( Не)красавица в академии магии.Светлая против темного лорда

Гном смерил меня внимательным взглядом, пройдя по мне сверху вниз и наоборот, словно оценивал по шкале.

– Все вещи выдам завтра утром, – заявил он. – На сегодня я уже все пересчитал и запер кладовку, – похлопал он по карману. – Порядок в академии должен соблюдаться.

– Не на улице же ей ночевать, – возразил орк. – К тому же она может пожаловаться мистеру Тедерику. Сам знаешь, что наш ректор не любит получать жалобы от адептов и их родителей. Не только лишит месячной оплаты, может и проклясть.

Озвученное имя ректора заставило полугнома или полуэльфа, я все еще не разгадала загадочную сущность, изменить свое решение. Мистер Сэппель, выражая весь спектр эмоций, которые предназначались лично мне, все же выдал и постельное белье, и форму адептов академии Сумрак, и мелочевку, так необходимую для жизни в общежитии.

– Очень вам признательна, мистер Сэппель, – поблагодарила я коменданта, но уйти не получилось.

Сумка подала знак. Внутрь лезть не пришлось, стоило мне просунуть руку, как нужная вещь сама уперлась мне в ладошку.

– Это вам, – прочитав название на склянке, я протянула баночку гному.

Мистер Сэппель удивился и не торопился хватать подношение. Не став тратить время, сунула ему в руки подарок. Видимо, леди Лердес благонамеренного позаботилась об этом. А я последовала за орком. Гулдак решился проводить меня до комнаты, сметая все стереотипы об орках, что я знала из учебников.

Комендант оказался вредным. Мое жилище располагалось в самом конце коридора. И комнатой его можно было назвать с натяжкой. Больше походила на каморку.

– С другой стороны, у тебя будет отдельный душ и всего лишь одна соседка, – пытался подбодрить меня орк. – В других комнатах живут по четыре адепта. Но бывали времена, когда селили и по пять девушек, – Гулдак положил свою ношу на край кровати.

Я осмотрелась. Комната хоть и была маленькая, но уютная, несмотря на обшарпанный стол и такие же стулья. Стены были покрашены свежей краской. Пыли не было, что говорило об ответственности коменданта. Имелось еще две узкие кровати вдоль стены и платяной шкаф. А что еще нужно адептам? Полки для канцелярских принадлежностей тоже имелись. Правда, свет был тусклый. Видимо, пришло время подзарядить магический светильник под потолком. Но я решила отложить этот вопрос на потом. Учеба начиналась только через несколько недель.

Прошла в дверь сбоку. Это была не роскошная ванная, а всего лишь небольшая ниша с душем и умывальником. Но несомненный плюс имелся. Не нужно мыться на виду у всех и стоять в очереди, чтобы помыться. Да и уборная была своя.

Покрутила кран. Трубы истошно завыли, намекая мне на то, что вода, видимо, отсутствовала. Я хотела уже повернуть вентиль обратно, как вода все же потекла. Сперва ржавая, спустя минуту более менее прозрачная. Значит, жить можно.

– Долго никто не пользовался, – в знак поддержки Гулдак подарил мне грустную улыбку.

На этом осмотр комнаты завершился. Но не успела я попрощаться с орком, как в каморку вошел запыхавшийся мистер Сэппель.

– Я ошибся ключами! – еле выговорил он, пытаясь отдышаться. – Тебе выделена другая комната в самом начале коридора.

Удивилась и взглянула на Гулдака. Орк за спиной показал мне четыре пальца. И я решила, что одна соседка лучше, чем три. К тому же риск быть разоблаченной меньше. Да и с одной девушкой договориться всяко легче.

– Меня и здесь все устраивает, – улыбнулась я гному, что немало ошеломило его.

– Но как же, – комендант даже растерялся, забыв слова.

– И к ректору жаловаться не пойду. Но одну просьбу все же озвучу, – взглянула я на гнома, прежде подмигнув орку. – Можно я сама выберу соседку по комнате?

Никто не был против. Пожелав мне темной ночи и вручив ключи от каморки, гном и орк удалились. Кто из них при этом выглядел более довольным, было не разгадать. Но я была рада, что все разрешилось. Оставшись одна, покружилась по комнате, не веря тому, что у меня все получилось. Я сумела избежать свадьбы с Леоном! Вряд ли кто догадается искать меня в Академии Даркнесс. Единственная дочь лорда Колборна, к тому же светлый маг, и порог данного заведения не переступит. Ведь светлые не водят дружбу с темными. А вот Ширли Флеминг – запросто!

