Невеста по ошибке. Проблема для бывшего

Я брала вещи, уходила в комнату. Переодевалась. Выходила в гостиную, где на диване, с видом самого искушённого эксперта моды, сидел Кирилл и оценивал увиденное. Чаще я слышала безразличное: «Берём». Реже хмурое: «Нет». Ему хватало пары секунд, чтобы оценить мой наряд. Затем взгляд бывшего неизменно опускался в экран смартфона, который он сжимал в руке.

Лишь один раз Кирилл замер, не сумев быстро вернуть взгляд к своему телефону. Я вышла в черном вечернем платье, будто созданным специально для меня. Холодный шёлк льнул к телу, подчеркивая тонкую линию талии и плавные изгибы фигуры.

На мгновение мне удалось прочитать в глазах Кирилла то, чего я уже не ожидала никогда заметить. Щеки тут же опалило жаром. Дыхание чуть сбилось, выдавая моё волнение.

— Нет, — бывший зло вынес вердикт платью.

Я знала, что злится он на себя. За то, что увиденное ему понравилось.

И как бы мне не хотелось обратного, но…

Я не должна нравиться Кириллу.

Не должна.

Ни в каком виде.

13

Я была права, когда предположила, что новые вещи не влезут в шкаф. Даже с учетом того, что не подошло или было забраковано Кириллом. Сейчас гостевая спальня напоминала заваленный вещами склад.

Неприлично дорогими вещами, — подумала я, поднимая с пола один из срезанных ценников. На сумму было страшно смотреть. Количество цифр больше напоминало номер телефона, чем стоимость платья!

— Кстати о телефоне, — прошептала я, выкинув бирку и направившись к кровати. Гаджет я специально положила на мягкое. Во избежание.

Взяв смартфон в руки, я некоторое время просто смотрела в экран. Про установленную программу я помнила. Как и про обещание маме позвонить ей, как только восстановлю симку.

— Готовьтесь много слушать, раз вам так интересно, — прошептала, найдя в контактах единственный записанный номер.

Главное, чтобы мама не решила вдруг упомянуть в разговоре Колю. Это будет фиаско. Причем не важно, кто именно имеет доступ к этому телефону: Кирилл или его персональный Цербер. Колясика тут же пробьют, просто, чтобы было. Всё вскроется и…

В лучшем случае, решат, что я извращенка. С шизофренией, судя по тому, что я уже успела им наговорить.

— Слушаю, — голос мамы был непривычно холоден.

Настолько, что я даже немного растерялась. Потом вспомнила, что номер она этот впервые видит. А кто звонит с незнакомых? Правильно. Те, кто просят код из СМС.

— Привет, мам, — улыбнулась я, присаживаясь на кровать. — Это я. Света, — зачем-то добавила, как будто она сразу не узнала меня по голосу.

— Света, наконец-то, — голос мамы стал расслабленным. На секунду. Пока она не закричала, вынуждая меня отстранить телефон от уха: — Толя! Света звонит! Сейчас громкую включу…

Зря я переживала за маму и то, что она скажет лишнее. Нужно было предугадать, что меня будут заваливать вопросами. Начиная с того, как я доехала и где умудрилась потерять телефон, и заканчивая новой работой и всем, что с ней связано.

Было ли мне стыдно врать родителям? Ещё как! Хорошо, что на большинство их вопросов я могла не отвечать, прикрываясь подписанным договором о неразглашении. И ведь отчасти, так оно и было… только договор с бывшим и условия труда там так себе. Ни медицинского страхования, ни отчислений в пенсионный…

— А жильё тебе тоже эта контора выделила? — спросил папа, заставив меня активно думать над ответом.

Просто «да» их не устроит. Мои родители люди простые. Иногда даже слишком… Скажу, что банк снял для меня квартиру – решат, что в клоповнике. Решу убедить их, что жильё нормальное – заподозрят мошенничество. В лучшем случае решат, что у меня забрали паспорт и готовят увести куда-нибудь. По органам.

— Свет? — поторопила меня с ответом мама.

— Что? Связь барахлит, что ли, — прошептала я, повторяя громче: — Я говорю, что квартиру мне сняли. Небольшую студию, но вполне симпатичную. Плохо, что деньги за неё у меня потом вычтут из зарплаты. Я договор подписала, сумму разобьют на полгода. Что-то вроде беспроцентного кредита.

