Остров боли

— Простите, хозяйка, я не успел всё написать.

Я взглянула на листы бумаги. Судя по всему, он делал какие-то помарки и начинал писать заново. А теперь на полном серьёзе просит прощения на коленях. Этот остров не «остров абсурда» называется? Взглянула ему в лицо — он воспринимал всё, будто так и должно быть. Не смогла удержаться и не поиграть в строгую училку.

— Ты плохо справился, Ник. Я дала тебе простое задание, — прошлась взад-вперёд, рассматривая его.

А ведь он весьма привлекателен. Очень чувственные черты лица, выразительные синие глаза, уверенная линия скул, высокий рост. С ним бы не чистописанием заниматься, а чем-то другим. Прикусила губу. Ну и мысли…

Которые он будто прочитал, потому что спросил:

— Хотите пройти в спальню, хозяйка?

Я ошалела:

— Да откуда ты знаешь?! В смысле, не то, чтобы я хотела, просто с чего ты это взял?

— Я создан, чтобы предвосхищать ваши желания.

Ага, десять раз. Это уже нарушение личных границ. Они что тут все такие?

— Простите, — он поднял на меня глаза, — если скажете, какого поведения от меня ждёте, я буду следовать инструкциям.

Хотела сказать, что вообще не хочу, чтоб он здесь находился, но это же моё посвящение, от меня самой чего-то ждут…

— Ты даже фразу написать правильно не смог, а уже про постель говоришь.

Ник, кажется, нахмурился. Или мне показалось?

— Простите, дайте шанс написать заново.

— Нет, не дам, — помотала головой. — Не хочу смотреть, как ты портишь бумагу.

— Пожалуйста, — произнёс он с мольбой в голосе, — не отправляйте назад.

— Куда назад?

Тот помотал головой.

— Неважно, хозяйка. Я сделаю всё, чтобы вам угодить.

— Я иду на пляж.

— Мне идти с вами?

Здесь почти всегда ходят с сопровождением. Хотелось побыть одной, но, с другой стороны, так смогу показать, что подарком Элен не брезгаю.

— Хорошо, пойдём. Будешь охранять моё полотенце.

— Хозяйка… — начал он.

— Что ещё?

— А еда мне положена?

Застыла в замешательстве. Мне как-то не приходило в голову, что я должна его кормить. В ресторане ели только хозяева, я точно это видела.

— Еда? Я не знаю, как здесь всё устроено. Где мне тебе еду взять? И встань уже, мне неудобно так разговаривать.

Ник поднялся с опущенной головой.

— Нам приносят специальные пайки. Но, кажется, вам их не доставили.

— Хм, вот морока, — вздохнула я.

Парень весь сжался. Не понимаю, у меня что, такой устрашающий вид? Я просто искренне недоумеваю, почему я вроде бы на отдыхе, а должна думать, где взять еду для взрослого человека, которого мне навязали.

Подошла к холодильнику. Там стояло блюдо с экзотическими фруктами. Потом выгребла какие-то мини-шоколадки из бара. Всё это поставила на барную стойку.

— Вот, ешь, — сказала я. — Потом разберусь с этими пайками.

Ник перевёл взгляд на стойку, потом на меня и, кажется, не поверил глазам.

— Я правда могу это съесть?

— Да... я же сказала, — произнесла немного растерянно.

— Спасибо, — сказал он с чувством и сделал то, чего я не ожидала, а именно поцеловал мою руку.

— Да не за что, — удивлённо процедила я и отошла подальше.

Он сел на стул и накинулся на еду.

Я же опустилась на диван и наблюдала, как он запихивает в рот фрукты, даже закрыл глаза от наслаждения. Что же с ним сделали? Сердце сжалось. Но я же не мать Тереза, чтобы всем помогать. Я здесь для одной цели, и отвлекаться нельзя.

Глава 10

Ник

Не передать, что я пережил, пока вырисовывал эти буквы. Садизм высшего уровня. Вот таких наказаний многие боятся. С виду-то обычное детское занятие, ничего страшного, но что за этим скрывается? Одна ошибка — и тебе все пальцы переломают. Это из рода тех заданий, которые гости острова давали нам на вечеринках. После нескольких бокалов, когда начинали скучать, устраивали нам соревнования или испытания: кто дольше продержится, выпив ударную дозу текилы, кто быстрее выучит монолог Майкла из какого-то фильма, кто больше раз отожмётся. Они ставили на нас ставки, играли на реальные суммы и очень злились, если тот, на кого ставили, проиграл.