Сняв сумку и повесив ее на спинку стула, чтобы заняться изучением ее содержимого завтра, принялась заправлять кровать. На дворе уже была глубокая ночь, да и я устала с дороги. Дальше решила повесить форму в шкаф, чтобы не помять или ненароком не испачкать, потом уже умыться и подготовиться ко сну. Но едва я открыла дверцу шкафа, проведя рукой по облупившейся краске, как кто-то чихнул, а затем рассмеялся:

– Щекотно же!

Я чуть на пол не упала. Неужели кто-то прятался в каморке? Я с перепугу захлопнула дверь шкафа и попятилась назад.

– Больно же! – зашипели снова, на этот раз обиженно.

Я с подозрением взглянула на шкаф. Неужели кто-то прятался внутри?

– Кто здесь? А ну, выходи! Иначе позову мистера Сэппеля, и он быстро тебя выведет отсюда, – пригрозила я. Отчего-то я была уверена, что коменданта в лице полугнома и полутемного эльфа побаивались все.

Но мне никто не ответил. Для надежности я подождала еще некоторое время и вновь шагнула к шкафу. Любопытство пересилило. Скрипнули дверцы, но внутри я увидела… Пустоту! Но кто-то же говорил! И я решила проверить свою догадку. Несколько раз открыла и закрыла дверцы, пока не дождалась нужного результата.

– Все, все, хватит! – заголосили чуть ли не в ухо мне. – Аларик я.

Я прикрыла дверцы и отпрянула от загадочного шкафа. Он что, живой? Но тут в зеркале, что висело на одной дверце шкафа, проявился силуэт.

– Мама, призрак! – отскочила я от шкафа как можно дальше и забралась на кровать.

– Нашла кого бояться, – фыркнули в зеркале. – Я же не зомби.

– В академии что, есть зомби? – удивилась я, испугавшись еще сильнее. Куда я попала?

– А как ты думала? Здесь же не только темные маги учатся, но и некроманты, – как ни в чем не бывало ответил Аларик. – Ты чего такая шуганная?

Я замерла, затем спустилась на пол. Как адептка академии Сумрак, я не должна бояться темной силы, как и магов. Если только немного сторониться некромантов. Их все немного опасаются и стараются держаться от них в сторонке.

– Я из глухой деревни, там не только некромантов, но и магов никаких в глаза не видали, – ответила я спокойно. – Мне повезло быть замеченной из-за своей силы магии и попасть сюда.

На этом разговор застопорился. Я все же сложила форму в шкаф, затем изучила содержимое сумки. В пространственном кармане нашлось все, что могло мне пригодиться. Или даже не пригодиться. Леди Лердес постаралась ради меня. Я сходила в ванную комнату и переоделась для сна. Присутствие Аларика немного смущало. Пусть он и дух, но все же умер в обличии мужчины.

– Ты так каждый раз будешь подглядывать или тебя как-то можно выключить? – поинтересовалась я, забираясь под одеяло.

Каморка долго стояла необжитая, и было немного прохладно, несмотря на теплое время. Хотя на границе империи погода держалась нерадужная. Эманации темной магии вносили свои изменения. Придется запастись теплой одеждой.

– Я могу свободно гулять по другим зеркалам, но всегда возвращаюсь к этому шкафу. Видимо, с ним связаны мои последние минуты, – как-то грустно произнес он и растворился.

Теперь на дверце шкафа висело обычное зеркало. Решив, что завтра попрошу у мистера Сэппеля кусок темной материи, чтобы сделать из него наподобие шторки. Хотелось бы временами закрываться от Аларика. Повезло же с каморкой, сразу с соседом попался.

Сама не заметила, как уснула. Во сне за мной гонялся отец, тряся брачным договором. И все кричал, чтобы я немедленно вернулась в храм. Взглянув на себя, поняла, что убегала я в том самом платье, что понравилось мне в салоне мадам Жозет. Все же мне удалось оторваться от лорда Колборна, чтобы угодить в объятия Леонардо. И я в страхе присела в кровати, учащенно дыша.

Я все еще находилась в академии Даркнесс. Мне просто приснился кошмар.

– Страшный сон приснился? – услышала я голос Аларика и вздрогнула. Еще не привыкла к его бестелесному присутствию в комнате. – В лекарском крыле у мадам Камбри есть замечательные капли. До прихода ректора ты успеешь посетить ее.

