Стажерка главы королевского сыска

Когда же мы остановились перед дверью подсобки, управляющий стал совсем пунцовым, и я заметила, как он озирается, будто ища пути отхода.

Ну, давайте же, господин управляющий, действуйте!

Я прекрасно понимала, что доказательств у меня нет, и что видение к делу не пришьешь. Поэтому решила действовать так, как учили на уроках по психологии. Нужно было заставить его нервничать, чтобы он начал совершать ошибки. А там, может, сам проговорится, или вообще попытается сбежать.

Но мужчина, к моему сожалению, остался на месте.

Что ж, вы сами напросились, господин управляющий...

Толкнув дверь, которая, к счастью, оказалась не заперта, я вошла внутрь и сразу подошла к стеллажу, на котором громоздился уборочный инвентарь. Плюхнулась на колени совершенно не женственно, и вытащила на свет тот самый листок с планом здания, нарисованный от руки. Значит, видение не врало, и этот лжец выронил его, даже не заметив этого.

– Что это? – с любопытством уставился на листок Ротшильд.

А вот Эльрид, округлив глаза, попятился назад, но уперся в сыщика.

– План банка с указанием пути отхода, ведущим прямо к тому служебному выходу, – криво улыбнулась я, протягивая листок начальству. – А нарисовал его тот, кто стоит сейчас перед вами.

Глава 11

Я надеялась, что невозмутимости Эльрида не хватит на то, чтобы и дальше продолжать ломать комедию и пытаться убедить Ротшильда в том, что в ограблении он никаким образом не участвовал. Не видела я в этом толстячке расчетливого и беспринципного преступника, способного смотреть в глаза правосудию в нашем лице и ни разу даже не моргнуть. Но, как оказалось, я ошиблась.

Эльрид молниеносно взял себя в руки, бросил быстрый взгляд на Ротшильда, а потом губы его растянулись в улыбке.

– Милая леди, как долго вы работаете в сыске? Господин Ротшильд, я не ошибусь, если предположу, что девушка – лучшая из всех сотрудников, которые есть в вашем распоряжении?

Вот ведь интриган бессовестный! Судя по тому, как заскрежетал зубами Ротшильд, мой смертный час был где-то близко. Достаточно было его публичного признания в том, что я – всего лишь его стажерка. И все, можно высмеивать мои теории, упускать преступников и хоронить карьеру сыщика. Причем, не только мою.

Оставалось только молиться, чтобы Ротшильд оказался не клиническим идиотом, и не стал выбалтывать всю внутреннюю организацию бюро случайному человеку. Хотя, наверное, я зря его недооцениваю. Положа руку на сердце, при всей омерзительности его характера, в его профессиональных качествах мне никогда не приходилось сомневаться.

Сейчас глупо об этом вспоминать, но долгое время блистательный королевский сыщик Джеймс Ротшильд был практически моим кумиром. Казалось, в королевстве не осталось никого, кто бы не слышал его имени: он раскрывал одно громкое дело за другим, получал награды его высочества и обаятельно улыбался со страниц газет.

Да я мечтала попасть к нему на стажировку! Кто же знал, что он окажется высокомерным, занудным и совершенно нетерпимым к мнению подчиненных начальником. А к моему мнению и ко мне в целом – в особенности. Но не выяснять же отношения при подозреваемом, в самом деле!

– Естественно, на такое громкое преступление явились лучшие, – холодно произнес Ротшильд, а я с трудом сдержала вздох облегчения, прекрасно понимая, почему он выбрал именно такую формулировку.

Лучшие то явились, но это он явно о себе говорил, так что вроде бы и не соврал.

– Как это чудесно, – не прекращал улыбаться довольной гиеной управляющий. – Могу я в таком случае надеяться на то, что мы вернемся к сбору настоящих улик, а не погоне за призраками?

– Безусловно, – сухо кивнул Джеймс. – Позвольте только спросить, откуда в этом помещении взялся детальный план банка, да еще и с недвусмысленными стрелочками?

– Господин Ротшильд, если бы я знал, но, увы, – пожал плечами Эльрид. – Спросите у своей помощницы, как она догадалась искать его именно здесь.

Судя по торжествующей улыбке управляющего и некоторому замешательству Ротшильда, крыть сыщику было нечем. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но я решительно его опередила:

– Один из наших коллег проболтался мне об этой находке, – соврала я. – Эксперты сюда пока не добрались, и он не стал ничего трогать.