— Рассрочка, — я улыбнулась, представив, как папа произносит это с выразительным кивком головы. — Ну, это ещё по-людски. В столице цены на жильё заоблачные должны быть. Хорошо, что не разом сумму вычтут.

— Дочь, в квартире всё необходимое есть? — тут же оживилась мама. — Может прислать что?

— Здесь всё есть, мам, не переживай, — усмехнулась я, смотря на пакеты с одеждой. — Даже больше необходимого минимума.

— Ну не знаю, — запричитала мама. — Занавески? Тюль? У меня есть с маками очень красивые, может…

— Не надо…

— Галь, ну что ты к ней пристала? Куда ей твои маки? — встал на мою защиту отец. — Она обратно с баулами сюда поедет? Если Света говорит, что всё есть, значит не нуждается. Она же не племяш твой, которому для счастья только поесть и поспать нужно.

— А при чем здесь…

— Мамуль! Папуль! — повысила я голос, не давая никому из родителей произнести лишнее. — Уже поздно. Завтра вставать рано…

К счастью, я была услышана. Прощание заняло ещё минут пять, но ничего лишнего озвучено не было. Если не считать инструкции для меня нормально есть, теплее одеваться и быть осторожнее.

Завершив звонок, я шумно втянула носом воздух.

Часы показывали почти десять вечера. Вот только сна у меня не было ни в одном глазу. Зато проснулся аппетит. Только… Полина ушла, когда мы закончили с примеркой и выбором подходящей одежды. В квартире сейчас находились только я и Кирилл. И интуиция вопила, что бывший ещё не спит. Здравомыслие вторило, что встретить его в коридоре или на кухне – плохая идея.

А как ты собираешься месяц провести с ним бок о бок? — противно уточнил внутренний голос.

Ответа на этот вопрос у меня не было.

Посомневавшись ещё какое-то время, я всё же осторожно вышла в коридор, прислушиваясь к тишине квартиры. Кто его знает, может Кирилл действительно уже лёг спать?..

Нервно одёрнув края новой футболки, которая была в комплекте со домашними брюками палаццо, я направилась на кухню, подсвечивая пол экраном мобильного. Желудок противно крутило, напоминая мне, что за сегодняшний день я съела лишь омлет. И это было давно.

Свет я решила не включать, практически на цыпочках дойдя до холодильника. Темнота немного смущала, конечно, но на кухне таких размеров можно не переживать, что врежешься куда-то.

— И что из вас что? — прошептала я, осматривая аккуратно расставленные на полках контейнеры.

К сожалению, не подписанные. Достав ближайший, я приоткрыла крышку, всматриваясь в содержимое. Было похоже на зеленоватое пюре. Я сомневалась, что у Кирилла в холодильнике может находиться просрочка. Но аппетита эта странная масса не вызывала и была отставлена на место.

— Ладно, попробую этот, — я потянулась к следующему контейнеру.

— Попробуешь что именно? — я чуть не заверещала, услышав голос Кирилла.

— Отравить всю еду в этом доме! — вцепившись в дверцу холодильника, я обернулась через плечо, найдя взглядом сидящего за островком Кирилла. — Что же ещё мне может быть нужно на кухне? Не перекусить же, в самом деле!

Почему я его не заметила сразу? Потому что я вообще в ту сторону не смотрела, пока шла.

— Не удивлюсь, если действительно отравить, — произнёс Кирилл, поднимаясь со своего места.

Кажется, я почти не дышала, наблюдая, как он покидает кухню.

Достав наугад контейнер, я зло открыла его. Удача улыбнулась мне в виде котлет. С трудом отыскав вилку, я даже не стала греть свой поздний ужин. Всё прокручивала и прокручивала в голове слова Кирилла.

Не удивится он моей попытке отравить здесь всё…

— А знаешь, что, — выдохнула я, разблокировав экран телефона и начиная вбивать в поиск запросы, которые в обычной жизни никогда бы мне в голову не пришли. Причин для этого не было. — Приятного просмотра истории моего браузера, — пожелала я, ни к кому конкретно не обращаясь.

14

Кирилл

***

— Можешь идти, — отпустив секретаршу, я дождался, пока за ней закроется дверь кабинета и устало откинулся на спинку кресла.

С каждым часом находиться в офисе становилось всё нестерпимее. Я хотел погрузиться в работу. Не думать о том, что в моём доме снова… она.

Да ещё и с Полиной, которая одна была в состоянии справляться с задачами, которые мне сейчас пришлось делегировать на трёх секретарей.

