Я выйду за волка, дракон!

Моя. Кадыр не ответил зверю. Осмотрел людей рядом с ней и увидел Артемия Чернова.

Жених стоял справа. Иногда наклонялся к женщине, отвечал вместо неё, если новый гость задерживал разговор. Его ладонь лежала у неё на спине.

Дракон рванулся к волку. Кадыр остановил обращение и сжал челюсти.

— Кто она? — спросил он у подошедшего Тимура.

Правая рука проследила за его взглядом.

— Руслана Романовна Гордеева.

Имя соединилось с документами, письмами и свадебным приглашением. Дочь Романа. Наследница Лунного Следа. Невеста Чернова.

— Уверен?

Тимур посмотрел на него внимательнее.

— Да.

Руслана повернула голову. Их взгляды встретились через зал. Она замерла и вдохнула глубже. Пальцы на платке напряглись. Карие глаза расширились, прошлись по его лицу и задержались на несколько мгновений.

Почувствовала. Женщины волчьих родов не обращались, однако могли распознать истинную пару. Редкий дар сохранялся даже без собственного зверя.

Руслана оглянулась по сторонам и посмотрела на стоявших рядом мужчин, на гостей за спиной Кадыра. Она искала источник запаха и пока не понимала, от кого он исходит.

Кадыр сделал шаг. Дракон требовал подойти к истинной, оттолкнуть волка, забрать женщину и увезти в горы. Кадыр привык слушать зверя, когда речь касалась опасности, территории и власти. Сейчас тот не видел ни траура, ни чужого дома, ни сотен свидетелей. Он видел только свою пару.

Кадыр остался на месте. Артемий коснулся локтя Русланы. Она посмотрела на жениха и что-то ответила. Чернов наклонился ближе, закрывая её от части гостей широким плечом.

По телу Кадыра прошла новая волна жара.

— Владыка, — негромко предупредил Тимур.

— Я контролирую.

— От вас дымом пахнет.

Кадыр перевёл на него взгляд.

— Значит, стой дальше.

Тимур послушался. Возражать здесь он не стал. Кадыр снова посмотрел на Руслану. Она уже принимала соболезнования от пожилой пары, но несколько раз обернулась в его сторону. Можжевельник должен был перебить цветы, когда дракон подошёл так близко к поверхности. Руслана чувствовала запах и не могла его найти. Пока.

К Кадырy подошёл один из старших волков Лунного Следа.

— Кадыр Османович, семья готова принять ваши соболезнования.

Он взял у Тимура небольшой букет и подошёл к гробу. На фотографии Роман Гордеев выглядел здоровым: седина только тронула виски, взгляд оставался жёстким и внимательным. Снимок сделали за несколько лет до болезни.

Кадыр положил цветы и задержался возле покойного.

— Хорошо торговался, Роман Юрьевич, — сказал он тихо. — Я закончу наш проект.

А потом повернулся к дочери. Вблизи запах стал сильнее. Вишня заполнила лёгкие, свежесть травы осталась на языке. Дракон подобрался к самой коже.

Руслана смотрела на него снизу вверх. Кадыр превосходил ростом почти всех мужчин в зале, но в её лице не появилось привычной растерянности. Горе тоже не сделало её слабее. Она первой протянула руку.

— Благодарю, что приехали, Кадыр Османович.

Её ладонь коснулась его пальцев. Дракон взревел. Кадыр крепче сжал женскую руку и сразу ослабил хватку, заметив, как она нахмурилась. Кожа у Русланы была прохладной. Хотелось провести большим пальцем по запястью, подняться выше и проверить, такая ли она мягкая под чёрным рукавом.

— Примите мои соболезнования, Руслана Романовна. Ваш отец был достойным человеком и сильным партнёром.

— Спасибо.

Она попыталась высвободить руку. Кадыр отпустил.

Запах можжевельника смешался с цветами. Руслана глубже вдохнула и посмотрела на него внимательнее. В её глазах появилось недоумение. Артемий подошёл к невесте.

— Лана, тебе надо сесть.

— Я нормально себя чувствую.

— Ты с утра ничего не ела.

— Ела.

— Половину яблока! Это не считается.

