Телохранитель для крошки

Я вылетел из комнаты и помчался наверх, перескакивая через две ступеньки. Вот так новость. Я теперь ещё и ночной нянька для её кошмаров.

Дверь в комнату оказалась не заперта. Я влетел без стука и увидел картину, которая заставила моё сердце неожиданно сжаться.

Мия лежала на полу посреди комнаты. Белая полупрозрачная сорочка задралась почти до бёдер, открывая длинные бледные ноги. Она плакала, но глаза были закрыты - спала и не спала одновременно. Её колотила крупная дрожь, волосы прилипли к мокрому лбу, а пульс на шее бился так быстро, что, казалось, она вот-вот выпрыгнет из собственной кожи.

Я узнал это состояние. Мои бойцы, когда я командовал отрядом, иногда возвращались с заданий не в себе. Особенно те, кто собирал своих друзей по кусочкам в пластиковые пакеты, чтобы отправить тела родителям. Тогда их колбасило пострашнее, чем от любой водки.

Я не раздумывал ни минуты. Подхватил Мию на руки - она весила как пустой маленький чемодан, даже меньше, чем я предполагал. Такую и одной рукой можно удержать, если не думать о том, что она почти голая.

- Что ты делаешь? - прошептала она, не открывая глаз.

- Спасаю, - буркнул я, внося её в ванную.

Я включил душ, не снимая с неё сорочку, и встал вместе с ней под прохладные струи. Вода мгновенно намочила мои брюки, волосы, а главное - её тонкое ночное одеяние, которое стало практически прозрачной. Будь она не ладна, эта сорочка.

Мия дрожала так сильно, что я боялся: если её сейчас отпустить, она просто рухнет на кафель и убьётся. Я обнял её за плечи, прижимая к себе, стараясь согреть своим телом. Она медленно, но верно начала приходить в себя. Её пальцы сами собой обхватили мою голую талию, и она прижалась ко мне сильнее, уткнувшись носом в мою обнажённую грудь.

- Дыши, - приказал я. - Ровно и считай: раз - два, раз - два?

Она задышала глубже. Дрожь понемногу утихала, слёзы прекратились. Мы стояли под водой, обнявшись, и я чувствовал, как её тело постепенно расслабляется. И тут я понял, что держу в руках девушку, которая практически голая, мокрая и дрожащая, а мои брюки настолько плотно прилипли к бёдрам, что я начинаю чувствовать каждую складку её сорочки.

«Ну и ночка», - подумал я, выключая воду.

Я взял большое пушистое полотенце и начал вытирать её насухо. Господи, она даже без трусиков. Сквозь мокрую прозрачную ткань я видел всё. Я видел её маленькую гладкую щёлочку, и какая-то предательская часть моего мозга решила, что сейчас самое подходящее время, чтобы запечатлеть этот образ на подкорке.

«Твою ж дивизию, - мысленно выругался я. - Она чуть концы не отдала, а я пялюсь на её... - я резко отвернулся, - ...на её физиологию».

Я вытер ей волосы, как мог, потом снова подхватил на руки и отнёс в кровать.

- Сними ночнужку, - вновь приказал я хриплым голосом, укрывая её одеялом до самого подбородка. - И не вздумай вылезать.

Я вышел из комнаты так быстро, как только мог, чтобы не увидеть, как она послушно снимает с себя мокрую одежду. Спустился на первый этаж и нашёл Надежду на кухне. Она сидела за столом, сжимая чашку кофе, и, судя по румянцу на щеках, уже добавила в него что-то покрепче.

- Можно мне стакан молока с мёдом? - спросил я.

- Конечно, - она вскочила и принялась греть молоко. - Как она?

- Лучше, - ответил я, прислоняясь к стойке. - Всё в порядке. Не переживайте. Я теперь рядом.

Надежда протянула мне стакан с тёплым молоком, и я снова поднялся наверх. Мия лежала в кровати, полностью обнажённая под пушистым одеялом, и смотрела на меня испуганными, распахнутыми глазами. Взгляд у неё был совсем не тот, что пару часов назад. Никакой наглости, никаких игр. Только детская уязвимость.

