Измена – билет в новую жизнь

Присела на лавочку возле подъезда и набрала Риткин номер.

– Ну вот, я вернулась к маме. Вернее сижу на лавочке возле подъезда, – начала я без предисловий.

– Что у тебя произошло? Ты позавчера вечером готовила сюрприз своему Вадюше, а сегодня с чемоданом у мамы… Что не так?

– До моего киндер сюрприза не дошло, его нежданчик оказался круче.

– Да ну! Не может быть… Ты уверена? – ахнула Ритка, чем ввела меня в шок. Мы конечно понимали друг друга с полуслова, но не настолько же…

– Блин. Уверена. Он сначала позвонил и предупредил, что в Питер едет с вип клиентом, а потом я его встретила с этой клиентшей возле "Плазы". Представь, они целовались при всём честном народе, а по телефону он меня уверял, что далеко от города и связь прерывается. Вот…

А утром явился как ни в чём ни бывало. Пошёл в душ. Телефон наверно забыл в прихожей. Во всяком случае, обычно всегда с собой носит. Когда sms-ка тренькнула, я как раз мимо проходила. Ну и прочитала послание от какой-то Анюты, с ностальгией по жаркой ночи… – от воспоминания снова сбилось дыхание. – Я видела их, но почему-то ждала, что поговорим и откроется, что это какое-то дурацкое недоразумение. Теперь-то понимаю, что мне просто не хотелось верить в это… Ну вот, – продолжила я, – стою я с этим телефоном и пялюсь в текст, словно читать разучилась. А Вадик вышел из ванной и начал мне руку с телефоном выкручивать.

– Трындец какой-то! – не сдержала негодование Ритка.

– Я психанула и наговорила ему разного. А эту – подстилкой назвала… – словно кадры из фильма в голове мелькали воспоминания, – он мне за неё так вломил, что я в угол отлетела… – вдруг у меня словно шторка с глаз отодвинулась и я зацепилась за мелькнувшую мысль. – Слушай, помнишь я тебе рассказывала, что свекровь мне всё время в пример ставит какую-то его бывшую Нюточку? Так вот, Анюта эта, не та ли его возлюбленная, что уехала три года назад с родителями в Финляндию? – я задумалась.

– Не знаю, Ива. По любому у тебя сейчас только догадки. Ты ни опровергнуть, ни подтвердить это не можешь. Поэтому не трави себе душу сейчас. Тебе и так досталось.

Но его поведение не поддаётся никакой логике. Не понимаю, – Ритка возмущённо фыркнула в телефон, – сам прокололся и вместо того, чтобы постараться загладить конфликт, он всё сделал наоборот. Ну не идиот?!

– Да вроде не замечала за ним слабоумия, – горько усмехнулась я, – но в таком состоянии видела его впервые. Мне кажется, я легко отделалась. Он был в таком бешенстве, что мог изувечить.

– Ёк макарёк-мааа… – протянула Ритка, – и как ты? Цела?

– Ну так. В нос попал, и за волосы оттаскал. Потом я вырвалась и в ванной закрылась, а когда вышла, его уже не было. Наверно к своей Анюте уехал…

– Нос, это не хорошо. Скорее всего фингалы под оба глаза натянет теперь. Ты там не тяни, закинь чемодан и дуй в травмпункт, снимок сделай: мало ли что… И бодягу купи, делай примочки под глаза. Очки есть солнцезащитные?

– Да, хамелеоны. А зачем?

– Завтра узнаешь, когда в зеркало посмотришь, – тоном знатока ответила Ритка. Затем помолчала, соображая что-то, и продолжила. – А ты, это, ушла, чтобы проучить его? Типа очухается, поймёт, что та тебя не стоит и когда начнёт прощения просить – поломаешься для вида и вернёшься?

– Нет! Ты что?! Я это унижение в прихожей на коврике никогда не забуду. Даже если умолять будет – не вернусь.

– Уверена? Мы ж, бабы, сердобольные, нам же их жалко потом… – пародировала Ритка кого-то из артистов не своим голосом, а потом продолжила обычным, – никогда не говори "никогда", не зарекайся.

– Нет, Рита, я ушла и возвращаться к нему не собираюсь.

