Оборотень в погонах, или вашу Машу!

– Не могу отпустить тебя, – удручённо покачал в ответ головой, а после улыбнувшись добавил. – Так вся преступность в разные стороны разбежится, а нам некого будет ловить.

– Я не специально же! – возмущённо фыркнула в ответ и решила промолчать. Не хочу реагировать на его провокации. Слишком много удовольствия они ему доставляют. Вон! Даже прищурился от наслаждения.

– Охотно верю! Просто удивляюсь, как ты смогла дожить до своих лет, при этом остаться целой и невредимой, – замолчав на секунду, он нахмурился. Очевидно, что ждал ответа на свою провокацию. Но не дождавшись, задал прямой вопрос. – Не хочешь поделиться секретом?

– Вы вроде взрослый мужчина, – я начала загибать пальцы, перечисляя все достоинства. – Должность у вас престижная и обязывает к некоторым нормам поведения. А вы развели детский сад!

– Я не только работать хочу, Мария, – то, что я его немного отчитала за фамильярство, мужчине не понравилось. Герман слишком явно хмурил брови.

– А чего ещё вы хотите? – ответ обескуражил. Создалось впечатление, что сейчас он делился чем–то личным.

– Жить, – простой ответ выбил из колеи. – Не стоит смешивать работу и личную жизнь в кучу. Быстро перегоришь эмоционально и потеряешь интерес либо к работе, либо к жизни. Во второй стадии я уже был, если что. Не понравилось.

– Простите, – зачем извинилась, не поняла сама. Но ощущение, что своей отповедью задела за живое, никуда не проходило. Всё–таки он отнёсся ко мне по–доброму и, даже больше, уже несколько раз помог. А мы знакомы всего ничего. – Мы пришли!

Я остановилась у подъезда, не решаясь заходить внутрь. В груди появилось желание поболтать ещё секунду. Хоть чуть–чуть… Но Герман взглянул на телефон и тихо выругался себе под нос.

– Мне пора на работу, – он и так задержался сверх меры, пока провожал непутёвую меня до дома.

– Да, конечно. Спасибо, – смущение легло на щёки, окрашивая те в яркий румянец.

– За что? – недоумённо взглянул на меня. Сегодня день удивлений какой–то.

– Помогли с мужем, в больнице, в подворотне. И проводили до дома. А ещё я буду проходить практику в отделении с самой высокой раскрываемостью преступлений, – прилежно перечислила все положительные моменты за сегодняшний день. И поняла, что все они завязаны только на мужчине.

– Ерунда! Давай телефон, – Герман протянул руку. А я, догадываясь, что сейчас обзаведусь номером телефона мужчины, протянула. – Запишу свой личный. Там всегда беру трубку. Рабочий часто забываю где попало!

– Хорошо, – как только дело было сделано, забрала телефон обратно. – До свидания!

– Пока, – махнув рукой, он направился в обратную сторону.

А я не стала ждать, когда его фигура скроется за поворотом, зашла в подъезд. Но стоило только зайти на пару ступенек, как телефон в кармане зазвонил. Не посмотрев, кто высветился, сразу ответила на вызов.

– Я подумал, что вдруг ты мне захочешь позвонить и не найдёшь записанный номер, – в трубке раздался голос Германа.

– Сейчас гляну, – согласилась с ним, и он сбросил вызов не попрощавшись. А я, переведя взгляд на номер, выпала в осадок. На экране красовалась надпись вместо номера «Властный босс». Ну что за детский сад!

Поднимаясь по лестнице, смеялась в голос. Это же надо додуматься! Но день сегодня он мне сделал немного веселее. А если подумать, то намного веселее, чем любой из дней за последние три года.

– Пьяная, что ли? – ключи в сумочке, получилось найти не сразу. Именно за этим занятием меня застала соседка.

– Что, простите? – повернувшись к ней лицо и спрятав улыбку. Главная сплетница подъезда вышла на охоту за новыми новостями.

– Смеёшься, как дурная! – с подозрением косясь в мою сторону, соседка подошла ближе и принюхалась.

– По телефону разговаривала, – хорошо, что не успела убрать гаджет в сумку. В доказательство покрутила им перед носом женщины.

– А где твой муж? – когда–нибудь она меня выведет из себя. Но в силу возраста соседки, старалась относиться с пониманием к одинокой женщине и сильно не грубить.

