Развод. Три ангела для неверного

– Знаю! Мы вместе хотели, – сажусь на пуф в её прихожей, размазанный и почти убитый, – где моя жена? – сжимаю тест с двумя полосками в руке.

– В больнице, только я не скажу в какой, не заслуживаешь!

Я закрыл глаза и облокотился на стену. Передо мной возникла горькая картина, как Зоя стоит в той прихожей, видя меня на кухне с Мариной, убегает... где-то на улице падает в обморок, пока я вызываю скорую её племяннице, и теряет нашего малыша. По её ногам бежит кровь, а она с упрёком, молча смотрит на меня.

Почему умер наш с ней ребёнок? Не Маринин, а наш, долгожданный и любимый?

– Это я его убил Оля, я! – бью себя кулаком в грудь.

– Ты уже ничего не изменишь, ты виноват и Зою ты не вернёшь. Она никогда не простит тебя!

– Я на всё готов, Оля, я готов за всё ответить, что мне делать?

– Для начала дать ей время. Не ищи её, не надоедай, пусть придёт в себя, подумает.

– Я не могу её одну оставить сейчас, как ты не понимаешь?

– А у тебя выбора нет, будешь преследовать, она тебя ещё больше возненавидит. Отпусти, твоё к тебе вернётся!

Встаю со стула, молча выхожу из квартиры и бреду вниз по лестнице.

***

Прошло несколько дней.

Зоя

Уже несколько дней подряд я засыпаю под утро, сплю по два часа и просыпаюсь с мыслью, что мне всё это приснилось. Сейчас я проснулась и всё будет хорошо, сейчас войдёт мой муж и поцелует меня, а я обниму его и попрошу сегодня не оставлять меня одну.

Но это состояние длится несколько секунд, потом я возвращаюсь в реальность. Измена Славы, беременная племянница, и каждую ночь одно и то же. Единственное, из-за чего я ещё держусь, это мой ребёнок.

В какой момент он отдалился от меня, я никак не могла понять. Он не менялся, мне казалось, что он любил меня так же, как и раньше, никаких перемен в его поведении или чувствах я не замечала, неужели так искусно он умеет это скрывать? Он не прекращал заботиться обо мне и с трепетом относиться. Как я умудрилась упустить этот момент, когда он закрутил роман? Я просто не могла не почувствовать это.

А последние полтора года мы очень основательно работали над тем, чтобы забеременеть, может он действительно устал? Он же так и написал мне. Он закрутил роман с Мариной, а та сразу и залетела, и всё, не надо больше никаких больниц, врачей и анализов. Вот тебе готовая семья.

Так хочется снова зареветь, но сегодня я не могу себе этого позволить. Слава подписал бумаги о разводе, и сегодня я выхожу замуж за его сводного брата, а завтра мы летим в Дубай. Для Игоря это очень важный контракт. Я должна помочь ему, а он поможет мне навсегда избавиться от мужа, потому что иначе он не отстанет от меня. Он подписал документы о разводе, но я знаю его тактику, он делает шаг назад, чтобы потом сделать два вперёд.

***

Стою возле ЗАГСа, подъехала за десять минут, припарковала машину и жду у двери. Холодно, снег пробрасывает, октябрь, кутаюсь в шарф. Смотрю на себя в стекло, господи, женщина какая-то...

Где я? Куда подевалась молодая и красивая Зоя? Отворачиваюсь.

Девушка красивая, яркая, на шпильках, выходит из машины и идёт к ЗАГСу, говоря по телефону. Блестящие словно выглаженные утюгом длинные чёрные волосы собраны в высокий хвост, заколоты шпильками с белым жемчугом. В ушах тоже красуется жемчуг. Из-под чёрного кашемирового пальто виднеется белая шёлковая рубашка, на среднем пальце тоже жемчуг.

– Да, приехала. А мне важно! Мне важно посмотреть на ком женится этот козёл! Я ему два года жизни отдала, а он женится! – проходит она мимо меня.

