Эстер. Сбежавшая невеста

В коридоре мы столкнулись с Оливером, который, как оказалось, спешил ко мне.

– Готов? – Он с облегчением кивнул, оглядываясь по сторонам. А потом понизил голос и улыбнулся: – Не думал, что ты так быстро соберешься, обычно девушки куда более медлительные…

– Обычные девушки, может, и медлительные, – не стала я спорить. – Но Брендон Пирсен такого себе позволить не может.

В столовой было многолюдно, но неожиданно тихо. Будь здесь девушки – непременно сплетничали бы обо всем на свете. Парни же торопливо ели, не тратя драгоценного времени на лишние слова. Изредка только перебрасывались друг с другом парой фраз.

Мы взяли одинаковые тарелки с кашей, несколько кусков хлеба с сыром и здоровенные, больше подходящие для освежающих напитков кружки с кофе. Надо сказать, они были весьма кстати, потому что добрая половина адептов выглядела вставшими с постели, но совершенно не проснувшимися. И мы с Оливером в том числе.

Не успела я поднести ко рту последнюю ложку, как снова зазвенело заклинание. То ли нас пытались так взбодрить, то ли о чем-то оповестить. Судя по начавшейся в столовой суете, вторая моя догадка была верна.

Старшекурсники, которые знали, что к чему, спешно собрались и покинули столовую, не забыв при этом отнести посуду на специально отведенный для этого стол. Первокурсники же задумчиво смотрели друг на друга, пытаясь вспомнить, с кем вчера им довелось попасть в группу и куда идти.

Впрочем, терялись в догадках мы все недолго, вплоть до того момента, пока за нами прямо в столовую не зашел посланный по нашу душу помощник ректора. Оказывается, первым занятием у первокурсников значилась физическая подготовка на полигоне. И на огромной овальной площадке позади учебного корпуса успела скопиться внушительная толпа, растерянно ожидающая преподавателя.

– А вот сейчас постарайся себя не выдать, – тихо сказал Оливер, озадачив меня.

Сначала я не поняла, о чем это он, но потом увидела магистра Гренрона, облаченного в форму, и с трудом сдержала стон. Да как тут удержаться от взглядов, когда этот мужчина будто нарочно красуется передо мной чертовски соблазнительным мускулистым телом? Ну почему именно он оказался нашим тренером?!

Закусив до боли губу, я отвела глаза, борясь со смущением, и спряталась за спину Оливера, лишь бы не видеть этого ледяного красавчика. Магистр, к счастью, никакого внимания на меня не обратил, ведь я была для него всего лишь одним из первокурсников. И я очень надеялась, что так оно останется до конца занятия. Да, пусть я буду не самым ловким и быстрым, и глупо надеяться, что мне удастся превзойти мужчин, но хотя бы до финальной ленты я добраться сумею. Сделаю все, чтобы так оно и было!

Пока магистр проводил инструктаж, я поймала себя на мысли, что думаю о том, как бы вечером незаметно улизнуть в «Пиколлино». Деньги, полученные от Люсинды, нужно было отработать, да и понравилась мне эта работенка, что скрывать. Заодно отвлекусь от совершенно неуместного интереса к этому чертовски привлекательному мужчине.

Стоило Гренрону скомандовать, как все одновременно рванули вперед. Никому не хотелось быть отстающим, а впереди было пять кругов.

Я немного замешкалась, но оклик Оливера вовремя подстегнул меня. Однако уже в середине дистанции я поняла, что сильно переоценила свои возможности. Шансов прийти даже в середине бегущей толпы не было никаких. И не отличающийся тренированным телом Оливер пыхтел рядом со мной. К финишу мы приползли вымотанные настолько, что сил хватило только на то, чтобы кое-как доползти до раздевалки и привести себя в порядок.

Нам оставалось только надеяться, что со временем станет проще. Или хотя бы магистр Гренрон перестанет называть нас сонными улитками и старыми клячами. Тем более что занятия по физической подготовке значились дважды в неделю. И если бы дело было только в занятиях Гренрона!

Не лучше дела обстояли и с остальными предметами. Все же одностороннее воспитание, данное мне родителями, оставило свой след. Я не знала боевых заклинаний, не могла справиться с собственной силой, отчего то и дело на занятиях происходили казусы вроде разбитого стекла или случайно оживших доспехов.

Не желая отставать от более удачливых в теоретических знаниях однокурсников, я много времени проводила в компании книг и Оливера, который, в отличие от меня, мог похвастаться обширными умениями практически по всем предметам. И через некоторое время у меня начало все получаться, я даже стала одной из лучших на курсе. А нашим общим камнем преткновения стала только физподготовка.

По вечерам я уходила в «Пиколлино», где снова и снова срывала аплодисменты неискушенной публики. В кошельке прибавилось денег, а в комнате – милых сердцу безделушек, но, главное, теперь у меня было все необходимое и для учебы, и для комфортного существования. Вот только давалось мне все это тяжело, и приходила я в общежитие лишь к ночи, падая от усталости.

