Полная версия
— Ханниган передала координаты предполагаемого объекта, — сказал он, когда мы покинули самолёт. — Лаборатория может находиться под старым промышленным комплексом примерно в сорока километрах от Гаваны.
— Насколько точна информация? — спросила Клэр.
— Настолько, насколько вообще может быть точной информация о секретной лаборатории, принадлежащей организации, которой официально больше не существует.
Мы прошли паспортный контроль и направились к выходу из терминала. Жара обрушилась сразу, стоило автоматическим дверям разъехаться в стороны. После холодного Торонто кубинский воздух казался тяжёлым и густым. Солнце обжигало кожу, запахи машин, сигарет и уличной еды ощущались слишком резко.
— Мне не нравится этот остров, — продолжил Леон. — Во время холодной войны здесь создавали военные объекты, склады и подземные коммуникации. Большая часть документов до сих пор засекречена или утеряна. Идеальное место, чтобы спрятать лабораторию и перевозить материалы, не привлекая внимания.
Я почти его не слушал. После заражения восприятие изменилось. Ветер казался ледяным, хотя вокруг стояла жара, солнечный свет раздражал кожу, а каждый звук раздавался слишком близко. Я слышал разговоры таксистов, гудки автомобилей, шум самолёта на взлётной полосе и чей-то кашель на противоположной стороне парковки.
— Стефан?
Я поднял голову. Леон и Клэр смотрели на меня.
— Что?
— Я спросил, понял ли ты план.
— Нет. Простите. Я почти ничего не слышал.
Леон нахмурился.
— Ты только что сказал, что ничего не слышал?
— Не в буквальном смысле. Наоборот, я слышу слишком много. В голове будто туман.
Он внимательно посмотрел на мои глаза, затем перевёл взгляд на инъектор, закреплённый на поясе.
— Когда была последняя доза?
— Часа два назад.
— При первых признаках изменения сразу говоришь нам. Не пытаешься терпеть и не изображаешь героя.
— Я уже понял.
— Судя по лаборатории в Торонто — не уверен.
Клэр коснулась его локтя.
— Леон.
Он ничего не ответил и направился к стоянке такси.
Я остался рядом с Клэр.
— Что с ним?
— Он не доверяет тебе.
— Это я заметил.
— Твой отец был причастен к разработке G-вируса. Для Леона подобные вещи не остаются просто строчкой в отчёте. Он видел последствия своими глазами.
— Я тоже видел.
— Знаю. Но ему потребуется время.
Мы остановились возле машины. Леон уже разговаривал с водителем, показывая адрес на экране телефона.
— Я не отвечаю за поступки отца, — сказал я.
— И я это понимаю.
— А он?
Клэр посмотрела на Леона.
— Поймёт.
Она открыла заднюю дверь и села внутрь. Я устроился рядом, невольно задержав на ней взгляд. Несмотря на усталость, порезы и синяк на скуле, Клэр выглядела удивительно спокойной. В ней сочеталось то, что редко встречалось в людях, переживших подобные события: она не потеряла ни мягкости, ни способности заботиться о других.
Такси покинуло Гавану и направилось за город. Шумные кварталы постепенно сменились небольшими поселениями, полями и заросшими дорогами. Леон почти всё время работал с ноутбуком, проверяя спутниковые снимки и старые планы местности. Клэр молчала, глядя в окно, а я пытался не думать о том, что под моей кожей продолжает жить чужой организм.
Примерно через час водитель свернул на разбитую дорогу и остановился перед ржавыми воротами.
За ограждением находился заброшенный завод. Несколько корпусов зияли выбитыми окнами, крыши местами обрушились, а двор зарос высокой травой. На старой вывеске невозможно было разобрать название предприятия.
Таксист посмотрел на здание, затем потребовал оплату и уехал настолько быстро, будто боялся задержаться здесь ещё хотя бы на минуту.
Мы остались посреди дороги.
— Гостеприимное место, — сказал я.
Леон достал пистолет.
— Оружие держите наготове. Если объект действующий, наше появление уже могли заметить.