– Но в этом крыле никого из ваших сотрудников еще не было! – возразил Эльрид, заметно побледнев.

– У бедолаги скрутило живот, – притворно вздохнула я, – вот он и искал подходящее местечко для уединения. И случайно наткнулся.

Кажется, я только что выложила «джокера», потому что управляющий растерялся. А Ротшильд незаметно схватил меня за запястье и сжал, вероятно, призывая больше ничего не говорить. Я в ответ пощекотала тыльную сторону его ладони второй рукой, выписывая пальцами ритм модной мелодии, напоминая о споре и желании лучшего королевского сыщика выслать меня домой музицировать.

Но понял он меня как-то не так. Потому что хватка ослабла, а сам Ротшильд на мгновение… смутился? Да нет, не может такого быть, мне почудилось!

– Сэр Эльрид, значит, вы отрицаете причастность к изготовлению этого плана? – резко спросил сыщик. – Утверждаете, что понятия не имели о его существовании, верно?

– Рад, господин Ротшильд, что мы с вами друг друга так прекрасно понимаем, – обрадовался управляющий. – Все именно так, как вы говорите. Я впервые вижу этот, с позволения сказать, план.

– В таком случае вы не будете возражать против графологической экспертизы, – сказал Джеймс таким тоном, что нормальный человек возразить ему бы точно не осмелился.

Эльрида, судя по всему, тоже пробрало. Он судорожно сглотнул, зачем-то посмотрел на меня, видимо, в поисках поддержки. Движения его стали странными: какими-то хаотичными и бессмысленными. Он похлопал себя по карманам пиджака, потом сунул руки в карманы брюк, затем полез во внутренний карман жилета. Вдруг его лицо озарила искренняя счастливая улыбка.

А дальше все произошло с такой невероятной скоростью, что я даже не успела ничего предпринять. Управляющий резко выдернул руку из кармана и, кажется, в его кулаке что-то сверкнуло. А потом Ротшильд крикнул:

– Берегись!

И в мгновение ока закрыл меня своим телом от ослепительного магического пламени.

Глава 12

Мы с мужчиной рухнули на пол, и удар выбил из легких воздух, а затылок отозвался болью. Массивное тело Ротшильда придавило меня с такой силой, что я едва смогла сделать вздох. Перед глазами потемнело, но я стиснула зубы, понимая, что сейчас просто нельзя терять сознание. Ведь я осталась один на один с преступником.

Краем глаза я видела замершего над нами Эльрида с искаженным от ярости лицом. Словно он решал, добить нас или бежать. А глаза Джеймса закрылись еще до того, как он упал, и лишь невероятным усилием воли я не позволила себе впасть в панику.

Нет, даже не думай о том, что этот мерзавец его убил! Он преступник, но не дурак, и должен понимать, что с ним сделают за убийство королевского сыщика!

Подспудно я ожидала, что Эльрид нанесет еще один удар, уж больно зол он был, но разум, видно, возобладал над эмоциями, и спустя пару мгновений он бросился прочь по коридору, окинув меня напоследок ненавидящим взглядом.

Неудивительно, ведь его обставила какая-то девица, испортив все его планы. Интересно, на что он вообще надеялся? Ему что, мало тут платили?

Выдохнув, я почувствовала, как меня колотит от осознания того, что только что избежала смерти. Мысли же о том, что Эльрид может сбежать, несмотря на предпринятые мной меры, крутились где-то на втором плане. Никуда он не денется, в розыск объявят и из-под земли достанут. Сейчас же важней было другое.

Собравшись с силами, я кое-как выползла из-под Ротшильда, морщась от боли. Уселась, кряхтя, как престарелая леди, и со страхом дотронулась пальцами до шеи мужчины.

Ох, слава небесам, вроде жив... Но прямо на спине у него виднелась огромная подпалина, оставленная магией преступника, и сквозь оплавленную дыру в пиджаке проглядывала обожженная почерневшая кожа.

Мамочки, жуть то какая... Надо срочно помощь позвать!

Медленно поднявшись на ноги, я ухватилась за стену, переждав головокружение, и потихоньку двинулась в сторону выхода. Вот только выйти мне не удалось.

Этот гад, убегая, захлопнул дверь, и как я ни старалась, как ни наваливалась на нее, открываться та не спешила. Пока я вдруг затуманенным болью и страхом рассудком не сообразила, что он нас попросту запер, создав себе фору.