Отхожу в сторону, уступая ей дорогу.

– Суворин у меня ещё попляшет, – слышу я затихающий голос скрывающейся за дверью девушки.

Это что ещё такое? Суворин? Это его девушка? Наверное, бывшая. Господи, куда я влезла?

Поднимаю глаза к небу:

– Что я делаю? – шепчу себе под нос.

– Зоя? – неожиданно раздаётся голос Игоря, я вздрагиваю, – пришла, – радостно подаёт мне руку.

– Не надо, я... – запинаюсь, – не знаю, что творю, не смогу.

– Что? Ты передумала?

– Только что твоя девушка вошла...

– Какая ещё девушка? – недоумённо смотрит на меня Игорь.

– Брюнетка, длинные волосы и...

– Аа-а! Понятно! – с облегчением. – Зой, не переживай, мы расстались месяц назад. Полтора года попыток родить ребёнка, в итоге человека интересуют только салоны красоты и путешествия.

– Я бы не хотела столкнуться с ней.

– Не волнуйся, я всё решу!

Суворин берёт телефон, звонит кому-то и отходит. Поговорив, возвращается.

– Сейчас охрана всё решит, пошли, – берёт меня за руку, и мы заходим в здание ЗАГСа.

За нами идут четыре охранника, опережая нас, два идут в сторону брюнетки, два закрывают нас и провожают до нужной двери.

Игорь быстро помогает мне снять пуховик и снимает пальто. Одну руку кладёт мне на плечи и подталкивает вперёд. От этого объятия возникает какая-то слабость в коленях.

Уже много-много лет ко мне не прикасался посторонний мужчина, только мой муж.

Запялилась на Игоря, секунда-две, он неотразим. Одет с иголочки, пахнет свежестью, волосы красиво уложены, выглядит очень дорого.

И я такая... как лохушка рядом с ним! Знала бы, что его бывшая припрётся, хоть накрасилась бы нормально и платье красивое надела.

Нас пригласили к столу.

Мы заполняем заявления.

Случайно не в той строке пишу, расстроенно гляжу на Игоря.

– Ничего, милая, сейчас тебе дадут новый бланк, – он выжидающе смотрит на работницу ЗАГСа.

Она протягивает чистый бланк, я начинаю всё сначала.

– Волнуется, – Игорь кладёт мне руку между лопаток.

– Ничего, у нас много бланков. Игорь Вениаминович, с чего такая спешка? Почему не торжественно? – склоняет она голову на бок и мило ему улыбается, словно они старые знакомые.

– Мы беременные, – радостно сообщает ей Игорь.

– Ох, да вы что? – прижимает ладонь к сердцу. – Ну слава богу, наконец-то. Вот видите, желания сбываются!

– Сбываются, Маргарита Львовна, сбываются, – он кладёт ручку на стол.

– А у меня ещё печати о разводе нет, – шепчу испугано Игорю.

Не волнуйся, милая, всё сейчас сделают.

Я отдаю свой бланк Маргарите Львовне.

– Ну что, мои дорогие, подождите в коридоре, мы подготовим документы и распишем вас. Минут через десять-пятнадцать, – она берёт бланки, паспорта и выходит, – а, кстати, какую фамилию берёт будущая жена?

– Мою! Мою, конечно, Маргарита Львовна, – улыбается ей Игорь.

– Смешная шутка, – грустно улыбаюсь. – Фамилии у нас одинаковые.

– Зато ты улыбнулась.

Мы выходим в коридор.

– О-о, твой пришёл, – так естественно и спокойно говорит мне Игорь.

– Он не мой, – шепчу ему с горечью, – вот уже девять месяцев другая женщина носит его сына. Язык не поворачивается называть её «племянницей».

– Мой брат всё профукал. Вот пень... Убрать его отсюда?

Я стараюсь не показывать Славе, как я страдаю. Сделала каменное лицо и отвернулась. Охранники Игоря, как четыре скалы, загородили ему путь.

