Будешь моей, детка!

Открыв папку с документами, углубился в договора и соглашения, приготовленные юристами. Сейчас бы чашечку ароматного кофе, но свою помощницу я отправил нянчиться с Миланой.

Дашка была сообразительна, несмотря на свою кукольную внешность, с полуслова понимала, что нужно её боссу. Строгий офисный вид Коршуновой не был нарушен ни разу, а черные смоляные волосы, как обычно, уложены в строгий пучок на затылке. Я иногда удивлялся ее проницательности. Я и сам мог не понимать, что же мне нужно именно сейчас, а Дарья Николаевна знает и сорт кофе, который я люблю, и отчеты умудряется со всех отделов вытрясти в срок. Но больше всего нравилось отсутствие личного интереса к моей персоне. Отношения босс–подчинённый и ничего лишнего. Я, конечно, могу набросать заданий, никак не относившихся к деятельности автомобильного салона, но и премии Коршунова получала гораздо чаще, чем все остальные сотрудники.

Выглянул через открытую дверь кабинета на Милку, с восторгом шагающую между красивыми тачками. Минимум на час я свободен.

Через час заметил фигуру Максима, лениво подтянувшегося в салон. Заметив, что я на рабочем месте, Макс направился ко мне в кабинет.

– Привет, – устало поздоровался Макс и плюхнулся в кресло для посетителей. – Как твоя вчерашняя лапуля? Развлеклись?

– Кинула, – нехотя ответил своему другу, на что Максим ожидаемо рассмеялся.

– А я чувствовал, что какой–то сюрприз девка приготовила, – произнес Перевалов.

– Да ладно. Тёлок вокруг валом, – ответил Максу.

– Валом. Но эта была примечательной. Идеальные формы, красивое лицо, – распалялся Перевалов.

– Мне уже начинать страдать или немного подождать? – Саркастически спросил у своего друга.

– Всё–всё. Я к себе, – оборвал Макс, подавляя зевок.

– Всё равно найду и сделаю всё, что было задумано изначально, – со смешком поделился планами на мнимую Алису.

– Ну–ну! – Едва ли не пропел мой друг.

Перевалов лениво вышел из кабинета, а я внутренне чертыхнулся. Я приехал сюда, чтобы выкинуть из головы неудавшийся вчерашний съём, но мне всё–таки напомнили, что меня бортанули.

Очень красиво бортанули…

Ну ладно, займемся тем, для чего я сюда приехал. Рабочие дела…

Я вышел из кабинета и осмотрел внимательным взглядом салон, ища глазами маленькую фигурку в голубом платье. Милану я не нашел, зато испуганное лицо Коршуновой приметил сразу.

Семеня на своих высоких шпильках, Дарья подошла ко мне ближе и, переминаясь с ноги на ногу, тихонько проблеяла: «Владислав Андреевич, я уже час не могу найти Милу».

– В смысле, не можете? – Громыхнул в ответ и пролетел взглядом по большому залу.

Я шумно сглотнул и быстрым шагом прошелся между машинами, красивыми диагоналями, расставленными по огромному залу. Наверное, хорошо спряталась моя малышка, но сердце тревожно стучало в груди. По цокоту шпилек по глянцевой плитке слышу, что, стараясь поспеть за мной, продолжает семенить Дарья.

– Может быть, она на второй этаж поднялась? – Я круто развернулся и почти впечатался в свою помощницу.

– Я там уже дважды всё обошла, – со страхом полушепотом ответила Коршунова.

– Тогда пошли к Игнату в серверную. Сейчас по камерам посмотрим, куда она направилась, – вспомнил о камерах по всему периметру выставочного зала.

Серверная находится недалеко от моего кабинета, и я уверен, что Игнату понадобится не более пятнадцати минут, чтобы найти, куда направилась моя дочь. Мы зашли в кабинет, напичканный аппаратурой, и «IT–бог» – Малышев Игнат поднял на нас с Коршуновой удивленные глаза.

– Доброе утро, – тут же отставил чашку с кофе Малышев, и вытянулся по струнке.

Хреновое утро началось очень паршиво и продолжает таковым быть.

– Доброе, – зло усмехнулся. – Игнат, нужны записи с камер.

– Не вопрос. За какой период?

– За последний час, – судорожно добавила следом Дарья.

Через пять минут я наблюдал, как Милана, пробежавшись в самый дальний угол выставочного зала, спряталась в салоне Lexus.

– Фух! – Шумно выдохнула Коршунова.