— Считается.

Чернов положил ладонь ей на талию. Руслана не отстранилась и даже опёрлась на его руку, когда очередная женщина подошла с соболезнованиями.

Кадыр смотрел на пальцы волка поверх чёрной ткани. Убери!

Артемий поднял голову. Глаза снова вспыхнули. Волк почувствовал угрозу, хотя ещё не понимал причины.

— Кадыр Османович, — обратился Владимир. — Нам пора ехать на кладбище.

Кадыр отвернулся от Русланы.

— Да, разумеется.

На улице было холоднее. Ветер гнал по дорожкам мелкий снег, люди спускались к машинам и занимали места. Семейное кладбище находилось в лесу за резиденцией, но пожилых гостей и глав родов везли туда отдельной колонной.

Кадыр сел в автомобиль вместе с Тимуром.

— Ты её узнал, — сказал тот, когда двери закрылись.

— Да.

— Руслану Гордееву?

— Ты уже спрашивал.

— Я подтверждаю масштаб проблемы.

Тимур посмотрел через окно на Артемия, который помогал Руслане сесть в другую машину.

— У неё через три месяца свадьба.

— Не будет.

— Об этом пока знаешь только ты.

— Этого достаточно.

Кадыр заметил, как Тимур поджал губы. Наедине тот позволял себе больше остальных, но сейчас всё же промолчал.

Колонна тронулась. До кладбища ехали медленно. Кадыр не сводил глаз с машины впереди, где находилась истинная. Дракон метался внутри и требовал изменить маршрут. Увезти её сейчас, пока волки не успели понять, что произошло. Но он подавил очередной толчок зверя. Он не собирался хватать дочь партнёра возле гроба отца. Сначала поговорит с ней, объяснит, что означает их связь, и предложит решение.

Руслана получила огромные активы, но осталась без защиты альфы. Кадыр мог защитить и её, и имущество, и весь Лунный След. Мог сохранить проект, компенсировать Черновым сорванное объединение и избавить её от борьбы с дядей.

Она поймёт. Другого разумного выбора у Русланы всё равно не было.

Кладбище располагалось среди высоких деревьев. На расчищенной площадке уже ждали служители. Гости окружили могилу, семья встала впереди. Кадыр занял место рядом с другими главами. Отсюда Руслану было хорошо видно.

Она держалась до тех пор, пока гроб не начали опускать. Потом закрыла рот ладонью и качнулась. Артемий сразу обнял её за плечи. Руслана прижалась к нему.

Стоявший рядом дракон повернул голову, почувствовав изменение запаха владыки, но быстро отвёл взгляд. Кадыр смотрел, как волк гладит его истинную по спине. Артемий что-то говорил ей на ухо, Руслана кивала и продолжала держаться за его пальто.

Зверь требовал крови. Кадыр заставил его оставаться внутри. Сейчас Руслана хоронила отца. Он не станет отнимать у неё единственного человека, рядом с которым она позволяла себе плакать. Но после похорон всё изменится.

Когда могилу закрыли цветами, гости начали возвращаться к машинам. Руслана задержалась возле памятника, стоявшего рядом с новым захоронением. Артемий отошёл на несколько шагов и ждал, не торопя её.

Кадыр прочитал имя на камне. Жена Романа, Ульяна, умерла больше двадцати лет назад. Теперь дочь осталась последней в прямой линии Гордеевых.

Руслана коснулась фотографии матери и вернулась к жениху. Тот подал ей руку. Дракон снова дёрнулся к поверхности.

Кадыр развернулся и пошёл к машине.

— Передай наследнице, что я жду её после поминального приёма, — велел он Тимуру.

— Она уже подтвердила деловую встречу.

— Мне нужен разговор без юристов.

Тимур взглянул в сторону Русланы.

— И без Чернова...

— Особенно без Чернова.

Глава 4

Запах появился, когда Руслана принимала соболезнования от главы одного из северных родов.

Терпкий можжевельник пробился сквозь тяжёлую смесь цветов, воска и духов. Она невольно вдохнула глубже и оглянулась. Рядом стояли Тёма, дядя Володя и несколько мужчин, которых Руслана знала с детства. Ни от одного прежде так не пахло.