- Вот выпей. Я тебе молоко принёс, - пробормотал я, садясь на край кровати.

Помог ей приподняться, прикрыл одеялом её грудь и вложил стакан в руки. Она глотнула, потом ещё.

- Спасибо, - пробормотала Мия очень вялым голосом, без привычных хитринок.

- Часто с тобой такое бывает? - спросил я, когда она допила молоко и отдала мне стакан.

Мия улеглась на подушку, подложив руку под щёку.

- Раз или два в месяц, - сказала она, глядя мне прямо в глаза. - Тебе просто не повезло, что это совпало с первым рабочим днём. Не удивлюсь, если ты завтра же уволишься.

- С чего ты взяла? - я усмехнулся. - Я похож на слабака?

Она осмотрела меня с головы до ног. Мокрые брюки облепившие бёдра, голая грудь, с которой до сих пор капала вода.

- На слабака - нет, - шепнула она. - Но я боюсь, что ты в меня влюбишься. А в мои планы это не входит.

Я ухмыльнулся, стараясь не показывать, как её слова задели меня за живое.

- И не мечтай, - парировал я, поднимаясь. - Ты не в моём вкусе.

- Так уж и не в твоём? - в её глазах наконец-то промелькнул тот самый озорной блеск. - Ты только что разглядывал меня под душем, Лев.

- Я тебя спасал, - поправил я, чувствуя, как кровь приливает к щекам. - Это профессиональная обязанность. Не путай с личными интересами.

- У тебя очень красивое тело, - сказала она вдруг, скользя взглядом по моим бицепсам и груди. - Ты много тренируешься, наверное.

Я почувствовал себя абсолютно голым, хотя на мне всё ещё были мокрые брюки. Её взгляд откровенно раздевал меня.

- И как давно у тебя эти приступы? - спросил я, переводя тему.

- Начались лет в тринадцать, - она пожала маленькими плечами, - усилились после нападения.

- Это можно как-то вылечить? - спросил я. Конечно, я переживал за её здоровье. Если она вдруг неожиданно умрёт, я лишусь хорошей работы. И того самого мотоцикла, который уже почти купил мысленно.

- Врачи говорят, что нет, - Мия вздохнула. - Но я не пью лекарства, которые они выписывают. После них я не соображаю и чувствую себя заторможенной, как робот с севшей батареей.

- Понимаю, - кивнул я. - Таблетки - ещё та гадость.

Мия замолчала, потом вдруг сказала, глядя на меня чересчур пронзительно:

- Останешься со мной на ночь?

Эта плутовка даже подвинулась, освобождая место рядом.

- Что? - я закашлялся, подавившись воздухом.

- Ну хотя бы немного, - упрашивала она. - Я никогда не просила своего телохранителя быть рядом. Ты первый, кого мне захотелось подпустить к себе ближе.

«Ага, так я тебе и поверил, - подумал я. - Маленькая извращенка. Сейчас я лягу, а она начнёт меня лапать, и я не смогу сопротивляться, потому что кажется растерял всю силу воли на сегодня».

- У меня брюки мокрые, - буркнул я, надеясь, что это станет веским аргументом.

- Тогда сними их, - просто сказала она. - Или ты меня стесняешься?

- Вот ещё, - хмыкнул я. - Просто я не привык спать в одной кровати со своими подопечными.

- Очень жаль, - прошептала Мия с притворной грустью и зевнула, прикрыв рот ладошкой. - Тогда спокойной ночи, Лев. Завтра увидимся. Жду не дождусь, когда мы вместе поедем по магазинам.

Она закрыла глаза и почти мгновенно провалилась в сон.

Я посидел ещё минуту, глядя на эту несносную, но такую ранимую девчонку. Её лицо во сне стало совсем детским - беззащитным, спокойным, без ямочек и без хитринок. Я чуть было не скинул штаны и не юркнул к ней под тёплый бочок. Но вовремя взял себя в руки.

«Что, чёрт возьми, я делаю?»

Я тихо вышел, выключил свет в её комнате и прикрыл дверь. На лестнице меня встретила Надежда. Её глаза уже были заметно навеселе - она явно успела добавить ещё рому в свой кофе. Видимо, так она успокаивает свои нервы. Может и мне стоит немного выпить? Ну уж нет.