Быстрым шагом я подошел к серебристому автомобилю и открыл заднюю дверь.

– Мила, – пристально всматриваюсь в испуганное лицо. – Что–то случилось?

– Па, – по щекам Миланы пробежали дорожки из слез. – Я ничего не вижу. – Уже шёпотом добавила моя маленькая девочка.

– Давай ручку. Мы выйдем с тобой на улицу, и всё будет хорошо, малыш, – я старался говорить спокойно, не показывая тревогу, загудевшую во всём теле.

Три года назад поставленный Милле диагноз – кардионевроз заставил меня основательно понервничать. Со временем лучшие специалисты и лечение дали свои результаты.

Причина развития серьезной патологии у дочери бесследно исчезла три года назад. Матери Миланы даже не пришло в голову, насколько сильно её уход повлияет на ребенка.

Неужели здоровье Милы опять дало сбой?

Я подхватил дочь на руки, и мы втроём вышли на свежий воздух.

– Мила, а сейчас видишь? – Я поставил дочь на ноги у входа в автомобильный салон.

Мила утвердительно помахала головой.

– Сейчас вижу.

На сердце заметно отлегло.

– И часто такое происходит?

– Иногда, – тонкие ручки обвили мою шею.

– Не мешало бы вам отвезти Милану к врачу и проверить зрение, – вкрадчиво внесла предложение Дарья. – Я знаю очень хорошую клинику, где есть детские офтальмологи.

– Даша, ты знаешь, что делать, – нахмурился, давая указания.

– На какое время вас записать? – Осторожно уточнила моя помощница.

– На первое свободное. И желательно, если это будет первый рабочий день следующей недели.

– Поняла, – отрапортовала Коршунова, нервно приглаживая волосы, лежащие в идеальном проборе.

Глава 12

Утро понедельника я дождался с трудом. После того, как Коршунова записала меня на прием с дочерью к офтальмологу, с приемной клиники позвонили и, несмотря на воскресный день, любезнейшим тоном подтвердили мою запись на прием к врачу.

Сервис. Платная клиника с хорошей репутацией. Я прошелся по отзывам клиники «Новый взгляд» и пришел к выводу, что правильно прислушался к рекомендациям Коршуновой. Репутация у клиники на высшем уровне. Все, как я люблю. Всё, что касалось Милы, решалось в исключительном плане. Хотелось восполнить большую брешь в жизни ребенка, а если касалось покачнувшегося здоровья Миланы, и подавно. Это должна быть лучшая клиника и лучший офтальмолог.

Припоздавшая Марина испортила и так не самое лучшее настроение. А больше всего раздражал вид Фоминой. Словно это не нянька для ребенка, а мадам из квартала «Красных фонарей».

Мы зашли внутрь большого фойе, и миловидная девушка вежливо спросила мою фамилию и через минуту выдала бланк.

Мила с любопытством рассматривала здание и красивых докторов, проплывающих в кипельно белых халатах. Парочка экземпляров была очень даже ничего. Мы втроём расположились на свободный удобный диванчик для посетителей, и Мила крепко сжала мою руку.

– Мил, всё хорошо, – подбодрил дочку, вглядываясь в карие глазки Миланы.

Выплывшая медсестра из кабинета гнусавым голосом вежливо пригласила на приём.

Мы вошли внутрь и, любезно поздоровавшись, темноволосая женщина пригласила Милу присесть на стул рядом. Мне предложили расположиться на кушетке у стены. Молодая женщина, переведя взгляд на меня и расплывшись в улыбке, спросила: «На что жалуемся?»

– Моя дочь жалуется, что периодически ничего не видит, – произнес, детально приглядываясь к молодому врачу и медсестре, которые бросали на меня слишком любопытные взгляды.

– Каким образом? Расплываются объекты? Теряется чёткость?

– Ничего не видит, и общая картина выглядит сплошным тёмным пятном.

– Вот как…, – протяжно ответила врач, и её немного растерянный тон мне не понравился.

Женщина поднялась из кресла и пригласила Милу пересесть на другой стул.

– Я буду показывать буквы, а ты говорить, как они называются. Ты же уже знаешь алфавит?

– Вы что, издеваетесь? Я приехал в современную клинику, чтобы вы искали с моей дочерью как называются буквы?! – Я просто взревел от возмущения.

Коршунова ещё получит за рекомендацию платной клиники с суперсовременным оборудованием!

Медсестра, сидевшая за столом, захлопнула, наконец, рот, который она держит всё это время в изумленно–испуганном «О», и выскочила из кабинета.