– Ивка, но ведь ты позавчера хвасталась, что беременна…

– И что? Я не собираюсь жить с человеком, который меня не любит. Сейчас не каменный век и женщина вполне может сама воспитать ребёнка. Вон сколько разведёнок, которые в итоге одни детей растят. Какая разница когда остаться одной? Нервы целее будут, – взвилась я, обрушив на Ритку неопровержимые доводы.

– Ну-ну, – усмехнулась та, – ты словно в СССР на комсомольском собрании выступаешь. Теперь верю, что этот шаг ты делаешь не на эмоциях. А то, помню, сестра у мамы каждый месяц после зарплаты мужа разводилась с ним, а потом, как деньги у того заканчивались и пить было не на что, он к ней приползал и они мирились…

– Знаешь, Рита, то поколение по-другому воспитывалось. Им же втирали, что ради семьи надо терпеть… Мне повезло: у меня был самый лучший папа на свете и я знаю какими должны быть отношения в семье. Лучше одной воспитывать ребёнка, чем жить с человеком в маске, от которого не знаешь чего ожидать.

– Убедила. Но смотри, твой муж тебя так просто в покое не оставит. Я знаю этот типаж… Особенно, когда узнает о ребёнке.

– Маргоша, я понимаю, что ты в мужчинах лучше меня разбираешься, но не настолько же! Какой такой у него типаж?

– Я тебе сейчас лекцию по психологии читать не собираюсь, поверь на слово. Я, знаешь, нисколько не удивилась, что он ходок налево.

– Почему? Дело во мне?

– В тебе, конечно, тоже. Ведь отношения складывают обоюдно. Но твоего Вадима сложно удержать от соблазна гульнуть. Не знаю, неужели ты не замечала как он смотрит по сторонам? Словно кот на сметану…

– Не замечала, – пробормотала я. – А почему ты мне об этом никогда раньше не говорила?

– Зачем? Чтобы что? Ты бы мне не поверила. А заноза в сердце сидела бы и отравляла жизнь. Вот когда ты сама во всём разобралась, теперь ты можешь и моё мнение выслушать.

– Ритка, вот я не понимаю, ты такая умная, а почему тогда одна?

– Не нашла ещё того, кто сделает меня счастливой, – Маргоша рассмеялась своим глубоким грудным смехом.

– И в Питере нет? Может они не существуют? – поддела подругу я.

– Нууу… Есть тут один на примете…

– Так в чём дело?

– Женатый, – вновь рассыпалась смехом Ритка, – надо вовремя мужиков выбирать. Чуть замешкался – всех расхватали.

– А ты говорила, что мужиков в Питере полно, когда переезжала.

– Полно красавчиков. Но как оказалось, половина друг другом и занята, остальные кто в играх зависает, кто в бизнесе с головой, кто женат…

– Ну, Маргоша, от тебя это слышать неожиданно.

– Да не, это я так, не обращай внимания. Слушай, мы тут с тобой час наверно трещим. Ты там к лавочке не примёрзла? – опомнилась наконец подруга, – голодная, с разбитым носом… Давай ка, занеси чемодан, перекуси и поезжай в травму. Справку не забудь взять – может пригодиться. Вдруг твой выпендриваться начнёт, сможешь пугнуть заявой. А я сейчас тут кое-что выясню и позвоню. Есть у меня одна задумка…

– Какая задумка? – насторожилась я, зная Ритку. – Я на него заяву писать не буду, если что…

– Да не, я про другое… Короче, позвоню позже. Целую, пока! – Рита неожиданно завершила звонок и оставила меня в полном недоумении.

Глава 5. Повезло!

От маминой квартиры у меня остались ключи, но обычно я ими не пользовалась. Всегда предупреждала о визите заранее. Но сегодня приехала без звонка. Хотя чемодан был не тяжёлый, пока дотащила его до третьего этажа, вся взмокла. Нажала на кнопку звонка и протяжно выдохнула, восстанавливая дыхание.

Отчим работал охранником и по моим подсчётам сегодня как раз был на смене, а вот мама всю жизнь преподавала в школе, и её график зависел от расписания. А я не хотела предупреждать, что еду, чтобы избежать преждевременных охов и вздохов.