- Мия заснула, - сообщил я.

- Это хорошо, - она радостно кивнула. - Вы настоящий профессионал, Леон. Нам очень повезло, что вы появились в нашем доме.

- Да, - я посмотрел на свои брюки, которые до сих пор хлюпали, - но мои штаны все мокрые.

- Давайте их сюда, я посушу, - Надежда протянула руку. - Всё равно не смогу уже сомкнуть глаз.

Я спустился в спальню, снял брюки, обмотался одеялом, как тогой, и отдал их Надежде. Она покачиваясь ушла, пожелав мне спокойной ночи.

Я наконец лёг в кровать, уставившись в панорамное окно выходящее на просторную лужайку.

«Ну и ночка, - думал я. - Кажется, мне стоит попросить прибавку у Гордеева. За ночные смены. И за психическую нагрузку».

Закрыл глаза и провалился в сон.

Но перед этим я всё-таки улыбнулся. Она сказала, что я первый, кого она попросила остаться. И это, чёрт возьми, это звучало почти приятно, хоть и было ложью.

Глава 4

Утром меня ждал приятный сюрприз. На ручке двери в мою комнату висели чистые, сухие и идеально отглаженные брюки. Я даже прикоснулся к ним с некоторым трепетом - в армии такое случалось только перед парадом, да и то не всегда.

- Надежда, вы волшебница, - пробормотал я, натягивая их.

Чёрный костюм, чёрная рубашка, галстук. Пистолет в кобуре. Я посмотрел на себя в зеркало - вылитый агент спецслужб, только без солнечных очков и с лёгкой небритостью, которая придавала мне суровый вид. Хотя кто я такой, чтобы жаловаться? Выглядел я отпадно.

Кухня встретила меня запахом яичницы, бекона и свежих тостов с джемом. На столе дымилась кружка кофе с аппетитной пенкой. Рай земной, а не завтрак.

- Это не холодная перловка из консервной банки, - улыбнулся я своим мыслям, набрасываясь на еду. - Надежда, вы богиня.

Надежда довольно улыбнулась, подливая мне ещё кофе.

Мия спустилась, когда я уже прикончил всё, что стояло на столе. Выглядела она немного бледной, но в целом бодрой - словно вчерашний приступ был дурным сном. Обтягивающие бриджи для спортзала, майка, сумка через плечо. Серьёзное выражение лица. Никаких игр, никакой наглости.

- Ты не будешь завтракать, дорогая? - спросила Надежда.

- Нет, - Мия чмокнула её в щеку. - Поем в кафе. Едем, Леон.

- Да, - кивнул я, вытирая рот салфеткой.

Странно. Она вела себя так, будто ничего не произошло. Ни слова о ночи, ни намёка на вчерашнюю уязвимость. Я нахмурился, садясь за руль. Что за разностороннее поведение? Я, наверно, никогда к этому не привыкну.

В буклете, который дала мне Надежда, я нашёл адрес её тренажерного зала. Дорогой, элитный, с зеркалами во всю стену и персональными тренерами, которые выглядели как скульптуры, только что сошедшие с пьедестала.

- Как спалось на новом месте? - спросила Мия, поглядывая на меня в зеркало заднего вида.

- Отлично, - ответил я почти равнодушно. - А тебе?

- О, я спала как ангел, - она улыбнулась.

- Вот и отлично.

- Спасибо за молоко, - сказала она тише, чем обычно. - И за всё остальное.

Я кивнул, не отвечая. Почему она сейчас такая милая? Что-то здесь не так. Наверное, она просто готовит мне очередную ловушку. Или это вообще два разных человека живут внутри неё. Я вздохнул, выруливая к фитнес-клубу.

Внутри пахло дорогим освежителем и резиной. Я сел на удобный диванчик и стал разглядывать посетителей. Люди явно с деньгами. У каждого свой персональный тренер, новенькие тренажёры, белоснежные полотенца. Я обычно хожу в простую «качалку», где тренажёры такие старые, что каждый раз молишься, чтобы они не рухнули тебе на голову.