– Зоя! Зоечка! – кричит Слава, пытаясь пробиться ко мне. Плечами толкает охранников Игоря.

Я его понимаю, где-то в глубине души, ему надоело ждать, и он таким образом решил проблему. Он так хотел ребёнка, но не дождался нашего.

И теперь не надышится на живот Марины. Должно быть, разговаривает с её животом. Сердце больно сжимают тиски, слёзы так и просятся наружу. Кажется, Игорь это замечает и закрывает меня от взгляда Славы своей большой спиной.

– Эй ты! – обращается он к Игорю, – ты мне так мстишь, да?

Игорь спокойно смотрит, как Слава вырывается из крепких рук его охранников.

– Иди сюда, что ты спрятался за своих бугаев? – орёт Слава. – Зоя? Любимая, никого не слушай, я люблю тебя, не делай глупости, умоляю! Зой!

Я начинаю плакать:

– Пусть они его выведут, пожалуйста, – поднимаю заплаканные глаза на Игоря.

Он кивком головы даёт знак своим ребятам, и они хватают моего уже бывшего мужа и тащат на улицу.

– Ну, у вас здесь прямо трагедия, – выносит Маргарита Львовна нам документы.

– Не обращайте внимания, – спокойно улыбается ей Игорь.

– У вас и фамилии одинаковые, – смотрит она на нас по очереди, словно ждёт объяснений, – это точно судьба, ну что, я вас поздравляю, вы женаты!

– Благодарим Вас, Маргарита Львовна, за помощь, – отдаёт ей Игорь толстый конверт. Очевидно, там немало денег.

Она, оглядевшись по сторонам, засовывает его во внутренний карман пиджака.

– Ну что, пошли? Здесь есть выход с другой стороны, нам уже машину подогнали, – он гасит экран телефона и прячет его в карман.

И мы быстро идём на выход, по дороге накидывая куртки.

Глава 6 – День Игоря

Игорь

– Яна, прекрати мне названивать, что за детский сад?!

– Ты не можешь так со мной поступить, – чуть ли не кричит она ему в трубку, – выходи, поехали домой! – приказным тоном говорит Яна.

– Домой? Мы расстались месяц назад, у нас дома нет. Нас нет, Яна.

– Ну так давай всё вернём? – замурлыкала она, – зачем тебе эта замухрышка?

Игорь вспоминает лицо Зои. Сейчас она выглядит унылой, замученной и уставшей. Но он видел её и другой, когда она приезжала к мужу и шла по коридору, такая статная, красивая и подтянутая, он улыбается.

– Игорь Вениаминович, убрать её? Битый час стоит на улице возле Вашей машины, её поцарапает, от этих баб всего можно ожидать, – спрашивает его один из охранников.

– Секунду, – останавливает его и продолжает говорить с Яной.

– Всё, Ян, мне некогда, время заканчивается.

– То есть? Это всё, да? Вы поженились, и ты с ней теперь? А как же я?

– У нас договорённость была?

– Ну была, – расстроенно отвечает она.

– Ребёнка нет.

– Ну можно ещё попробовать, Игорь? Давай всё вернём как было?! Зачем тебе эта... дура.

– Она беременна, – вдруг вырвалось у Игоря.

– Что? – Яна истерически закричала в трубку.

– Беременна? Эта лохудра? Да когда ты успел? Ты... ты...

– Козёл, – продолжает он, – тварь, мразь. Да. Яна, зачем тебе такой? Живи, получай удовольствие от жизни, а мне нужна семья, понимаешь?

– Сволочь! – бросила она трубку.

– Фух, отбился, – Игорь прячет телефон в карман.

– Игорь Вениаминович, может помочь девушке уйти?

– Не надо, у неё ноги есть. Дорогу найдёт, – отодвигая жалюзи, смотрит в окно, чтобы убедиться в этом. Яны нет.

Охранник выглянул в окно, выдохнул и успокоился.