Клэр проверила магазин. Я сделал то же самое. Пистолет и запасные обоймы Леон достал для меня ещё перед вылетом, однако против людей, переживающих выстрелы в голову, оружие не внушало особой уверенности.
Мы прошли через дыру в ограждении и приблизились к главному корпусу. Входная дверь висела на одной петле. Внутри пахло сыростью, ржавчиной и машинным маслом. Сквозь отверстия в крыше пробивались полосы солнечного света, выхватывая из темноты старые станки и перевёрнутые ящики.
Несколько минут мы двигались молча. Леон шёл впереди, Клэр держалась справа, я прикрывал левую сторону. На первый взгляд завод действительно был заброшен, но пыль на полу оказалась потревожена, а возле одной из стен виднелись свежие следы армейских ботинок.
Где-то впереди послышался бег.
Звук возник справа, мгновенно переместился в дальнюю часть цеха и исчез. Через несколько секунд шаги раздались уже позади.
— Мы здесь не одни, — прошептала Клэр.
Мы развернулись в разные стороны, держа под прицелом проходы между оборудованием.
— Движение сверху, — сказал я.
Леон резко поднял голову.
— Ложись!
Из-за металлической галереи в нашу сторону полетел небольшой цилиндр. Я увидел его слишком поздно. Граната ударилась о бетон и вспыхнула белым светом.
В ушах раздался пронзительный звон. Я рухнул на пол, прикрыв голову руками. Зрение исчезло почти полностью, вместо окружающего мира осталась ослепительная пелена. Сквозь неё я различал лишь размытые силуэты Леона и Клэр, отступивших к металлической перегородке.
Раздались выстрелы.
Они открыли ответный огонь по людям, появившимся в дальней части цеха. Я попытался подняться, но тело не слушалось, а в голове всё ещё плыл туман.
Передо мной возникла женщина.
Сначала я увидел только тёмные волосы и едва заметную улыбку. Затем почувствовал, как её пальцы сжали моё плечо. Сила оказалась невероятной. Она подняла меня с пола так легко, словно я ничего не весил.
Я попытался ударить её, но рука прошла мимо.
Женщина резко потянула меня назад. Пол и стены начали мелькать перед глазами. Выстрелы становились всё тише, пока окончательно не растворились во мраке.
Леон Кеннеди
Наёмников было около двух десятков. Они появились сразу с нескольких сторон, используя верхние переходы и пространство между станками. На форме у некоторых сохранились знаки Umbrella, хотя сама корпорация уже несколько лет считалась уничтоженной. Видимо, привычка умирала дольше организации.
Мы с Клэр отступили за стальную перегородку. Пули выбивали искры из металла, осколки бетона летели во все стороны. Я сменил магазин, выглянул из укрытия и снял одного из стрелков на галерее.
Клэр выстрелила ещё дважды.
— Правый проход!
Я развернулся и уложил наёмника, пытавшегося обойти нас сбоку. После этого стрельба ненадолго прекратилась.
— Где Стефан? — спросила Клэр.
Я посмотрел туда, где он находился перед взрывом. На полу лежал только его пистолет.
— Его нет.
Она сразу поднялась, но новая очередь заставила её снова прижаться к перегородке.
— Они специально отделили его от нас.
— Значит, он был их основной целью.
— Нам нужно его найти.
— Сначала разберёмся с теми, кто пытается нас убить.
Клэр высунулась из-за укрытия и быстро выпустила несколько пуль. Один наёмник рухнул на лестнице, второй спрятался за оборудованием. Я прикрыл её, затем переместился к соседней колонне. Бой продлился ещё несколько минут. Когда выстрелы окончательно стихли, цех оказался усеян телами.
Мы осторожно вышли из укрытия.
— Они могли похитить его, чтобы дождаться окончания действия препарата, — сказала Клэр. — Если вирус активируется, Стефан станет оружием.
— Или он с самого начала был частью их плана.
Она посмотрела на меня.
— Ты всё ещё думаешь, что он работает на них?
— Я думаю, что мы почти ничего о нём не знаем. Его отец сотрудничал с Биркиным, данные о семье уничтожены, а сам Стефан оказался совместим с экспериментальным штаммом. Слишком много совпадений.
