Невеста для княгини?

V.I.S.

Невеста для княгини?

1

На пышной кровати в просторной комнате лежал шестнадцатилетний мальчик. В открытые окна лился утренний свет, постепенно достигая его лица.

Так темно. Не стоило ходить посреди зимы под крышами. Почему я еще могу мыслить? Неужели сосулька по мне не попала? Жаль умирать. Даже девушки не было. А я ведь всего лишь хотел найти инициативную.

Мальчик открыл глаза.

Это не моя комната, на больничную койку тоже не похоже.

- Где я?

Что с моим голосом? Почему он пищит?!

- Молодой господин, вы проснулись?

На мальчика смотрел черноволосый юноша лет восемнадцати, с розовым платочком на шее, в странном черно-белом наряде, подчеркивающем его руки и расширяющемся книзу. Наряд выглядел красивым, но крайне малопрактичным.

«Молодой господин» - это он мне? Вариантов масса, начнем с безумнейших. Допустим, это перерождение. Но если так….

- Кто я?

- Молодой господин! – на глазках незнакомого юноши проступили слезки. - Вы забыли, как вас зовут? Ваша матушка убьёт меня!

Слуга встал на колени и взял мальчика за руку.

- Господин Тюльпан, прошу, вспомните. Я позову лекаршу!

- Стой!

Тюльпан крепко схватил слугу за руку. Услышанное исковерканное слово «лекарь» он списал на слуховые галлюцинации после перерождения. Нельзя было отпускать этого парня: напуганный, он будет честнее.

Какое странное имя. Хотя, если это другой мир, может, здесь не только женщин именами цветов называют.

- Я уже начинаю вспоминать, - соврал Тюльпан. Он быстро сообразил, что нужно говорить что-то общее и очевидное. Раз слуга так боялся гнева хозяйки, вывод напрашивался сам собой: - Моя матушка очень могущественна.

- Разумеется! Она богатейшая женщина трех островов! - юноша, с мольбой смотря на господина, приходил в ужас от каждого его нового вопроса. - Умоляю, вспомните.

- Да, я…. Я, конечно, помню. Мой батюшка вот…

Тюльпан запнулся, сделав вид, что вспоминает, а затем выразительно взглянул на слугу.

Ну, давай, я сам дальше не смогу

- Ваш батюшка? - слуга перестал паниковать и неуверенно переспросил, склонив голову набок в непонимании.

- Я же человек? - Тюльпан бросил беглый взгляд на себя, развеивая собственные сомнения. - Меня же кто-то зачал?

- Кто-то… Простите, молодой господин! - слуга снова упал на колени. - Я не знаю, кто из мужей вашей матушки вас зачал.

- Мужей?

- Мужей.

- Мужа?

- Мужей.

Это же сколько раз она разводилась?

- Господин, у вашей матушки десять мужей! Больше было только у покойной княгини. Вы не помните?!

В этот момент в голове у Тюльпана замелькало множество мыслей о добре и зле, о справедливости, карме, его личных прегрешениях и добродетелях в прошлой жизни. Он понял, что феминитив ему не послышался, а у его постели не просто так дежурил вполне милый парень в красивом костюмчике, а не симпатичная горничная.

«Матриархат!» - эта мысль прожгла сознание мальчика, а все стадии принятия прошли за минуту. Тюльпан кивнул, поднялся с кровати, отмахнувшись от слуги, который пытался ему помочь, и пошел к открытому окну. Затем забрался на подоконник.

- Ну, попробуем опять исекайнуться, авось в этот раз больше повезёт.

Слуга быстро распознал движения, предшествующие прыжку, и схватил Тюльпана за ноги.

- Молодой господин, пожалуйста, не надо! Вы же единственный сын у госпожи! Она вас любит! Госпожа с меня шкуру спустит! - парнишка лепетал что-то ещё, но из-за рыданий слова было трудно разобрать. - Не надо!!! Себя не бережете, меня пощадите!!!