Я растерянно оглянулась назад, и мне показалось, что Ротшильд стал гораздо бледней, чем был.

Проклятье! Сама я ни за что не выбью эту дверь, а ему срочно нужен целитель!

Всхлипнув от осознания собственной беспомощности, я вернулась к сыщику, надеясь, что смогу привести его в чувство. Но сколько не теребила его, не звала, мужчина так и не пришел в себя.

Накатило вдруг такое отчаяние, что я едва не разревелась. Ну почему я такая невезучая? Даже раскрыв дело, умудрилась вляпаться в неприятности. Можно же было просто рассказать Ротшильду, и по-тихому обезвредить преступника. Но нет, захотелось сделать все красиво, чтобы Джеймс оценил... И теперь он умирает у меня на руках, а убийца, возможно, уже далеко отсюда.

Следом за отчаянием пришла злость. На Эльрида, на саму себя. И слезы высохли сами собой.

Пока я тут плачу, Джеймс может умереть, так что хватит сопли распускать, Дженни!

Мысленная оплеуха самой себе придала мне сил, и я вдруг ощутила странное хладнокровие. Помнится, отец часто рассказывал, что в сложных ситуациях у некоторых людей включается критическое мышление, а иногда просыпаются неожиданные способности, благодаря которым происходят настоящие чудеса.

Ничего необычного я в себе не почувствовала, и особых способностей у меня отродясь не было, за исключением тех странных видений, что появились не так давно. Но с ясностью вдруг вспомнилось заклинание, которому в детстве меня обучала моя бабушка, ныне покойная. Старая графиня Амалия Кориндейл, матушка моей собственной матери меня очень любила, и я запомнила ее светлым и добрым человеком. И всегда искренне удивлялась тому, что мой отец, столь сильный маг, родственник самого короля, ее откровенно побаивался.

А все потому, что Амалия была потомственной ведьмой, притом весьма могущественной. Моей матери дар достался от нее гораздо слабей, а мне и вовсе не передался. Однако, это не помешало бабушке учить меня, как я тогда думала, простейшим заклинаниям. Давалось мне далеко не все, но было одно, которое я усвоила весьма хорошо, и когда повзрослела, запрятала это знание далеко в глубины памяти. Потому что то заклятие оказалось запретным.

С его помощью можно было как поделиться своей жизненной энергией с другим человеком, так и отнять ее при должном желании и опыте. Может, поэтому бабушка и в преклонном возрасте оставалась столь же прекрасной, как в молодости?

Сильные маги могли этому сопротивляться, а вот остальных можно было «выпить» до дна, окончательно лишив жизни. Кажется, именно поэтому король под страхом смерти запретил использовать подобную магию. Что, впрочем, не мешало ведьмам втихую практиковать ее.

Уж не знаю, зачем бабушка научила меня этому, но за неимением целительских способностей сейчас это единственный шанс на спасение Джеймса. Главное, не перестараться, и не отдать ему все, умерев самой.

Содрогнувшись, я с опаской положила руки на спину мужчины, и сосредоточилась, как в детстве. Моя хилая магия, из-за уровня которой я даже в академию не стала поступать, выбрав стезю сыщика, отозвалась неохотно. Но и этого было достаточно, чтобы активировать заклинание, и стоило мысленно вычертить перед собой нужную руну, напитав ее энергией, как я ощутила протянувшуюся между мной и мужчиной тонкую нить. Связь, по которой я смогу передать часть своих жизненных сил, чтобы спасти Ротшильда.

И стоило мне подумать об этом, как нить превратилась в полноводную реку, несущую энергию от меня к мужчине. Охнув, я стиснула зубы, переживая неприятные ощущения, будто постепенно умираю, а тело Ротшильда выгнулось дугой, и он захрипел. Прямо на моих глазах тот жуткий ожог начал затягиваться и бледнеть. А я, уже почти теряя сознание, с огромным трудом отсекла себя от мужчины, разрывая связь.

Тяжело дыша, я откинулась назад, прислонившись к стене, а сыщик внезапно открыл глаза, будто ничего и не было. Повернул ко мне голову и с удивлением прохрипел.

– Дженни? Что случилось?

Глава 13

А вот теперь нужно было тщательно подбирать слова. Потому что Ротшильд определенно помнил то, что произошло, но вряд ли был в сознании в тот момент, когда я делилась с ними своими жизненными силами. Да он точно был в отключке, я уверена!