— Он едва не погиб в лаборатории.
— Это не доказывает, что он рассказал нам всё.
Клэр подобрала его пистолет.
— Сейчас это не имеет значения.
— Для меня имеет.
— А для меня имеет значение, что через два часа он может окончательно потерять контроль.
Она направилась вглубь завода. Я пошёл следом. Спорить дальше не было смысла.
В дальней части цеха мы обнаружили массивную металлическую дверь, сильно отличавшуюся от остальных. Ржавчина вокруг была искусственной, а электронная панель рядом выглядела новой. За дверью наверняка находился вход в подземный комплекс.
Я попытался подключиться к панели, но экран оставался заблокированным.
Позади послышался звук шагов.
Медленных, уверенных, знакомых.
Мы одновременно развернулись.
Из полумрака вышла женщина в синей тактической одежде. Тёмные волосы были коротко подстрижены, взгляд оставался холодным и почти безжизненным.
Несколько секунд я не мог поверить в то, что вижу.
— Джилл?
Клэр опустила пистолет всего на несколько сантиметров.
— Что ты здесь делаешь?
Джилл остановилась перед нами. На её губах появилась странная улыбка, совершенно ей не свойственная.
— Umbrella не нравится, когда посторонние суют нос в её дела. Особенно когда делают это слишком настойчиво.
Пока она произносила фразу, расстояние между нами сокращалось. Двигалась Джилл спокойно, словно не считала нас угрозой.
Клэр первой заметила опасность и попыталась ударить её, но Джилл оказалась быстрее. Она перехватила руку, развернулась и нанесла удар ногой в живот.
Клэр отлетела к стене. Кирпичная кладка не выдержала, и девушка исчезла в облаке пыли и обломков.
— Клэр!
Я направил оружие на Джилл, однако стрелять не стал.
— Что они с тобой сделали?
— Улучшили.
Она появилась передо мной прежде, чем я успел отреагировать. Удар выбил пистолет из руки. Я попытался контратаковать, но Джилл блокировала каждый выпад. Её скорость и сила превосходили человеческие, а техника оставалась такой же точной, какой я её помнил.
Я ударил локтем, целясь в висок. Она уклонилась и ответила коленом в живот. Воздух вышел из лёгких. Следующий удар пришёлся в лицо, и я рухнул на бетон.
Джилл поставила сапог мне на грудь.
— Ты стал медленнее, Леон.
— А ты разговорчивее.
Я попытался схватить её за ногу, но она усилила давление.
Раздался выстрел.
Джилл резко пошатнулась. Пуля вошла в бедро. Она убрала ногу и повернулась к пролому в стене, где стояла Клэр с пистолетом.
— Отойди от него!
Джилл посмотрела на рану, затем на Клэр. Несколько капель крови упали на бетон.
Она не стала продолжать бой. Развернулась и побежала в тёмный проход между корпусами.
Клэр сразу бросилась следом.
— Клэр, стой!
Она даже не обернулась.
Я поднял пистолет и приблизился к металлической двери. Электронная панель теперь светилась зелёным. Кто-то открыл её изнутри или намеренно оставил путь свободным.
За дверью находился небольшой лифт.
Мне не нравилось, что Клэр в одиночку преследует Джилл, однако Стефана могли уже доставить в лабораторию. Если действие препарата закончится, последствия окажутся значительно хуже.
Я вошёл в кабину и нажал единственную кнопку.
Двери закрылись.
Клэр Редфилд
Несмотря на ранение, Джилл двигалась быстро. Кровавые следы помогали не потерять её в запутанных коридорах завода, но расстояние между нами почти не сокращалось. Я не понимала, почему она работает на Umbrella и каким образом получила такую силу. Если бы дело было только в вирусе, рана уже начала бы затягиваться. Однако кровь продолжала капать на пол.
Значит, ею управляли иначе.
Джилл забежала в просторное помещение. Я ворвалась следом и сразу услышала, как за спиной захлопнулась металлическая дверь.
Ловушка.
