Хочу тебя любить

- Пришел пожелать своей сестренке спокойной ночи, - ухмыляется бессовестный, при этом не забыв скорчить гримасу на слове «сестренка».

- В этом нет необходимости! – киплю я, словно чайник, который забыли снять с плиты. – Убирайся! Немедленно!

- Или что? – ухмыляется он, подходя ко мне ближе.

Господи, помоги! Молюсь мысленно, пока Виктор медленно, словно дикий зверь на охоте, приближается ко мне. Господи, мне страшно!

В этот момент, словно услышав мои безмолвные молитвы, за дверью раздаются шаги и раздается стук в дверь.

- Настя, - слышу голос Владимира, - у тебя все хорошо?

- Только попробуй сказать, что я тут, и ты пожалеешь, что родилась на свет! – каким образом Виктор оказался за моей спиной так молниеносно?

- Настя? – не унимается его отец, - считаю до трех и я захожу! Раз…

Виктор сжимает меня за горло, и я, глядя в его безумные глаза, налитые кровью, хриплю.

- Да…

Сильные пальцы разжимаются и дают доступ кислороду в мои легкие.

-Да, все хорошо, просто.., - что бы такое сказать? – Просто я увидела паука и испугалась!

Но теперь все хорошо, простите, что напугала вас!

- Ну хорошо, - уф, кажется он поверил, - спокойной ночи!

- Спокойной ночи! – отвечаю на его пожелание.

- А ты хорошо умеешь врать! – говорит Виктор, усаживаясь на кровать и закуривая сигарету, не переставая пялиться на меня. – Хотя титьки у тебя так себе…

И только тут я понимаю, что стою посреди комнаты абсолютно голая. Видимо пока я спала, полотенце ослабло и в момент моего рывка с кровати, оно, ничем не удерживаемое, упало на пол.

Хватаю с пола сей предмет и тут же заворачиваюсь в него, как в плед.

- Выйди из моей комнаты! Немедленно! – кричу, но не так громко, как бы мне хотелось. Чтобы снова не привлечь внимание взрослых.

Что они подумают, если застанут меня в таком виде рядом с Виктором? Нет! Даже представить страшно такое.

- Мы не закончили, - говорит мой гадкий сводный брат, медленно выдыхая мне в лицо клубы дыма.

Поднимается с кровати и выходит.

Я тут же запираю за ним дверь.

Меня всю трясет от пережитого. Чувствую себя так, будто меня переехал поезд. Тело все ломит и зудит.

-Гад! Сволочь! Какая же он сволочь! Скотина бездушная! Ненавижу! – луплю подушку и даю волю подступившим слезам.

И пусть утром буду вся опухшая, но остановить потоки слез я уже не в силах. Они попросту иссякли. Испарились.

За что мне это? Как я могла так ошибиться в человеке? Ведь поначалу он показался мне совсем другим. Мягким, ранимым, романтичным… А по факту оказался таким… гнилым.

Успокоившись, я все же заставила свое тело подняться с кровати и еле дотащилась в ванную. Приняла душ, насухо вытерлась полотенце и сразу же надела чистое белье. А сверху еще и пижаму. И хоть я заперла дверь после уходу своего сводного брата, но все же, как говорится, «береженого Бог бережет»!

Проверила окна, так, на всякой случай, и легла спать.

Видимо сказалась усталость, потому что уснула я моментально и проспала до самого ура без сновидений.

А утром меня ждал сюрприз…

Глава 7

Глава 7

А дождь на окнах рисует,

Напоминая о твоих поцелуях.

Все дело в том, что дождь ничем не рискует,

А я боюсь, что потерял тебя.

Я невозможно скучаю.

Я очень болен, я почти умираю,

А где-то ты и ничего не узнаешь,

А я боюсь, что потерял тебя.

Антон Токарев – Седьмой лепесток

Проснулась я разбитая. Все тело ломило. Голова гудела, словно на нее надели шлем и со всей силы лупили палками. Встала с трудом и направилась в ванную. Надеюсь, что после душа чуточку станет легче. Наивная. Легче не стало, наоборот, стало саднить шею. Наскоро вытерлась полотенцем и подошла к зеркалу.

- О не-ет, - из зеркала на меня смотрело бледное создание с огромными мешками под глазами, будто хомяк свои запасы там отложил. А на шее красовались красные пятна.