Упоминание о мистере Тедерике заставило меня посмотреть на часы. Время было раннее, и в запасе было несколько часов. Успею собраться и выбросить из головы страшный сон.

– Аларик, в академии кормят? Или до начала занятий нужно искать пропитание самой? – только сейчас поняла, как сильно проголодалась. По дороге я только перекусывала прямо в карете, перед сном ни крошки во рту не было. И сейчас живот недовольно заурчал.

– Конечно, кормят, – в голосе зеркального духа я услышала недовольство. – В академии летом проживают те, кто практику проходит. Они периодически здесь появляются. Также есть те, кто не имеет дома, и они постоянно проживают в стенах академии, присматривают за зверинцем, помогают чем могут. У ректора тебе выдадут карточку и учебные принадлежности. С этой картой ты можешь открыть любые двери в академии. Ну, почти любые. Куда у тебя будет доступ.

Стоило признать, что Аларик был ценным собеседником. Собравшись, я довольно скоро покинула каморку. Мистер Сэппель указал мне дорогу до кабинета директора и пообещал разобраться с освещением. Мистер Уолтер Тедерик был на месте.

– Я в курсе вашей истории, адептка Флеминг, – ректор оказался худощавым мужчиной с сединой в волосах. – Я много чем обязан леди Лердес, как и лорду Магнусу. Только поэтому вы находитесь в стенах академии Даркнесс. Хочу вас попросить только об одном: не влипайте ни в какие истории, юная мисс.

Я согласно кивнула. Мне и самой не нужны были неприятности.

– Остальное вам объяснит миссис Кокрилл, – и ректор отпустил меня, но на пороге все же окликнул: – И старайся держаться подальше от мистера Хэнингса, Кьяра, – попросил он напоследок, назвав меня настоящим именем.

Я не знала, кого он имел в виду, и мне не стоило никакого труда дать обещание. Отношения заводить я также не собиралась. Но кто бы знал, от кого ректор попросил держаться подальше…

Глава 11

Глава 11. Начало учебного года

Кьяра - Ширли

Всю следующую неделю я бродила в академии и просто изучала ее. Мне хотелось запомнить, где что находится. Миссис Кокрил вместе с документами и с карточкой доступа в кабинеты выдала мне карту самой академии и близлежащей территории. Я как маленький ребенок рассматривала ее и знакомилась с ее функциями. Также навещала Гулдака, который был рад меня видеть. В академии у меня еще не было друзей. Адепты только приезжали, но все они учились на старших курсах. Я ждала приезда таких же, как я, которые поступили только в этом году.

И этот день настал. За день до начала занятий академия встретила адептов первого курса. Я старалась держаться в сторонке и просто наблюдала за ними. Все они были в темно-серых мантиях, что означало одно: они пока не выбрали направление. Точно такая же висела у меня в шкафу. Аларик верил в то, что я приехала из глубинки, и охотно делился со мной информацией. Даже сейчас, когда я сидела в нише, он был рядом со мной и, гуляя по зеркалам в холле, изучал адептов, помогая мне определиться с выбором соседки.

– Может, ту блондинку? – я увидела в зеркале рядом облик упомянутой девицы.

– Ты издеваешься? – выбор Аларика меня возмутил.

Именно она, как только вступила на территорию академии, возмущалась больше всех. Ей все здесь не нравилось, и она обещалась пожаловаться на такую несправедливость отцу. И на картах гадать не стоило, что она являлась дочерью богатого темного. Да она меня со свету сживет.

– Зато будет знать, как требовать отдельную комнату, – в зеркале я увидела Аларика, что скрестил руки на груди и хмурым взглядом обводил адептов, которых принимали старшие курсы и объясняли им, что к чему. – Ой, не те сейчас маги, не те.

Вдруг я заметила девушку, которая стояла в сторонке и с какой-то ленцой следила за всем происходящим. Возле ее ног не было чемодана, что наводило меня на мысль, что она могла бы быть из небогатой семьи. Значит, не капризная и не требовательная. Да и на первый взгляд она казалась приятной. И я уверенно шагнула к ней.

– Всего темнейшего, – поприветствовала я незнакомку.

Девушка оказалась не из стеснительных. Она внимательно изучила меня, прошлась вверх-вниз и наоборот, и только после заговорила.

– Темнейшего, – скрестила она руки на груди, как и Аларик минутой назад. – Судя по форме, ты тоже первый курс. Так отчего же не со всеми?