— Руслана Романовна, ваш отец был достойным альфой, — продолжал гость. — Наш род никогда не забудет, что он сделал для нас двадцать лет назад.

— Спасибо.

Она пожала протянутую руку, выслушала ещё несколько слов и повернулась к следующему человеку. Можжевельник исчез. Руслана решила, что запах шёл от проходившего мимо мужчины или одного из венков.

Через несколько минут он появился снова. На этот раз стал сильнее, заставил сердце ударить чаще и разлился по телу странным теплом.

Она сбилась, не сразу вспомнив имя женщины перед собой.

— Тебе нужно сесть, — шепнул Тёма.

— Я нормально себя чувствую.

— Лана, ты почти не спала двое суток.

— Здесь люди.

— Они подождут пять минут.

Руслана покачала головой. Пока она стояла возле отца, могла говорить, слушать и отвечать. Стоило отойти, и придётся признать, зачем в зале собрались люди и почему отец не откроет глаза.

Она снова почувствовала можжевельник и посмотрела через плечо женщины. И вдруг заметила Кадыра Султаева.

На фотографиях он всегда стоял среди политиков, владельцев крупных компаний и глав других родов. Даже рядом с ними выглядел человеком, которому не требовалось доказывать своё положение. Сейчас над гостями возвышался почти на голову. Чёрное пальто уже передали сотруднику дома, под ним оказался строгий костюм. Рядом шёл Тимур Далгатов.

Кадыр остановился сразу за дверью. Руслана видела его лишь несколько секунд, однако кожу уже покалывало. Плечи мужчины напряглись под пиджаком. Он смотрел в её сторону, не замечая людей, которые здоровались с ним. Можжевельник стал ярче.

Руслана отвернулась к гостье и заставила себя слушать. Та рассказывала об отце, вспоминала какую-то встречу на совете, но слова путались. Она чувствовала на себе взгляд Султаева и злилась, что не может перестать думать о нём.

Она знала этого мужчину по документам. Видела его подпись на договоре, читала замечания и письма. Год назад отец вернулся с первых переговоров и сказал, что Султаев наконец готов к рассмотрению контракта. Он производит впечатление человека, способного купить соседнюю страну вместе с правительством, но торгуется за каждый километр дороги.

— Вот потому и может купить, — добавил тогда папа.

Руслана рассмеялась и попросила познакомить её с новым партнёром. Отец обещал, но на следующую встречу Кадыр не приехал. Он присылал Тимура, юристов и финансовых управляющих. Их первая встреча всё-таки состоялась возле гроба Романа Гордеева.

Кадыр подошёл, положил цветы и что-то произнёс, обращаясь к покойному. Руслана не расслышала. Она смотрела на его профиль, чёрные волосы, смуглую кожу и аккуратную щетину. Потом мужчина повернулся к ней, и можжевельник заполнил лёгкие.

Руслана протянула ему руку.

— Благодарю, что приехали, Кадыр Османович.

Его пальцы сомкнулись вокруг её ладони. Жар ударил так резко, что Руслана забыла вдохнуть. Грудь стала чувствительной под платьем, внизу живота всё сжалось. Она посмотрела в чёрные глаза Кадыра и не сразу поняла, почему он продолжает держать её руку.

Пальцы мужчины сжались сильнее. Она нахмурилась, и он ослабил хватку.

— Примите мои соболезнования, Руслана Романовна. Ваш отец был достойным человеком и сильным партнёром.

— Спасибо.

Она потянула руку, и Кадыр отпустил.

Можжевельником пахло именно от него. Теперь Руслана не сомневалась. Запах оставался на коже там, где к ней прикасались его пальцы, и отзывался жаром при каждом вдохе.

Кадыр не пользовался парфюмом на деловых встречах. Руслана знала это из отчётов службы протокола, где учитывались даже подобные мелочи. Сотрудники предупреждали о чувствительном обонянии оборотней и просили гостей отказаться от резких запахов.

Значит, дело было не в одеколоне.

— Лана, тебе надо сесть, — повторил Артемий.