Ручку не держал несколько лет. К тому же я не помнил точного написания слов на английском. Говорил-то почти свободно, успел выучить, находясь среди американцев, а в письме был не силён. Судорожно вспоминал, как написать «лебедь». Кажется, так и писал неправильно, а она даже толком не проверила. Повезло.

Всё тело ломило от сна на полу, в животе урчало. Последний раз ел сутки назад и чувствовал, что это ещё нескоро произойдёт. Интересно, Элен вспоминала обо мне после вечеринки? Может быть, она так поступила, чтобы подразнить? А потом вернёт к себе? Ну не могла же она просто взять и отдать кому-то другому! Раньше не разрешала даже глаза поднимать на других женщин, а теперь самолично подарила меня молодой девушке, ровеснице. Неужели ей настолько наплевать?

Чувствовал, что с заданием не справлюсь, от этого накатывала паника и заставляла тело дрожать. Ни одежды, ни еды… Лучше, конечно, чем в духоте с китайцами. Как же я мечтал все эти полгода хотя бы раз увидеть небо. Оно мне уже даже не снилось.

Когда Камила появилась в гостиной, а у меня три испорченных листа и невыполненное задание, я думал, сейчас оторвётся по полной. Но, кажется, она так хотела на пляж, что даже не стала наказывать в этот момент. Наверное, на потом отложила.

Пока не понял, к какому типу она принадлежит. Пытался прочитать эмоции, но они какие-то противоречивые. То показалось, что она хочет воспользоваться мной в постели, то наоборот, будто вообще не хочет меня видеть. Настоящая пытка — не знать, чего от тебя ждут. За ошибки-то отвечать придётся.

Осмелился спросить про еду, понимая, что из-за слабости могу не продержаться до ночи. Когда она поставила передо мной фрукты и шоколад, думал, что это новая пытка. Но, оказалось, нет. Элен меня таким не баловала. Только иногда разрешала слизывать сливки… с её тела. Китайцы поставляли специальные пайки, которыми мы питались и в нашем отстойнике, и на виллах хозяев. Никто для нас специально не готовил. Рацион был скромным, например, лапша быстрого приготовления и резиновые сэндвичи, поэтому я как сумасшедший накинулся на эти угощения.

Камила куда-то ушла и вернулась в чёрном купальнике и белой полупрозрачной накидке. Пока она отвернулась, я на несколько секунд засмотрелся на её фигуру. Просто шикарные формы. Испорченная конфета в красивой обёртке. Нет, нельзя так думать про хозяйку, вдруг узнает?

Камила обернулась, я опустил взгляд. Она нетерпеливо ходила туда-сюда, то и дело вздыхая.

— Хотите, чтоб я закончил есть? — спросил, считывая нетерпение и досаду и понимая, что задерживаю её поход на пляж.

— Доедай, — вздохнула не без раздражения. — Скоро уже солнце уйдёт.

У меня все органы внутри сжались. Как бы её недовольство не переросло во что-то большее… Возьмёт и пожалуется. Где это видано, чтоб раба ждали? Но я не мог перестать есть. Кто знает, когда ещё удастся наесться шоколада?

В какой-то момент услышал сдавленный смех и резко поднял взгляд. Она поджала губы, но глаза смеялись.

— Ты весь грязный, в шоколаде, — прыснула.

Тут же попытался вытереть рот, но, кажется, сделал ещё хуже. Может, и хорошо, что она смеётся? Значит, будет в хорошем настроении. Я быстро доел остатки, выкинул мусор.

— Разрешите сходить умыться?

— Да уж, иди, — проговорила Камила со вздохом и взглянула на экран телефона.

Её настроение улучшилось, теперь я это точно понял по интонации. Жить можно. Когда вернулся, она уже стояла у входа — на глазах большие солнечные очки — даже не разглядишь, что в них написано.

— Солнце ушло, — проговорила себе под нос, — ну хоть искупаюсь.

Я шёл сзади и, пользуясь тем, что никто не видит, мотал головой по сторонам. За те полгода, что меня не выпускали, остров не изменился. Те же пальмы, фонари, та же дикая природа, которую пытались подчинить и облагородить. На самом деле, я был рад, что напросился с ней. Очень хотелось на пляж. После четырёх стен — самое то.

Мы спустились к песку. Вдоль береговой линии стояли шезлонги с зонтиками, но поблизости никого. Гости редко лежали на пляже, предпочитали пить у бассейна или играть с рабами на виллах.