– Я приехала издалека, и так получилось, что доехала раньше. Намного раньше и уже успела разместиться, – не стала я скрывать, глядя на толпу адептов. Оказаться среди них мне не хотелось. Видимо, и моей новой знакомой. – Могу помочь тебе. Ширли Флеминг, – протянула я ей руку.

– Бетти Офан, – назвала она свое имя, вызвав у меня удивление.

– Вот и ты туда же, – зло проговорила она, уходя.

– Постой! – пыталась я ее остановить. – Ты не так меня поняла! Да стой же ты, Бетти! – схватила я ее за руку. – Я сама поступила учиться сюда только благодаря протекции покровителей академии. И была не готова встретить тебя, наблюдая за этими, – кивнула я в сторону тех, кто все еще шумел и возмущался. – Я к тебе с предложением, – уводила я девушку в сторону жилых зданий.

Недовольство Бетти тоже можно было понять. Всем, кто попадал в приюты, давали одно имя: Офан. Независимо от того, светлый ты или темный. Правда, их все же размещали в разные корпуса детских домов. За ними следили, отбирали по силе магии, выделяли места в академии, после чего те поступали на службу на благо империи до конца своих дней. Незавидная участь, но для многих сирот единственный шанс стать кем-то и сменить ненавистное имя на другое, показав себя на службе. Я знала не понаслышке, как они там жили. Райна курировала несколько таких по настоянию отца и, бывало, брала меня с собой. Лорду Колборну нужно было имя, и он получал его любыми путями.

– Долгих темных лет тебе, Ширли, – рассматривая каморку, благодарила меня Бетти. – И мы тут будем жить только вдвоем с тобой? – все еще не верила она, даже несмотря на то что в комнате стояло всего две кровати. – Директор приюта перед отъездом предупредила, что у меня будет несколько соседей, но никак не одна. Настоятельно просила меня не влипать в неприятности. Я была уверена, что мне придется поселиться с ними, – намек на богатых девиц я поняла. – Потому и не торопилась выбирать себе что-то лучшее. Все равно отобрали бы. Какие бы порядки ни были в академии, все равно все лучшее достается тем, у кого имеются деньги и власть, – с сожалением проговорила она.

– Главное, нам не придется с ними пересекаться в коридорах общежития, – открыла я дверь в ванную комнату. – Как и стоять в очереди в душ.

Бетти чуть ли не хлопала в ладоши, радуясь каморке. Я тоже осталась довольна девушкой и не пожалела, что именно ее позвала жить в одной комнате. Осталось познакомить ее с Алариком.

– И долго мне тут томиться в ожидании? – услышали мы нетерпеливый голос духа.

Я улыбнулась, ожидая такой выходки. Бетти же замерла и выронила из рук вещи, что доставала из наплечной сумки.

– Кто здесь? – обернулась она и удивилась еще сильнее, когда заметила, что кроме меня и нее никого в комнате не наблюдалось.

– Еще наш один сосед, – проговорила я, шагнув к шкафу. – Но не переживай, место он занимать не будет.

– Он? – Бетти удивилась еще сильнее, ведь парней селили в другом крыле.

Я же убрала шторку, что повесила на дверцу шкафа, где в зеркале уже проявился Аларик во всей своей красе.

– А вот и я! – воскликнул Аларик, стоило мне задвинуть шторку.

Первая встреча вышла фееричной. Бетти заорала, вскочив на кровать. Дух в зеркале тоже. Одна я стояла посередине комнаты и ждала, пока эти двое успокоятся.

Потом пришлось успокаивать соседку и объясняться. Сперва Бетти категорически была против нашего соседа. Она все норовила пойти к мистеру Сэппелю просить поменять нам шкаф. Затем пыталась снять зеркало, но порезала себе руку и успокоилась. Пришлось увести девушку в столовую. Еда всегда успокаивала и делала людей добрее. Так и вышло с Бетти.

– Хорошо, соглашусь с тем, что он может нам быть полезным, – выдала она после того, как закончила с обедом.

Уже в нашей каморке Бетти взялась проверять способности Аларика.

– А ты можешь переместиться во все зеркала? – допытывалась она духа, пока я готовилась к завтрашнему дню.

Уже завтра для адептов первого курса начиналась учеба. Сперва нас должен был поприветствовать ректор и произнести речь. Уже после должно состояться знакомство с деканом и непосредственно с нашим куратором. И я с нетерпением ждала этого момента, хоть и понимала, что мне придется столкнуться с трудностями.

