Баночку малинового варенья, порез от отмычки на указательном пальце и кошелёк… Неужели я способна доставать вещи из сна? Это всё похоже на бред. На наркотическое опьянение. Но факты говорят об обратном. Я действительно получала всё это после событий во сне. Эту гипотезу необходимо проверить!

Сигитову — пока ни слова. Иначе моё расследование молниеносно закончится в тюрьме. Ох, как бы хорошо, если бы папа был сейчас рядом. Его опыт в органах мог бы мне помочь. Но нет. Сейчас я не могу его впутывать. Слишком мало данных и слишком много риска. Его и так подкосило исчезновение мамы. А если он узнает, что его дочь как-то связана с делом о наркотиках и трупом молодого человека… Боюсь, он может не выдержать.

Увы, Носова, но на этой войне ты пока единственный воин. Доверять некому. Сейчас главное — понять, как обезопасить Марину.

Глава 6

Для того чтобы быть до конца уверенной в способности, мне необходимо сделать последнюю проверку. Сюжет игры на празднике Марины должен быть такой же, как во сне. Если Герман не придет, то мы просто проведем хорошую партию, но если придет, это станет отличным экспериментом.

Остаётся один вопрос: что делать, если все это правда? Ладно, Даша, по одной проблеме за раз.

Время приближалось к вечеру, и постепенно «Третья нога» наполнялась гостями. Атмосфера была сегодня крайне необычной. Вместо запаха настольных игр и чипсов — дорогой парфюм. Вместо костюмов эльфов — наряды от кутюр. Неизменным остался лишь Стас. Хотя даже он принарядился в свой стимпанк-костюм. Завитые усы, жилет поверх рубашки. Орёл-мужчина. Но и его не обошла стороной волна перемен. Марина быстро взяла его в оборот. Соорудив импровизированный бар, Стас раздавал коктейли её друзьям. Он ещё и бармен!? Сколько же в этом человеке загадок?

— Слушай, какой у вас интересный работник ресепшена. И беседу поддержит, и коктейли делает. Ваш шеф должен дать ему премию. Эй, Даш, ты чего насупилась — то? — Марина продолжала порхать по залу, периодически подкидывая нам работы.