Фраза слуги о том, что Тюльпан - единственный и долгожданный сын, заставила мальчика усомниться в матриархальности этого мира. Глупо судить о мироустройстве по одному гарему, может, в местной культуре на свой гарем имеют право все, кто способен его содержать, и здесь царит равноправие? Такое тоже возможно, ведь это, очевидно, перерождение в фэнтези.

- Кто глава церкви?

- Что?

- Церковь в этом мире есть?! Кто её глава?!

- Разалио Кий.

Тюльпан настороженно слез с подоконника.

- А кто первый наследник моей матушки?

- Наследие вашей матушки? О таком не стоит говорить! - слуга вытирал слезы. - Но по закону всё делится между дочерьми.

- Ты хотел сказать «между детьми»?

- Нет, господин, насколько я знаю, если у женщины есть дочери, то всё наследство отходит им. Сыновья могут претендовать на имущество, только если у матери нет ни одной дочери или сестры. А у вас шесть старших сестёр! Но сыновья могут стать регентами при младшей сестре!

Не стоит раньше времени делать выводы. Ведь есть еще церковь. Хотя у этого Разалио имя среднего рода...

- А Разалио Кий какую должность в церкви занимает?

- Первоматерь.

- Так Разалио Кий женщина?

- Разумеется.

Тюльпан стремительным движением вновь вскочил на подоконник, чтобы спрыгнуть, но слуга успел схватить его за ноги!

- Молодой господин, пожалуйста, не надо!

- Пусти, сволочь! Я воскресну! Этот мир – говно! Хочу в другой!

- Это так не работает! Вы попадете в Тартар, Кибела запретила суицид!

- Я и так в преисподней!

- Других миров нет! Этот лучший!

- Ложь! Пусти, сволочь, домой хочу!

- Вы и так дома! Господин! Прошу, не прыгайте! Умоляю, стойте! Не надо!

Тюльпан посмотрел на землю внизу. Он был на втором этаже. Высота приличная - разбиться насмерть вряд ли получится, а вот покалечиться можно запросто. С другой стороны, это, очевидно, суицид, в отличие от предыдущей смерти. Сейчас он переродился в богатой и влиятельной семье, пусть и в матриархальном мире. В следующий раз он может не вспомнить о прошлой жизни или вспомнить слишком поздно, а может, действительно переродится в более жутких условиях. Кроме того, прыгать страшно, да и слугу обрекать на муки не хотелось, ведь его однозначно накажут.

Тюльпан слез с подоконника. Слуга продолжал всхлипывать, всё ещё крепко удерживая его за ноги, чтобы господин вновь не попытался прыгнуть.

- Ну и что меня ждет? Я уже помолвлен? Мне предстоит выйти замуж… тьфу ты, жениться на какой-нибудь дочери подруги матери?

- Вы хотите жениться? - слуга всё ещё плакал, не отпуская ноги Тюльпана.

- Нет, конечно! Не в этой реальности! Я спрашиваю: помолвлен ли я?

- Насколько я знаю, нет. Ваша матушка вас очень любит и не выдаст за кого попало. - слуга встал, но всё ещё не отходил от Тюльпана далеко. - Она ищет вам лучшую пару. Вы не помните? Надо срочно позвать лекаршу!

Слуга посмотрел на Тюльпана, а затем — на дверь и открытое окно.

- Подожди, я уже вспоминаю, – откровенно врал Тюльпан. – Ты напомни.

- Ваша матушка богата, но титула у неё все ещё нет, а это затрудняет поиск.

Тюльпан, тяжело вздохнув, плюхнулся на кровать.

- Принеси выпить.

Слуга стоял не двигаясь.

- Как тебя зовут?

- Я Пион, молодой господин.

- Пион…

Пион… Кто придумал давать мальчикам цветочные имена? Кому в мозг нассать?