Он положил ладонь ей на талию. Руслана опёрлась на его руку и почувствовала, как рядом с можжевельником появился лёгкий дым.

Она посмотрела на Султаева. Тот следил за рукой Тёмы, а потом поднял глаза к его лицу. В висках Русланы стучала кровь. От близости дракона ей становилось жарко, хотя в зале было прохладно.

— Я нормально себя чувствую, — ответила она.

Кадыр отошёл к дяде Володе. Вместе с ним отдалился запах, и Руслана наконец смогла свободно вдохнуть. Она понятия не имела, что произошло.

Мужчина понравился ей. Это было глупо, неуместно и неприятно, но вполне объяснимо. Кадыр Султаев нравился множеству женщин. Высокий, красивый, богатый. Правда, Руслана никогда не теряла голову только потому, что увидела красивого мужчину. Тем более рядом стоял её жених.

Она провела большим пальцем по ладони, к которой прикасался Кадыр. Жар не исчез.

На кладбище было холодно. Мокрый снег таял на волосах и плечах, под ногами хлюпала земля. Руслана смотрела на гроб и перестала замечать людей вокруг.

Когда отца начали опускать, она вцепилась пальцами в рукав Тёмы. Он обнял её, прижал к груди и закрыл от ветра. Руслана уткнулась лицом в его пальто.

Она больше никогда не услышит папин голос. Не увидит, как он сидит за столом в старом свитере и ругается на новый отчёт. Никто не назовёт её Руськой и не напомнит, что Уляша тоже считала себя умнее всех.

Руслана подняла голову только после того, как могилу закрыли цветами. Среди людей стоял Султаев. Ветер доносил от него можжевельник, и даже сейчас тело узнавало этот запах раньше, чем она находила мужчину взглядом, но он не подходил.

Она осталась возле памятника матери, пока последние гости возвращались к машинам. Провела пальцами по фотографии Ульяны Гордеевой и поправила цветы.

— Ну вот, мам, — прошептала она. — Теперь вы опять вместе.

Тёма ждал в нескольких шагах. Не торопил и не пытался увести. Когда Руслана повернулась, протянул руку. Она вложила в неё свою ладонь и больше не оглядывалась на Кадыра.

После кладбища люди вернулись в резиденцию. В большой столовой накрыли поминальный стол, ещё несколько столов поставили в соседнем зале. Руслана переходила от одной группы гостей к другой, отвечала на вопросы и принимала предложения помощи.

Проект с Первым Пламенем упоминали чаще остальных дел. Смерть отца могла задержать строительство и повлиять на десятки договоров. Руслана терпеливо повторяла, что работа продолжится. Одним хватало ответа, другие начинали объяснять, насколько проект сложен и почему ей понадобится опытный мужчина.

Руслана запоминала имена. Когда траур закончится, каждый получит возможность рассказать то же самое в её кабинете. Желательно с документами и цифрами. Особенно те, кто сегодня решил проверить, способна ли дочь Романа Гордеева понять собственный договор.

Тёма принёс ей воду.

— Выпей.

— Я уже пила.

— Два часа назад.

— Ты следишь?

— Конечно.

Руслана взяла стакан и сделала несколько глотков. Артемий не уходил, пока вода не закончилась.

— Доволен?

— Почти. Тебе ещё нужно поесть.

— Не хочу.

— Я принесу что-нибудь.

— Тёма, не надо.

Он посмотрел на неё, но спорить не стал. Забрал стакан и коснулся губами виска.

В тот же момент Руслана снова уловила можжевельник. Кадыр стоял возле выхода из столовой и разговаривал с Тимуром. Он не мог слышать их с Тёмой через весь зал, но смотрел прямо на неё. К терпкому запаху опять примешался дым. Она отвернулась. Что за чёрт?

Руслана нашла взглядом пожилого мужчину из одного из волчьих родов. Он знал почти всё о старых обычаях и родовых связях, но задавать ему вопросы сейчас она не собиралась. Ей пришлось бы сначала объяснить, почему запах незнакомого дракона заставляет сердце колотиться и вызывает желание, о котором стыдно думать возле могилы отца.