Год.

Я думал, это достаточное количество времени, чтобы навсегда вычеркнуть человека из мыслей. И ведь получилось! До той минуты, когда я вновь не увидел Свету.

Злость. Неверие. Непонимание. Обида, после которой приходит ярость…

Все эти чувства вновь наполняли меня, словно тот день был вчера, а не чертов год назад! Как она это делает? Как заполняет собой всё пространство вокруг, даже не попадаясь мне на глаза? Как умудряется выглядеть настолько искренней и невинной, заставляя меня на какое-то мгновение забывать о том, как мы расстались?

Я ненавидел её.

И себя, за то, что она до сих пор была моей слабостью. Болезнью, от которой я хотел излечиться как можно быстрее.

Я хотел снова поймать её на вранье. Сорвать последнюю маску, не испытывая при этом разочарования. Но пока Света вела себя идеально. Если не считать запросы, которыми она отомстила мне за нашу ночную встречу на кухне.

Понимал ли я, что она заметит приложение на телефоне?

Да.

И всё равно надеялся, что алчность в ней победит здравый смысл. Что она оступится. И я это увижу. Снова.

С трудом завершив текучку около девяти вечера, я без энтузиазма отправился домой. Я не хотел видеть её. Говорить с ней. Одна лишь мысль о том, что Света находится в соседней комнате – выбивала меня из колеи.

А ведь месяц только начался…

— Добрый вечер, Кирилл Олегович, — поздоровалась Полина, закрывая ноутбук и вставая со стула, стоило мне зайти на кухню. Ещё немного, и этот островок превратится в её новое рабочее место. — Светлана уже спит.

— Отлично, — кивнул я. Хоть одна приятная новость за день. Мне не придётся сталкиваться с ней лично. — Ужинала?

— Разумеется, — заверила меня ассистентка. — Сегодня я приготовила ей овощное рагу и…

— Я спрашивал про тебя, — не дал я договорить Полине. — Рацион Светы меня не интересует.

— Зря, — не согласилась со мной девушка. — Я заметила, что Светлане необходимо напоминать про приёмы пищи. В этом она очень похожа на вас. В напряженные дни, — заметив, как меня разозлило подобное сравнение, Полина резко сменила тему: — Новости о вашей помолвке в СМИ наконец-то удалось выровнять, пресекая поток абсурдных доводов и сплетен. Все ждут завтрашний вечер и ваше появление на нём в качестве пары. К семи вечера Светлана будет готова, в салон мы не поедем – я договорилась о приезде сюда нужных специалистов. Визажист, парикмахер. Также я заказала для неё помолвочное кольцо, подходящее вам по статусу, но не кричащее о своей дороговизне неприличным размером камня. Хотя, признаюсь, стоимость меня поразила.

— Всё в порядке, — мотнув головой, я подошёл к холодильнику, чтобы достать бутылку с водой.

Желание поужинать пропало напрочь.

— Светлана тоже не в восторге, но согласна выполнять все наши требования, — заметила Полина. — Мне импонирует её поведение. И чувство юмора. Вы ознакомились с её вчерашними поисковыми запросами?

— Как я заметил, она целиком тебе… импонирует, — усмехнулся я, опираясь бедром на столешницу.

Меня запросы не впечатлили.

— И причину я вам озвучивала, — напомнила мне Полина. — И даже демонстрировала.

— Видео, — протянул я. — Получилось опознать Колю?

— Нет, — нахмурилась ассистентка. — Слишком далеко, по лицу не получается. Остальные камеры тоже мимо. Кажется, в тот день мужчина приехал на такси и вышел в неудачном месте без единой камеры видеонаблюдения. Мне не отследить его маршрут.

— Я, повторюсь, но: ты зря тратишь время, — сказал я. — На записи нет ничего, что…

— Кирилл Олегович, — не стала меня дослушивать Полина, демонстративно загибая пальцы после каждого предложения. — Светлана вышла с вами на улицу в тот день, провожая до такси. Осталась на улице.

— Ждала любовника, — напомнил я, чувствуя ставшую привычной в последние дни злость.

— Полчаса? Практически без движения? — мотнув головой, Полина продолжила. — А их встреча? Не похоже на любовников.

Камера снимала с дальнего угла дома. Там не то, что лиц не видно. Там очертания людей. Напоминать про это я не стал. Кажется, впервые в жизни, Полина видела то, что хотела видеть.