– Объелся груш, – но в этот раз решила не сдерживаться. Вместо обычной беседы, где она задаёт много вопросов, а я либо киваю, либо мотаю головой, развернулась обратно к двери. Где же эти чёртовы ключи!

– Хамка, – бросив зло в спину, женщина пошла на этаж выше. Судя по недовольному бубнежу, сплетни про меня поползут отменные.

Пропажа так и не находилась. Да что же это такое! День вымотал, и я устало опустилась на верхнюю ступеньку лестницы. Надо вспомнить, где могла оставить ключи. В сумке их явно не было. Обшарив всё ещё раз, стала думать, что делать дальше.

Не придумав ничего толкового, разблокировала телефон. На глаза попался номер Вити. Надо, наверное, вернуться в больницу и забрать у него ключи от квартиры. Второй экземпляр у него точно есть. Но видеть мужчину сейчас совсем желания не было. Впрочем, как и просить помощи. Но зайдя в вызовы, наткнулась на номер «Властный босс». У него могут быть знакомые и проверенные слесари… Компаниям с улицы я не очень доверяю.

– Алло, – отбросив все сомнения и перестав анализировать каждое своё действие, набрала номер мужчины. В конце концов, он сам вызвался взять меня на поруки.

– Герман Натанович, ещё раз здравствуйте! – правда, стоило только услышать его голос, снова смутилась. Зачем я напрягаю своими проблемами незнакомого мужчину? Лучше бы Диме позвонила! Только вот друг на работе, а значит, телефон всего скорее выключен. Это одно из главных требований компании, где он работает.

– Привет, Маш! Что случилось? – голос звучал напряжённо, очевидно ждал, что я всё–таки сообщу об очередном происшествии.

– Я ключи от квартиры потеряла, может у вас есть знакомый слесарь или как их называют? – совесть успокаивала тем, что не прошу его самого приехать, а просто может дать номер телефона знакомого.

– Сейчас буду, – но вопреки моим планам и ожиданиям, Герман собрался приехать. Возразить он, естественно, не дал. Поэтому опустив голову на колени, приготовилась ждать.

Я прижалась головой к стене и старалась выкинуть из головы лишние мысли о муже и дальнейших планах на жизнь. Но настолько увлеклась этим занятием, что не заметила, как уснула. В следующий раз открыла глаза в тот момент, когда кто–то дотронулся легонько до моего плеча.

– Маш, – Цветочек склонился надо мной и, тихим голосом, старался разбудить. Так необычно! Стоп! Я что, уснула на лестничной площадке?!

– Герман? То есть Натанович, – спросонья подпрыгнула и чуть не ударила в подбородок мужчину. Радовала его хорошая реакция, а то ещё бы один представитель мужского рода покалечился по моей вине.

– Герман мне нравится больше, – с улыбкой произнёс вы ответ. – Натанович — это как–то по–мужски, что ли!

– Да я не это имела в виду, – снова смущение обожгло щёки. Вот дурная голова!

– Я понял, Маш! Показывай замок, – только сейчас обратила внимание на чемоданчик в его руках. – Я не очень доверяю компаниям в смене замков.

– Да, конечно! – подскочив со своего места, подошла к нужной двери. – Вот. Наверное, когда уводили, схватила сумку, забыв, что ключи выложила на полку.

– Оно и к лучшему, сразу поменяешь замки, – он достал новый замок и повертел в руках. А сам принялся демонтировать старый.

Мужчина потратил на это минут около тридцати. Всё это время я молилась, чтобы никто из соседок не решил прогуляться во двор. А ещё я смотрела на сильные руки Германа. Зрелище завораживало, не разрешая отвести взгляд в сторону. Никогда бы не подумала, что буду любоваться руками чужого мужчина. Да и в целом он спортивного телосложения. Особенно чётко я разглядела мышцы под тонкой тканью рубашки, когда он снял куртку.

– Готово, – выдернул меня из размышлений, возвращая из женских грёз к жестокой реальности.

– Кхм... Спасибо, – смущённо кивнула в ответ.

– Ты заходи тогда, а я пока врежу новый замок, – он открыл дверь и приглашающим жестом пропустил вперёд.

– Хорошо. Может, я приготовлю пока обед? Вы ведь не обедали ещё? – хотелось как–то отблагодарить мужчину за постоянную помощь.

– Не откажусь, – широкая улыбка озарила его лицо, а я только и смогла согласно кивнуть.