На мой звонок дверь почти сразу распахнулась: мама стояла в шляпке и сапожках, видимо собиралась уходить. Удивлённо прищурившись окинула меня растерянным взглядом и уставилась на чемодан:

– Ива?! Я тебя не ждала… Что случилось?

– Мама, здравствуй. Пустишь меня пожить на некоторое время? – я ощутила себя нищенкой, напрашивающейся на ночлег.

– Господи, Иветта, не пугай меня!.. – всплеснула руками она и обычно моложавое её лицо беспомощно обвисло. – Я подозревала, что у тебя вздорный характер, но не ожидала, что ты способна на такие поступки.

Я стиснула зубы, чтобы не сказать ей сейчас что-нибудь резкое. В голове пронеслось: "Вот, если бы сейчас на её месте был папа…" додумывать мысль не стала, и так было понятно. Папа бы не держал дочь на пороге, понимая, что раз пришла, значит другого выхода не видит. А вот мама всегда была словно с другой планеты. Такое ощущение, что ей в роддоме меня подкинули. Во всяком случае, теперь, в свои двадцать четыре года, я недоумевала, как так сложилось, что мама никогда не угадывала моих чувств?

– Какие поступки, Мама? Войти можно? Или как? В любом случае мне надо вещи оставить, я не могу дефилировать с чемоданом по городу, – насупилась я.

– Входи, конечно. Ты же здесь прописана, – она сделала ударение на "здесь". – Но в твоей комнате теперь у Леонида Алексеевича кабинет, и он там после суток отдыхает – она посторонилась, пропуская дочь в прихожую. – Поэтому ты в зале вещи оставь. Вечером приду, поговорим, – распорядилась она надевая пальто. – А поступки – это ответственные взвешенные решения.

Я откатила чемодан в угол и молча встала в сторону, чтобы не мешать ей собираться. Препираться сейчас не было ни сил, ни желания.

Мама застегнула пальто, подкрасила перед зеркалом губы и взявшись за ручку двери оглянулась:

– Там в холодильнике борщ, можешь разогреть в маленькой кастрюльке. Газ только не забудь перекрыть потом. Я сегодня до трёх в школе, потом в парикмахерскую иду, так что дома буду к пяти. А ты пока хорошенько подумай. В браке не бывает всё гладко, но надо уметь мириться и не выносить сор из избы. Вот ты сейчас ушла, потом вернёшься, а Вадим на меня коситься будет, что капризам твоим потакаю.

Я изо всех сил сдерживала себя, чтобы не отвечать.

Да и что я могла ей возразить? Сколько себя помню, переспорить её никогда не получалось. Видно за годы работы в школе она накопила весомые аргументы на любую попытку пошатнуть её авторитет. Ещё когда я училась в седьмом классе, на уроке истории нам рассказали про Луизу Графемус, она была прусским уланским вахмистром в девятнадцатом веке. После этого к маме приклеилась кличка "Графемус". Видимо за то, что на её уроках была жёсткая дисциплина. Я маму уважала за её характер, но не помню, чтобы она хоть когда-то меня погладила, поцеловала, поговорила по душам. У неё всегда и на всё было своё мнение и моим она не интересовалась.

Поэтому насчёт того, что мы вечером поговорим, я не обольщалась. Скорее она поговорит, а я послушаю, как всегда.

Есть не хотелось, но и снова падать в обморок – тоже. Поэтому, оставшись одна, разогрела борщ, пообедала и отправилась в травмпункт.

Народу в узком коридорчике толпилось много. Я заняла очередь в регистратуру, уныло прикидывая сколько здесь придётся проторчать. Вдруг почувствовала хлопок по плечу и оглянулась. Передо мной во всей красе исполинского роста стоял бывший одноклассник, Тимур Лебедев.

– Кого я вижу? Собственной красивой персоной – Ивееетта – душа моя! – он не спрашивая разрешения сграбастал меня в объятия, прижал к груди, потом отодвинул и уставился на мой нос, – и на что птичка налетела хорошеньким носиком?

– Привет, Тим! Да, не спрашивай… – попыталась отмахнуться я, да не тут то было. Он одной рукой удерживал меня за талию, а другой ухватив за подбородок поворачивал мою голову так, словно я была подопытной мышью в лаборатории.

– Так-так-так… Давай паспорт и иди к первому кабинету, я сейчас приду, деловито проговорил он мне и подтолкнул в сторону коридорчика уходящего влево.