– Ну всё ребята, работаем, – даёт команду своим сотрудникам.

Зоя

Приехала к подруге за своими чемоданами. И только погрузила их в машину, как появилась Алёна.

– Привет. Надо поговорить, – окинула она меня грустным взглядом.

– Привет. А есть о чём?.. – захлопываю багажник и облокачиваюсь на неё.

– Я разговаривала со Славой, – она печально вздыхает, – он убитый горем, на нём лица нет, не пьёт, не ест.

– Понятно, – чувствую, как изнутри поднимается волна ненависти к этому изменнику, ещё и Алёна похоже переобулась в воздухе и приняла его сторону.

– Зоя, у них было один раз и то он ничего не помнит, она ему подсыпала что-то походу.

– Конечно, хорошая отмазка ничего не помнить...

– Ну это правда! Зой, поверь ему, не уходи, не бросай Славу, он не сможет без тебя...

– Ещё как сможет. В кровать с другой смог лечь.

– Так это ты же тогда уехала, оставила его с этой своей... племянницей. А та его чем-то напоила, и он ничего не помнит!

– Я-я-я? Так это я виновата? – округляю от удивления глаза.

– Конечно нет, но оставлять мужика в одной квартире с похотливой девицей нельзя. Зоя, он же хороший мужик, где ты ещё такого найдёшь? А с ней он возится только из-за ребёнка, между ними ничего!

– А мне такой мужик не нужен, за которым следить надо и бояться каждую похотливую девку.

– Ну она же его сейчас с удовольствием захомутает!

– Меня это уже не касается.

Алёна смогла усилить мои сомнения, психолог из неё точно никакой.

– Зоя...

– Алёна, хватит! И ты туда же! – я подхожу к дверце, она следует за мной.

– Ты же будешь жалеть об этом. Я не хочу, чтобы ты вот так разрушила свой брак! Всего лишь помочь пытаюсь!

– Пока, Алён, – холодно бросила я и села за руль, заблокировав двери.

Алёна поковыляла в другую сторону.

Мир, в котором я жила, рухнул. А я еду в свою новую жизнь. Буду фиктивной женой сводному брату моего бывшего мужа. Буду готовиться к родам и учиться жить без Славы.

Но вдруг в мою голову закрадывается мысль – может реально послушать Алёну и вернуться к Славе? И тогда моя жизнь станет такой, как раньше...

Блин, такой бред! Нет, я не смогу больше его любить как раньше и доверять. И мне и моим детям придётся делить его с другой семьёй. Нет! Ни за что!

***

– Ты опрофанился, Слава, – Стас подпирает лоб рукой, – жену не смог уболтать, просто наобещать ей всего, вымолить прощения, на кону большие деньги, понимаешь? Очень, очень большие. Наши люди всё узнали, где, когда, надо было приехать и просто вернуть свою жену, ведь не могла же она тебя за сутки разлюбить?

– Как ты себе это представляешь? Меня даже не подпустили к ней!

– Плохо значит пробивался.

– Да там четыре охранника, а я один приехал.

– Ушлый твой братишка, да? И жену, и контракт увёл.

– Гад! Не может простить, что мой отец выбрал мою мать, а не их с матерью. Мразота. А Зоя... замуж за моего врага. Совсем мозги поплыли!

– Ну что сказать, ты сам виноват. Самое стрёмное, что из-за тебя мы теряем мега-контракт. Может по-быстрому распишешься с Маринкой и поедешь к ним с ней?

– Ты рехнулся? Ни за что! Я на неё смотреть не могу. Всю жизнь мне сломала!

– Выхода нет, Слава, нам нужен этот контракт, ты соображаешь башкой своей? – психует он. – Речь не только о деньгах, о благополучии всей компании, о статусе!

Поднимаю взгляд на Стаса:

– Я чтобы больше такого не слышал от тебя... брат называется!

– Тогда считай, что ты всё под откос пустил.