- Принеси выпить, Пион.

- Я… я боюсь вас оставлять одного.

- Оно и понятно, – Тюльпан попытался вспомнить имя местной богини, которую упомянул слуга. – Ой! Клянусь Кибелой, я не стану творить глупостей и прыгать из окна.

Слуга нерешительно направился к двери.

- Вы поклялись богиней, молодой господин.

- Выпивку неси.

Тюльпан остался лежать на кровати, уткнувшись лицом в подушку. Примерно через час вернулся Пион с подносом. На нём стоял чайник, кружка и небольшие ёмкости, наполненные мёдом и молоком.

- Это что?

- Чай с медом и молоком. Я сейчас всё приготовлю.

- Пион, - Тюльпан хотел разозлиться, но возможно в этом мире такой напиток стандартен для мужчины в стрессовой ситуации. – А нет пива или хотя бы вина?

- Молодой господин, мальчику не подобает пить пиво, а вино вам ещё рано! Даже когда вы вырастите, не стоит злоупотреблять алкоголем. Кибела проповедовала о вреде алкоголя для мужчин.

- Ну, разумеется.

Тюльпан снова лег на кровать, закрыв лицо руками.

- Тюль!

В комнату вбежала мускулистая девушка шестнадцати лет. Она с ходу запрыгнула на кровать к Тюльпану и принялась его обнимать, целовать и тискать, гладя по волосам.

- Бедный Тюль, мой милый братик! Ты нигде не ушибся? С тобой всё в порядке? Как ты себя чувствуешь? Нельзя тебе на лошади ездить. С этих пор - только в карете!

Девушка рывком подняла Тюльпана и то прижимала его к себе, то испуганно отодвигала, осматривая со всех сторон.

- Пион! Почему мой брат молчит?! Он меня не узнает?! Он так сильно ударился?!

- Госпожа Розалия, возможно, он просто не может ответить из-за того, что вы его слишком сильно трясете.

- А?

Девушка перестала трясти Тюльпана.

- Я рад тебя видеть, сестренка.

- О-о-о! Ты в порядке! – Роза прижала братика к себе. – Ты как прежде любишь сестренку?

- Конечно, люблю, только пусти, дышать не могу…

Розалия принялась зацеловывать мальчика с новой силой, крепко прижимая к себе.

- Ты никогда раньше не говорил, что любишь меня! Я так счастлива! Я обрадую матушку новостью о твоём выздоровлении, как только она вернётся!

- Она уехала?

- Что с тобой? Она месяц назад уехала, но как только узнала о твоей травме, сразу собралась обратно. Она будет рада, что ты жив и здоров.

- Госпожа Розалия, ваш брат только проснулся, ему сегодня необходим покой.

- Конечно. Я все понимаю.

Девушка крепко обняла брата и вышла. Тюльпан молча налил себе чай, подсластил его ложкой мёда и выразительно посмотрел на Пиона.

- Ты не позвал лекаря и никому не рассказал, о том, что я… пытался совершить?

- Госпожа Розалия очень любит вас, как и другие сестры. Но все остальные уехали с вашей матушкой. Если бы госпожа узнала о вашем приступе безумия, она бы разгневалась. Я смею надеяться, что вы просто были не в себе.

- Я действительно… не в себе.

- Господин?

- Нет. Не переживай, всё в порядке. Тебе не кажется, что моя сестра слишком сильная? У меня, кажется, даже хрустнуло, когда она прижала меня к себе.

- Молодой господин, госпожа Розалия Кристальевна хочет стать великой воительницей в армии будущей великой княгини.

«Армия», «князья»… Мне определенно нужно узнать больше об этом мире. Быть может, здесь даже магия есть, но спросить об этом прямо - значит вновь вызвать сомнения в своем здоровье.

- Я хочу побыть один.

Пион нерешительно топтался на месте и не уходил.