Я дошла до двери с табличкой "хирург-травматолог Лебедев Тимур Васильевич" и прислонилась к стене в ожидании. С десяток людей в гипсе и без вопросительно уставились на меня. Я делала вид, что не вижу их напряжения. Знаю, как людей в очереди бесят бесконечные "мне только спросить", которые заходят и забывают вернуться в очередь.

Через несколько минут красавчик-великан, пользовавшийся популярностью девчонок нашего класса, вихрем пронёсся по коридору. Ушибленные в разные места люди только успевали подтаскивать с прохода конечности в страхе, что он их сейчас заденет. Со словами: "подождите минуточку" впихнул меня в кабинет и захлопнул дверь перед носом пытавшегося войти следом пациента.

– Тимур, ну зачем? Я бы подождала… – пробормотала я.

– Садись, – он вернул мой паспорт и открыл карту, – давай без вывертов. Как и когда получила травму?

– Сегодня утром. Удар в нос, – потупилась я.

– Это был один удар? Или ещё куда-то? Ты не падала? Головой не ударялась?

– Один. Упала, ударилась затылком, но голова не болит, – ответила я.

– Хорошо, – ответил он сам себе, – вот талончик, сходи сейчас на снимок и потом там не стой за дверью, сразу зайди в кабинет. Поняла?

– Да. Спасибо.

– Пока не за что. Надо снимок посмотреть, тогда и поговорим.

Я вышла, и позади раздался его трубный голос: "Следующий!"

В рентгеновский кабинет тоже была очередь. Пришлось постоять, но с учётом, что в кабинет врача попала быстро, то эти пятнадцать минут пролетели незаметно. Тем более, что контингент травмпункта был колоритен. Каждый старался в красках рассказать своё приключение, благодаря которому мы все здесь собрались. Мне хвастаться было нечем, поэтому я, скромно помалкивая, слушала жизненные истории пострадавших и думала, что будь я сценаристом из этих историй можно снять занятный сериал.

Вернувшись со снимком к Тимуру с радостью узнала, что перелома нет и перегородка носа не смещена. "Повезло!" – облегчённо выдохнула я. Омрачило только сообщение, что синяки под глаза обеспечены на ближайшую неделю, а может и дольше. Тимур на листочке написал рекомендацию приобрести "гель-бальзам 911 Бодяга" и сразу начать пользоваться. А ниже приписал свой номер телефона с устным предложением вечером лично показать как правильно наносить мазь на ушибы. Его откровенный флирт напряг и я, сославшись на то, что мужу это не понравится, поблагодарила его и быстро покинула кабинет.

Выйдя на улицу, прикинула где здесь ближайшая аптека, чтобы купить волшебную мазь от синяков и направилась туда.

Затрезвонил телефон. Мысленно попыталась прикинуть кто это, в голове мелькнуло, что Вадим. Но не угадала. На дисплее высветилось "Маргоша". "По ходу, Ритка сейчас одна на этом свете, кто по-настоящему переживает за меня", – подумала я и ответила:

– Да. Рита, привет!

– Привет-привет! Ну, что у тебя с носом? – сразу спросила она.

– Всё нормально. Врач, кстати им оказался наш одноклассник Тимур Лебедев, сказал, что отделалась только очками из синяков на ближайшие дни.

– Тимка? Он врач? Интересно, какой он сейчас… Потом напомню – расскажешь! Тебе общение с ним, смотрю, пошло на пользу! Повеселела, это радует. Знаешь, Ивка, ты ещё спасибо потом своему Вадюше скажешь, что он тебя бросил.

– Не поняла… Во-первых, это я ушла, – меня обидел тон подруги, – А во вторых, за что его благодарить? – недоумевала я. Но Ритка пропустила мимо ушей мои возражения.

– А вот! Билет он тебе подарил, в новую жизнь!.. – голос Маргоши был звонко-задорным. Мне даже показалось, что она там сейчас приплясывает.

– Билет? Ты о чём? – я безуспешно пыталась понять ход мыслей подруги и злилась, что та далеко, иначе, я бы сейчас ущипнула эту шутницу побольнее, чтобы не говорила своими дурацкими загадками.