Машинально схватилась рукой за шею, чтобы скрыть этот кошмар.

- Господи! Как я покажусь в таком виде? – быстро завернулась в халат и выбежала из ванной.

- Что же делать? – бормотала себе под нос, расхаживая по комнате из угла в угол. – Как объяснить маме, откуда у меня все это.

Нужно что-то придумать. Спросить бы у кого. Мамуля отпадает. Остается… Точно! Позвоню Ленке, уж она точно что-нибудь да придумает, не зря же мы дружим с детского сада. И хоть Ленка далеко, в другом городе, однако же это не мешает нам дружить как и раньше.

-Да блин! – ругаюсь, все еще бегая по комнате в поисках телефона.

Вспоминаю, что вчера уснула с ним в руках, пока этот гад меня не разбудил.

Стоило только вспомнить своего сводного брата, как тут же сердце сделало рывок и забилось с утроенной силой.

Да чтоб он провалился! – топнула в сердцах ногой и запнувшись обо что-то рухнула на пол.

Поднимаюсь и понимаю, что причиноймоего падения стала куча одежды. Поднимаю первое, что попалось в руки. Футболка. Кажется, именно в ней вчера был Вик… Точно!

Этот мерзавец вчера ушел из моей комнаты безо всего.

- Гад! – бросаю футболку обратно и начинаю пинать его вещи. – Скотина! Урод! Кретин! Ненавижу! Гад! Гад! Гад!

Уф, - кажется, немного полегчало.

Собираю в кучу его барахло и, открыв окно, выкидываю все это на улицу.

- Вот так! – говорю с гордостью, закрывая окно обратно. – Нечего разбрасывать свои вещи где попало!

Нахожу телефон и набираю Ленке. Один гудок, второй, третий. Не берет трубку.

- Да блин! – вот невезуха. – И что же делать?

А, ладно, просто дождусь, когда мама с отчимом уедут, и тихонько выйду из комнаты. А пока можно почитать, если что, то притворюсь спящей. Точно! Так и сделаю.

Устроившись на кровати поудобнее, открыла в телефоне «Девчата» Бориса Бедного и принялась читать.

В дверь постучали.

Интересно, кто там? Любопытство меня просто распирало, но открыть дверь и узнать, кто там, я боялась. Поэтому просто молчала.

- Открывай, блядь, или я сделаю это сам! – услышала голос сводного брата.

Какого черта ему надо?! Кровь тут же прилила к вискам и в ушах зазвенело. Я пулей подскочила с кровати, быстро кинулась к шкафу и судорожно стала напяливать на себя вещи, что попались первыми.

- Я считаю до трех, и если ты не откроешь, то я вышибу это чертову дверь! – орал этот ненормальный.

- Что тебе надо? – спрашиваю, стоя у двери, не решаясь повернуть ключ.

- Какого хера ты выкинула мои вещи!

- А нечего бросать их где ни попадя! – да что он о себе возомнил! Если мы с мамой не из богатой семьи, то можно вот так по-хамски с нами разговаривать?!

- Ты совсем что ли оборзела, мелкая? – не унимается Виктор и со всей силы пинает дверь. – Открывай сказал!

- Уходи, или я позову твоего отца! – эх, не хотелось идти на крайние меры, но он меня вынуждает.

- Ахаха, - раздается за дверью его хохот, - попробуй. Папашка со своей прошма… ой простите великодушно, с мамашкой отчалили в закат!

Что он сказал? Я даже не придала значения его сарказму, настолько была потрясена новостью.

Мама уехала? И ничего мне не сказала? Не может такого быть!

-Может, - видимо я произнесла это вслух, потому что мой сводный гад тут же прокомментировал. – Она тут тебе записку накарябала.

- Что?! – он читает записки, предназначенные мне?

Я тут же распахнула дверь, чтобы вырвать из его лап письмо, что написала мне мамулечка.

- Отдай немедленно! – вылетаю из комнаты, но не удерживаю равновесия. Я падаю, потому что этот гад, видимо услышав, что я отпираю замок, рванул дверь на себя.

Ну, все, сейчас еще и нос вдобавок ко всему разобью, - проносится в голове.

Глава 8

Глава 8

Не узнать голоса и лица,

Взгляд серийного убийцы.

Потом остынем и пожалеем,

Ну а пока – кто больнее.