– Это основа, – голос женщины дрогнул.

Я заметно нервничал. Я теряю драгоценное время на блеянье вчерашней студентки медицинского университета! Поднявшись, приблизился вплотную к молодому врачу.

– Я такой отзыв оставлю о профессионализме врачей вашей клиники и чудном современном оборудовании, – я кивнул в сторону таблицы, висевшей в красивой рамочке на стене.

Женщина судорожно ухватилась за полы белоснежного халата и сделала шаг назад.

– Как вас? – Коснулся взглядом бейджика, прикрепленного на белом халате, – Ляшова Анна Александровна.

– Успокойтесь, пожалуйста, – Анна Александровна чуть прокашлялась и продолжила: «Я только начала прием. Мы сейчас повнимательнее посмотрим на вашего ребенка. Я понимаю, что вы волнуетесь…»

Увидев боковым зрением, что в кабинет без стука вошла группа поддержки в таком же белом халате, я невольно перевел взгляд… И застыл.

Твою ж мать…

Лаундж… Алиса… Горячий поцелуй с горячей брюнеткой на террасе, от которого просто снесло башку. Я уже и себя не узнаю в последние дни после знаменательного отдыха в баре. Всё пронеслось, как ураган в беспокойной голове.

Отлично. И в «Лаундж» бегать не нужно. Искать и расспрашивать: «Кто?» «Да, откуда?» у местной публики или персонала. А такая мысль уже засела в дурной голове.

А тут заказывали!? Ловите сюрприз, Владислав Андреевич. Ваша золушка, которая не удосужилась даже туфельку на память оставить, уставившись своими большими серо–голубыми глазами, громко сглотнув, застыла в своём белом халате, надетом поверх голубой блузки и темно–синей узкой юбке до колена. Я–то уже в курсе, как выглядят эти стройные ножки, припрятанные халатиком и строгой юбкой. Темно–каштановые волосы стянуты в строгий пучок.

Ну прям строгая и неприступная мадам.

Вещички недешевые, как и темно–синие туфельки на тон темнее классической юбки. Весь антураж сдержанности и консерватизма совсем не вязался с её слегка распущенным поведением в баре.

– Ошибся? – Проскочила шальная мысль, но по изумленному взгляду, которые тут же спрятала девушка, как и по секундному замешательству, понимаю, что не ошибся.

В точку.

Алиса... Только не в стране чудес. А с большими поправками…

Пробежавшись взглядом по бейджику на медицинском халате, прочитал: «Смирнова Кира Игоревна»

«Значит, Кира Игоревна», – процедил сквозь зубы.

– Да. Кира Игоревна. Врач–офтальмолог. Что у вас случилось? – Спокойным тоном выдал этот «джинн из лампы».

– Врач–офтальмолог, – повторил мысленно. Вот это, конечно, было удивительно. Я обвел взглядом с головы до ног и присел на кушетку, стоящую возле стены.

– Я обратился за помощью в вашу клинику и не получил её, – я старался добавить льда в голосе.

– Анна Александровна, поясните ситуацию, – Смирнова сцепила руки за спиной и перевела взгляд на свою коллегу, прилипшую к стене.

– Мужчина привел на приём девочку. Я начала осматривать пациента..., – проблеяла женщина.

– Моя дочь жалуется, что периодически абсолютно ничего не видит. И, выбрав самую известную глазную клинику, мы обратились к вам. Наверное, зря, – прервал женщину, которая вот–вот хлопнется в обморок.

– Пройдемте в мой кабинет, – хриплым голосом предложила мне Смирнова. Но прозвучало без грамма недовольства.

И добавила, хмуро взглянув на свою коллегу: «Переведи прием на меня».

Я взял Милану за руку и вышел вслед за… Алисой. Трудно перестроиться на лаконичное Кира.

Вглядывался в каждый изгиб её шеи, пока шагал следом за ней.

Кабинет у Смирновой ничем не отличался от того, в который я с дочерью попал вперед. Такие же белоснежные стены и бежевый стол недалеко у окна. Медицинское оборудование вдоль стены и кресло, обтянутое серой тканью, куда Смирнова грациозно устроила пятую точку.

– Выйди! – Громыхнул, впившись в лицо медсестры, внимательно стрельнувшей в нашу сторону, как только мы зашли в кабинет. Распахнув глаза, медсестра вылетела из кабинета, громко хлопнув дверью.

Посадив дочку на стул, присел на соседний стул для посетителей, закинув ногу на ногу.