Я же был реалистом.

На кадрах прекрасно видно, как к Свете подходит некто. Как они стоят на улице, о чём-то переговариваясь. Затем уходят в дом.

В мою квартиру, где спустя какой-то час появлюсь я.

— Ладно, хорошо, — Полина прочитала что-то по выражению моего лица. — Последний аргумент в пользу того, что здесь что-то не так. Светлана солгала.

— Быть не может, — у меня получилось рассмеяться. Стоит признать, смех получился почти настоящим.

— Она мне соврала, когда я уточнила у неё про момент встречи с Николаем. Сказала, что она вышла встретить его, затем они поцеловались. Ничего подобного я не увидела, — проигнорировала мой сарказм Полина. — Не знаю, как вы, а я на видео заметила спор. Света что-то говорит собеседнику, и он… не соглашается.

— И что это меняет? — без интереса уточнил я.

— Не знаю, — честно ответила Полина. — Но мне важно разобраться, для чего врать в такой мелочи? Я очень хочу найти этого Николая. Тем более, что его смерть не подтвердилась.

— Подняла списки? — усмехнулся я.

— За день их встречи и семь следующих, — подтвердила Полина. — Никого похожего.

15

Света

***

— …последний аргумент в пользу того, что здесь что-то не так. Светлана солгала, — услышав голос Полины я замерла на месте. И даже задержала дыхание, боясь пошевелиться.

— Быть не может, — тихий смех Кирилла ужарил по моим натянутым до предела нервам, заставляя рвано выдохнуть.

Подслушивать их разговор не входило в мои планы. Больше скажу – я вообще понятия не имела, что Кирилл дома. Не слышала, когда он пришёл. Да и Полина, когда я отправилась в комнату, сказала, что скоро уйдёт. Вероятно, не ушла.

А я вместо того, чтобы пройти в уборную (куда изначально я и направлялась, выйдя из комнаты), стояла посреди погруженного в темноту коридора и жадно ловила каждое слово.

— Она мне соврала, когда я уточнила у неё про момент встречи с Николаем. Сказала, что она вышла встретить его, затем они поцеловались. Ничего подобного я не увидела. Не знаю, как вы, а я на видео заметила спор. Света что-то говорит собеседнику, и он… не соглашается.

По спине пробежал неприятный холодок. Пытаясь угомонить возникшую в руках дрожь, я сжала пальцы на ткани футболки.

Записи с видеокамер. Это… невозможно. Просто невозможно! В памяти тут же возник голос Олега Константиновича. Его небрежная фраза, брошенная мне с улыбкой: «Можешь хоть первого встречного в дом затащить. Даже если Кирилл решит потом его найти и уничтожить – ничего не выйдет. Технический сбой в системе видеонаблюдения я вам с любовником организую…».

Тогда я не думала о том, что Кирилл будет кого-то искать. Просматривать записи с камер или ещё что-то…

Я знала, что он вычеркнет меня из своей жизни. Не сможет простить. Никогда. И не станет пачкать руки об моего… любовника. Сломанный нос Коли не в счёт. Не то чтобы я оправдывала агрессию, просто, застукай я Кирилла с другой – она бы покинула дом лысой. И вышла бы через окно.

— …тем более, что его смерть не подтвердилась, — среагировав на следующие слова Полины, я прикрыла ладонью рот и даже головой мотнула, отказываясь верить в услышанное.

— Подняла списки?

— За день их встречи и семь следующих. Никого похожего.

Забыв про то, что хочу в туалет, я начала бесшумно пятиться обратно в комнату.

Нет, нет, нет…

Она же не про Колю говорит? Пожалуйста, пусть она сомневается в чьей-то другой смерти. Пусть…

— Ауч! — вскрикнула я, больно впечатавшись пяткой в стену. — Черт…

Какова вероятность того, что мой вопль остался незамеченным? Верно. Она равна нулю. Это подтвердили и уверенные шаги Кирилла, приближающийся звук которых вгонял меня в настоящий ужас. Кажется, у меня даже ладошки вспотели, как у воришки, застуканного на месте преступления!

— Подслушиваешь? — спросил он, одновременно с щелчком выключателя.

Свет мгновенно ударил по глазам, вынуждая зажмуриться.

— И подсматриваю, — не стала я отрицать, вытирая несколько слезинок, что навернулись на глазах. — В туалет иду. Можно?