– На нас напали, – с трудом переводя дыхание, сообщила я очевидное. – Управляющий. Я же говорила, что он причастен…

Слова давались тяжело: грудь сдавило будто тисками, а в ногах чувствовалась слабость. Заставь меня сейчас гнаться за преступником – я бы и шага не пробежала. Оставалось лишь надеяться на то, что наши коллеги были более расторопны и не пропустили убегающего с места преступления виновника моего теперешнего состояния.

Удивительно, но выглядел Ротшильд куда бодрее меня: от ожога не осталось и следа, напоминала о нем лишь дыра на рубашке с подпалинами на краях. Впрочем, кажется, я сейчас интересовала сыщика куда больше, чем испорченная одежда.

– Дженни, дьявол, он все-таки тебя зацепил?!

Хотелось бы мне сказать, что нет, но новая волна слабости лишила меня возможности нормально стоять, и я начала медленно сползать по стене. Джеймс тут же ловко поднялся, будто и не было с ним ничего, и в один прыжок оказался рядом со мной, подхватывая меня под талию. Я висела в его руках безвольной куклой, и все, на что хватило сил – положить голову ему на грудь и прикрыть глаза.

– Все хорошо, – прошептала я. – Нужно немного… Отдохнуть…

Кажется, мое тело восприняло это как приказ к действию, потому что аккурат после этих слов сознание меня покинуло, уступая место блаженной тьме. Последнее, что я услышала – сердитый голос поднимающего меня на руки Ротшильда, который клятвенно пообещал, что завтра же выставит неугомонную девицу из бюро, чтобы больше не творила глупостей. Хотелось ему ответить, но не получилось. Ну хоть не сегодня, и то ладно…

Очнулась я от того, что меня немилосердно трясло на каких-то ухабах, а в носу свербило от ненавистного запаха нашатыря. Но главное – при этом кто-то меня заботливо обнимал. Перед глазами стоял туман, однако мне удалось разглядеть сидящего рядом и придерживающего меня одной рукой Ротшильда. А во второй у него был пузырек нашатыря.

– Уберите это, – прохрипела я. Надышалась, кажется, на всю жизнь. – Эльрид сбежал?

– Констебли поймали, – сухо ответил Джеймс. – Вы оказались правы.

– Значит, едем к художнику, – слабо улыбнулась я.

– Ну уж, нет, мы едем к целителю! – прорычал Ротшильд. – Дженнифер, ума не приложу, что с вами произошло, но если с каждого места преступления мы будем уезжать в больницу, вас надолго не хватит!

– У меня крепкое здоровье, – фыркнула я.

– И слишком длинный нос, – покачал головой сыщик. Впрочем, злости в его голосе поубавилось. – Мне безумно интересно узнать, что там произошло. Я, как вы понимаете, не лишен способности логически мыслить. И любопытно, почему дыра на моей одежде есть, а ран никаких нет. И что с вами стряслось. Вы не похожи на барышню, падающую в обморок от избытка чувств.

– Ну вот, а я только хотела сказать, что переволновалась, – притворно вздохнула я.

– Бросьте, Дженни, я знаком с вами не первый день. Переволновался скорее Эльрид. И…

Мне показалось, что Ротшильд хотел еще что-то сказать, но он вдруг замолчал и не произнес ни слова, пока мы не добрались до больницы. Признаться, чувствовала я себя куда лучше, только несколько устала. Но сыщик настоял на приеме у целителя, да еще и в своем присутствии, за исключением неловких моментов. Это он, вероятно, о тех, когда мне придется раздеться.

– А я-то наивная думала, что ради них, – съязвила я.

– Идите уже к целителю, Дженнифер, бога ради – сквозь зубы процедил Ротшильд.

Неожиданно, но заметив подпалину на рубашке Джеймса, целитель возжелал осмотреть нас обоих. И если в моем случае внешних повреждений не было, обошлось магическим сканированием и простеньким укрепляющим зельем, то Ротшильду было приказано остаться без рубашки, дабы суетливый целитель мог хорошенько его осмотреть.