Нет. Она устала. Почти не ела, не спала и несколько дней жила на кофе. Организм мог отреагировать на сильного оборотня, оказавшегося слишком близко. Драконы вообще действовали на младших зверей сильнее. Руслана не обращалась, но волчья кровь у неё оставалась. Объяснение было разумным. Она держалась за него до конца поминок.

Последние гости начали разъезжаться после четырёх. Дядя Володя провожал старых друзей отца, Тёма разговаривал с начальником охраны, а Руслана наконец позволила себе выйти в холл. Ей хотелось подняться в спальню, снять платье и лечь хотя бы на час.

Возле лестницы её догнал Тимур Далгатов.

— Руслана Романовна.

Она остановилась.

— Слушаю.

— Кадыр Османович хотел бы поговорить с вами.

— Мы встретимся послезавтра. Мои юристы уже подтвердили время.

— Речь не о проекте.

Руслана посмотрела на Тимура внимательнее.

— Тогда о чём?

— Кадыр Османович объяснит сам.

— Сегодня я никого больше не принимаю.

— Он просил передать, что разговор касается лично вас.

В глубине холла открылась дверь малой библиотеки. Появился Кадыр. Галстук он снял, верхнюю пуговицу рубашки расстегнул. Можжевельник добрался до Русланы раньше, чем мужчина посмотрел в её сторону.

Тело сразу отозвалось. Соски напряглись, между ног стало жарко. Руслана крепче сжала перила. Она не собиралась показывать ни Султаеву, ни его помощнику, что не способна справиться с непонятной реакцией.

— Хорошо. Пять минут.

Кадыр подождал, пока она войдёт, и закрыл дверь.

В библиотеке отцовской резиденции Руслана знала каждую полку. Мама любила читать возле камина, папа предпочитал свой кабинет, а Руслана в детстве пряталась за креслом с книгой и делала вид, что её невозможно найти. Здесь не было места незнакомому мужчине, который явился на похороны и весь день смотрел на неё так, словно имел какое-то право.

Она остановилась возле стола.

— О чём вы хотели поговорить?

Кадыр прошёл к бару, налил в стакан воды и протянул ей.

— Благодарю. Я не хочу пить.

Он поставил стакан на стол.

— Вы почти ничего не ели.

— Вы следили?

— Я смотрел на вас.

Прямой ответ вызвал новый прилив жара. Руслана взяла воду только затем, чтобы занять руки, и сделала глоток.

— Говорите, Кадыр Османович. У меня был тяжёлый день.

— Я понимаю.

— Тогда не тратьте моё время.

Он подошёл ближе. Руслана снова почувствовала себя маленькой, хотя никогда не считала свой рост недостатком. Рядом с Тёмой ей нравилось задирать голову. Возле Кадыра разница подавляла.

— Вы почувствовали мой запах, — сказал он.

Руслана поставила стакан.

— Что? Откуда вы...

— Не злитесь.

— Да, сегодня меня преследует можжевельник! Что с ним не так?

— Всё так.

— Очень содержательный разговор. Теперь я могу идти?

Она повернулась к двери. Кадыр не схватил её, но встал на пути.

— Вы моя истинная, Руслана.

Она остановилась, несколько секунд смотрела на него, пытаясь понять, правильно ли услышала.

— Что вы сказали?

— Вы моя истинная пара.

Теперь странный запах, жар от прикосновения и непонятное желание сложились вместе. Руслана сразу отвергла объяснение. Оно не могло быть правдой! Он дракон, а не волк!

— Вы ошиблись.

— Нет.

— Истинные пары почти не встречаются даже среди волков.

— Вы не волк.

— Я родилась в волчьем роду.

— А истинной оказались для дракона.

Руслана рассмеялась. Нервно, резко, не почувствовав ни капли веселья.

— Такого не бывает.

— Как выяснилось, бывает. Вы стоите передо мной.

— Я не обращаюсь. У меня нет зверя.

— Дракону он не нужен.

— Ваш дракон мог ошибиться.

— Не мог. Никогда.

Кадыр отвечал с такой уверенностью, словно обсуждал давно известный закон. Руслана хотела потребовать доказательств, но боялась услышать их, потому что уже чувствовала сама. Можжевельник окружал её, проникал в кровь и заставлял реагировать на мужчину, которого утром она ещё ни разу не видела.