Оказавшись внутри квартиры, решительно прошла в спальню, несмотря на кровать. Сцена с мужем и блонды стояла перед глазами, но не вызывала боли в груди, а только отвращение к ситуации.

Так, надо переодеться и бежать на кухню. Пообещать–то пообещала, а вот приготовленного, наверное, нет. Скинув старую одежду, быстро натянула домашние штаны и футболку. По дороге на кухню заглянула в ванную и умылась, старательно игнорируя чужие детали гардероба. Руками трогать чужие чулки было противно и поэтому я аккуратно спихнула их с края ванной на пол, а затем под тумбочку. Как провожу Германа, так вымою дом с хлоркой и приглашу священника!

Открыв холодильник, пробежала глазами по полочкам с продуктами. Отлично! Смогу приготовить суп и что–нибудь на второе. Первым делом достала кусочек мяса и отправила в микроволновку. Сейчас разморожу и начну готовить. За приготовлением не заметила, как пролетело время. Но то, что прошло его порядочно, заметила только тогда, когда в дверном проёме появился Герман.

– Вы закончили уже? – я обеспокоенно заглянула в кастрюли и поняла, что в принципе осталось только пара минут.

– Да, пришлось попотеть, – он указал взглядом на свою рубашку, которая не только мокрой была, но и местами грязной.

– Давай я постираю, – ляпнула прежде, чем сообразила, что и кому предлагаю.

– Можно, тогда воспользуюсь твоим душем? – он произнёс это буднично, одну за другой расстёгивая пуговички на рубашке.

– Да, – отведя в сторону глаза, дождалась, когда рубашку протянут мне. – Сейчас включу машинку и принесу чистое полотенце.

– Хорошо, – получив согласие, помчалась в ванную. Включив машину, ещё раз обвела взглядом помещение, но провокационных предметов обнаружено не было.

– Держи! – торопилась как могла. Поэтому влетела в кухню, запинаясь об порог.

Если бы не молниеносная реакция мужчины, то мой нос уже активно бороздил бы полкухни. Но поскольку Герман успел меня подхватить, вместо пола упёрлась носом в мужскую, каменную грудь. Вопреки тому, что мужчина порядком загваздался, пах он умопомрачительно. Хотелось как можно глубже втягивать воздух рядом с ним. А грудь гладить. Руки сами потянулись, проводя нежно по вмиг напрягшимся мышцам.

– Надо быть аккуратнее, – хрипло произнёс мужчина и спустя секунду добавил. – Давай заключим договор!

Глава 5. Бывший муж, свекровь и прочие неприятности…

POV. Герман

– Надо быть аккуратнее, – не ожидал, что голос так сядет, но сдерживать волка от оборота рядом с ней становилось практически невозможно. – Давай заключим договор!

– Что? – она подняла на меня затуманенный взгляд, явно не соображая, что я говорю. А может, и вовсе не слышала!

– Договор, – пока появился подходящий момент, нужно брать быка за рога. Только с её помощью смогу вернуть к жизни волка. Второго шанса с другой может и не быть.

– Какой? – Маша упёрлась аккуратно ладонями в грудь и оттолкнулась, предварительно, неосознанно проведя рукой по ней.

– Мне необходимо с тобой… – договорить не успел, в дверь позвонили. – Ты кого–то ждёшь?

– Нет, – отойдя на два шага назад, Маша разрушила момент. – Может соседка?

– Хорошо, тогда пойду в душ, – немного прислушавшись к происходящему за дверью, понял, что там именно женщина. Поэтому мог удалиться со спокойной душой. Холодный душ мне нужен как воздух. Он сможет охладить пыл волка.

– Светлана Анатольевна? – удивлённый возглас девушки я услышал, когда уже настраивал воду. Выходить не буду, ещё не хватало влезать в бабские склоки. Пришедшая женщина была явно настроена агрессивно.

POV. Маша

– Чем обязана вашему визиту? – сложив руки на груди, не спешила пропускать настойчиво пробивающуюся в квартиру даму. Нечего ей здесь делать, особенно с тем учётом, что у меня в душе посторонний мужчина.

– Не пригласишь? – весь вид женщины кричал о том, что она пришла поскандалить. Да и редко мать мужа приходила с добрыми намереньями. На своей памяти ни одного не припомню.

– Давай не будем выяснять отношения на потеху соседям, – раздражение сквозит в каждом слове и движений. Она нервно поправила пышную чёлку, что упала на глаза.