– А ну, покажи мне комнату Вайолет Кайлани, – попросила Бетти, словно приказ озвучила.

Аларик тут же пропал, и в зеркале проявилась более просторная, чем наша каморка, комната девушек. Я тоже заинтересовалась, кого же это захотела увидеть моя соседка, и взглянула на зеркальную гладь. Увидев ту самую блондинку, удивленно взглянула на Бетти.

– Кто она? И почему ты ей интересуешься? – встала я рядом с девушкой.

– Тс-с-с! Они же нас услышат, – шикнула на меня Бетти.

– Не услышат, Аларик может показывать только картинки, но не передавать голос, – уведомила я соседку.

Но в глазах Бетти не увидела сожаления. Наоборот, лишь блеск предвкушения.

– Мы это исправим, – обещала она, чуть ли не прилипнув к зеркалу.

На той стороне даже без голосов было понятно, что разворачивалась не очень красивая сцена. Посередине комнаты стояла та самая Вайолет, а по обе стороны от нее две девушки, ничем не отличающиеся от их предводительницы. Все трое смотрели на четвертую, которая разбирала вещи. Видимо, не свои. По лицам трех девиц было понятно, что они были недовольны.

– Перестань, – попросила я Бетти, понимая, что мы мало чем можем помочь той девушке.

Захочет и найдет в себе силы противостоять этим – будет хорошо. Нет – тогда ей так и придется терпеть приказы и тумаки от предводительницы той троиц. Мне же вообще не следовало куда-либо вмешиваться, чтобы не накликать на себя беду. С таких, как Вайолет, станется. Они и без причины найдут к чему придраться. В памяти тут же всплыли моменты с Маргарет Мангорт. Я ничего ей не сделала, но тем не менее она при каждой нашей встрече цеплялась ко мне по любой мелочи. И почему-то с Вайолет они показались мне два сапога пара.

Аларик послушался меня и сменил картину, явив нам себя. Ненадолго.

– Я скоро вернусь к вам, – и пропал.

Бетти разочарованно вздохнула и принялась вместе со мной готовиться к завтрашнему дню. Учебники нам еще не выдали. Расписание занятий станет известно только завтра, потому мы подготовили только форму. Так и не дождавшись Аларика, мы с Бетти ушли знакомиться с академией. Вернулись в каморку уже поздно, но дух так и не проявился. Сходив на ужин, стараясь держаться в столовой подальше от троицы Вайолет, которая успела и там найти себе жертву, мы снова закрылись у себя в комнате. Сходив в душ, уже улеглись каждая по своим кроватям, когда за шторкой заговорил Аларик.

– У меня для вас потрясающая новость! – воскликнул он, но ни одна из нас не захотела покидать теплые кровати. – Но я все равно ничего вам не скажу. Завтра все узнаете сами и сильно удивитесь.

– Тогда сгинь, не мешай нам спать, – Бетти запустила тапочкой в шкаф, и на этом наш вечер завершился.

Утром мы проснулись от громкого звука. В академии была своеобразная побудка. Будильник для всех. Ну хоть пропасть не получится. Адептов первого курса собирали в холле академии. К нашему приходу он был заполнен. Нам пришлось встать в сторонке, чтобы не толкаться. Речь ректора Тедерика я пропустила мимо ушей, задумавшись о своем. Прислушалась только тогда, когда Бетти толкнула меня своим локтем.

– Я рад представить вам нового преподавателя академии и непосредственно вашего куратора, мистера Харта Хэнингса! – услышала я слова ректора. И тут же в памяти всплыла просьба лорда Уолтэра держаться от этого самого мистера подальше.

“Да кто же он такой?” – вытянула я шею и тут же встретилась с мужчиной глазами.

Ойкнула и тут же спряталась за спину Бетти. Темный маг. Сильный.

– Что с тобой? – мое поведение удивило соседку, но среди толпы мне не хотелось объясняться.

Мистер Хэнингс проговорил недолго. Поприветствовал адептов, попросил всех пройти в аудиторию и на этом спустился со сцены. Даже ректор изогнул брови, но останавливать нового профессора не стал. Темно-серые мантии зашевелились и направились к выходу. Мы с Бетти последовали за всеми. В аудитории нас уже ожидал наш куратор. У некоторых он спрашивал имя, других пропускал.

– Адептка? – я тоже удостоилась чести попасть под его внимание.

– Ширли Флеминг, куратор, – я едва удержала себя, чтобы не присесть перед ним в книксене.