– Я всё потерял, Стас, – хожу по кабинету, – и выхода нет, нет.

– Тебе надо попытаться ещё раз с Зоей поговорить.

– Я всё тупо просрал! Надо было не соглашаться селить Марину у нас, снять сразу ей хату и всё, нет же, я её как родную принял, а она что?

– Стерва! – поддерживает Стас.

– И самое интересное, Стас, ничего ведь не помню, ни-че-го!

– Пить надо меньше...

– Да я и не пил много-то, прицепилась ко мне, плакала...мол парень бросил.

– Долго мусолить будешь одно и то же? Бедненький ты наш.

– Я не знаю, что мне делать, Зоя не хочет со мной разговаривать. Она расписалась с этим... бревном! Я думал она меня любит, поймёт, мы поговорим. А она...

– Стерва! – снова повторяет Стас.

– Она не стерва! Не смей так про мою жену...

– Не жена она уже тебе.

– И всё же.

– Ну хорошо. Хватит уже ходить туда-сюда, у меня голова кружится.

Я сел за стол, сложил руки и уткнулся в них небритым подбородком.

***

– Так, давайте повторим, – секретарша Игоря, которая маячила рядом с нами всё это время, подняла указательный палец вверх.

Мы толпились в дубайском аэропорту, а она, милая, пышная женщина лет тридцати с хитринкой в глазах и отменным чувством юмора, вдруг собралась нас проверять.

Мы все переглянулись и улыбнулись.

– Где вы познакомились? – сделала она серьёзное лицо.

– На благотворительном приёме, – быстро ответила я и одновременно со мной ответил Игорь. – В кафе.

– В кафе слишком фривольно для здешних нравов, остаёмся при первом варианте. Вы познакомились и мгновенно почувствовали неодолимое влечение. Но помните, – секретарша сделала значительную паузу, – здесь к разведённым относятся... с большим предубеждением. Особенно к разведённым женщинам. Поэтому в вашей истории не должно быть и намёка на предыдущие браки. Вы вместе долго. Это важно. Так. Следующий вопрос: где живёте?

– За городом, – вырвалось у меня, пока мозг лихорадочно перебирал варианты.

Голос Игоря наложился на мой, чёткий и властный:

– У меня.

– Совершенно верно, – тут же подхватила секретарша, бросая на меня исправительный взгляд. – У Игоря Вениаминовича. Зоя, вживитесь: вы живёте у мужа уже годы. Держитесь в рамках традиционной, давней семьи. Здесь патриархат. И да, молчите, если вас не спрашивают.

– Хорошо, – кивнула я, чувствуя, как подступает тошнота от этой игры.

– Распорядок, подтверждающий вашу историю: по утрам Зоя готовит завтрак, по средам вы совместно обедаете – в тот день у неё приём у косметолога рядом с вашим офисом. В выходные взаимный массаж и прогулки в парке. Для цельности картины.

– Не многовато ли интимных деталей для посторонних? – не удержалась я.

– Для местных это не интимные детали, а доказательство прочности брака. Чем больше привычек и ритуалов, тем правдоподобнее, что вы вместе давно. Итак, Зоя, любимое блюдо вашего супруга, которое вы готовите ему уже много лет?

Я замялась, метаясь между правдой и вымыслом:

– Ммм... борщ... пельмени...

– Борщ и пельмени – приемлемо, – с лёгкой усмешкой заключил Игорь, и в его взгляде мелькнуло что-то вроде одобрения. – Она у меня мастерица пельмени лепить.

– Идеально. Главный акцент на беременности. Вы – счастливая, устоявшаяся пара, ожидающая двойню. Не упускайте этот момент.

– Наташа, как ты считаешь, Зое лучше быть в платке на подписании? Хотим исключить любые риски.

– Можно и без, но если хотите произвести безупречное впечатление, наденьте лёгкую шейлу. Лучше перебдеть. У меня есть парочка на выбор. А теперь поехали, нас ждёт машина.