Продолжая щуриться, я подняла взгляд на Кирилла. Он хмуро отступил в сторону, показывая, что не мешает моему движению.

— Спасибо, — буркнула я, проходя мимо.

— С вами всё хорошо? — Полина, как оказалось, тоже вышла в коридор.

Она осталась стоять ближе ко входу на кухню и, в отличие от Кирилла, обратила внимание на то, как я прихрамываю.

— Всё отлично, — заверила я её, дойдя до нужной двери. — Карма за подслушивание.

— И подглядывание, — усмехнулась она, приняв мои слова за попытку отшутиться. — Не хотите потом присоединиться к нашему разговору?

— Нет. Не хочу, — отчеканила я, торопливо распахивая дверь и скрываясь от этих двоих в туалете.

Первое, что я сделала, это включила воду в раковине и подставила дрожащие руки под ледяную струю и ополоснула лицо, пытаясь успокоиться.

Камеры видеонаблюдения.

У Кирилла есть записи с уличных камер. И Полина поймала меня на лжи…

Вспомнить бы ещё, что конкретно могло быть на той записи. И молиться, чтобы видео было без звука…

От последней мысли я чуть не застонала в голос, но вовремя пришла в себя. Был бы звук – мне бы задавали другие вопросы, а не подозревали бы в том, что я что-то скрываю. Вернее, Полина подозревает. Кирилл, к счастью, уверен…

К счастью.

Горько усмехнувшись, я сморгнула образовавшиеся в глазах слёзы. Год прошёл. Чуть больше, чем двенадцать месяцев! Так почему до сих пор так больно? Я же обещала себе забыть его. Забыть и жить дальше. Ну почему…

— Хватит! — шикнула сама на себя, закрыв воду и уперев ладони в края раковины, подняла затравленный взгляд на своё отражение.

Что было в тот день?

Я проводила Кирилла и осталась ждать Колю на улице. Не помню, как долго простояла у подъезда. Минут пять? Десять? Это было не важно. Да и сейчас Полина заострила внимание не на этом. Она сказала, что я ей соврала. Учитывая, что вру я с тех пор, как проснулась здесь, найти нужную фразу будет проблематично…

— Где твоё хваленое критическое мышление? — тихо поинтересовалась я у отражения. — Записи. Коля. Ложь.

На ум пришёл вопрос Полины про нашу первую встречу с «любимым».

И да, кажется, я ей сказала, что спустилась к нему.

И что мы поцеловались, после чего направились в квартиру.

На деле же мы с ним говорили. Вернее, я говорила, а Коля отказывался, сопротивлялся, махал руками и обвинял меня в сумасшествии…

Что ж. Если Полина задаст мне этот вопрос ещё раз, скажу, что целоваться мы начали в лифте. Да. Буду настаивать, что она меня не так поняла.

16

Ночь прошла отвратительно.

Я ворочалась с боку на бок, пытаясь абстрагироваться от назойливых мыслей и страхов, но… к сожалению, ничего не помогало. Вновь и вновь в памяти прокручивались все события, начинающиеся от встречи с Кириллом и заканчивая нашим расставанием.

Я же всё сделала правильно? – в мыслях, вместо утверждения, почему-то звучала вопросительная интонация.

Но выбора не было. Мне его просто не оставили. И очень наглядно показали, что будет, если я попытаюсь обсудить всё с Кириллом.

Так что – да. Я сделала всё правильно.

И сейчас делаю.

Только легче от подобного мысленного тренинга не становилось. Только хуже.

Даже если и получалось провалиться в зыбкое состояние полусна – оно оборачивалось кошмаром, заставляя меня в ужасе распахивать глаза и несколько минут лежать, пытаясь избавиться от гула в ушах и восстановить сбившееся дыхание.

Мне чудился то Кирилл, который врывался в мою комнату с криком: «Я всё знаю!». За его приходом следовал звонок от мамы, в котором мне сообщалось о случившемся непоправимом.

То являлся сам Олег Константинович. Отец бывшего смеялся, говорил, что предупреждал меня о последствиях и приказывал своим людям «действовать».

Один раз приснился Коля. Он кричал на меня, злясь за свою нелепую смерть…

Лишь с приходом утра я наконец-то смогла относительно спокойно задремать. Вероятно, мозг устал генерировать страшилки. Только поспать мне не дали.

