Расправив крылья

Расправив крылья

Слово к читателю

Дорогой читатель!

Книга, которую ты держишь в руках, — это не просто вымышленная история о поиске себя, творчестве и любви. Это манифест о внутренней силе, которая живет в каждой женщине, даже когда ей кажется, что весь её мир разрушен до основания.

Нам часто внушают, что нужно терпеть, подстраиваться и молчать, жертвуя своей свободой ради ложного спокойствия. Но главная героиня этого романа, Кира, доказывает: никогда не поздно закрыть дверь в прошлое, за которой остались страх, боль и чужая слепая ярость. Из осколков своей израненной жизни она смогла создать нечто прекрасное — музыку, которая спасла её саму и подарила будущее двум её главным сокровищам.

Я искренне верю, что, проходя этот путь вместе с Кирой, Марком и их малышами Лёвой и Алисой, ты сможешь почувствовать то же, что почувствовала моя героиня среди карельских лесов и на залитой светом сцене. Безопасность, надежность и любовь — это то, чего заслуживает каждый человек на этой земле.

Как бы темно ни было вокруг тебя сейчас, помни: у тебя всегда есть силы, чтобы взлететь. Надеюсь, эта история подарит тебе тепло, веру в людей и вдохновение.

Приятного чтения.

С любовью,

Ария Рахманова

Глава 1. Последняя капля

Чемодан застегивался с тяжелым, надрывным треском. Кира изо всех сил вдавливала колено в непослушную плотную ткань, но пальцы дрожали так сильно, что металлический язычок замка никак не поддавался. Времени оставалось катастрофически мало. Тим уехал в супермаркет на въезде в район всего двадцать минут назад, но его бешеная, доходящая до паранойи ревность могла вернуть его домой в любую секунду. Стоило ей не ответить на один-единственный звонок или задержать палец на экране, и он уже летел обратно, выдумывая на ходу её несуществующие измены.

На тумбочке возле старого треснувшего зеркала лежал её телефон. Экран внезапно вспыхнул, разрезав полумрак спальни, — пришло банальное рабочее уведомление в мессенджере. Кира инстинктивно вздрогнула, отпрянув от чемодана. Вчера точно такое же всплывающее окошко от начальника отдела маркетинга стало причиной настоящего ада.

«Ты улыбалась ему на планерке! Я видел, как ты на него смотрела! Ты держишь меня за идиота?!»— этот яростный, срывающийся на хрип крик до сих пор звенел у неё в ушах, заставляя сердце болезненно сжиматься.

Кира медленно опустила взгляд на свое левое запястье. Под рукавом домашнего джемпера багровел отчетливый, уродливый след от чужих пальцев. Вчера Тим перехватил её руку так крепко, что затрещали суставы, а потом с силой толкнул её на диван. Это был первый раз за два года их совместной жизни, когда он применил физическую силу. И в ту же секунду Кира, глядя в его остекленевшие от злости глаза, безмолвно поклялась себе: этот раз станет последним. Она больше не позволит себя ломать.

Замок на чемодане наконец поддался, издав победный щелчок. Кира выпрямилась, тяжело и прерывисто дыша, и посмотрела в окно. Серый питерский дождь размывал очертания унылого двора-колодца, превращая прохожих в невнятные темные силуэты под зонтами. Ей было до безумия, до тошноты страшно. Куда она идет? К родителям. Поймут ли они её? Осудят ли за то, что не уберегла отношения? Сейчас всё это казалось второстепенным. Главное — спастись. Вырваться из этой удушающей, липкой клетки, которую Тим с какой-то извращенной гордостью называл «настоящей любовью».

Вдруг в прихожей оглушительно щелкнул замок входной двери. Сердце Киры оборвалось и тяжелым камнем упало куда-то вниз, перекрывая дыхание.

Он вернулся раньше.

Шаги Тима в коридоре казались неестественно громкими. Кира замерла посреди спальни, сжимая в кулаке пластиковую ручку чемодана так крепко, что побелели костяшки пальцев.

— Кира? Ты дома? — голос из прихожей звучал пока еще относительно спокойно, но в нем уже сквозило это вечное, подозрительное прощупывание почвы. Послышался шуршащий звук брошенных на пол пакетов, а затем шаги двинулись в сторону спальни. Быстрые, тяжелые.

