Маг

«Я смогу. Я уже могу. Я делаю это».

Машина замедляется, поворачивает. Впереди — светлые стены роддома, вход, двери, которые вот‑вот откроются и впустят меня в новую жизнь. Только бы все было хорошо!

Я кладу руку на живот и шепчу:

— Мы почти на месте. Скоро увидимся. Ты родишься в июне 1992 года, в новой стране, в новой эпохе.

Глава 9

Лида строго смотрела на Игоря, а тот словно не замечая, что-то тихонько напевал про себя, листая старую, уже разваливающуюся книгу.

— Где Олег? — она постаралась произнести это спокойно, но у нее плохо получилось.

Игорь удивленно посмотрел на нее.

— Ты что, Лида, ты переживаешь, что ли? Это ты зря, за него не надо переживать, наш сын со всем справится.

— Где он? — повторила Лида, и в ее голосе прорезался металл.

Игорь вздохнул, отбросил книгу в сторону, усталым жестом потер глаза.

— Он провалился в воронку времени.

— Он?

— Ну да, он, а кто же еще? — Игорь улыбнулся. — Если точнее, то, что является центром адама, что и составляет наше «я» — энергетическая сущность. Если ты про тело, то тело я спрятал у него дома в поле временнóго стазиса, там с ним ничего не сделается. Когда Олег вернется, то сразу попадет в него.

— А он вернется?

— Ну, Лида, ну что ты? Конечно, вернется, что с ним сделается? Только крепче станет. Ты же знаешь, ему необходимо пройти это испытание.

— Знаю, — она вздохнула, — но на сердце что-то нехорошо. Предчувствие какое-то странное.

— Понятно, — Игорь откинулся на спинку дивана. — Это загадочное материнское сердце. Все будет хорошо, я знаю.

А про себя подумал: «Надеюсь». Он ведь тоже очень переживал по-отцовски, стараясь не показывать своего волнения жене.

***

Холодный, пронизывающий до костей ветер свистит над бескрайней ледяной гладью, взметает снежную пыль, бьет в лицо колючими иглами. Я стою в строю, сжимая рукоять меча, и чувствую, как мороз пробирает до костей сквозь кольчугу. Впереди — ровная белизна Чудского озера, позади — негромкий гул голосов наших воинов. Мы ждем.

Утро 5 березиня 67501 года выдалось хмурым. Небо затянуто серыми тучами, и только редкие проблески света пробиваются сквозь них, отражаясь в ослепительно-белом льду. В воздухе висит напряженная тишина — та самая, что бывает перед бурей.

Вдруг вдалеке появляется темная полоса. Она растет, ширится, превращается в лавину сверкающих доспехов и развевающихся плащей. Рыцари Ливонского ордена идут в атаку, выстроившись грозным клином — той самой «свиньей», о которой столько говорили наши воеводы. Их тяжелые кони ступают уверенно, лед гулко отзывается под копытами.

— Держать строй! — раздается зычный голос десятника.

Мы смыкаем ряды плотнее. Я вижу, как блестят глаза товарищей — в них нет страха, только решимость. Каждый знает: сегодня мы сражаемся не за князя, не за землю, а за самое главное — за свободу. За право жить так, как жили отцы и деды.

Рыцари приближаются. Их копья нацелены прямо в центр нашего войска. Вот они уже в десятке шагов… в пяти…

— Стрелы! — командует воевода.

Туча оперенных стрел взмывает в небо и обрушивается на врага. Несколько рыцарей падают, но остальные неумолимо рвутся вперед. Клин врезается в наш строй с оглушительным треском ломающихся копий и звоном мечей.

Я поднимаю щит, отбиваю удар тяжелого даже на вид меча. Противник — огромный рыцарь в блестящих латах — наваливается всей массой. Его конь бьет копытами, пытаясь сбить меня с ног. Но я уворачиваюсь, делаю выпад — и мой клинок находит щель в доспехах. Рыцарь хрипит, валится наземь.

Вокруг — ад. Лед покрыт кровью, которая тут же стынет на морозе. Слышны крики, стоны, лязг оружия. Наши воины сражаются с неистовой отвагой: кто‑то рубит топором, кто‑то колет копьем, кто‑то сбивает врагов с ног ударами щита.

Внезапно я замечаю, как наши конные дружины обходят рыцарей с флангов. Это тот самый маневр, о котором говорил князь Александр: самая сильная часть войска — на краях, чтобы зажать врага в клещи. И вот уже рыцари, еще недавно казавшиеся неуязвимыми, оказываются в ловушке. Их неповоротливые доспехи становятся обузой: они не могут развернуться, не могут отступить.

— Бей! — кричу я, чувствуя, как адреналин обжигает кровь. Я чувствую, что умею драться как никто другой здесь, что для меня все они и каждый из них всего лишь слабенькие противники, несмотря на всю их броню и страшное с виду оружие. Вот только откуда приходит это знание, не понимаю, да и не до этого в горячке боя. Зато вокруг меня растет куча дергающихся в предсмертной агонии тел врагов.

Мы тесним их к краю озера. Они сбиваются в кучу, что опасно при таком весе, и вот лед начинает трещать под тяжестью множества людей и коней. Кто‑то из рыцарей оступается, проваливается в ледяную воду. Их крики тонут в общем гуле битвы.

Прошло уже несколько часов, но сражение не утихает. Я теряю счет ударам, которые наношу и от которых успеваю увернуться. Однако мои руки не дрожат от усталости, мои ноги не подгибаются, я по-прежнему полон сил, откуда это во мне, неужели Бог мне дает силы? Наверное, так, потому что я знаю: нельзя сдаваться. Нельзя позволить этим чужеземцам пройти дальше.

И вот, наконец, перелом. Рыцари начинают отступать. Сначала медленно, потом все быстрее, бросая оружие, пытаясь спастись. Наши всадники преследуют их, рубят на скаку. Лед трещит, ломается, и еще несколько закованных в сталь воинов исчезают в темной воде.

Солнце клонится к закату, когда последний рыцарь исчезает вдали. Мы стоим на окровавленном льду, тяжело дыша, оглядывая поле боя. Многие наши товарищи лежат неподвижно, но мы победили. Победили не числом, а умением, не силой, а духом.

Я опускаюсь на колени, касаюсь ладонью холодного льда. Он хранит следы нашей битвы, нашей боли, нашей славы. И я знаю: этот день запомнится на века. День, когда мы встали на пути врага и не отступили. День Ледового побоища.

***

Я стою на заснеженной площади в Петрищеве. Холод пробирает до костей, но я почти не чувствую его — все затмевает другое. Вокруг — чужие лица: немецкие солдаты в серых шинелях, местные жители, которых согнали сюда силой. Все смотрят на меня. А я смотрю вперед — туда, где возвышается виселица.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Летоисчисление от сотворения мира, соответствует 5 апреля 1242 года от Рождества Христова (нашей эры).