Впрочем, человеку свойственно ко всему привыкать. Вот и я привыкла к ранним подъемам, быстрому душу, выматывающим занятиям и бесконечной зубрежке над книгами. Возможно, так было бы и дальше, и я со временем бы окончательно адаптировалась к такому режиму и доучилась бы без проблем, вернувшись домой дипломированным магом, которому никто не указ. Если бы внезапно не произошло то, что нарушило мой, ставший уже привычным, жизненный распорядок…

Глава 23

Дэвид

Поежившись от ледяного, пронизывающего ветра, стоящий на перроне молодой темноволосый парень, одетый лишь в тонкий плащ, в который раз оглядел толпу, сам не зная, что там выглядывая. Он только что прибыл в Окланд, и тот встретил его весьма неласково: хмурым от туч небом и противным, моросящим дождем.

Проклятый город! Давно же он тут не был, однако до сих пор помнит, какая мерзкая тут погода.

Впрочем, Окланд был далеко не первым в долгой веренице городов, которые встретились ему по пути сюда. И в каждом из них приходилось задерживаться, ища ту, что посмела сбежать от него, но след вновь вел его дальше.

Однако Дэвид искренне надеялся, что этот город – последний, ведь та невидимая нить, что тянула его за собой, оставляемая обручальным кольцом их рода – мощным артефактом, работающим, как маяк, четко указывала на то, что цель больше не движется. И пусть артефакт не мог привести его прямо к невесте, а лишь подсказать примерное местоположение, в этот раз Дэвид был почти уверен, что его долгая дорога закончена.

Возможно, он отыскал бы беглянку быстрей и схватил ее в первом же городе, однако дела рода задержали его, и снова приняться за поиски парень смог лишь спустя месяц. Долго, очень долго для того, чтобы не дать Эстер исчезнуть окончательно, но мало, чтобы его ярость успела утихнуть.

Договоренность о браке Дэвида и Эстер между семьями Вайнор и Лерой была заключена давным-давно, когда его невеста едва родилась. И как бы сам Дэвид ни относился к этому, он знал, что это важно для его рода. Сильный дар, передающийся по наследству, – это то, чего не хватало Вайнорам для того, чтобы стать по-настоящему могущественным и влиятельным родом. Пусть его отец и был родственником самому королю, но отсутствие сильных магов в семье значительно принижало их в глазах высшего света. Брак же с Эстер разом решил бы эту проблему, заткнув рты завистникам и недоброжелателям.

Однако все эти планы пошли псу под хвост, когда его невеста, наплевав на договоренности и на честь собственного рода, сбежала прямо из-под венца, оставив Дэвида с носом и опозорив его в глазах гостей. Он слышал, как шептались ехидно за его спиной, будто жених оказался настолько плох, что невеста предпочла бесчестье браку с ним. А после и в газетах не преминули перемыть их семье косточки, пусть и облекли все это в приличную форму, отделавшись общими формулировками.

Его отец, герцог Вайнор, был в ярости, Дэвид же жаждал одного – найти мерзавку и заставить ее умолять о прощении. И даже то, что семья Лерой выплатила им виру в качестве компенсации, окончательно опустошив свою казну, не могло оправдать их ожиданий.

И лишь только появилась возможность, отец тут же отправил его на поиски, велев без невесты не возвращаться. И в кои-то веки Дэвид был с ним согласен, ведомый желанием наказать беглянку и преподать ей урок. А после вернуть ее в лоно семьи и заставить выйти за себя замуж. Вот только теперь не будет ни громкого торжества, ни гостей, а молодая жена в полной мере познает его презрение и неприязнь. И после того, как родит ему наследника, отправится в монастырь – замаливать свои грехи.

С таким настроением он уселся в кеб, который по его указке поехал, не торопясь, по улице, которая вела в нужном ему направлении. И каково было его удивление, когда экипаж привез его прямиком к воротам мужской академии магии!

Что могло понадобиться девушке, да еще и аристократке в стенах этого заведения, где по определению не должно быть женщин? Это Дэвид знал наверняка, ведь он провел в Академии имени Людвига Венценосного три года своей жизни, так что о порядках, царящих внутри, был осведомлен достаточно.

Будь Эстер простолюдинкой, он бы еще мог подумать на работу прачкой или поварихой. Но это же абсурд! Или... Может, все объясняется гораздо проще? Могла ли Эстер знать, что он идет за ней? И спрятаться там, где он точно не станет ее искать?

Терзаемый сомнениями, он попросил кучера отвезти его на почту, чтобы срочно отправить письмо отцу. Пожалуй, стоит как следует все проверить, но для этого ему нужно было попасть в академию. Вот только в качестве кого? Вряд ли ему позволят просто так обыскать там все, да и о цели визита Дэвид тоже не хотел рассказывать кому бы то ни было. Хватит с него и того позора, что есть!

Пока ехал до почты, в глаза бросилась яркая вывеска кричащего красного цвета, где магическим светом сияло название заведения, которое он никак не ожидал увидеть в этом сером городишке. Кабаре «Пиколлино»… Странно, он не припомнит такого, недавно, что ли, открылось?

Пожалуй, можно заглянуть сюда на обратной дороге. Отдохнуть и поразвлечься ему точно не помешает.