Ритка коротко хохотнула и выдержала паузу, наслаждаясь моим замешательством.

Глава 6. К чему встретить начальницу на улице?

– Маргоша, тебя не учили сказав А, говорить и остальные буквы? Я не обладаю телепатией угадывать ход твоих мыслей, – взорвалась я.

– Ладно, Ивка, не гневайся, подруга тут всё за тебя порешала, – Маргоша явно была довольна собой. – Короче, раз ты сейчас на распутье, то ответь мне, что тебя держит в родном городишке?

– Как что? – Работа. И я уже в компании, заметь, не последнее лицо.

– Тююю… Да ваша компания, по меркам Питера, так, ни о чём. Филиалов то нет.

– Ну, это дело времени. Она развивается и за три года предприятие уже набрало обороты.

Ритка снова рассмеялась.

– Ты так горячо реагируешь, словно это твоя фирма.

– Раз я там работаю, то и моя тоже, – отрезала я. – Рита, я не понимаю, к чему ты вообще этот разговор завела?

– Ну не знала я, что ты такой патриот своей компании, – она сделала акцент на последнем слове. – Они тебе не доплачивают за такое радение?

– У меня достойная зарплата, – поджала губы я.

– Может и достойная, но по меркам Ж***ска. Короче, Ива, фирму, в которой я работала, выкупил крупный бизнесмен и теперь у нас полная реорганизация. Генеральный меняет полностью управленческий состав. Ну, я тебе это уже рассказывала, просто напоминаю, как обстоят сейчас дела. Переаттестацию я, слава богу, прошла, но многие – нет. На следующей неделе главный лично будет проводить собеседование с каждым сотрудником, претендующим на руководящую должность.

– Не понимаю, что там у вас происходит? Такой шмон, будто кандидатов в депутаты набирают.

– Ива, теперь это будет холдинговая компания с несколькими дочерними предприятиями. Я слышала, что "BAS-Company" лидер продаж не только в России, но и на международном рынке. Понимаешь, какой масштаб? – помолчала и не дождавшись моего ответа – продолжила. – Моя должность – не последнее звено, но там есть куда расти. Я рассчитываю после собеседования двинуться в карьере, значит на моё место тоже кого-то возьмут. Хочу предложить твою кандидатуру. С дипломом и опытом у тебя всё в порядке, так что, думаю, проблем не будет.

– Рит, это всё интересно, конечно, но уж очень неожиданно. Я не могу вот так с бухты-барахты... Мне надо подумать, – растерялась я от её натиска и перспектив.

– Боже! Что думать то? Возможности поменять жизнь кардинально нечасто выпадают. Ты чуть замешкаешься – тебе рожать пора будет. А потом ты и тем более никуда не вырвешься из своего болота. – горячилась Маргоша. – В общем, смотри сама, я не настаиваю. Только имей в виду, Вадюша твой сейчас отведёт душу на стороне и начнёт тебя возвращать. А как про ребёнка узнает, так вообще проходу тебе не даст.

– Да с чего ты взяла? Может у них там любовь… – пробормотала я неуверенно.

– Ива, не будь дурой! Ему нравится трахаться, а не брать на себя ответственность. Ты – удобная, поэтому вполне его устраиваешь. А развлекаться он предпочитает без обязательств.

– Ты так говоришь, будто знаешь его лучше, чем я.

– Да. Знаю! Он из того сорта мудаков которые сначала с мамочкой живут, потом ей помощницу в дом приводят. Удобно! Главное – себе ни в чём не отказывают.

– Не знаю. Он вон, даже не позвонил ни разу. Вряд ли он будет меня доставать. Ему там Нюточка сюрприз какой-то приготовила. Надеюсь не с двумя полосками.

– Да что ты о ней думаешь? Не нужна она ему… Он сейчас рассуждает, что пусть Ива позлится, потом отойдёт, начнёт скучать, переживать. Чем дольше не буду звонить, тем сильнее будет ждать звонка. Тогда с работы встречу, цветы подарю, слов приятных наговорю – и простит. Никуда не денется, ведь она меня любит. Ивка, ведь так и есть: сразу все готовы развестись, а время проходит – начинают сомневаться, решают дать шанс. Типа – он же отец ребёнка…

– Маргоша, ты меня пугаешь!