Меня из кабинета выгнать как-то позабыли, а я и не настаивала: все-таки было любопытно узнать, насколько моя неожиданная магия помогла сыщику. Так что следующие несколько минут я любовалась крепкой мужской спиной, литыми мышцами, которые становились заметными при малейшем движении, и плоским животом с кубиками пресса…

Да, целитель определенно позаботился о том, чтобы я разглядела умопомрачительное тело Ротшильда со всех сторон. Впрочем, я и без этого заметила, что он невероятно хорош. Жаль, что характер к этому телу прилагался гадкий.

Заметив, что осмотр подходит к концу, я сделала вид, что все это время старательно что-то записывала в спешно выуженный из сумки блокнот. Хорошо, что Ротшильд оказался предусмотрительным и прихватил мои вещи: возвращаться в банк мне сегодня не хотелось.

– Что ж, господа сыщики… – пробормотал целитель, щипая бородку и поправляя спадающие на нос очки. – Странная история, но ваше здоровье у меня опасений не вызывает. С вами, господин Ротшильд, все в полном порядке, несмотря на то, что я вижу следы магического воздействия. А что до вас, юная леди… Вам рекомендован отдых, укрепляющая настойка и что-нибудь для восполнения резерва.

– Восполнения резерва? – эхом переспросил Джеймс, нехорошо косясь в мою сторону.

– Будет исполнено! – отрапортовала я, подскакивая со стула. Не хватало еще объясняться в присутствии посторонних. Да и магия такого рода не то чтобы разрешена, скорее даже наоборот… – Благодарю, я очень спешу!

Я стрелой вылетела из кабинета и устремилась к выходу, но Ротшильд поймал меня буквально через несколько шагов, ловко ухватив за локоть.

– Дженнифер, вы ничего не хотите мне объяснить?!

Глава 14

– Лучше бы спасибо сказали за то, что спасла, – пробурчала я, отводя взгляд. – А не отчитывали сразу вместо этого.

Разум лихорадочно придумывал легенду, ведь говорить правду Ротшильду нельзя было ни в коем случае. Нет, я не думала, что он сдаст меня властям за применение запретной магии, но была абсолютно уверена, что он в ту же секунду, как узнает, выгонит меня из бюро. Зачем ему прикрывать ту, от кого он и так хочет избавиться?

Кажется, мужчина услышал меня, и его лицо приобрело виноватый вид.

– Спасибо, конечно, но хотелось бы знать, за что конкретно. К тому же, это я прикрыл вас собой, если забыли.

Сердито фыркнув, я высвободила руку, и с недовольством заметила.

– Может, и вам тогда стоит вспомнить, почему так вышло? Я прямо указала на преступника, вы же предпочли вести с ним беседы, не поверив мне. Признайтесь, вы ведь мечтали, чтобы я опозорилась, да?

Взгляд Ротшильда вспыхнул яростью, и он, схватив меня за руку, потащил за собой по коридору больницы. Игнорируя удивленные взгляды пациентов и врачей, мужчина затащил меня в какой-то закуток, скрытый от посторонних глаз кадками с растениями, и припер к стенке.

– Считаете, что мы с вами в игры играем? – зло бросил он, нависая надо мной. – Что это соревнование, в котором мы пытаемся доказать друг другу, кто самый умный?

Вжавшись в стену, я угрюмо уставилась на мужчину исподлобья. Все-таки придется рассказать хоть что-то, иначе он не отстанет. Знать бы еще, что именно.

– Долго вы будете уходить от ответа? – почти прорычал Ротшильд прямо мне в лицо. – Думаете, я не понимаю, что этот мерзавец чуть не убил меня? Почему я выжил? Отвечайте!

С каждым его вопросом я все больше вжимала голову в плечи, пугаясь его странной реакции. Чего он так разошелся? Неужели... он догадался, что именно я сделала?

Внутри все похолодело, и я сдавленно воскликнула в отчаянии.

– Да не знаю я! Я просто испугалась, что вы умрете, и от страха сделала что-то, сама не понимаю как! Коснулась вас, а потом из меня будто силы что-то потянуло... Едва не померла там.

– Что?

Переменившись в лице, Ротшильд выпрямился, глядя на меня ошарашенно. А я мысленно выдохнула. Кажется, отделаться полуправдой оказалось верным решением. Наверное.

– Говорю, как есть, – холодно процедила я. – Сами знаете, что в критических ситуациях люди способны на многое. Так что даже не просите повторить, я все равно не знаю, как это сделала...

– Никому не рассказывайте об этом! – оборвал меня мужчина, выглядя столь серьезно, что стало не по себе.