Комната оказалась двухуровневой. Вдоль стен проходил узкий балкон, соединённый с верхними коридорами. Джилл стояла наверху и затягивала повязку на повреждённом бедре.
— Мышка попалась, — сказала она.
Я подняла пистолет.
— Прости, Джилл.
Нажать на курок не успела.
Кто-то ударил меня сзади. Перед глазами вспыхнул свет, ноги подкосились, и я упала на пол. Пистолет вырвали из руки, затем перевернули меня на спину и подняли за одежду.
Передо мной стоял Стефан.
Его глаза снова светились жёлтым. Мышцы увеличились, под кожей проступили тёмные сосуды, дыхание стало тяжёлым. Он смотрел на меня, но не узнавал.
— Чёрт… Они снова заставили тебя обратиться.
Стефан ударил меня в живот. Я отлетела к стене, едва не потеряв сознание от боли.
— Прикончи её! — крикнула Джилл сверху.
Стефан двинулся ко мне. В кармане куртки находился запасной инъектор. Я забрала его во время перелёта, пока он спал, решив, что препарат должен быть не только у самого носителя. Тогда мне казалось, что я просто перестраховываюсь. Теперь эта предосторожность могла спасти нам обоим жизнь.
Он атаковал.
Я пригнулась, и кулак Стефана пробил стену у меня над головой. Из отверстия посыпались обломки. Я перекатилась в сторону и попыталась достать инъектор, но он уже развернулся.
— Стефан! Ты меня слышишь?
Он на мгновение замер.
— Клэр…
Голос прозвучал хрипло, будто имя вырвалось из глубины сознания против его воли.
— Да. Это я. Ты должен бороться.
— Убей её! — снова приказала Джилл.
Глаза Стефана вспыхнули ярче. Он сорвался с места.
Я побежала ему навстречу. В последний момент опустилась на колено и проскользнула мимо. Его рука прошла над моей головой. Оказавшись за спиной, я выхватила инъектор и вонзила иглу между лопаток.
Устройство коротко щёлкнуло.
Стефан сделал ещё несколько шагов, затем остановился. Его тело задрожало. Он опустился на колени и упёрся ладонями в пол.
Я подняла пистолет, выпавший рядом, и направила его на балкон, но Джилл уже уходила. Перед тем как она скрылась за дверью, я заметила под её одеждой странный выступ вдоль позвоночника. У основания шеи мигал красный индикатор.
Устройство управления.
— Твою мать…
Я побежала к лестнице, но дверь наверху заблокировалась. Преследовать Джилл дальше было невозможно.
Стефан тяжело дышал, всё ещё стоя на коленях. Изменения постепенно исчезали: мышцы возвращались к нормальному состоянию, тёмные сосуды бледнели, глаза снова становились человеческими.
Я присела рядом.
— Стеф?
— Мне холодно.
Его трясло. Я перекинула его руку через плечо и помогла подняться.
— Это препарат. Скоро пройдёт.
— Я снова пытался тебя убить?
— Ты сегодня явно решил побить личный рекорд.
Он посмотрел на разбитую стену и следы крови на полу.
— Прости.
— Извинишься после того, как выберемся.
Мы вернулись в главный цех. Металлическая дверь, возле которой остался Леон, была открыта. За ней находился лифт, но кабина отсутствовала — индикатор показывал нижний уровень.
— Леон спустился в лабораторию, — сказала я. — Видимо, решил, что тебя держат там.
— Тогда ему может понадобиться помощь.
— Ты уверен, что можешь продолжать?
Стефан проверил инъектор и убрал его в карман.
— Я едва не убил тебя, Леон не доверяет мне, а где-то под нами находится человек, который знает, что произошло с моей семьёй. Нет, я не уверен. Но выбора всё равно нет.
Кабина вернулась через несколько минут. Мы вошли внутрь. Пространства едва хватало на двоих. Я нажала кнопку нижнего уровня, двери закрылись, и лифт начал медленно опускаться.
С каждым метром гул механизмов становился тише, а ощущение приближающейся опасности — сильнее.