Г.Лепс feat TSOY (А. Цой) – Феникс

- Под ноги смотри, дура! – орет псих, но каким-то чудом умудряется меня поймать в сантиметре от пола.

- Руки убери свои от меня, дебил! – не остаюсь в долгу и обзываю его в ответ.

Бесит! Как же он меня бесит! Ненавижу! До глубины души ненавижу этого урода!

- Ты за базаром следи, овца! Совсем берега попутала?! – хватает меня за шкирку, словно котенка и встряхивает.

Моя голова трясется из стороны в сторону, как у китайского болванчика. Клацают зубы, и тут же адская боль дает о себе знать. Кажется, я прикусила себе язык. Слезы не заставляют себя ждать и моментально выступают из глаз. Неосознанно всхлипываю.

То ли мои слезы явились причиной, то ли внезапно проснувшаяся совесть решила навестить-таки моего мучителя, но бешеная тряска вдруг заканчивается и мое тело оставляют в покое.

Правда, мне уже все равно. Чувствую металлический вкус во рту. Господи, я надеюсь я себе язык только прикусила, а не откусила от него кусок. Мамочки, а что если все-таки откусила? Я же теперь не смогу разговаривать. А как же учеба? Господи, прошу тебя, помоги! Я все сделаю! Что тебе пообещать? Хочешь, я даже злиться на этого уро… Ой, что я говорю, то есть думаю. Нет-нет, не урода, на сводного брата, да так! Я даже злиться больше на него не буду. На дураков ведь не обижаются. Ой, что я такое несу!

- Блядь! – раздается рядом. – Что за …?

Меня резко разворачивают, и я оказываюсь лицом к лицу со своим мучителем. Боюсь смотреть на него. И все же, неимоверным усилием воли заставляю поднять взгляд, тем более, что сводный сам поднимает мою голову вверх, придерживая пальцами за подбородок.

Лицо у него сосредоточенное, он словно изучает меня, как заморскую зверушку. Хотя точнее сказать, как таракана, которого в любой момент можно прихлопнуть. Даже мокрого места не останется,

- Что?! – рявкаю и со всей силы бью его в грудь руками, отталкивая.

Но где там, стену и то легче проломить, чем этого. Он как стоял, так продолжает стоять, лишь плотнее сжимает губы, да и желваки у него ходят туда-сюда.

Неужели стукнет в ответ?

Я приготовилась к удару и закрыла глаза от страха.

- Ну же! – сама себе удивляюсь, как я набралась смелости сказать хоть что-то. – Чего же ты ждешь?! Или передумал?!

Да бей уже! – мысленно говорю и представляю, как он замахивается и …

В этот момент происходит что-то необъяснимое.

Я чувствую, как он начинает нежно, едва уловимо, касаться своим языком моих губ.

Путаюсь вырваться, но делаю лишь хуже.

Он резко притягивает меня к себе.

-Тш, - говорит шепотом, оторвавшись от моих губ. – У тебя кровь.

- Это все из-за тебя! – ору и начинаю изворачиваться изо всех сил.

- Да хватит уже! – он еще сильнее прижимает к себе, так, что я уже не могу не то что пошевелиться, а и дышать. – Да успокойся же, если не хочешь, чтобы я тебя уложил прямо на лестнице!

Только этого мне не хватало!

Замираю как оловянный солдатик и даже, кажется, не дышу.

Он, не моргая, смотрит на мои губы, а я не осознанно их облизываю.

Во рту пересохло. Сердце, сделав кульбит, забилось так, что я кроме его стука не слышу больше ничего.

Тук-тук-тук-тук-тук! – заходится бедное в бешеном ритме, готовое выскочить из груди.

Он наклоняется и накрывает мой рот своим.

Яркая вспышка перед глазами, разряд, меня словно расщепили на тысячи атомов, а потом снова собрали воедино. Это что-то невероятное. Взрыв. Космос. Я чувствую необыкновенную легкость. Голова идет кругом, будто я пьяная, хотя я не пригубила ни капли. Ноги становятся ватными, и если бы Вик не держал меня своими сильными руками, я бы так и растеклась лужицей у его ног.

- Мм, - слышу чей-то стон и вдруг с ужасом понимаю, что это мычу я.

- Так я и думал, - раздается смешок над ухом и меня резко встряхивают.

Открываю глаза, все еще не в силах отойти от поцелуя, и непонимающе смотрю на сводного брата.