Тим остановился в дверном проеме. Куртка расстегнута, на лице — капли дождя. В глазах на долю секунды мелькнуло мгновенное непонимание, которое за мгновение переросло в ледяную, звенящую ярость. Он перевел взгляд с застывшей Киры на собранный дорожный чемодан у её ног. Его губы перекосились в циничной, злой усмешке.

— Это еще что за представление? — тихо спросил он, делая медленный шаг в комнату. В его голосе закипала угроза. — Куда это мы собрались, я не понял?

— Я ухожу, Тим, — Кира постаралась, чтобы её голос прозвучал как можно тверже, но предательская дрожь в коленях выдавала её с головой. — Ухожу навсегда. С меня хватит.

— Уходишь? — Тим резко, в один приход сократил расстояние между ними. Он был намного выше, крупнее, и его тяжелая тень буквально накрыла её, отрезая путь к выходу. — К кому? К этому твоему придурку-начальнику? Нагуляться не можешь? Я для тебя всё делаю, сдуваю пылинки, а ты мне нож в спину?! Да ты без меня пропадешь через два дня!

— Прекрати! Прекрати лгать! — выкрикнула Кира, сделав отчаянный шаг назад и упершись спиной в край кровати. — Никого у меня нет, и ты это прекрасно знаешь! Ты болен своей ревностью, Тим. Ты контролируешь каждый мой вздох. Вчера ты поднял на меня руку. Завтра что? Убьешь меня в этом доме?!

— Я тебя пальцем не тронул, истеричка! — взревел он, и Кира подсознательно зажмурилась, ожидая удара.

Тим резко выкинул вперед руки, мертвой хваткой схватил её за плечи и сильно встряхнул. Пакет с её вещами выскользнул из её пальцев, с тихим шелестом упав на ковер.

— Я просто держал тебя, чтобы ты успокоилась! Ты никуда не пойдешь, слышишь меня? — его лицо было в нескольких сантиметрах от её лица, Кира чувствовала его горячее, злое дыхание. — Сядь, открой чемодан и разбери вещи. Живо. Ты никуда не едешь.

В этот самый момент внутри Киры словно лопнула какая-то невидимая струна. Тот самый панический, липкий страх, который сковывал её волю последние несколько месяцев, вдруг исчез. На его месте разлилась холодная, кристально чистая решимость. Она открыла глаза и посмотрела прямо в его искаженное злобой лицо. Впервые за долгое время в её взгляде не было слез. Впервые там читалось только глубокое отвращение.

— Отпусти. Меня. Сейчас же, — раздельно, ледяным тоном произнесла она. — Если ты сейчас же не уберешь свои руки и не выпустишь меня из этой квартиры, я закричу так, что сбегутся все соседи. А потом я пойду в ближайшее отделение полиции и сниму побои от твоих пальцев. Поверь мне, Тим, на этот раз я это сделаю. Мне больше нечего терять.

Тим замер. На секунду в его глазах промелькнула искренняя растерянность — он просто не узнавал прежнюю, покорную и запуганную Киру, которая обычно после таких слов забивалась в угол и умоляла о прощении. Его железная хватка на её плечах невольно ослабла.

Пользуясь этой секундной заминкой, Кира резко схватила чемодан, перехватила сумку и, не оборачиваясь, бросилась мимо него к выходу из комнаты.

— Да кому ты нужна, кроме меня?! — летело ей в спину из глубины темной квартиры, отражаясь от стен гулким эхом. — Приползешь обратно через неделю! Слышишь? Сама приползешь, на коленях умолять будешь!

Кира выскочила на холодную лестничную клетку, судорожно, несколько раз подряд нажала на кнопку вызова лифта. Но, понимая, что кабина движется слишком медленно, а Тим может броситься вдогонку, она повернулась к лестнице и побежала вниз по ступеням. Чемодан грохотал по бетону, колесики бились о края ступенек, сердце колотилось где-то в самом горле, заглушая все остальные звуки.

Только оказавшись на улице, под проливным, хлестким дождем, она остановилась возле чужой припаркованной машины и глубоко, со всхлипом вдохнула сырой воздух. Вода мгновенно намочила её волосы и потекла по лицу, смешиваясь с каплями пота.

Всё. Этот кошмар официально закончился. Она дышала. Она была свободна.

Кира еще не знала, что главный, самый пугающий и одновременно прекрасный сюрприз этой свободы ждет её впереди.

Глава 2. С чистого листа

К