- Не волнуйся. Я же поклялся не делать глупостей, пока тебя не было, я их не совершал. Иди отдохни или займись другим делом. Я в порядке.

Пион поклонился и вышел.

Я жалею о том, в каком мире очутился лишь оттого, что помню прежнюю жизнь, которая была стократ лучше. Умри я сейчас - могу и вовсе ничего не вспомнить. Надо исходить из того, что имею.

Весь оставшийся день Тюльпан провел в размышлениях о прошлой жизни. Иногда он поддавался ностальгии, иногда старался убедить себя в том, что иной мир ему просто приснился или он просто лежит в коме. Периодически юноша поглядывал в окно, за садовником, что возился с цветами. Все девушки, которых Тюльпан видел, были стражницами - высокие, мускулистые, стройные, большегрудые.

Одни спортсменки! У меня из-за них комплексы начнутся!

Мальчики ходили в красивых черно-белых нарядах, выглядели хрупкими, а при воительницах нарочно строили из себя беззащитных и неловких. Слуги приносили в покои еду, но Тюльпан за весь день съел только пару яблок и гроздь винограда.

За этими наблюдениями незаметно пролетели часы, и наступила ночь. Слуги во главе с Пионом помогли Тюльпану переодеться ко сну, а после, задув свечи и заперев ставни, тихо вышли из комнаты молодого господина.

2

Днем не хотелось есть, а ночью совсем не хотелось спать. Тюльпан лежал и смотрел на потолок, расписанный изображениями дружелюбных драконов и единорогов. Мальчика продолжали тревожить мысли. Отчасти он даже начинал жалеть, что вспомнил прошлую жизнь, напрочь забыв о здешней. Быть может, предыдущий Тюльпан был по-своему счастлив?

Внезапно рисунки на потолке зашевелились, комнату осветил яркий свет, а время остановилось.

- Тюльпан, – нежный женский голос звал юношу. – Тюльпанчик, цветочек мой.

Мальчик подскочил на кровати, осознав, что в его комнате кто-то есть. Прямо с потолка к Тюльпану плавно спустилась лежащая на облаке девушка в красных открытых восточных одеждах.

- Привет. Уже освоился в новом мире?

- Ты… - нейроны в голове мальчика начали работать с удвоенной скоростью. – Как я оказался в этом мире?

- Как? – девушка, наигранно изображая задумчивость, прислонила палец к губам и посмотрела в потолок. – Ты родился.

- Я спрашивал не о теле! Почему я исекайнулся в матриархальный мир?!

- Исекайнулся, матриархальный мир? С чего ты взял, что я вообще понимаю, о чем ты? Быть может, я убийца, что послана прикончить тебя?

- Убийца не зовет так нежно.

- Но я же девушка, я должна быть нежной.

- Ты точно не из этого мира.

Существо рассмеялось.

- Кроме того, я знаю истории о перерождении. Сейчас как раз должен появиться тот, кто всё объяснит. Ты тянешь на бога из машины. - Тюльпан указал на птицу, застывшую в небе. - Ты остановила время. Неужели в этом мире на подобное способен наёмный убийца?

Девушка спрыгнула с облака, её тонкая фигура была воплощением идеала.

- Умненький, миленький, да еще такой дикий. – существо медленно подходило к пятящемуся мальчику. – Так бы и съела. Почему ты попал сюда? Ты однажды умер.

- Но почему в этот мир?

- Ты мечтал об инициативных девах, – девушка развела руками. – Та-дам! Целый мир таких. Почему тебе не нравится? Сколько дев отвергли тебя в прошлой жизни? Ты же умер, ни разу не поцеловавшись. Здесь я дала тебе красивое тело, милое личико, нежный голос, богатство. Ты Елена Троянская! Тебе не нужно ходить на работу. Только ублажай свою жену.

Девушка кокетливо наклонила голову, на её губах заиграла едва заметная хитрая улыбка.