– Что вы себе позволяете? Это медицинское учреждение! Командовать будете у себя дома или в своем офисе! – С вызовом ответила Кира на мои «безобразия» в её кабинете.

Мне свидетели нашего разговора ни к чему, а Милана не поймет ни слова из сказанного.

– Что вы себе позволяете, Кира Игоревна? Дипломированный специалист, а ведете себя…,– я намерено не закончил фразу и уставился на лицо девушки, ожидая реакцию.

– Вы о чем? – Улыбнулась уголками губ девушка и выгнула красивую бровь.

– Лаундж. Вечер пятницы. Вам ни о чем не говорит? – Я прошелся по красивому лицу Смирновой и усмехнулся.

– Не говорит. Вы пришли сюда обсудить вопрос здоровья вашей дочери или поболтать о вашем неудавшемся отдыхе? Психологическую помощь, к сожалению, не оказываем, – остудила и голову, и слегка расшатавшиеся нервы.

И впрямь! Я приехал сюда с одной целью – проверить здоровье моей дочери.

– А вот этот вопрос… – я водил цепким взглядом по точенной фигурке, – я обязательно решу. Чуть позже.

Все равно будешь моей.

Теперь я знаю, где искать Алису… Точнее Киру. А имя мне чрезвычайно понравилось.

Глава 13

Смирнова оказалась профессионалом. С Миланой нашла общий язык с ходу. Проведя все необходимые процедуры, сразу же поставила диагноз. Впрочем, я догадывался, что этот недуг больше связан с психологическим состоянием Милы. Моя девочка тяжело перенесла уход дорого для каждого ребенка человека.

Матери…

Но Лану с трудом можно назвать матерью. Мать не бросает ребенка в угоду другому мужчине. Мне с моим графиком работы сложно восполнить то, что так необходимо моей дочери.

Мила и Фомина присели на заднее сидение внедорожника, и я бросил прощальный взгляд на фасад здания клиники.

Кто бы мог подумать? Врач–офтальмолог! Мне бы в голову не пришло, что девушка, которую я встретил в «Лаундж» и с таким упоением отвечающая на мой поцелуй – врач–офтальмолог. Да ещё и в платной клинике. Каким образом молодой доктор без особого опыта работы приземлилась в платной клинике?

– Понятно, как. Женщины обычно пробивают себе дорогу одним местом, – от неприятной мысли слегка поморщился. – А девчонка не совсем с устоявшимися моральными принципами.

Удивило, что уходить мне и покидать общество чересчур сексапильного доктора не хотелось. Я словно приклеился к бежевому стулу у стены её кабинета. Так бы и сидел, рассматривая, как она хмурится, вглядываясь в экран монитора, мило улыбается моей дочери, нежно берет её детскую ручку в свою ладонь. И изредка бросает на меня взгляд серо–голубых глаз. Без смущения, заискивания и притворного обожания. Спокойно, словно изучала.

На мысли, крутившиеся в голове в одном и том же месте, разозлился на себя.

Блядь. Баб вокруг немерено, какого хера я уцепился за эту? Третьи сутки, словно заноза в голове. Точнее, в паху.

Я подъехал к воротам дома и припарковал машину.

– Марина Евгеньевна, по дороге к репитеру по музыке просьба заехать в аптеку и купить капли, что прописаны в рецептурном бланке, – напряженно отдал указание, стараясь не смотреть в её сторону. – Деньги я сброшу вам на карту.

Фомина на удивление сегодня молчалива. Лишь блуждала глазами по торсу от ворота рубашки до бляшки кожаного ремня.

– Хорошо, Владислав Андреевич, – Фомина подняла на меня карие глаза, наполненные восхищением и неприкрытого желания.

Да… Похоже, Марина Евгеньевна долго не протянет…

– До вечера, малыш, – нежно потрепал дочь за щечку.

Я нырнул в салон внедорожника и вывернул руль в направлении к автомобильному салону.

Дорогой на работу всё те же серо–голубые глаза и пухлые губки, которые Кира прикусила, переводя взгляд с монитора на Милу. И Милка заворожено рассматривала доктора в халате. Похоже, что Милане этот чудо доктор тоже пришелся по душе.

На горизонте показалось серо–голубое фасадное стекло салона, и я удовлетворенно хмыкнул. Дела идут в гору и хорошо идут. Уход Ланы подстегнул и конкретно. Любимая женщина и жена предпочла мне деньги и другого мужика, в котором она увидела большие возможности. У меня неплохо получалось с сетью автомастерских. Мы даже приобрели шикарный особняк в хорошем районе.