– Чем? Правдой?

– Нет. Женщина в твоём возрасте не может так рассуждать. Я всё поняла про тебя. Помнишь фильм "Ключ от всех дверей"? Мне кажется твоим телом завладела старая бессмертная сущность.

Ритка замолчала переваривая. Я представила, как она сейчас закатила глаза и собрала пухлые губы в куриную жопку и прыснула от смеха.

– Ну правда! Ты рассуждаешь как будто тебе как минимум лет сорок.

– Угу. Пятьдесят, – хмыкнула Маргоша. – Просто я когда-то сделала правильное вложение в своё развитие, в отличие от тебя.

– А со мной то что не так? – удивилась я.

– Всё не так. Пока ты нумерологию свою изучала и Ом в медитациях пела, я перечитала кучу умных книжек по психологии, которые научили меня разбираться в людях. И я не пойду замуж за первого попавшего, кто звёзды с неба пообещает.

– Ладно, Рит, я тебя услышала, – разговор с Маргошей начал меня утомлять. – Я подумаю…

– Вечером набросай резюме и отправь мне по электронке, – перебила меня Маргоша, – я перешлю его эйчарам и договорюсь о времени собеседования. На работе напиши заявление на увольнение. Если заставят отрабатывать – возьми отпуск или больничный, наконец! У тебя же травма сегодня была… И не забудь заранее купить билет на "ласточку".

– Рита, я подумаю, правда! Спасибо тебе. Просто сегодня эмоциональные качели вконец меня опустошили. Я сейчас не способна ни решения принимать, ни думать. А мне ещё разговор с мамой предстоит.

– Хорошо, я поняла тебя. Но резюме – отправь, – настырно гнула свою линию Маргоша и я подумала, что не ту кличку дала ей в детстве. Ей больше подошло бы – бульдозер.

– Вышлю, – вздохнула я, решив, что это меня ни к чему не обязывает, зато Ритка отцепится.

– Ну вот! Наконец включила мозги! – сходу повелась та. – Всё, пока! А то я до собеседования не доработаю – уволят на хрен.

Она отключилась. Я, наконец, зашла в аптеку за мазью и двинулась в направлении дома. Проходя мимо офисного центра своей компании неожиданно встретила свою начальницу.

– Иветта Александровна, добрый день! У Вас же отгул, а Вы здесь, – улыбнулась та, поджидая пока подойду. Я пожалела, что не взяла очки. В аптеке в зеркальной витрине разглядела фиолетовую окантовку вокруг своих глаз.

– Здравствуйте Людмила Михайловна. Нет, это я мимо проходила… – поравнявшись с ней я опустила глаза, бессознательно надеясь, что так она мои синяки не заметит. Но не тут то было. Я чувствовала, что она дырявит меня взглядом.

– Иветта, божечки, что с вами стряслось? – она всплеснула короткими пухлыми ручками.

Встреча с ней была неожиданной, поэтому я стояла и молча тупила, судорожно соображая, что сказать: "Упала – не прокатит. Как так можно упасть? Я бы не поверила, а она и подавно. А как ещё можно получить такой результат?"

– Да… Кастрюлю из шкафчика доставала, а на ней крышка лежала... Вот, упала прямо на переносицу. Как раз из травмпункта иду, – ляпнула я первое, что пришло в голову.

– Ой, ну надо же, как Вам не повезло. Так Вы больничный взяли? У нас ведь договора, клиенты, сами понимаете, – она кивала в такт словам и обвисшие щёки её при этом мелко тряслись, – а Вы – лицо компании. Я Вас в таком виде к работе допустить не смогу.

– Людмила Михайловна, у меня перелома нет, поэтому больничный мне не положен, – растерялась я.

– Ничего, можете взять в счёт отпуска столько, сколько понадобится, чтобы Вы смогли работать, а не глаза в пол прятать. Занесите завтра с утра заявление, я подпишу. Или нет, – она задумалась, – скиньте лучше скан с подписью секретарю, чтобы не отсвечивать в таком виде в офисе. И аккуратнее впредь с кастрюлями и шкафчиками. Так и без глаз остаться можно, – добавила она с заботой, но я слышала насмешку в её голосе и готова была провалиться лишь бы не стоять перед ней с унылым, глупым видом.