Камила сняла накидку, кинула телефон и полотенце на шезлонг, сняла очки и направилась к воде, опять не дав никаких указаний. Она думала о своём, мысленно находилась далеко. Сразу понял: её отвлекать не стоит, хотя порывался спросить, что именно мне делать, где ждать.

Хотелось снять обувь, походить по песку, закрыть глаза и представить, что я не здесь, отключить мозг на время. Но не положено. Хотя кто запрещает? Внутри началось волнение. Элен бы никогда не оставила меня без указаний. Когда она плавала, я должен был стоять у борта бассейна и следить за ней глазами. Только за ней. Вдруг ей захочется коктейль прямо там? По её жестам я бы понял и принёс… Интересно, она уже выбрала любимчика?

Камила уже окунулась в воду и качалась на волнах. Как же я ей завидовал. Но рабам плавать в море категорически запрещалось. Причина проста — вдруг захотят утопиться без разрешения или просто уплыть? Поэтому гости и проводили время у бассейна.

Хорошо, что солнце спряталось за тучи, а то так стоять было бы невыносимо. Светлая голова Камилы виднелась в морской синеве. Интересно, в каких фильмах она снимается? И ведь её фанаты даже не догадываются, что она поощряет современное рабство.

Внезапно послышался вскрик. Я очнулся от мыслей и сделал два шага вперёд, пытаясь понять, что произошло. Кричала Камила. Не раздумывая, скинул обувь и побежал в воду. На автомате поплыл вперёд, оказывается, не забыл, как это делается. Она барахталась не так уж далеко от берега.

— Что случилось? — крикнул.

— Нога! Меня, кажется, медуза ужалила! Ай, не могу плыть, — в её голосе слышался испуг.

— Дайте руку, — сказал я, подплывая.

Когда она это сделала, я притянул её и попросил:

— Держите меня за шею сзади. Тут скоро будет дно.

Сам чуть не захлебнулся, пока выплывал, потому что она практически легла мне на спину. А я в последний раз плавал в прошлой жизни. Когда почувствовал под ногами твёрдую поверхность, думал, она сразу же слезет, но нет. Так и вцепилась в мои плечи, а потом обхватила ногами.

— Донеси до шезлонга.

Пришлось выполнять. Неужели у неё и правда так плохо с ногой? С меня стекала вода, мокрые штаны хлюпали при каждом шаге. Морская соль внизу засохнет, и штаны станут каменными. А у меня запасной одежды нет. Не принесли, как и питание.

Осторожно посадил её на шезлонг и опустился на колени.

— Ай, как жжёт, — сморщилась она. На ноге краснело большое пятно. — Эта медуза была просто огромной! Я думала, они всегда маленькие.

— Разные бывают, — проговорил я.

Поднял глаза, и несколько секунд мы смотрели друг на друга. Вдруг она удивлённо хмыкнула, подняв брови:

— А ты ничего не замечаешь?

Сердце тут же забилось, я огляделся. Что же не так, что она имеет в виду?!

— Простите, хозяйка. Я не понимаю, — виновато склонил голову.

— Мы говорим по-русски. Ты не заметил?

Пару секунд переваривал, а потом осознал, что с момента, как она стала кричать в воде, мы говорили на русском. Точнее, она начала, а я на автомате подхватил. В стрессе всегда на родной язык переходишь. Значит, она русская? Как-то даже не приходила такая мысль. Произношение у неё отличное, да и русских на острове раньше не было.

— Я… не успел обратить на это внимание, простите. На каком языке вы желаете со мной говорить?

— Я желаю говорить с тобой на китайском, — выдала Камила. — Ты его знаешь?

— Немного, — ответил, чувствуя, как сжимаются внутренности. — Но боюсь, моих знаний не хватит, чтобы всегда понимать вас.

За пять лет в рабстве у китайской мафии я, конечно, нахватался слов и выражений, но если она будет со мной говорить и ждать, что я выполню всё безошибочно, то мне конец.

— Пфф, я пошутила, — вздохнула она. — Я на китайском знаю только, что лиса — это «хули».

Улыбнулся, но быстро пришёл в себя. Она что, со мной шутит, как с обычным человеком? Плавали, знаем.

— Ты… из России? — её взгляд стал глубоким.

— Да, — процедил. Нам нежелательно говорить о прошлом. У нас нет прошлого и нет личности.

Она, кажется, об этом не знала.

— А какое у тебя полное имя?

— Николай.