– Мне нечего скрывать, а вам? – зло усмехнулась в ответ. Свекровь может скандалить и читать нотации долгое время. А Герман выйдет через десять минут. А это значит, что виток её истерик повторится.

– Машка, отойди в сторону. В конце концов, здесь живёт мой сын! – мать мужа решительно ломанулась вперёд, стараясь протаранить меня.

– Светлана Анатольевна, ваш сын переехал жить в больницу. Туда и ломитесь, – стоически выстояла против женщины, не сдвинувшись ни на миллиметр, отчего ноздри свекрови затрепетали, а на лице появился злой румянец.

– Что ты с ним сделала, мерзкая девка?! Где мой сыночек? – от обрушившихся новостей она буквально обезумела. Попыталась замахнуться сумкой, но не попала.

– Я же сказала, в больнице, – спокойно повторила в ответ, не сводя с неё глаз. Кажется, это её выводило ещё больше.

– Не дай бог, с ним что–то случилось! – зло зашипела в ответ, но уходить не собиралась, а жаль. Я так надеялась на другой вариант! Что она просто побежит на крыльях любви к Витюше.

– Конечно, с ним что–то случилось! Вам же сказали, что он в больнице, а туда просто так не попадают, – от раздавшегося сзади голоса, внутри всё похолодело. Неужели не мог посидеть ещё чуть–чуть в ванной!

Лицо свекрови вытянулось. Рот безмолвно хватал воздух. А повернувшись, я и сама впала в ступор. Герман стоял в одном полотенце на бёдрах, сложив руки на груди. От такого вида мой мозг начал плавиться, а взгляд сползал к полотенцу. Хорошо, что ситуацию спасла свекровь!

– Шалашовка! – и с боевым кличем кинулась в мою сторону. Увернуться в этот раз я не успела.

Удар женской сумочкой по голове, наверное, смог бы оглушить, но Герман успел быстро переместиться ко мне вплотную и убрать с траектории движения женского аксессуара. От шока не могла проронить ни слова, а свекровь решила двинуться на второй заход!

– Дамочка, вы ошалели?! – взревел мужчина, что плотно прижимал меня к своей груди. Неожиданно моё внимание переключилось со скандальной женщины на стальную грудь гостя.

– Эта дрянь убила моего сына! – взревела обиженная женщина, но уставившись взглядом в голую грудь «Властного босса», решила замолчать. Оправив платье и куртку, проговорила сквозь зубы. – Говорила я Витюше, что ты его не достойна. Так нет, люблю–не могу! Тьфу!

– Да не убивала я вашего сыночка! Только мозги на место поставила, – говорить спокойно уже не получалось, только на повышенных тонах.

– Я сама тебе скоро мозги на место поставлю… Никто не спасёт! – угроза вылетела быстро, так же молниеносно она отправилась вниз по лестнице.

– Вот Машка даёт, а! – из коридора донёсся голос соседки. Вот чувствовала, что не надо с ней спориться… Теперь моё фиаско обрастёт новыми подробностями. И судя по прищуренному взгляду, они шокируют даже меня.

– Обращаю ваше внимание на статью УК РФ 128.1. Клевета. То есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию, – наказывается штрафом в размере до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо обязательными работами на срок до ста шестидесяти часов, – спокойно протараторил Герман, а мы с соседкой перевели на него ошарашенный взгляд.

– Я же ничего такого, – замялась тут же она и пожала плечами. – Пойду–ка я лучше! А то наклепаете мне тут статей. Я же пенсионерка!

– Так и я просто так вспомнил статью, – он отзеркалил её движение плечом. – А ещё, к счастью, возраст не является смягчающим обстоятельством для приговора.

– Ирод! – поднимаясь к себе на этаж, бубнёж женщины слышался очень долго, а мы так и продолжали стоять в обнимку.

– Надо закрыть дверь, – мной овладел странный ступор. Произнести необходимое действие смогла, а вот с выполнением задачи не справилась. Даже рукой или ногой не смогла пошевелить.

– Надо поговорить! – решительно произнёс Герман. Вот у кого не было проблем с передвижением. Он аккуратно отстранил меня от своего тела, увеличивая расстояние. А меня пробил озноб…

– Я понимаю, что доставила вам неудобство, – старательно отводила глаза в сторону, стараясь смотреть мужчине выше головы. Потому что стоило только сфокусироваться на его глазах, как взгляд сам по себе полз вниз. Туда, где витые мышцы на руках переходят в широкие плечи, а там ниже, до пресса с кубиками.