Для своей семьи я желал самого лучшего… Респектабельного, как выражалась Лана. Респектабельный особняк… Дорогие авто… Шмотки из брендовых бутиков…

Всё равно оказался не тот масштаб.

– Богданов, – широко улыбаясь, пропела Светлана Витальевна, бросая вещи в свой дорожный чемодан. – Тебе не хватает масштабности.

Тогда мне хотелось выкинуть этого коричневого монстра, что стоял посредине нашей спальни и глотал вещи Ланы, которые она решила взять в свою новую жизнь, а саму Лану привязать к кровати. Может быть, пришла бы в себя. Но молча, сжимая кулаки, смотрел, как любимая женщина перечёркивает нашу жизнь.

– Мой адвокат пришлет необходимые документы для развода, – карие глаза Ланы скользнули по мне. Я даже уловил жалость в её глазах.

– Вали на хуй, чтобы я ноги твоей не видел! – Сцепил челюсти от злости, распирающей внутри.

Я вылетел из своих нерадостных воспоминаний, и припарковался на стоянке перед автомобильным салоном.

Сейчас всё совсем по–другому. И я тоже другой…

Я зашел внутрь салона и направился в свой кабинет. Коршунова, разговаривая с одним из менеджеров по продаже, тут же сфотографировала мою персону и подтянулась на утренний «реверанс».

– Доброе утро, Владислав Андреевич. Кофе? – Пропела ровным голосом, после того, как получила разрешение войти в кабинет.

– Доброе. Желательно, – коротко ответил, плюхнувшись в кресло.

Переминалась с ноги на ногу, ожидая подробности сегодняшнего визита к клинике, которую она же мне и посоветовала, и она же записала на прием.

Не выдержала и, остановившись у порога, осторожно спросила: «Владислав Андреевич, как ваш прием в клинике?»

Моё первое впечатление в отношении клиники я сменил на противоположное. Благодаря Коршуновой я случайным образом попал на приём к Смирновой Кире Игоревне. Подозреваю, что это стало ключевым моментом в том, что я сменил гнев на милость. Но и девчонка и впрямь оказалась не промах.

Я поднял глаза на Дарью, застывшую в дверях.

– Хорошо, Даша. – Ответил задумчиво. – Спасибо за рекомендацию. И, пожалуйста, запиши меня с Милой на прием к Милославскому.

Коршунова в курсе многих моих семейных печалей. В том числе, что моя дочь стоит на учете у детского кардиолога. И детский психолог ведет Милу уже третий год.

– Первое свободное окошко? – Уточнила Коршунова.

Я глубоко выдохнул и устало махнул головой.

– Поняла. Всё сделаю, – отрапортовала Дарья и, подправив черный пиджачок, вышла из кабинета.

Я положил сцепленные ладони на затылок и откинулся на спинку кресла. В задумчивости уставился на окно в моем кабинете, зашторенное вертикальными жалюзями.

Через несколько минут Дарья принесла чашечку кофе. Аромат горячего напитка поплыл тут же по кабинету и удовлетворенно сделал глоток. Выбор в пользу именно этого помещения в качестве кабинета был продиктован его расположением. Мой кабинет за массивной коричневой дверью находился в дальнем углу автомобильного салона. Отсюда мне виден практически весь зал. Это очень удобно в работе. Приемная с помощником рядом, в соседнем небольшом кабинете.

Мысли хаотично перемещались от здоровья Милы до доктора в белом халатике, грациозно присевшего на край кресла.

– Почему бы не проехаться вечером до клиники и пригласить Смирнову подвезти до дома? – пролетела шальная мысль и мне она чрезвычайно понравилась.

Как бы ни прятала свой интерес ко мне Смирнова, любопытство в её взгляде я заметил. Хотя нужно дать должное стойкости Кире Игоревне. Выправка железная. Не повела и бровью, осаживая мой приступ ярости.

Глава 14

POV

Влад

Я остановил автомобиль недалеко от клиники, так, чтобы мне была видна входная дверь, и я мог видеть всех выходящих из клиники. Нервно забарабанил пальцами рук по рулю автомобиля.

Из клиники выпорхнули его сотрудники партиями и поодиночке, но среди них я не увидел Смирнову. Через час я решил, что выход Киры я пропустил и завел двигатель машины. Но краем глаза уловив знакомый силуэт, заглушил мотор.