Я уловил микродвижение её губ, будто она хотела ещё что-то спросить. Но передумала. Резко встала:

— Да уж, даже искупаться не смогла спокойно. Хорошо, что взяла средство от ожогов. Мне ещё скоро идти на ужин к Элен и Саймону.

При упоминании Элен внутри появилось ноющее ощущение. Да что это такое? У меня на неё рефлекс, как у собаки Павлова. Надо переключиться на новую хозяйку, а то это мой последний шанс не быть проданным по частям.

Камила ещё раз взглянула на ногу и пошла по песку в сторону вилл. Я поспешил за ней, размышляя о том, что меня ждёт дальше.

— Кстати, — она повернулась, а я вздрогнул. — Забыла поблагодарить за помощь. Хорошо, что ты пошёл со мной.

— Что вы, хозяйка, да я бы лучше сам утонул, чем допустил, чтоб с вами что-то случилось.

Камила взглянула на меня с сомнением и пошла дальше.

По пути лицезрел её красивую спину и ягодицы, на которые стекали капли воды с волос. То, что она говорила по-русски, меня заинтриговало, хотелось узнать больше. А сердце заныло при мыслях о Родине.

Когда мы вернулись на виллу, Камила снова отправилась к себе в спальню, не дав никаких указаний. Я даже не успел её окликнуть, точнее, побоялся. Без приказов я не имел права чем-то заниматься. Мне нужно было бы снять мокрую одежду, принять душ, а как я это сделаю? В мокром я даже присесть никуда не могу! Да ещё и мокрые следы на полу оставил! Что за хозяйка такая странная? Я, конечно, сравнить могу только с Элен, у которой для меня были инструкции на любой случай, и попробуй забудь о чём-то. Тогда меня это убивало, а теперь понимаю, что без инструкций ещё хуже.

Топтался за дверью её спальни, не решаясь постучать. Я не имею права её беспокоить. Был бы у меня свой угол, в котором мог сидеть, так она и про это ничего не говорила.

Прошло много времени, прежде чем она вышла. В светлом платье, пиджаке и с пучком на голове.

— Да что ты постоянно под дверью меня пугаешь? — вскрикнула она.

Я упал на колени:

— Простите, хозяйка. Вы просто не дали никаких указаний. Без этого я не знал, что делать.

Мне показалось, или она взглянула на меня с жалостью? Ненавижу. Себя.

— Я иду в ресторан, — заявила. — Пошли со мной. Там все с... кхм… рабами.

Не смел ей возразить, хотя идти туда, где собираются все хозяева… Это обычно ничем хорошим не заканчивалось. Поплёлся за ней, чувствуя дискомфорт от влажных штанов.

— Хозяйка, — проговорил.

— Что?

— Вы не забудете узнать про пайки? И ещё на меня должны были прислать запасную одежду…

— Да? Я узнаю. Если что, напомни.

Ну-ну, напомни. Хотя бы дала разрешение напомнить, уже хорошо. Она немного нервничала. Я понял это по тому, как высоко вздымалась её грудь при дыхании и как она периодически дёргала плечом. Кажется, я начинаю изучать и запоминать её жесты.

Когда мы подошли к ресторану, меня бросило в жар от понимания, что сейчас увижу бывшую хозяйку. Внутренности заныли. Кого-то другого она будет гладить у себя на плече. От этой мысли стало невыносимо.

Глава 11

Камила

Я готовилась к предстоящему ужину с хозяевами острова. Глядя в зеркало, примеряла разные выражения лица. Как показать свою готовность к серьёзной работе? Произвести такое впечатление, чтобы Саймон не передумал вкладывать деньги?

Хотя я только что вышла из горячего душа, моё тело покрывал липкий озноб. Они пригласили поговорить о сценарии, значит, все эти разговоры не пустая болтовня. Шанс того, что я получу роль в масштабном проекте, действительно существует. Хоть и вела себя со всеми непринуждённо, это была лишь маска. Отчётливо осознавала, что я им не ровня. Обычная девчонка, которой повезло сняться в одном успешном фильме. Деньги с него заработала неплохие, но это ничто по сравнению с состоянием и связями этих людей. Как не упасть в грязь лицом? Нельзя потерять шанс, который выпадает раз в жизни. Мандраж нарастал, пока сушила волосы феном. Я знала, что, переступив порог ресторана, забуду о волнении и отдамся игре, но пока позволяла себе сомневаться.

Одеться решила в полуделовом стиле, чтоб выглядеть профессионально. Вылетела из комнаты и испуганно вздрогнула, наткнувшись на Ника. Что же он под дверью вечно то лежит, то стоит? Мне вообще не до него, неужели непонятно? Это остальные там развлекаются, а я сюда не расслабляться приехала. Но мне же надо сделать вид, что я тоже лишь на отдыхе, так что взяла его с собой.