– Меня это интересует меньше всего, – он отмахнулся от моих предположений и попытки извиниться, и пошел на кухню. А в ванной комнате запищала стиральная машинка, оповещая о завершении поставленной задачи.

– Я сейчас, – обрадованно воскликнула в ответ и убежала вытаскивать бельё. Сердце сходило с ума и пыталось покинуть грудную клетку. Но это тот самый момент, который позволит перевести дыхание.

– Ты долго, – в тот момент, когда рубашка висела на сушилке и все складочки были аккуратно разглажены, на пороге появился Герман.

– Я всё, – смущенно улыбнулась в ответ, подходя к мужчине, что загородил выход. Но он и не думал посторониться или выйти. Стоял как скала и сверлил меня тёмным взглядом. Лишь на секунду в них сверкнул желтый огонь и сразу потух. Но списав всё на нервный срыв и эмоциональное истощение, произнесла. – Пойдём?

Неохотно он развернулся, пропуская меня вперёд. Но проход был слишком узким. Я не смогу пройти так, чтобы не задеть его. Он, наверное, издевается надо мной. У меня передозировка Цветочком!

– Вы забыли, где находится кухня, Герман Натанович? – сложив руки на груди, всем своим видом показала, что не пойду вперёд него.

– Прекрасно помню и на память не жалуюсь, – как ни в чём не бывало, проговорил мужчина. И даже на миллиметр не сдвинулся с места.

– Тогда вперёд! – указала рукой на выход и осталась ждать. Герман улыбнулся и пошёл в указанном направлении.

Мужчина двигался бесшумно, поступь плавная, словно хищник. Зайдя на кухню, сел за стол, а я принялась накладывать суп. Самый сложный момент вышел с хлебом. От сильного, нервного напряжения, руки дрожали, а нож был неожиданно острым. Случайно задев палец лезвием, я даже не ойкнула и не показала вида.

Витя всегда ругал меня за неуклюжесть и со временем научилась скрывать такую мелочь. Чтобы не плодить в семье скандалы. Ушибы разных степеней тяжести, порезы, неудачно прищемленные в дверях пальцы научилась тщательно скрывать. И вот сейчас, стоя на кухне, сработал выработанный с годами инстинкт. Просто подогнула палец так, чтобы не пролить кровь на стол.

– Кушай, – пододвинула всё близко к мужчине, а сама пошла обратно в ванную, чтобы обработать порез. – Сейчас вернусь.

– Сильно болит? – тихий мужской голос заставил остановиться на месте.

– Вы о чём? – интересно, как он сумел заметить. Я же тщательно всё скрыла.

– О твоём порезанном пальце, – он устало вздохнул и с грустью посмотрел на ароматный суп в тарелке. – Неужели ты надеялась это скрыть?

– Я? – вот это действительно наблюдательность. – Сейчас вернусь.

Почувствовала, как тёплая влага начала скапливаться в сомкнутой в кулак руке. Да и что сказать не знала. Мне было стыдно, как всегда, в таких ситуациях. Сбежав в ванную, включила холодную воду в раковине и подставила порезанный палец под струю. Чёрт! Вся рука в крови, а теперь ещё и белоснежная раковина.

– Давай помогу, – он протянул руку к шкафчику, что висел над раковиной. – В этом нет ничего страшного.

– Спасибо, – он быстро нашёл перекись и бинт для необходимой обработки и принялся за дело. Пальцы его аккуратными и отточенными движениями бинтовали, а я молчала.

– Пусти меня к себе пожить, – вдруг выдал мужчина, смотря прямо в мои глаза. От такого заявления пребывала в шоке.

– Что? – может, мне показалось или я как–то неправильно поняла его. – Что значит пожить?

– Мою квартиру затопила соседка сверху. Пенсионерка. Добрая, в отличие от твоих. Трогать её не стал. А вот ремонт оплатил из собственного кармана. Влетело всё в копеечку, ещё и жить негде! – в момент у него сделались милые глазки, как у кота из известного мультика.

– Я вас не знаю! – возмущённо фыркнула в ответ, приходя в ужас, что полуголый он сможет разгуливать почти каждый день по моей квартире.

– Тем не менее от уголовной и административной ответственности я спас тебя целых два раза. Заткнул соседку, сменил замок. Тем более свекровь меня уже видела, муж в курсе. Проблем быть не должно. Пусти пожить… Смотри, какой я полезный, – от мужской наглости дар речи пропал напрочь. Ничего себе заявки. – Буду возить тебя на работу и домой, покупать продукты буду сам!