Смирнова вышла в бежевом плаще до колена. Чуть поежившись, застегнула его на все пуговицы и подправила темно–синий шелковый шарф. Спустилась со ступенек и достала телефон из сумочки. Я смотрел за всеми движениями, как завороженный и внутренне чертыхался. Ни одна из баб не действовала на меня так, как она. Чуть перефантазировав, дальше подтягивались эротические картины.

Как бы было с этой пигалицей, если я разверну ее попой к себе?

А если пухлые губки сомкнулись вокруг моего члена?

Короче, нужно подкатывать к этой бежево–синей фее и желательно семимильными шагами. Девушка, поболтав по телефону, надула губки. Я уже решил красиво и эффектно подъехать на своем корабле, когда увидел, что Смирнова достала из сумочки ключи от авто и, подойдя к черному кроссоверу, щелкнула сигналкой. Чёрный ВМW радостно поприветствовал свою хозяйку, и Смирнова скрылась в салоне дорогого авто.

В клинике неплохо платят? Или у Смирновой есть богатый «папик», спонсирующий её обеспеченную жизнь?

Я завел двигатель внедорожника и тронулся вслед за своим магнитом.

Я старался держаться на расстоянии от черного автомобиля. Пару раз даже решил, что потерял Смирнову из виду, но, завидев зад приметного авто, тут же расслабленно выдыхал. Водила эта девица борзо. Пару раз превысила скорость на участках, где просто кричит знак «40», обведенный красным.

Вспомнил её красноречивую фразу о красивых спортивных тачках.

– А кто их не любит! Скорость… Драйв… Адреналин…

Я тогда подумал, что девчонка мечтает о красивых тачках и скорости. Кто думал, что она на них бодро ездит по вечернему городу.

Хмыкнул на своё дурацкое поведение. Но драйв и адреналин гуляли по моей крови, шумно ударяя в бесшабашную голову.

Ну, приеду я сейчас на место встречи понравившейся мадам с её любовником? Наверное, о встрече с ним договаривалась Смирнова по телефону. Что дальше? Буду сидеть на кожаном сидении люксового авто и пускать слюни?

– Бред какой–то. Стареешь, Владик, – подтрунивал над собой.

Черный кроссовер показал поворот направо, и Смирнова вывернула к парковке известного фитнес–центра.

Ну да. Как же без фитнеса!

Светлана тоже была любительницей такого рода отдыха. И занятия спортом, и отдых, и расслабляющие процедуры. Днями могла пропадать в такого рода заведениях. Там и подцепила своего любовника.

Я покосился на огромное здание и неоновые буквы, призывно горящее… «PRIME sport–spa» Заведение тоже не из дешевых. Кира вышла из автомобиля и, подхватив небольшую спортивную сумку, грациозно вышагивала в своих темно–синих туфельках на высокой шпильке к входу в «PRIME sport–spa».

– Хорошо, Кира Игоревна. Наведаемся сюда завтра же, – буркнул себе под нос и развернул автомобиль в сторону своего дома.

И тут же нащёлкал задание Коршуновой через мессенджер.

– Даша, мне нужен абонемент в «PRIME sport–spa».

– На какое время? – Прилетел ответ от Коршуновой.

Я поднял брови в удивлении. Секунды не прошло, Дарья ответила на указание шефа.

– Как можно быстрее.

POV

Кира

Лизка всю неделю кормила меня обещаниями о совместных занятиях спортом в любимом спа–спорт центре. То много работы, то обещала Руське провести вечер вместе с сыном.

– Солнышко, не обижайся, но и сегодня я не смогу поехать с тобой! – Передразнила сестру и в очередной раз выкрутила руль по направлению к любимому заведению.

Голова пыхтела от несвязанных мыслей, и затолкать подальше чертов образ из голубых глаз и темно–каштановых волос, которые гудел в моей голове уже неделю, получалось только здесь.

Не могла понять, что так на меня могло подействовать? Ну, красив. Только таких с симпатичным фейсом полно. Кирилл так вообще запросто мог стать обложкой модного журнала. Не сложилось, правда, и слава Богу. Как только страсти поутихли, задышала полной грудью.

Было в Богданове такое… Неуловимое… Притягивающее. Почему из всех подвыпивших приятелей Влада в «Лаундж» мне хотелось именно этого красавчика. Я ведь и мужчину видела впервые.

– И да, Кира. Богданов, скорее всего, женат! – Чуть выкрикнула вслух, усердно переставляя ноги на скоростной дорожке. – Эти дурацкие мысли совсем мне ни к чему.