Ты?

Ты?

Глава

Ты ?

I

Темнота, здесь нет ничего кроме темноты, она везде. И с ней пустота, такая, что даже себя не могу видеть. Единственное что могу — ощущать. Ощущаю ветер который иногда идёт с разных направлений, вода по щиколотку. Себя и своё тело — но не вижу. Настолько черна темнота.

Я, просто иду. Иду, не знаю куда иду, иду просто в темноту. Я не хочу задаваться ненужными вопросами, а какими вопросами я могу задаваться в темноте? Что должно меня волновать в темноте?

II

В темноте, сверху в глубокой тёмной дали, смог увидеть я луч света коричневого. Подходя ближе, увидел я что-то в роде статуи. Статуя была похожа на человека, что скрючен в единственную для него естественную позу. Позу поклонения.

Подойдя совсем ближе к статуе, я услыхал что-то. То ли где-то что-то шуршит, то ли шепот. Конечно, это же шёпот!

Наклонившись вниз, на уровень поникшей вниз головы статуи, я услышал: «Да, да, да, да, согласен, не возражаю, как вам удобно, лишь бы вы были довольны, я слушаюсь вас, мне нечего ответить, простите, простите, простите, простите» — продолжая говорить это, резко тёмное ранее пространство начало заполняться коричневым светом. А ранее еле заметный моим ухом шёпот начал походить на тихий крик. Наливаясь коричневым светом, пространство резко сменилось тишиной, свет угас. Стал обыденным.

И снова наклонясь к голове, я услышал тот же шёпот.

III

Пройдя дальше, в пустоту, увидел снова свет я. Опять. Как же надоело видеть свет, что раздражает глаз мой, вместо того чтобы видеть пустоту — этот оранжевый свет.

В этот раз, подойдя ближе, я увидел две статуи. Одна статуя похожа на женщину средних лет. Стоит прямая, руки размашисты вверх. Её маленькая головка источала такое необыкновенно знакомое чувство. Нос был задран, глаза смотрели сверху вниз, прямо уставившись на маленькое тело, обмотанное в ткань.

И слышно было только, как повторяется раз за разом: «Ты? Серьёзно? Опять прячешься, это так на тебя похоже, ну раз ты можешь прятаться, то и без еды можешь обойтись, не так ли?» — и этот язвительный смех, похожий на сочетание чайки и лошади, смешанный с тихим плачем, издаваемым тканью.