— Допустим, — сказала она. — И чего вы хотите от меня?

— Отмените свадьбу.

Она всё-таки решила, что ослышалась.

— Повторите.

— Свадьбы с Черновым не будет.

Руслана поставила стакан так сильно, что вода выплеснулась на стол.

— Вы пришли в мой дом, в день похорон моего отца, чтобы приказать мне отменить свадьбу?!

— Я не знал, что встречу истинную сегодня.

— А если бы знали, подождали бы до завтра?

Кадыр нахмурился.

— Тянуть нельзя.

— Почему? Через три месяца я превращусь в тыкву?

— Через три месяца вы станете женой другого мужчины.

— Именно это обычно происходит на свадьбах.

— Вы моя истинная!

— Я уже слышала.

— Тогда должны понимать.

— Я должна только похоронить отца, продолжить его дело и выйти замуж за человека, которого люблю. Всё остальное меня не интересует.

Она обошла Кадыра. Он снова загородил дверь, не прикасаясь к ней.

— Вы не выйдете за Чернова.

— Отойдите.

— Сначала выслушайте.

— Я выслушала. Теперь отойдите.

Кадыр остался на месте. Руслана задрала голову и посмотрела ему в глаза.

— Если вы рассчитываете, что я испугаюсь вашего роста или титула, зря тратите время.

— Я не собираюсь вас пугать.

— Пока вы только приказываете.

Он отступил от двери, но разговор заканчивать не собирался.

— Я могу обеспечить безопасность вам и Лунному Следу. Никто не оспорит ваше право на активы. Олег Гордеев не получит возможности давить на вас через совет.

Руслана прищурилась.

— Вы успели изучить моё положение?

— Мои люди изучили его до сделки с вашим отцом.

— Какая предусмотрительность.

— Роман Юрьевич тяжело болел. Я обязан был знать, что произойдёт с проектом после его смерти.

— Проект продолжится.

— Я не сомневаюсь.

— Правда? Сегодня половина гостей пыталась объяснить мне, что без мужчины я не справлюсь!

— Я не говорил, что вы не справитесь.

— Вы предлагаете защиту.

— Потому что защитить могу лучше Чернова.

— Я не просила.

— Пока.

Руслана сжала зубы.

— Продолжайте. Мне уже интересно, сколько стоит истинная пара владыки Первого Пламени.

Кадыр не отвёл взгляда.

— Лунный След сохранит все условия договора. Я готов увеличить вашу долю в терминале и взять на себя дополнительные расходы по тоннелю. Стальной Клык получит компенсацию за сорванное объединение. Земли, контракты или деньги. С Черновыми договоримся отдельно.

Руслана почувствовала, как внутри поднимается ярость. Он говорил о её жизни как о неудачной сделке. Жениху предлагал отступные, её роду — новый процент, ей самой — защиту богатого мужчины.

— Договоритесь отдельно? — переспросила она. — С Тёмой или сразу с его отцом?

— С обоими, если потребуется.

— А меня уже купили?

— Вас никто не покупает.

— Тогда почему обсуждаете цену?

— Я предлагаю решение, при котором ни один род не понесёт потерь.

— Кроме меня.

— Что вы потеряете?

Руслана подошла ближе. Теперь между ними оставался один шаг.

— Жениха. Выбранную жизнь. Собственное решение. Для вас это мелочи?

Можжевельник стал горче, рядом появился дым. Кадыр втянул воздух и посмотрел на неё так, что жар снова сжался внизу живота.

— Вы хотите меня.

Щёки Русланы вспыхнули. Хотелось ударить его. Ещё сильнее хотелось проверить, как эта щетина колется возле губ.

— Вы слишком самоуверенны.

— Я чувствую мёд.

— Какой ещё мёд?

— В вашем запахе. Вишня, трава и мёд. Последний появляется, когда вы возбуждены.

Руслана не знала запаха, который чувствовал Кадыр. Никто прежде не говорил, что от неё пахнет вишней или травой. Она едва удержалась, чтобы не вдохнуть у собственного плеча.