Игорь взял меня под локоть, его пальцы тепло и крепко сомкнулись на моей руке. Он наклонился так, что его губы почти коснулись моего уха, и тихо, но так, чтобы слышала только я, сказал:

– Всё получится. Дыши.

***

Самолёт приземлился на рассвете, когда Дубай ещё только просыпался и высокие зеркальные башни играли розово-золотистыми бликами от солнца.

Игорь бросил на меня довольный взгляд, неизбежное совсем рядом, у меня скоро будет двойня и миллионный контракт почти в кармане у Игоря. Можно сказать зубами вырвал у брата и жену и контракт. Как когда-то они забрали у него отца. Какое стечение обстоятельств. Я надеюсь, что Игорь не хочет мстить и у него нет такой цели, мне это совсем не нужно.

Дворец встретил нас прохладой мрамора и тихим журчанием фонтанов. В большом холле, где ковры красовались на длинных ступенях, а по стенам тянулись узорчатые арабески, нас встретили церемониальные охранники и несколько помощников в белоснежных кандурах.

Игорь держал меня за локоть, и нас вели по коридорам, пока мы не пришли в шикарный зал. Интерьер был выдержан в строгой роскоши: золото инкрустаций, глубокий цвет полированного ореха и тяжёлый, поглощающий свет бархат. В центре, под низко висящей хрустальной люстрой, стоял накрытый стол. В воздухе витал густой, пряный аромат кофе из крошечных фарфоровых чашечек, расставленных на низких диванах вокруг массивного стола.

С нами шла секретарша Наташа, гендиректор. Охрану Игорь оставил снаружи.

В двери вошли два солидных охранника, затем раздался ровный, торжественный голос:

– Шейх, Зейн ибн - султан Заид Аль Мактум, – объявил один из них.

В комнате воцарилась благоговейная тишина. Двери раскрылись и в зал вошёл человек. Тот самый шейх, с кем мой бывший муж Слава вёл переговоры из России. Я запомнила его лицо.

Он был в традиционной одежде, лицо спокойное, с глубокими морщинами. Он остановился на пороге, осмотрел Игоря и склонил голову в лёгком приветствии.

Игорь сделал шаг навстречу и произнёс с улыбкой:

– Ассаляму алейкум, для нас большая честь.

Шейх ответил на чистом арабском, но его слова перевёл его сын, стоявший рядом:

– Waalaykum assalam. Ahlan wa sahlan. Добро пожаловать в мой дом.

Это приветствие – «мир вам», «добро пожаловать». Перевёл его сын.

И я почувствовала, как напряжение в зале слегка спадает. Шейх очень серьёзен и уверен, но доброжелателен и это для меня хороший знак.

Он пригласил всех сесть. Его манера – без лишней холодности и фамильярности – задавала дружелюбный тон беседе.

Он взял в руки дорогую кожаную папку с документами, раскрыл её и посмотрел на Игоря, заговорив по-арабски. Сын начал переводить:

– Этот контракт дорого для меня обойдётся, – он слегка улыбнулся, – но мой сын мечтает работать с русскими. Он любит Россию. У него русская жена, – улыбается сын и тут же поправляет, – у меня жена русская.

Шейх продолжает:

– Мне важно, чтобы это было честно.

– Мы очень рады сотрудничеству с Вами, наши компании могут многое дать друг другу.

Шейх принял поданную ручку, и его подпись на страницах контрактов легла тяжёлым, неторопливым росчерком – целый ритуал власти и согласия.

Игорь инстинктивно сжал мою ладонь. Я взглянула на него с немым вопросом и тревогой. В ту же секунду я поймала на себе взгляд Наташи. Её лицо было искажено мгновенной, почти панической гримасой: «Разомкните руки. Сейчас же». Мы одновременно ослабили хватку. Я всё ещё не понимала, в чём провинность – мы же муж и жена.

Затем Наташа едва заметно выдохнула, и её взгляд смягчился, сменив панику на усталое указание: «И выражения лиц поправьте».