– Ширли Флеминг, – повторил он мое имя, словно смакуя его и впиваясь в меня своими обсидиановыми глазами. Неужели разгадал и увидел мое истинное лицо? – Занимайте место за партой, адептка. Начнем занятие.

Фух! Пронесло!

Глава 12

Глава 12. Куратор

Кьяра - Ширли

Мистер Хэнингс отвернулся и махнул рукой. На доске тут же проявилась надпись мелом: Основы темной магии.

– Кто первым готов продемонстрировать нам свои способности? – оглядел он аудиторию, полную адептов.

Я вся сжалась, готовая спрятаться под партой. Как я покажу свою магию? Ведь даже адепты почувствуют светлую эманацию, стоит мне только произнести заклинание. Я все еще не разобралась, как буду скрывать, что светлая, и как буду магичить, чтобы меня не разоблачили. Бетти все еще подозрительно поглядывала в мою сторону, но уверенно подняла руку. Я воровато огляделась. Был лес рук, особенно хотели отличиться девушки. Вон Вайолет чуть ли не с места вскакивала, чтобы первой вызвали ее.

– Адепт Ивлин, – раздалось как гром среди ясного дня.

С верхних рядов к доске спустился парень. Видимо, куратор успел узнать у того имя. Адепт не стал мешкать, сделал пасы руками, и в сторону мистера Хэнингса полетел темный сгусток. Тот без лишних телодвижений поглотил его.

– Неплохо, адепт Ивлин, – был ответ куратора. Они кивнули друг другу, парень вернулся за парту. – Кто следующий?

– Можно мне, куратор? – Вайолет все же не выдержала и вскочила со своего места.

Мистер Хэнингс лишь сделал приглашающий жест, затем скрестил руки на груди. Девушка, вся из себя довольная, принялась магичить. В отличие от Джеральда Ивлина, адептка Кайлани не стала нападать на куратора, а сотворила необычайной красоты черную розу с капельками росы на лепестках. Можно сказать, тонкая ювелирная работа.

– Адептка Кайлани, свои знания по ботанике будете показывать на занятиях мистрис Пирси, – Вайолет похвалы не получила. – У меня же вы будете изучать основы темной магии.

Девушке ничего не оставалось, как вернуться за парту. Но куратор не остановился на двух адептах. Он вызвал еще нескольких. Кого-то хвалил, если его “неплохо” можно считать одобрением, кого-то провожал за парту хмурым взглядом. Я уже было расслабилась и с интересом смотрела на своих сокурсников, пока не услышала свое имя.

– Адептка Флеминг, прошу, – встретилась я глазами с куратором.

В них я не сумела прочитать ничего. Абсолютно. Словно передо мной был отнюдь не живой человек и сильный темный маг. Сердце учащенно забилось. Я понимала, что когда-то настанет время, когда мне придется отвечать у доски. Но никак не ожидала, что это случится в первый же день учебы.

– Смелее, Ширли, – услышала я повторно.

Следом Бетти толкнула меня в бок. За спиной зашептались. Пришлось выйти к доске. Мысли в голове лихорадочно метались. Я пыталась вспомнить хоть одно универсальное заклинание, что использовали и темные, и светлые маги.

– Нападайте, куратор, – попросила я.

– Вы уверены, адептка Флеминг? – в голосе куратора я услышала нотки недоверия, и его брови насмешливо изогнулись.

– Уверена, – улыбнулась я, понимая, что правильно выбрала заклинание.

Мистера Хэнингса не пришлось просить дважды. Куратор сделал пасы руками, и в мою сторону полетел сгусток чистой темной магии. По моей спине побежали мурашки. До этого дня я не видела чистую темную магию, как и не встречалась с темными магами. Но я не растерялась и тут же поставила щит. Магический шар куратора столкнулся с моей защитой и вернулся к хозяину. Теперь во взгляде мужчины читалось удивление.

– Неплохо, адептка Флеминг, – проговорил куратор и потерял к мне всякий интерес.

Я вернулась за парту. Мистер Хэнингс не стал больше никого вызывать для демонстрации способностей, а продолжил лекцию. Мы все дружно раскрыли тетради и начали записывать за ним. Объяснял он доступно, формулы записывал понятно, отмечая некоторые моменты и останавливаясь на них более подробно. За все время лекции куратор больше ни разу не посмотрел в мою сторону, и я полностью расслабилась. Значит, мне только показалось, что он что-то почуял или увидел мое истинное лицо.