– Нет! – решительно заявила в ответ, прекрасно понимая, что ещё чуть–чуть и он надавит на мою совесть. Понимаю бы, Димка попросился, я его не первый год знаю. А тут один день… – И речи быть не может!

– Ты злая женщина и бессердечная! – поджав губы, он вернулся на кухню, а я осталась стоять на месте в полном раздрае чувств.

Мозг требовал незамедлительно выставить вон наглеца, совесть взывала к согласию на его предложение, а сердце испытывало интерес. Несмотря на сложившуюся ситуацию, именно Герман не давал скатиться в пропасть депрессий.

– Ну долго тебя ждать? – встрепенувшись от звука мужского голоса, решила отодвинуть всё на потом. Вот останусь наедине с собой и обязательно порефликсирую. А пока у меня на кухне сидит несносный наглец!

– Что случилось? – сейчас в груди осталось одно раздражение на себя. Что позволила довести ситуацию до зависимости от него! Надо было всё–таки в фирму звонить…

– Я жду тебя обедать, – с милой улыбочкой произнёс мужчина.

– Я не хочу, – кушать при нём не хотелось. Уверена, что даже маленький кусочек в горло не полезет.

– Ты с утра не ела! Садись… Иначе ты упадёшь в голодный обморок. Я отвезу тебя в больницу. А потом, под моё честное слово, заберу домой и останусь жить здесь, – поднимая первую ложку, протараторил Герман, не глядя на меня.

– Зачем жить? – за его потоком мыслей не успевала. Что за странная логика?!

– Чтобы ухаживать за тобой! С ложечки кормить и в душ водить, – в рот отправилась вторая ложка супа. А я обрадовалась, что не села кушать рядом с ним.

– Не стоит переживать – не упаду, – с уверенностью произнесла в ответ, ловя наглую ухмылку. Что за мужчина такой? Даже злиться на него по–хорошему не получается!

– Я предупредил, – теперь он не отвлекался от супа совсем, а когда ложка стукнула по дну тарелки, он смущённо улыбнулся и попросил ещё. – Сто лет не ел домашней пищи. Ты отлично готовишь!

– Спасибо, – а вот Витя всегда говорил, что готовлю как деревенщина. Ему изыски надо было подавать. – Меня бабушка учила готовить!

– Серьёзно? Тогда я хочу познакомиться с твоей бабушкой. И раз ты не пускаешь жить к себе, напрошусь к ней, – я прыснула в кулак. Стоило только представить, как моя бабуля лупит наглого мужчину полотенцем по попе.

– Думаю, стоит это сделать как можно быстрее, – вспоминая все бабушкины наказания за сквернословие и непослушания примеряла их на Германа. Смех сдерживать не получалось.

– Чувствую, кроется в чём–то подвох, – прищурившись, внимательно вгляделся в моё лицо.

– С чего вы взяли? – невинно хлопнула глазками в ответ, протягивая тарелку с добавкой.

– Слишком мечтательное и довольное у тебя лицо, – мда, надо было всё–таки отвернуться в сторону. Меня раскусили!

– Спасибо, – кажется, мужчина наелся и стал выглядеть гораздо довольнее, чем до этого. – Мне пора возвращаться на работу!

– А второе? – вспомнила, что готовила ещё макароны с мясной подливкой. А он уходить собрался!

– Я наелся! – он сыто похлопал рукой по животу и поднялся из–за стола.

– А чай или кофе? – его резкое желание уйти немного меня дезориентировало.

– В следующий раз, – тепло улыбнулся в ответ и направился в ванную. Я села на стул и выдохнула. Скоро останусь одна… И почему так грустно на душе?

– Я провожу, – как только Герман вернулся уже в рубашке и брюках, встала со своего места.

– Практика у тебя начинается с понедельника. К восьми часам в мой кабинет? Где он находится, знаешь? – согласно покивала. Как мне не знать? Если меня туда первым делом привели, как рецидивистку какую–то. – Отлично! Тогда жду, не опаздывай.

– Я не опоздаю, – опрометчиво дала обещание, но стоит ещё забежать в кафе и предупредить, что на работу выйти пока не смогу, до конца практики.

– Хорошо. Если что звони, – он встряхнул волосами и, поглядевшись в зеркало, что висело у самого входа, а потом мне улыбнулся. – Подумай над моим предложением получше!