Небольшое путешествие. Часть 2
Леон Кеннеди
Лифт медленно опускался под землю. По индикатору над дверью невозможно было определить глубину: цифры отсутствовали, а вместо них по экрану двигалась красная полоса. Я проверил магазин пистолета, убрал его обратно и провёл большим пальцем по рукояти ножа. Идти в неизвестную лабораторию с одним пистолетом и несколькими запасными обоймами было далеко не лучшей идеей, но выбирать не приходилось. Где-то внизу находился Стефан, а вместе с ним, возможно, и антивирус.
В верхних углах кабины я заметил две камеры. Красные индикаторы не горели, но это ничего не значило. За мной либо наблюдали, либо хотели, чтобы я постоянно об этом думал.
Лифт остановился. Двери разошлись в стороны, открывая длинный белый коридор. Стены некоторых помещений были выполнены из толстого стекла. За ними стояли лабораторные столы, пустые капсулы и металлические контейнеры с предупреждающими символами. Ни учёных, ни охраны не было. Комплекс выглядел покинутым, но оборудование продолжало работать, а вентиляция гудела под потолком.
Я вышел из кабины, подняв оружие.
— Здравствуйте, мистер Кеннеди.
Голос раздался из громкоговорителей. Мужчина говорил спокойно, с едва заметной насмешкой.
— Финн Браун, полагаю?
— Приятно осознавать, что обо мне слышали.
— Не обольщайся. Я просто запоминаю имена людей, которых собираюсь арестовать.
Браун тихо рассмеялся.
— Вы всё ещё верите, что находитесь здесь по собственной воле? Это я отозвал охрану из коридоров и открыл для вас лифт. Вы прошли ровно туда, куда было нужно.
Я продолжил движение, проверяя открытые помещения.
— Значит, антивирус здесь.
— Напротив. Вы впустую потратили время. Альберт забрал его задолго до вашего появления, и место его хранения вам никогда не узнать. Впрочем, скоро это перестанет иметь значение. Ваш мутировавший приятель должен был уже расправиться с Клэр, а для вас я приготовил другую компанию.
Двери вокруг одновременно заблокировались. В конце коридора открылся широкий шлюз, из которого начали выходить вооружённые люди в противогазах. На серой форме виднелись красно-белые эмблемы Umbrella.
— До чего же вы предсказуемы, — пробормотал я.
Первого наёмника я снял ещё до того, как он успел поднять автомат. Следом появились остальные. Коридор наполнился выстрелами, звоном разбитого стекла и предупреждающими сигналами. Я отступил за выступ стены, сменил магазин и приготовился пробиваться дальше.
Стефан Джоунс
Когда кабина остановилась, мы с Клэр одновременно подняли оружие. Двери открылись, и перед нами предстала картина, не оставлявшая сомнений в том, что Леон уже прошёл здесь: разбитые стёкла, гильзы, кровь и тела наёмников.
— Он умеет оставлять следы, — сказал я.
— Главное, чтобы среди них не оказалось его самого.
Мы побежали по коридору. Двери помещений были распахнуты, а на стенах зияли следы от пуль. Чем дальше мы продвигались, тем сильнее становился запах крови. Я чувствовал его гораздо отчётливее, чем должен был, и это вызывало странную реакцию организма: пульс учащался, во рту появлялся металлический привкус, а внутри просыпался голод, который не имел ничего общего с обычным желанием поесть.
Я старался не думать об этом.
Через несколько коридоров мы оказались в большом круглом помещении. Леон находился в центре, опираясь одной рукой о пол. Вторая прижимала рану на боку. Его куртка была пропитана кровью, рядом лежали тела последних наёмников.
— Леон! — Клэр бросилась к нему.
Он резко поднял голову.
— Стойте!
Сверху с грохотом опустилась металлическая решётка. Мы успели затормозить, но клетка уже окружила нас, отрезав от Леона.
Из динамиков раздались аплодисменты.
— Прекрасно. Ещё две птицы сами залетели в клетку.
— Браун! — выкрикнула Клэр. — Покажись!