Сначала в комнату ворвалась Полина, жизнерадостно хлопая в ладоши и вынуждая меня подняться с кровати, практически силой отправляя умываться. Затем она заставила меня позавтракать, стоя рядом и умудряясь не только следить за тем, чтобы я доела приготовленную для меня кашу, но и разговаривать по телефону, отдавая сухие и четкие команды собеседникам. Не то чтобы я вслушивалась и подслушивала. Просто она стояла в метре от меня. Тут невольно услышишь и начнёшь анализировать… и то, что я складывала из её слов – мне не нравилось.

Маникюр и педикюр через пятнадцать минут – явно же не себя она на него записывала!

А визажист с двумя вариантами макияжа?

Парикмахер на час и на пять вечера?

Фотограф, который должен был приехать сюда в половину второго и просил дать ему ещё минут двадцать на выставление оборудования и пробных снимков в поисках света?..

— Полина, — позвала я девушку, подловив момент, когда очередной её короткий разговор будет закончен. — А можно узнать, что…

— Минуту, — холодно перебила она, отвечая на очередной входящий. — Слушаю. Да. Да. Подъехали? Замечательно. Скажите консьержу, что вы к Марсову Кириллу Олеговичу, пропуск заказан. Жду, — опустив руку с мобильным, Полина окинула быстрым взглядом меня и пустую тарелку на столе. — Закончили с завтраком? Отлично. Девочки уже здесь, скоро начнём.

— Что начнём? — спросила, чувствую накрывающее меня чувство безысходности.

— Приводить вас в порядок, разумеется, — лаконично ответила Полина. — Пойду встречать девочек. Никуда не уходите.

— Если бы я могла отсюда уйти, — выдохнула я, смотря в спину покидающей кухню девушки.

Знала бы я, что меня ждёт дальше – провела бы эту ночь не в попытках уснуть, а в связывании себе лестницы из закупленной для меня одежды, чтобы сбежать отсюда через окно!

Нет, я понимала, что меня решат «привести в порядок», как выразилась Полина. Но не настолько же! Я всегда считала себя достаточно ухоженной девушкой! И вполне уверенной в себе. До того момента, когда Полина привела ко мне четырёх девиц, каждая из которых окатила меня презрительным взглядом. На «комплименты» они тоже не скупились.

— Кончики секутся. Цвет был в моде в прошлом сезоне. Стрижку нужно менять.

— Нужен солярий. Аристократичная бледность не в трендах.

— Ногтям нужен уход.

— Кожа лица выглядит уставшей. Как и вся девушка…

Кто знает, сколько бы ещё интересного я могла о себе услышать, если бы Полина не пресекла желание девиц обсудить мою внешность.

— По существу, дамы, — сухо обронила она, стоя чуть в стороне. — Ваши замечания могут показаться оскорблениями. Но вы же не настолько глупы, чтобы так нелепо потерять сегодняшнюю работу, нечаянно оскорбив невесту самого Марсова?

Глупыми девушки себя определенно не считали, поэтому синхронно приняли решение обращаться ко мне с максимальным дружелюбием и уважением, граничившим с трепетом.

Больше скажу – они ко мне даже прислушивались! По крайней мере я смогла отстоять свой натуральный цвет волос, категорически отказавшись от их предложений сделать меня брюнеткой. Но, кажется, девушкам слишком сильно хотелось покрасить меня (хоть чуть-чуть!). В итоге мы сошлись на лёгком мелировании-тонировании и что-то там ещё, что ничего не изменит в цвете, но «пряди заиграют», как меня заверили.

Остальные моменты моего «приведения в порядок» девушки отстаивали не так сильно. Возможно, опасаясь Полины, которая периодически демонстративно покашливала, ненавязчиво подгоняя девушек. Для меня же последующие несколько часов превратились в подобие пытки. Меня крутили, чесали, мазали, сушили…

Возможно когда-нибудь, например, в старости, я буду вспоминать эту экзекуцию как люксовое спа. Сейчас же у меня в голове не было ни единого слова, одобренного цензурой.

И некоторые из них я озвучила вслух. Когда стояла в брючном костюме, с укладкой и лёгким макияжем посреди гостиной, под недовольным взглядом приехавшего фотографа.

Да. Полине потребовались мои «приличные» фотографии. Зачем? Отдать прессе, разумеется! Я же невеста Кирилла! Обо мне хотят знать. И узнают… Это мне рассказала Полина, добавив, что интервью (которое у меня никто, разумеется, не брал и брать не собирался!) она уже написала.