- Хорошо играешь недотрогу, а я уж начал верить, что ты не шлюха, - говорит все это и развернувшись уходит. – Ах, да, чуть не забыл.

Возвращается и, подойдя ближе, говорит, не переставая смотреть мне прямо в глаза:

- Лучше тебе не запирать на ночь комнату!

Сказал это, подмигнул и сбежал по лестнице вниз.

Я же почувствовала себя такой жалкой, униженной. Меня словно в куче дерьма вываляли и поставили посреди площади на потеху прохожим и зевакам.

Внизу хлопнула дверь, а затем раздался шум байка.

Видимо мой личный монстр уехал.

Надеюсь, что надолго и у меня хватит времени, чтобы убраться из этого дома до его приезда!

Глава 9

Глава 9

Затянулось молчание долго.

И от глаз твоих холод веет.

Отыскать в них тепло без толку, Не согреют.

Ты уходишь не оглянешься,

Только волосы треплет ветер.

Начинается дождь и осень

В этот вечер.

Я бегу за тобой, за тобой,

Будто пес бродячий,

И весь до нитки промок

Под дождем мой костюм Версачи.

Но я бегу за тобой, за тобой,

Не могу иначе,

Хоть понимаю,

Что я для тебя просто пес бродячий.

Дмитрий Колдун – Пес бродячий

Проснулся я рано. Обычно я в это время еще сплю, но сегодня сон видимо решил обойти меня стороной, да и сушняк замучал. Поэтому, натянув штаны на голое тело, я поднялся с кровати и прямо в таком виде потопал на кухню.

- Доброе утро, Витя, - раздалось со спины, едва я зарулил на кухню. Мачеха!

- По приличней одеться не мог?! – это уже отец собственной персоной.

Решив, что лучше промолчать, молча налил в стакан воды и осушил его залпом.

- Ты совсем все приличия забыл? – рявкнул отец, но его баба тут же принялась его успокаивать.

- Тише, Володя, что ты расшумелся, ребенок еще не проснулся.

- Ребенок?! – ну отца просто так не заткнуть, он бы и продолжил орать, если бы мачеха вдруг не ойкнула и не схватилась за живот.

- Ой, - испуга на ее лице было, скорее радость.

Актриса, блядь. Ну и что на этот раз?

Вскидываю бровь, а сам наливаю себе еще один стакан воды. С одного стало чуть легче, но в глотке все еще была пустыня.

- Что случилось? В больницу нужно? – ну смотри, какой заботливый папаша, чуть не позеленел от испуга. Небось, когда моя мама была мной беременна, так себя не вел, а тут чуть ли на задних лапках не скачет. Весь из себя заботливый, смотреть тошно.

- Не надо в больницу, дорогой. Он только что меня пнул, - говорит эта, а сама лыбу давит от уха до уха.

- А можно..? – ой, ну ты смотри, поплыл, как кусок сахара в кипятке.

Папаша тут же положил руку на живой этой и лицо сделал щенячье преданное.

Настроение вмиг ухудшилось. Со стуком поставил стакан на столешницу и направился к выходу, но уйти мне не дали.

- Витя, - эта женщина видимо никак не поймет, что она здесь чужая.

- Что еще? – стараясь скрыть свое раздражение, чтобы лишний раз не драконить отца, повернулся к ней и сложив руки на груди замер в выжидающей позе.

- Мы с твоим папой уезжаем, - начала она, но отец не дал ей закончить.

- Срочное дело. Мы уедем из города недели на две, может меньше. Надеюсь, ты позаботишься об Асе пока нас не будет? – он вопросительно поднял бровь.

Уезжают значит. На две недели. Это что же, я и Дюймовочка в доме одни. Заманчиво. В голове тут же созрел план, как весело провести время.

- Ну конечно, с радостью, - кивнул я и расплылся в улыбке от своего хитроумного плана.

- Вот и отлично, - радостно сказал отец, - а ты волновалась.

Знали бы вы, чему радуетесь, - подумал я, а сам развернулся и, весело насвистывая, пошел в свою комнату. Задержался лишь у двери этой пигалицы, да и то ненадолго. Пусть сначала предки свалят из дома, а там уж я обрадую «сестренку» своей новостью.

С этими просто замечательными мыслями я вернулся в комнату и направился прямиком в душ. Нужно было привести себя в порядок перед предстоящими приключениями.