Я заставила уголки губ поползти вверх, создавая улыбку, и встретилась глазами с Игорем. В его взгляде читалась та же вынужденная собранность.

– Всё в порядке, расслабься, – его шёпот коснулся моего уха, горячий и сдавленный.

Шейх, подняв на мгновение глаза от бумаг, заметил этот мимолётный обмен взглядами. Его собственные губы тронула едва уловимая, одобрительная улыбка – не столько к нам, сколько к самому факту: вот она, зримая гармония, должная сопровождать такие соглашения.

Я понимаю, что каждая эмоция на моём лице – это знак для шейха, который он прочтёт и будет трактовать по-своему, поэтому важно не волноваться и делать вид, что мы любящая семейная пара.

Я прижалась плечом к плечу мужа и нежно ему улыбнулась, что на миг мне показалось, что у нас всё по-настоящему. И так захотелось настоящей любви и семьи... только со Славой, что сердце сжалось.

Настала очередь Игоря подписывать. Он быстро поставил подписи.

– Ну вот, настало время закрепить нашу дружбу, – произнёс его сын.

В этот момент вынесли бархатный поднос, на нём лежали мужские и женские золотые часы, с аккуратной гравировкой национальных узоров. Золото кричало о статусе и уважении.

Мы взяли подарки и поблагодарили Зейна.

Генеральному и Наташе тоже вынесли подарки. Более скромные.

Зейн пригласил всех на ужин. Тут же начали заносить горячие блюда и воздух наполнился ароматами мяса и специй: шафран, кардамон, мускат...

Вышли женщины, все покрытые, нам представили их как жён.

Разговор лился легко, мы говорили о России, о её зимах и людях, сын шейха рассказывал, как русская литература повлияла когда-то на него, когда он учился в России. Иногда в беседу вливался смех, искренний, без масок.

Незаметно за окном потемнело, день растаял в бархатной темноте. За окнами дворца светились огни города. Мы стояли на балконе, Игорь радостно обнимал меня, притягивая всё ближе.

***

Возвращение

– Ну вот мы и дома, – устало произнёс Игорь, помогая мне снять пальто.

Я молча иду в гостиную. Перелёт меня очень утомил.

– Игорь Вениаминович, ужин готов, можно подавать? – слышу голос домработницы.

– Подавай, – отвечает он ей и переводит взгляд на меня, – пойдём ужинать?

В горло ничего не полезет, там ком.

– Извини, аппетита нет, прилягу. Устала.

– Ты весь день почти ничего не ела...

– Завтра поем, ты не волнуйся. Где моя комната?

– Рита, – позвал Игорь домработницу, – покажи Зое Владимировне её комнату.

– Прошу за мной, – приятная женщина пригласила меня идти за ней.

Мы поднялись на второй этаж, и она завела меня в просторную комнату.

– Красота какая! – восхитилась я.

– Это точно, – в этом доме у каждой комнаты свой стиль, так любит Игорь Вениаминович.

– Как интересно...

– Я Вас оставлю, отдыхайте.

Рассматриваю прелестную комнату, что-то больше не хочется плакать... На полках много разных книг; двуспальная, шикарная кровать. Беру первую попавшуюся книгу: «Булгаков: Мастер и Маргарита».

Устраиваюсь поудобнее в кресле и начинаю читать.

Глава 7 – Рейс на Цюрих

Слава

Не могу сидеть. Встаю и начинаю мерить кабинет шагами. Стенка – окно – стенка. Задыхаюсь в этих четырёх стенах, будто они сжимаются.

Внутри всё горит. Один бокал. Один проклятый бокал – и вся жизнь пошла под откос. Сам всё уничтожил. Своими руками.

Телефон лежит на столе молча. Я смотрю на него, отворачиваюсь, снова смотрю. Каждые пять минут беру в руки – проверяю, вдруг она передумала или она просто так наказала меня и наказание закончилось.