Пришла на пять минут раньше, в зале сидел лишь очень старый мужчина с обвисшей кожей и идеальными зубами. Увидев меня, растянулся в улыбке и, не стесняясь, уставился на мои ноги. За спиной у него стояла щупленькая блондинка с ярким макияжем. Заметила на себе её тяжёлый взгляд, от чего стало не по себе.

— Добрый вечер! — крикнул, указывая на соседнее кресло. — Присаживайтесь сюда!

— Добрый вечер! — вежливо улыбнулась я. — Спасибо, я жду знакомых.

Наверняка какой-нибудь миллиардер. Лучше с ним не ругаться.

— Вы здесь впервые? — не отставал он, крича через ползала. Я тем временем села за стол и махнула официанту, который и так мчался ко мне на всех парах.

— Да, я здесь в первый раз, — ответила старику и отвлеклась на официанта.

— Добрый вечер, госпожа Камила, — поклонился официант. — Меню, пожалуйста.

— Принесите пока стакан воды, — попросила я. Не хотелось есть, пока Элен и Саймон не пришли.

Послышался шёпот. Или мне показалось? Обернулась. Оказалось, шептал Ник.

— Хозяйка, что мне делать? Стоять у вас за спиной или сидеть у ног?

— Что? — вспыхнула я, а потом осеклась. Мне вот сейчас больше заняться нечем, как решать, что ему делать. Но, вспомнив, как вели себя другие гости острова, проговорила:

— Стой за спиной.

Наконец в зале показались Элен и Саймон. Последний сразу пошёл здороваться с тем самым стариком, а Элен направилась к моему столу. Подойдя, быстро улыбнулась и прищурилась:

— Камила, этот стол не подходит. Давай пересядем вон туда.

Она показала на абсолютно такой же стол в нескольких метрах от этого. Спорить не стала, но вставать и пересаживаться было немного некомфортно. Особенно, когда тебе не объяснили зачем. На расстоянии от Элен двигались двое парней. Оба смотрели в пол, ни разу не подняв глаза.

— Куда это вы все перемещаетесь? — не понял Саймон. Кажется, он менять стол не планировал.

— Здесь будет лучше, — коротко отрезала Элен. Решила оставить право выбора за собой.

Мы уселись, официант снова подскочил, раскланялся ещё ниже, мы сделали заказ, и он исчез.

— Как настроение, Камила? — спросил Саймон. Заметила, что он пришёл без сопровождения.

— Отличное! — воскликнула я. — Лучше и быть не может.

— Ну хоть у кого-то сегодня отличное настроение, — усмехнулся он и покосился на жену. Та подняла бровь.

Саймон подался вперёд:

— Вот какое дело, Камила. Мы можем сделать целый сериал по вселенной твоей героини. Как тебе такое?

Он ещё спрашивает?

— Было бы замечательно. Я сжилась с этой ролью, так что раскрыть персонажа через сериал… Мне кажется, я справлюсь.

— Да, персонаж получился многогранный. Зрителям понравилось. Можно сначала показать предысторию, как она стала такой жёсткой правительницей, что на неё повлияло, а потом перейти на развитие её личности.

Я кивала, сохраняя спокойствие с виду, но внутри у меня взрывались фейерверки.

— Конечно, без откровенных сцен нельзя обойтись, — вдруг добавил Саймон, —Героиня и так воплощает собой объект фантазий. Жестокая, но очень красивая госпожа. Постельные сцены — само собой разумеется, где-то придётся быть обнажённой. Но на то это и сериал восемнадцать плюс.

То, как уверенно это произнёс, помешало мне возразить или высказать сомнение. Но если подумать, кого сейчас удивишь обнажёнкой в кино? Всё же решила поинтересоваться:

— А насколько откровенные сцены предполагается? Знаете, хотелось бы выезжать за счёт игры…

Саймон прищурился:

— Конечно, актёрская игра — это то, перед чем мы преклоняемся. Я сам ценитель хорошего кино, но людей мало чем удивишь. Все сидят с телефонами за просмотром фильмов и не обращают внимания на то, что происходит на экране. Так что будем привлекать их красивыми телами и постельными сценами. Если не согласна, то прости, есть и другие актрисы… Я думал, мы на одной волне.

— Всё в порядке, — торопливо сказала я. — Я лишь уточнила.