— Зачем? Мне и отсюда всё прекрасно видно. Джилл сообщила, что вам удалось вернуть мистера Джоунса в относительно человеческое состояние. Досадно, но поправимо. Сейчас мы введём G-Terminal вашему другу, и тогда вы сможете лично оценить, насколько сложно контролировать сразу двух носителей.
В стене возле Леона открылось небольшое отверстие. Из него выдвинулось устройство, напоминавшее компактный арбалет.
— Леон, двигайся! — крикнул я.
Он попытался подняться, но ранение не позволило сделать это достаточно быстро. Дротик вылетел из ствола.
Всё вокруг словно замедлилось.
Я видел вращение снаряда, движение воздуха и траекторию, по которой он летел. Рука сама подняла пистолет. Я нажал на спуск, и пуля разбила дротик в нескольких сантиметрах от Леона.
На мгновение воцарилась тишина.
— Неплохо, мистер Джоунс, — произнёс Финн. — Значит, результаты Альберта даже интереснее, чем мы предполагали.
Из стены выдвинулись ещё четыре устройства.
Все они были направлены на Леона.
— Чего ты хочешь? — спросила Клэр.
— Вашей смерти.
Дротики вылетели одновременно. Я успел сбить два. Леон попытался перекатиться, но остальные снаряды вошли ему в плечо и бедро. Он выдернул один, затем пошатнулся и рухнул на пол.
— Нет!
Клетка начала подниматься. Едва под ней образовалось достаточно места, я проскользнул наружу и подбежал к Леону. Клэр оказалась рядом через секунду. Я вырвал оставшиеся дротики и отбросил их в сторону. Под кожей Кеннеди уже проступали тёмные сосуды.
— Нужно найти антивирус, — сказал я. — Немедленно.
— Сначала вытащим его отсюда.
Я поднял Леона и перекинул его руку через плечо. Он всё ещё дышал, но не реагировал на голос. Рана на боку продолжала кровоточить, хотя её края уже начали медленно стягиваться.
Клэр открыла единственную незаблокированную дверь. За ней располагался небольшой пункт наблюдения. На стене висели мониторы, показывавшие коридоры, лаборатории и крышу комплекса. Большинство экранов уже погасло, а рабочее место оператора было пустым.
— Он был здесь, — сказала Клэр, посмотрев на чашку ещё тёплого кофе. — Ушёл совсем недавно.
В потолке находился открытый технический люк. Металлическая лестница уходила наверх.
— Ведёт на крышу, — сказал я. — Там наверняка вертолёт.
Мы поднялись следом. Мне пришлось тащить Леона почти одной рукой, но после заражения его вес ощущался гораздо меньше, чем должен был. От этого становилось не по себе. Я уже не мог отличить собственную силу от той, которую давал вирус.
На крыше работал вертолёт. Вращающиеся лопасти поднимали пыль и заставляли одежду хлопать на ветру. Возле открытой двери стоял мужчина с автоматом. Светлые волосы были коротко подстрижены, на лице застыла самодовольная улыбка.
— Финн Браун, — произнесла Клэр.
— Рад, что вы всё-таки добрались. Было бы обидно улетать, не попрощавшись.
— Где антивирус? — спросил я.
— Ваш друг разве не сообщил? Здесь его нет. Альберт забрал образец с собой, чтобы такие, как вы, не смогли до него добраться.
— Тогда зачем ты прилетел сюда?
— Забрать результаты эксперимента и уничтожить остатки лаборатории. А вам я желаю счастливого пути на тот свет.
Браун повернулся к вертолёту.
Я почувствовал, как внутри снова поднимается жар.
После последней дозы прошло меньше четырёх часов, но вирус уже пробуждался. Сердце забилось быстрее, слух обострился, а пальцы начали дрожать. Возможно, стресс ускорял действие препарата. Возможно, организм постепенно вырабатывал устойчивость. Сейчас разбираться было некогда.
Я осторожно опустил Леона на бетон.
— Стефан? — Клэр сразу заметила изменения.
— Держи препарат наготове.
Финн уже забирался в вертолёт. Пилот увеличил обороты, машина начала отрываться от площадки.