После душа я решил покурить и стал искать штаны, где по обыкновению лежат пачка сигарет и зажигалка. Но их, как на зло, в комнате не было.

-Твою мать, - ругался я, снуя, как ищейка, по всей комнате, пока не вспомнил, что раздевался вчера в комнате пигалицы.

Выглянул в окно, благо оно выходило на ворота, увидел, что отец и его любовница покидают территорию и садятся в такси.

Что ж, замечательно. Значит можно уже наведаться к пигалице. Разбудить лично, так сказать.

Но дверь в комнату оказалась заперта. Ну я предполагал такой вариант развития событий. Ну ладно, мы люди не гордые, подождем, пока сама выйдет. Чтобы не терять зря времени, решил пока позаниматься в спортзале, бабы бабами, а тело должно быть в форме.

Через час, выходя из спортзала, потный и уставший, иду в комнату, чтобы принять душ и слышу, как пигалица бушует в своей комнате.

Проснулась. Ухмыляюсь и иду в душ. Быстро ополоснувшись, надеваю чистые вещи и выхожу на балкон, чтобы подышать воздухом.

- Что за…! – внизу, под окнами валяются мои, сука, вещи.

- Да ты охуела! – с криками выбегаю из комнаты и на всех парах несусь к этой малолетней шалаве.

Стучу в дверь, сдерживая себя, как только могу. Слышу шаги, но эта мелкая засранка дверь открывать не спешит.

- Открывай, блядь, или я сделаю это сам! – кричу через дверь.

Но она открывать не торопится. Боится. И правильно делает. Да я ей шею сверну.

- Я считаю до трех, и если ты не откроешь, то я вышибу это чертову дверь! – прибегаю к угрозам.

- Что тебе надо? – спрашивает, а у самой голос трясется.

- Какого хера ты выкинула мои вещи!

- А нечего бросать их где ни попадя! – да она совсем страх потеряла, так со мной разговаривать.

- Ты совсем что ли оборзела, мелкая? – со всей силы пинаю дверь. – Открывай, сказал!

- Уходи, или я позову твоего отца! – о, в ход пошла артиллерия.

- Ахаха, - не могу сдержать свой смех, - попробуй. Папашка со своей прошма… ой простите великодушно, с вашей мамашкой отчалили в закат!

Мама уехала? И ничего мне не сказала? Не может такого быть! – шепчет под дверь, тихо, но я услышал и счел долгом ответить.

-Может. Она тут тебе записку накарябала. – Вру, конечно. Никакой записки нет и в помине, но как мне еще заставить ее открыть эту чертову дверь?

- Что?! – слышу щелчок ключа в скважине и резко дергаю дверь.

- Отдай немедленно! – пигалица вылетает из комнаты и тут же падает, запнувшись не понятно обо что. И если бы не моя молниеносная реакция, точно бы упала с лестницы и все себе переломала. Подхватываю ее буквально в паре сантиметрах от пола.

- Под ноги смотри, дура! – если она разобьет себе что-нибудь, отец точно с меня шкуру спустит.

- Руки убери свои от меня, дебил! – продолжает орать пигалица.

- Ты за базаром следи, овца! Совсем берега попутала?! – встряхиваю ее, как котенка. Как же она меня выбесила. Не будь девкой, давно бы уже по зубам получила.

Пигалица вдруг замолчала и из ее глаз брызнули слезы.

Черт! Видимо все же перегнул палку. Осторожно ставлю ее на пол.

- Блядь, что за …? - Внимательно смотрю на нее и замечаю капельку крови на ее нижней губе. Это точно не я сделал. Видимо она зубами задела пока падала.

Разворачиваю ее к свету, что поступает из ее комнаты. Так и есть, губа разбита.

- Что?! – рявкает на меня и бьет кулачками в грудь. Мне не больно, а вот ей, похоже, да. Аж глаза закрыла.

- Ну же! – выдает мелкая неожиданно. – Чего же ты ждешь?! Или передумал?!

О чем она? Или поняла, что против химии бороться бесполезно. Так это мы мигом. Тем более, разве можно отказать, когда дама сама не против?

Ну раз она за, то тут же накрываю ее рот своим. Мягкие губы как будто только этого и ждали, тут же распахнулись, словно приглашали. Малышка замерла, словно струна натянутая стала. А потом вдруг с бешеным темпом стала извиваться.