- Дам совет: не толстей, научись массажу, танцам и музыке. Если ты станешь частью гарема, то должен будешь выделяться. Но помимо этого ты можешь иметь всё, что захочешь.

- Кроме свободы.

- Свободным человека делает только нож, – взмахом руки девушка материализовала из воздуха клинок. - Не расстраивайся. Быть может, тебя обрадует новость о том, что в этом мире есть магия.

- Магия?

- Ага.

- Кто ты?

- В этом мире меня называют Кибелой.

- Я родился в этом мире или забрал тело этого юноши?

- А это важно? Твоё тело родилось здесь, а оно принадлежит разуму.

- Но я не помню своей жизни в этом мире до сегодняшнего дня.

- Ой, это проблема, – девушка толкнула мальчика на кровать и навалилась сверху. – Давай, это исправим. Не двигайся, малыш.

Кибела наклонилась так близко, что Тюльпан почувствовал её дыхание. Она крепко схватила его за руки, и мальчику не оставалось ничего, кроме как зажмуриться и отвернуться. Богиня тихо усмехнулась и нежно поцеловала его в лоб.

Множество воспоминаний о жизни за прошедшие шестнадцать лет лавиной хлынули в голову юноши. Всё это столь быстро и неожиданно проникло в его сознание, что у Тюльпана запекло в глазах, и они мгновенно покраснели.

Богиня исчезла. Потолок приобрёл изначальный вид, время возобновило свой привычный ход, а Тюльпан без сил провалился в глубокий сон.

Глава 3

3

Обогнув барабанщицу, отбивавшую ритм для гребцов, по деревянному настилу к носу корабля шёл мужчина. Он возвышался над галерными рабынями. На нём были сапоги до колен, распахнутый длинный чёрный плащ поверх бордового жилета и дорогая чёрная шляпа с торчащим красным пером. Под плащом мужчина прятал несколько метательных ножей, с его пояса свисал гладиус, а за спиной виднелись колчан со стрелами и арбалет.

- Сволочь.

Одна из женщин, сидевших на вёслах, бросила оскорбление вслед мужчине и обязательно плюнула бы ему под ноги, если бы могла.

Мужчина обернулся и посмотрел на неё.

- Приятно познакомиться, а я Взвесаак.

- Тебе заплатили за защиту нашей деревни!

Разговорившаяся рабыня тут же получила удар кнутом.

- Грести молча! – надсмотрщица, не уступающая ни ростом, ни силой наёмнику, посмотрела на мужчину. – Прошу вас воздержаться от разговоров с рабынями.

- Пожалуйста, пить.

Это было не мольбой, скорее привычной просьбой, единственное, что рабыни могли попросить и получить не унижаясь. Надсмотрщица щедро наполнила большой ковш пресной водой из бочки и протянула женщине. Наёмник молча наблюдал за происходящим. Он уже давно заметил странности галер архипелага. На вёсла посадили не мужчин, а женщин. При этом всех пленных щедро поили пресной водой - не по расписанию, а в любое время, по первой же уважительной просьбе. Точно так же досыта поили и захваченных в разграбленном поселении коров и быков, коней и лошадей, баранов и овец, петухов и кур.

- Можно и мне. – наёмник жестом указал на ковш с водой, который надсмотрщица протянула рабыни. – Пожалуйста.

- Конечно, прошу, подождите.

Удивительная перемена. - подумал наёмник.

До того грубая надсмотрщица впервые улыбнулась.

Женщина подошла к той же бочке с пресной водой, наполнила ковш, демонстративно отпила из него, а после протянула наёмнику.

- Не стоит этого делать! – к наёмнику и надсмотрщице приблизился маленький сутулый гоблин ростом человеку по пояс. – Взвесаак, остальные ждут только тебя. Смотрю, я вовремя успел.

- Для чего?

- Спасти твою продажную жизнь.