Если буду спорить, влоит деньги в кого-то другого. Эх, ладно… Даже на сцене московских театров актёры иногда обнажаются.

Мы говорили, а Элен молчала. Я открыла рот, чтобы спросить её мнение, но увидела, что она сидит с лёгкой усмешкой на лице. Сначала думала, она смеётся надо мной, но Элен смотрела мне за спину. На Ника. Смотрела долго и очень пристально… Я её такой раньше не видела. Элен совсем не слушала, о чём мы с Саймоном говорили. За спиной послышался сдавленный вздох. Что между ними происходит?!

— Так что скажешь, Камила? — спросил Саймон.

— Идея потрясающая. Не буду скрывать, что сыграть главную роль в сериале — моя мечта.

— Мечты сбываются, — подмигнул Саймон. — Конечно, нужно ещё всё утвердить, написать сценарий. Но этим будем заниматься после возвращения.

Официант принёс еду, а в зале показались Харпер, Майкл и даже Валери. Все с сопровождением, поэтому в ресторане сразу стало многолюдно. Официанты подлетели к ним, как ошпаренные.

— Ещё обсуждаете? — спросил Майкл. — Мы уже успели вместе поиграть в пару игр.

— Я победила, — вставила Харпер, обернувшись на Дейва.

Рядом с Майклом шла мулатка в чёрном обтягивающем платье и босиком. На ноге у неё виднелся большой синяк. Надеюсь, просто ударилась… Но внутри у меня зашевелился червячок тревоги. Я повернулась на Ника и вспомнила о его просьбе.

— Я тут хотела узнать… — начала, — Вроде бы должны были передать еду и одежду для Ника.

Испытала дикий дискомфорт, говоря об этом. Мышцы напряглись, и я ничего не могла с этим поделать. Боже, они увидят, как я зажата, какой позор. Здесь все настолько расслаблены, одна я, словно натянутая струна.

— Пайки? Тебе не доставили? Это странно, — повела бровью Элен, а голос смеялся. — Я договорюсь. Завтра всё будет.

Элен откинула голову назад и задержала в таком положении на несколько секунд, потом нахмурилась, резко обернулась и посмотрела на парня за спиной. Тот подорвался, положил руки ей на плечи и начал массировать. За моей же спиной послышалось ёрзанье. Сначала лицо Элен оставалось хмурым, но позже полностью расслабилось. Она подняла голову и сказала:

— Обожаю этот массаж. Не останавливайся, Том.

— Да, хозяйка.

Элен демонстративно закатила глаза, будто лучше этого массажа ничего в мире приятней нет. Актриса из неё плохая. Внезапно мне захотелось кое-что проверить. Точно так же откинула голову и уже через секунду к моей шее прикоснулись прохладные руки. Не была готова к тому, что по телу пробегут мурашки. На мне был пиджак, но даже через ткань нажим и движения Ника казались идеальными. Осторожными, но в то же время достаточно уверенными, чтобы находить самые напряжённые точки. Пальцы медленно прошлись вдоль шеи, затем остановились у плеч. Всё моё тело постепенно расслаблялось. Это просто спасение! Даже внутренний мандраж куда-то растворился.

Элен открыла глаза и, заметив, что происходит напротив, ухмыльнулась с прищуром:

— Ну как? Вижу, довольна.

— О, да, — я подалась вперёд, и Ник сразу же убрал руки. От этого немного досадно стало.

— А вы знаете, что Ник сегодня меня спас, — вдруг выдала я, сама того не ожидая. Все тут же уставились на нас.

— Как это спас? — спросил Саймон.

— Я плавала в море, но меня ужалила медуза. Было так больно, что я не могла справиться, начала тонуть. Ник вытащил меня из воды на спине.

— За это надо выпить! — крикнула Харпер. — Какой хороший мальчик тебе достался. Элен его отлично выдрессировала.

— Прекрати, Харпер, — раздражённо фыркнула Элен. Её лицо стало каменным.

А я стиснула зубы и снова напряглась. Что значит выдрессировала?

— Сегодня перевёл пятьдесят тысяч долларов на спасение акул, — разрядил обстановку Майкл.

— А их надо спасать? — удивилась я.

— Конечно! От живодёров. Люди демонизируют акул, а они, на самом деле, жертвы.

— Наш защитник живой природы, — ухмыльнулась Харпер. — Если на меня нападёт акула, я скажу, что знакома с тобой. Думаешь, она меня отпустит?

— Сомневаюсь. Тебя она не отпустит ни за какие деньги.