Теперь можно

— Мне кажется, у тебя только что умерла одна извилина.

Я повернулась к Тео.

— Лучше ты ответь.

Я ткнула в него пальцем.

— Но я уже ответил!

— Тео кажется адекватнее тебя.

— Только кажется.

— Заткнись, Рид.

Я снова посмотрела на Тео.

— Я слушаю. Не уверена, что внимательно. Но слушаю.

Он вздохнул. Сделал глоток. И совершенно спокойно сказал:

— У Дана заноза в заднице.

Я несколько секунд молчала.

— Это я уже поняла.

Повернулась к нему.

— Почему ты здесь?

— Чтобы сократить ущерб, который он может нанести.

Тео едва заметно улыбнулся. Мила тихо усмехнулась и тут же спрятала лицо в бокале.

Предательница.

— Тео.

Дан театрально положил руку на грудь.

— Я думал, ты меня любишь.

— Я тебя терплю.

— Это почти любовь.

— Нет.

— Больно.

— Переживёшь.

— Давно вы знакомы? — спросила Мила, поднимаясь.

И, конечно же, пошла наливать всем ещё. Прекрасно. Мне определённо было мало.

— С детства, — ответил Дан, обнимая Тео за плечи.

Тот даже не попытался отстраниться. Просто посмотрел на него с усталостью человека, который уже много лет живёт с одной и той же проблемой.

— К сожалению, — добавил Тео.

Признаться честно, их голоса я уже слышала где-то далеко.

Не спи, Ника. Не спи.

Но стол был таким приятно прохладным...

Я просто прикрою глаза. Я не сплю.

Честно.

Просто прикрою глаза...

Почему бред, который несет Рид прямо сейчас, звучит почти как колыбельная?

Ника. Это не колыбельная, идиотка. Открой глаза.

Я приподнялась. Мир слегка качнулся.

Ладно.

Совсем не слегка. Он качнулся так, будто кто-то взял квартиру и решил хорошенько её встряхнуть.

Нет. Лучше обратно.

Почему темнота тоже кружится?

Похуй.

Я кое-как поднялась, сделала несколько шагов в сторону спальни и рухнула на кровать.

Дерьмо.

У Милы всегда была такая твердая кровать? Зато прохладная. Почти как пол.