Город хранит наши письма. Цикл коротких любовных романов

Алина Вельская

Город хранит наши письма. Цикл коротких любовных романов

Глава

ГОРОД ХРАНИТ НАШИ ПИСЬМА

Цикл коротких любовных романов

Алина Вельская

Возрастное ограничение: 18+

Роман первый

ПИСЬМО С СИНИМ КРАЕМ

Глава 1. Почтовое отделение 7

Старое почтовое отделение закрывалось в пятницу.

Об этом сообщал белый лист, приклеенный к двери неровной полоской скотча. Под ним кто-то написал синими чернилами:

«Города исчезают не тогда, когда сносят дома. Они исчезают, когда людям больше некуда отправлять письма».

Алёна Крылова перечитала фразу и подняла голову.

Над входом висели круглые часы. Они отставали на семь минут — так же, как в её детстве. Фасад нуждался в ремонте, между кирпичами пророс мох, но голубая вывеска всё ещё сохраняла остатки прежнего достоинства.

Алёна приехала оценить здание перед продажей.

Она работала архитектором и специализировалась на реконструкции старых домов. Новый владелец хотел превратить почту в торговую галерею, сохранив только фасад и башенные часы.

На подготовку проекта ей дали две недели.

— Вы опоздали, — произнёс мужской голос.

Алёна обернулась.

Через площадь шёл Максим Ветров.

За восемь лет он почти не изменился. Стал немного худее, отрастил короткую бороду, а в тёмных волосах у висков появилась первая седина. На нём была рабочая куртка, в руке он держал металлический ящик с инструментами.

Когда-то Алёна умела узнавать его шаги в любой толпе.

Теперь ей хотелось притвориться, что она не помнит даже его имени.

— До встречи ещё пять минут, — сказала она.

Максим посмотрел на часы над почтой.

— Они отстают.

— Тогда почему их не починили?

— Я ждал специалиста по реконструкции.

— Ты всё ещё ремонтируешь часы?

— Люди продолжают их ломать.

Он достал ключ и открыл дверь.

— Откуда он у тебя?

— Софья Сергеевна попросила присматривать за зданием.

— Бывшая начальница почты?

— Бывших начальниц почты не бывает. Особенно если речь о Софье Сергеевне.

Внутри пахло бумагой, пылью и деревянными полами. У стены стояли старые кабины, в которых когда-то звонили междугородные номера. На прилавке лежали пожелтевшие бланки телеграмм.

Максим включил свет.

— Электричество работает только в половине помещений.

— Снесут всё, кроме главного зала.

— Я знаю.

— Тебя это не устраивает?

— Меня многое не устраивает, Алёна. Но я научился жить без объяснений.

Она поняла, что разговор уже не о здании.

Восемь лет назад они собирались пожениться. Максим должен был приехать к ней на вокзал, но не приехал. На следующий день позвонил и сказал, что вынужден уехать к отцу.

Алёна ждала неделю.

Потом месяц.

А затем получила открытку из Праги, на которой было написано всего два слова:

«Прости меня».

Она не простила.

— Покажи мне часы, — холодно попросила она.

Максим взял ящик.

— Следуйте за мной, Алёна Викторовна.

— Не называй меня так.

— А как мне тебя называть?

Она не ответила.

Максим улыбнулся без радости.

— Я тоже не знаю.

Глава 2. За старым шкафом

На второй день они разбирали архив.

Бумаги нужно было проверить до приезда владельца. Софья Сергеевна, управлявшая почтой почти тридцать лет, сидела за старым столом и командовала ими, не снимая сиреневой шляпы.

— Документы направо, мусор налево, письма мне, — распорядилась она.

— Здесь не должно быть писем, — заметила Алёна. — Отделение закрыто уже полгода.

— Письма есть всегда. Даже когда почты уже нет.

Максим сдвинул массивный сортировочный шкаф. За ним обнаружились паутина, несколько монет и узкий конверт с синим краем.

Софья Сергеевна надела очки.

— Дата восьмилетней давности.

Алёна увидела своё имя.

Алёне Крыловой. До востребования.

Почерк принадлежал Максиму.

— Ты писал мне? — спросила она.

Он побледнел.

— Я оставил письмо здесь перед отъездом. Мне сказали, что его отправили.

— Оно упало за шкаф, — прошептала Софья Сергеевна. — Господи…

Алёна держала конверт двумя пальцами.

— Открой, — сказал Максим.

— Не здесь.

— Почему?

— Потому что восемь лет я училась жить без того, что там написано.

Она убрала письмо в сумку и вышла.

Алёна вскрыла конверт только вечером.

Она остановилась в маленькой гостинице возле набережной. За окном шёл дождь, по реке расползался туман.

Алёна, отец потерял сознание. Я должен ехать к нему прямо сейчас. Врачи говорят, что понадобится операция.

Я знаю, как всё выглядит, но я не сбежал. Прошу тебя подождать. Мне понадобится несколько недель, после чего я вернусь.

Я люблю тебя. Если ты всё ещё хочешь стать моей женой, приходи через месяц к часам на старой почте. Ровно в шесть.

Я буду ждать столько, сколько понадобится.

Ниже была приписка:

Открытку я отправлю из Праги, куда повезут отца. Напишу на ней только «прости меня». Если письмо придёт раньше, ты поймёшь, за что.

Алёна закрыла глаза.

Она получила открытку, но не письмо.

Решила, что Максим просит прощения за расставание, и сменила номер. Через месяц переехала. Он приходил к часам, а она в это время училась ненавидеть его в другом городе.

В дверь постучали.

На пороге стоял Максим. Дождь блестел на его куртке.

— Софья Сергеевна сказала, где ты остановилась.

— Я прочитала.

— И?

— Твой отец?

— Прожил ещё пять лет. Мы успели помириться.

— А ты действительно пришёл к почте?

— Да.

— Ровно в шесть?

— В половине шестого. Я знал, что часы отстают.

Алёна прижала письмо к груди.

— Почему ты не нашёл меня?

— Нашёл. Через два месяца. Увидел тебя возле института.

— И не подошёл?

Максим опустил взгляд.