У Мии тоже был персональный тренер. Накачанный красавчик, с кубиками пресса, которые, казалось, были видны даже сквозь футболку. Он смело брал её за талию, поправлял руки, дотрагивался до лодыжек. Я пару раз чуть не вскочил с дивана, чтобы надавать ему оплеух.

«Спокойно, Леон, - приказал я себе. - Это его работа. Он тренер, а не маньяк из подворотни».

Но внутри всё кипело. Мия не обращала на его касания никакого внимания, просто занималась. А я сидел и смотрел, как этот качок прикасается к ней, и мне становилось не по себе. Потому что это была моя работа - защищать её.

Я встал, купил бутылку воды в автомате и сел обратно. Просидел так ещё полчаса, как коршун, наблюдая, чтобы его руки не забирались туда, куда не надо. К счастью, тренер вёл себя прилично. Ни одной попытки дотронуться до её груди или ягодиц. Только профессиональные, сдержанные прикосновения.

Под конец я немного успокоился. Пока она не чмокнула его в щеку на прощание.

Я внутренне скрипнул зубами.

- Я сейчас в душ, - сообщила она, проходя мимо. - Потом пообедаем, а затем в торговый центр.

- Хорошо, - кивнул я, провожая её взглядом.

Мы с тренером пересеклись взглядами. Я посмотрел на него с лёгким вызовом. Он посмотрел на меня. Мы устроили игру «кто первый отвернётся». Этот слабак с протеиновыми мускулами моргнул первым и отвёл глаза.

«Ну нет, приятель, - подумал я. - Пока я на этой работе, ты не заберёшься к ней в трусики».

Хотя какое мне вообще дело до её половых партнёров? Это не моя забота. Я здесь, чтобы защищать её, а не отбивать ухажёров.

Мия вышла через пятнадцать минут. Лёгкое платье нежно-розового цвета, спортивная сумка на плече. Волосы влажные, на лице свежий румянец. Я взял её сумку, потому что она выглядела уставшей, а в сумке, судя по весу, лежало её спортивная форма с кроссовками.

- Где ты обычно перекусываешь? - спросил я.

- А где ты? - вопросом на вопрос ответила Мия.

- Ну, явно не в тех ресторанах, где бываешь ты, - усмехнулся я. - Я человек простой. Могу съесть шаурму или гирос.

- Тогда я тоже хочу попробовать гирос! - глаза её загорелись неподдельным восторгом.

Я пожал плечами и повёл её к машине. В нескольких кварталах от центра было маленькое кафе, которое держал обрусевший грек. Там продавали такой гирос, что пальчики оближешь. И я знал это место, как свои пять пальцев.

Мы вошли. В нос ударил запах жареного мяса, специй и картошки фри. Я почувствовал, как у меня заурчало в животе.

- Как всё выглядит жирно! - с удовольствием протянула Мия, обводя глазами меню. - Обожаю!

Мы заказали по порции гироса и по коле. Она взяла без сахара и смотрела на еду с таким аппетитом, что я невольно улыбнулся. Когда Мия начала есть, по её подбородку потёк белый соус. Я, не думая, взял салфетку и вытер ей губы.

Она замерла на секунду, потом улыбнулась, продолжая жевать.

- Спасибо, - сказала она, и голос её был мягче обычного. - Серьёзно, очень вкусно.

- Я никогда не ошибаюсь, - буркнул я, отводя глаза. - Можешь меня спрашивать. Я знаю все приличные и недорогие места в нашем городе. Сможешь сэкономить.

Мы доели гирос и отправились в торговый центр. Я ходил за ней как мул, таская её пакеты. Она меняла наряды в примерочной, выходила, кружилась перед зеркалом, а я кивал или качал головой, как её верный советник.

Я старался выбирать что-то скромное. Но когда я отрицательно качал головой на платье, которое, по моему мнению, было слишком откровенным, она смеялась и брала его. Мия явно просекла эту фишку и каждый следующий наряд был всё более эротичным. Я чувствовал, как краснею.

Потом мы пили дорогущий кофе, который она оплатила. Капучино с корицей оказался таким вкусным, что я даже зажмурился.