Надсмотрщица с презрением взглянула на маленькое зеленое существо и вновь демонстративно отпила из ковша.

- Уверяю вас, господин гном, – надсмотрщица усмехнулась, назвав гоблина тем, кем он притворялся на континенте. – Озёрная вода с архипелага священна, мы не оскверняем её ядом.

- Яд имеет разные формы. – гоблин поклонился надсмотрщице и вновь строго посмотрел на наёмника. – Взвесаак, немедленно на нос корабля.

- Простите, прекраснейшая, но воля заказчика для наёмника - закон.

Взвесаак в галантном поклоне перехватил руку воительницы, намереваясь на континентальный манер поцеловать её на прощание, но почувствовал, как пальцы надсмотрщицы мгновенно напряглись. Мужчина вовремя понял: чтобы сдвинуть её руку хотя бы на сантиметр, придётся приложить немалую силу. Поэтому он решил не искушать судьбу и отделался обычным поклоном, вежливо сняв шляпу.

Как только наёмник и гоблин достаточно удалились от надсмотрщицы, Взвесаак нарушил их затянувшееся молчание.

- Знаете, господин Слабжив, вы явно впервые на корабле. Вам известно насколько ценна пресная вода в море? До Арденского архипелага нам ещё плыть и плыть. Вы вынуждаете нас отказываться от искренней щедрости местной команды красавиц! Вынудили нас взять еду и воду с континента. А я, может, планировал задержаться на островах. Припасов, которые мы взяли, на такое точно не хватит. Вы представьте: единственный мужчина на островах женщин!

Наёмник заложил руки за голову и довольно закусил губу, предвкушая заманчивые перспективы.

- Глупый человечишка, ты же наёмник! Где хваленая наблюдательность вашего брата?

- Я пока наблюдаю только полуобнаженных красавиц с кнутами и незначительные культурные различия.

Гоблин гневно прошипел сквозь зубы несколько слов на своём родном языке - то ли страшное ругательство, то ли яростную молитву.

- Вот что, Взвесаак, хочешь - поселись на островах, но сначала мы сделаем дело. По доброте душевной дам совет - когда прибудем в порт, пусти кровь со своего члена в мозг и прояви элементарную наблюдательность! – гоблин быстрее зашагал вперёд, бормоча под нос: – глупые людишки.

Наёмник не придал значения словам спутника и только усмехнулся:

- У гоблина доброта душевная?

Слабжив презрительно сплюнул, больше он не пытался донести никакой информации до наёмника.

Глава 4

4

- Пора просыпаться, молодой господин, – взрослый слуга с напускной важностью, бесшумно войдя в комнату, убрал шторы и открыл окна максимально резко и громко, впустив солнечный свет в комнату, чтобы разбудить Тюльпана. – Как вы сегодня себя чувствуете?

Тюльпан сел на край кровати.

- Привычнее.

- Молодой господин, прошу, отвечайте соответственно вашему статусу: «Я чувствую себя прекрасно». – Слуга стоял гордо, чётко проговаривая каждое слово. – Утром допустимы термины «бодро» или «воодушевленно».

Тюльпан, ожидавший увидеть Пиона и сегодня, с удивлением посмотрел на светловолосого слугу, в привычном черно-белом наряде с осанкой кипариса.

- Где Пион?

- Он дежурил при вас всё время, пока вам нездоровилось. Ему нужно отдохнуть. Я, ваш покорный слуга Грацилис, сегодня его заменяю. Сегодня возвращается госпожа, давайте подготовим вас к её визиту.

Грацилис открыл дверь и повелительно кивнул стоящим в коридоре слугам.

Тюльпана быстро умыли и переодели в неудобный, пышный, но весьма милый наряд. В завершение образа на шее юноши повязали аккуратный белый платочек.

- На кой мне платок на шею? Лето за окном.