-Тш, - пытаюсь ее успокоить, ведь ей же самой понравилось, и пусть не врет, что это не так. – У тебя кровь.

- Это все из-за тебя! – снова переходит на крик, извивается как змею.

- Да хватит уже! – приходится усилить хватку и прибегнуть к угрозам. – Да успокойся же, если не хочешь, чтобы я тебя уложил прямо на лестнице!

Подействовало. Дюймовочка замирает, и я тут же пользуюсь этим моментом. Снова накрываю ее рот своим, и погружаюсь в экстаз. Теплые мягкие податливые губы вторят каждому моему движению. Она с радостью впускает мой язык в свой рот и стонет. От ее стона башню рвет напрочь. Я уже слетаю с катушек и готов сделать с ней все, что она попросит. Так, стоп, в смысле сделать что попросит? Она же шлюха, а шлюхи и не так могут стонать. Это же лишь ее игра. Жалкий развод. Это она будет делать то, что скажу я. Поэтому тут же отрываюсь от нее.

- Так я и думал, - говорю с усмешкой, хотя самого разрывает от желания. - Хорошо играешь недотрогу, а я уж начал верить, что ты не шлюха, - говорю все это и ухожу, чтобы не сорваться и снова не наброситься не мелкую с поцелуями.

Но возвращаюсь и подойдя ближе зачем –то произношу: - Чуть не забыл! Не запирай на ночь комнату.

Убегаю вниз. Лучше мне сейчас остыть немного, иначе, натворю дел. Поэтому завожу байк и выезжаю с территории. Пара часов езды и от плохого настроения не осталось и следа. Заезжаю в ворота. Осматриваюсь. Вещей нет. Либо домработница пришла и убрала, либо у пигалицы совесть проснулась. Ставлю своего железного коня и поднимаюсь к себе. Но дойти я не успеваю.

Дверь в комнату сестренки открыта.

Решаю воспользоваться моментом и зайти. Надеюсь, я не помешаю. В комнате пусто, прислушиваюсь, в надежде, что пигалица в ванной, но там тишина. Решаю проверить и открываю дверь. Никого. Выхожу снова в комнату. И тут понимаю, что что-то не то. Косметики нет. Вещей тоже. Распахиваю шкаф.

- Ну, ясно, сбежала. Собственно, как ты и хотел. Только почему так тошно?

А что если она не успела далеко уйти?

Сбегаю вниз, чтобы найти домработницу. Застаю ее на кухне.

- Антонина Петровна, - обращаюсь к женщине.

- Здравствуйте, Виктор, - здоровается она.

- Здравствуйте! – исправляюсь я. - Вы случайно не знаете, где Ася?

- Она просила не говорить…, - женщина слегка замялась.

Нужно просто чуть–чуть помочь ей.

- Антонина Петровна, мы с Асей немного повздорили утром, я хотел извиниться, а ее нигде нет…

- Она сказала, что немного поживет у себя, - ответила женщина.

- А давно она ушла? – спрашиваю как можно вежливей, стараясь унять злость, неумолимо начинает зарождаться во мне.

- Минут десять назад, странно, что ты ее не встретил.

- Спасибо! – обнимаю женщину на эмоциях.

Минут десять, значит, она не могла далеко уйти. Выбегаю из кухни, чтобы снова сесть на байк и догнать мелкую засранку.

- Она на такси уехала! – крикнула мне в след Антонина Петровна.

Черт! Такси. Встретилось мне такси, когда я ехал по улице. Неужели пигалица ехала именно в нем?

Ну что ж! Догоним! Я не привык отступать! Как и проигрывать!

Глава 10

За рекой

Ты признавался в любви другой.

За рекой

Мне стало ясно, что ты не родной.

Начинаем морской бой,

Ты меня убил.

Папа говорил,

Надо было быть с другим.

Начинаем морской бой,

На душе заплатки,

Засыпаем боль,

Завтра будет все в порядке.

Морской бой (MIA BOYKA)

Подбегаю к окошку, чтобы полностью удостовериться, что этот гад уехал. Не хватало еще с ним встретиться. С него станется затащить меня в дом и там…

Стоп, Ася! Запрещая себе даже думать о том, что может случиться. Не сейчас. Сейчас мне просто нужно собрать вещи и уехать.

Куда?

Да хотя бы в нашу с мамой квартиру. Владимир, кажется, говорил, что он оплатил ее до конца лета. Так что