– Это еще почему?

Сыщик закатил глаза, словно я спросила какую-то глупость.

– А вы не понимаете? Впрочем, о чем это я, вряд ли вы хорошо учились, поэтому откуда вам знать о заклинаниях школы темной магии?

– Эй! Что за намеки? – возмутилась я, старательно делая вид, что ни черта не понимаю. – И с чего бы мне заниматься таким?

– Понятия не имею, как и то, каким образом вы смогли меня исцелить. Но если это то, о чем я подумал, вам грозит наказание.

Нервно прикусив губу, я внимательно посмотрела на хмурящего брови мужчину, который, казалось, был искренен.

Предупреждает, значит? Вот только это угроза или попытка помочь? Впрочем, рассказывать ему я так или иначе ничего не собиралась.

– Вы ошиблись, сэр. Я уверена, что это другое. Говорят, у меня в предках были целители, наверное, от них что-то и мне досталось.

– Ну-ну, – покачал головой Ротшильд с мрачной усмешкой, – надеюсь, что это так.

– Так что, сэр, с моей просьбой? – поспешила я напомнить ему, желая сменить тему. – Портрет преступника – помните?

Состроив страдальческую физиономию, мужчина тяжко вздохнул.

– Вы все не успокоитесь? Что ж с вами делать, идемте. А по пути расскажете, откуда узнали про Эльрида и его план.

***

– Так вы говорите, видения? – озадаченно хмыкнул сыщик. – Быть того не может! Последние Видящие в королевстве жили лет двести назад... Наверняка, вы опять что-то придумали себе, Дженнифер.

Скрипя зубами от злости, я испепелила взглядом сидящего напротив мужчину.

– И коварный план ограбления Эльрида я тоже, должно быть, придумала?

– Вы могли случайно найти тот листок и догадаться, – пожал плечами сыщик. – А потом разыграли целое представление.

Карета подпрыгнула на ухабе, и я чуть было не упала прямо на Ротшильда, в последний момент ухватившись за поручень. Желание применить к нему снова то темное заклинание, только в другую сторону, было столь сильным, что я с трудом усадила себя обратно, вцепившись в складки платья так, что ткань затрещала.

– И зачем бы мне это? – сквозь зубы поинтересовалась я, старательно давя в себе кровожадные мысли. С таким начальником впору самому стать преступником.

– Чтобы впечатлить меня, разумеется, – самодовольно улыбнулся Ротшильд, подхватывая с сиденья свою шляпу.

Карета остановилась, и он, натянув шляпу на голову, поспешил выйти, будто не желал слышать мой ответ.

– Вы слишком высокого о себе мнения, сэр! – вдогонку ему бросила я. – Вы не настолько привлекательны, чтобы пытаться вас впечатлить.

Повернувшись, сыщик с ухмылкой протянул мне руку.

– Действительно? Но я вообще-то имел в виду ваши профессиональные качества, Дженни...

Залившись краской, я проигнорировала руку, спустившись на землю сама. Оправила юбки и с недовольством уточнила.

– Я это и имела в виду! И этот случай, между прочим, был не первым, видения уже приходили ко мне. Портрет, о котором я твердила – я видела, кто убил того беднягу, найденного возле дворца!

Глава 15

Джеймс сощурился, разглядывая меня так, как наверное, смотрел бы на местную сумасшедшую. Вот только вслух ничего подобного он сказать, естественно, не мог. Мало того, что я дважды каким-то непостижимым для него образом обошла его на повороте, так еще и мой отец вряд ли согласится с такой нелестной характеристикой.

О нраве герцога Гринвуда слагали легенды, как и о его упрямстве, которое я от него получила сполна. Так вот, едва услышав от Ротшильда о моем сумасшествии, он бы сделал все, чтобы оставить меня в бюро пожизненно. Просто так, потому что не доглядел Ротшильд, потому что черта с два папенька согласится признать, что его дочурка малость не в себе. И сейчас это было мне на руку. Тем более, что помутнением рассудка я точно не страдала.

– Дженнифер, вы это серьезно? – ехидно поинтересовался Ротшильд. – Вы действительно считаете, что могли увидеть реального убийцу? И утверждаете, что это не сон впечатлительной девушки, а настоящее видение?

– Именно это я и пытаюсь до вас донести, сэр Ротшильд, но, кажется, проще со стеной договориться! – рассердилась я.