- Куда теперь? - спросил я, когда мы вышли из кофейни. День уже подходил к концу, а я этого почти не заметил. Не устал, не смотрел на часы. Просто был рядом с ней.

Мия сидела на заднем сиденье, окружённая пакетами. Багажник был забит под завязку. Я не понимал, что ею движет - покупать столько вещей. Какую внутреннюю пустоту она пытается заполнить тратой денег? Но это уже не моё дело.

Я крутил баранку и следил, чтобы с ней ничего не случилось.

- А куда бы ты хотел поехать? - вдруг спросила она.

- Я? - я удивился. - Почему ты спрашиваешь? Ты же мой начальник. Куда скажешь, туда и поедем.

- Хочется разнообразия, - капризно протянула она. - И вот моё первое желание. Отвези меня туда, где ты чувствуешь себя счастливым.

Я нахмурился. Никто не лез в мою голову много лет. И тут...

«Стоп, - подумал я. - Я должен ей шесть желаний. Она выиграла в карты. Ладно. Переживу».

- Тогда держись, - бросил я, нажимая на газ. - Дорога длинная.

Мия весело захохотала, а я, со всей силы нажал на педаль. «Боже, куда я ввязываюсь?». Но улыбка с моего лица почему-то не сходила.

Глава 5

Я вёз её в прошлое. Моё прошлое. Место, где я был мальчишкой, который ещё не знал, что такое предательство. Где я впервые поцеловал девушку и где впервые понял, что жизнь - штука непредсказуемая, и иногда она бьёт так сильно, что хочется выть.

Старый летний лагерь окутал нас запахом сырости и запустения. Забор покосился, табличка с названием «Сказка» валялась в грязи, а территория заросла травой по пояс. Я остановил машину у ближайшего леса, чтобы не привлекать внимания - не хватало ещё, чтобы местные мальчишки увидели Rolls-Royce посреди леса и решили, что мы торгуем запрещёнкой.

- Ты уверен, что туда можно попасть? - спросила Мия, оглядываясь по сторонам с лёгкой тревогой.

- Конечно, раньше сюда водили на экскурсию, теперь сюда никто не приезжает, - усмехнулся я. - Я знаю тут каждый забор. Особенно те места, где можно перелезть. Я тут столько раз лазил, что мог бы сделать это с закрытыми глазами.

- Звучит как полезный навык, который пригодится в жизни, - хмыкнула Мия, поправляя лямку розового платья, которое сегодня было удивительно скромным. Почти воздушное. Я даже удивился.

Мы нашли дыру в ограждении. Ржавый металл, облупившаяся краска, кусты, которые успели пробиться сквозь сетку. Я подал ей руку, и моя подопечная легко перебралась через барьер, но на мгновение мои пальцы задержались на её талии - слишком тонкой, слишком тёплой, чтобы быть просто частью рабочего процесса. Её кожа даже сквозь тонкую ткань платья обжигала меня.

- Идём дальше, не нужно меня держать, - она сбросила мои руки и пошла вперёд, не оборачиваясь. Но в голосе не было злости. Только игривая насмешка.

- Я просто страховал! - крикнул я ей в спину, чувствуя, как опять краснею. Что за дурацкая привычка? Но она уже ушла в глубь территории, а я, вздохнув, последовал за ней.

Лагерь был заброшен лет шесть, а то и больше. Деревянные корпуса облупились, окна были выбиты, а на столовой красовалась надпись из баллончика: «Привет из 2000-х», и кто-то пририсовал смайлик с высунутым языком. Где-то валялся ржавый велосипед без колёс, качели скрипели на ветру, издавая жуткий звук, будто жаловались на свою заброшенность, а флагшток гордо стоял без флага, как памятник ушедшей эпохе.

- Это место стало для меня символом самостоятельности, - рассказывал я, оглядывая знакомые развалины, волна воспоминаний обрушилась на меня в ту же минуту. - Здесь я впервые понял, что могу быть сам по себе. Что я не просто чей-то сын или брат. А просто ещё один человек на планете. Со своими мечтами и правом на ошибку.