Вместе с кровью в голову Тюльпана хлынули воспоминания о прожитых годах в этом мире, «загруженные» Кибелой прошедшей ночью.

У здешних женщин какое-то нездоровое отношение к мужскому кадыку. Оказывается, дамы тут обожают и облизнуть беззащитную шейку мужчины, и прикусить её, а некоторым доставляет удовольствие даже простое прикосновение к ней. Наверное, именно из-за этого среди мужчин возникла традиция закрывать горло платками, высокими воротниками и массивными украшениями.

Сам наряд был прекрасен, но противен натуре Тюльпана из прошлого мира. Костюм состоял из пышного жакета яркого светло-зелёного цвета, украшенного изящной цветочной вышивкой и надетого поверх сковывающей движения белой рубашки с рукавами, богато обшитыми кружевами. Низ был непропорционально большим. Весь наряд вынуждал Тюльпана двигаться медленно и осторожно.

Затем наступило время легкого завтрака. Слуги помнили о любви госпожи обедать со своими детьми и потому чтобы сохранить их аппетит, уменьшали порцию. Кроме того, по здешним канонам красоты худенькие мальчики красивее. Руководствуясь столь неоспоримой логикой, слуги оставили Тюльпана, обожавшего в прошлой жизни плотный завтрак фактически голодным.

Вскоре к зданию, в котором жил мальчик, подъехала процессия. На большом черном коне восседала рыжеволосая женщина чуть старше сорока лет в кожаной кирасе, черных штанах и таких же кавалерийских сапогах. На поясе всадницы красовался меч в серебристых ножнах. Позади неё ехали двое знаменосцев: одна держала знамя с изображением золотого цветка под короной, а другая - массивную пику, на которой была голова вепря размером с кресло. За ними следовал отряд из полусотни суровых воительниц.

Тюльпан погрузился в воспоминания, но не смог вспомнить знамя, однако он точно вспомнил, что женщина, возглавляющая кавалерийскую колонну –Кристалия Ангелиновна Гелиолис - мать Тюльпана.

Кристалия лихо спрыгнула с лошади и стремительно помчалась в дом. Быстрые, тяжёлые шаги кавалерийских сапог звучали всё ближе к комнате Тюльпана. Мать распахнула дверь и ворвалась в комнату сына.

- Тюльпан! - радостная Кристалия схватила сына за талию и подняла его вверх. – Я вернулась!

- Да, матушка, – Тюльпан постарался максимально мило улыбнуться. – Я рад.

- Оу, – женщина поставила мальчика на пол и обняла его. – Как же повезло Весте, что у неё будет такой милый и чудесный муж.

Муж?!

Тюльпан был в шоке и легком ужасе от того, что ему уже нашли жену, без его согласия. Конечно, подросток понимал, в каком мире он оказался, и, проснувшись, забеспокоился о том, что его уже кому-то «выдали». Но Пион тогда обнадёжил: до свадьбы ещё есть время! Мысли о том, как отказаться от навязанного брака, упрямо сталкивались с пониманием, что это будет противоречить воле матери. Она точно не одобрит подобный бунт и эгоизм.

Но разве это эгоизм - желать собственного счастья не меньше, чем счастья для других?

В ответ на этот вопрос сознание Тюльпана, вспомнившего прошедшие шестнадцать лет в этом мире, закричало: «Да!».

- Матушка, я не хочу жениться.

Может, уже сказалось влияние мира, а может, из-за слабости тела и духа эмоциональные переживания вызвали у Тюльпана невольные слезы. Он совершенно точно не хотел плакать, - тем более для того, чтобы разжалобить мать, - но слёзы против воли лились только сильнее.

- Ой, ну не плачь, милый мой. Тебе совершенно не стоит бояться, - Кристалия ласково погладила его по щеке. - Веста - следующая великая княгиня островов. Вы с ней ровесники, ты ей точно понравишься, а она тебе! Я уверена, ты станешь главным мужем в её гареме.