Свирепый король

В присутствии Марии Алехандро открылся с совершенно неожиданной стороны, и я подумала, что могла бы со временем проникнуться симпатией к такому человеку.

Мы с ним изображали влюбленную пару, и я, воспользовавшись возможностью, отчаянно с ним флиртовала.

Алехандро пошел в дом и вернулся с кувшином свежего лимонада. Как только он сел, я коснулась его руки и принялась поглаживать большим пальцем предплечье. Я почувствовала, как он застыл от этого прикосновения, и с трудом сдержала смешок.

А затем с улыбкой повернулась к нему и промурлыкала:

– Спасибо, дорогой.

Он на мгновение скривился, но тут же нацепил самую любезную улыбку.

– О, вы просто идеальная пара! – воскликнула Мария. Она, сцепив руки в замок, наблюдала за нами. – Настолько идеальная, что я почти простила тебя за то, что ты лишил собственную мать возможности присутствовать на свадьбе единственного сына. – Она хмуро покосилась на Алехандро.

– Я же извинился, мама, – откликнулся тот.

Едва мы вошли в дом, Мария добрых полчаса расспрашивала сына о наших отношениях и последовавшей за ними свадьбе, а потом все журила, что женился тайком. Зрелище было то еще, и мне пришлось прикусить щеку, чтобы сдержать улыбку.

– Я тоже прошу прощения, – решилась добавить. – Мы просто не могли ждать ни секунды. Правда, дорогой? – Я с обожанием взглянула на мужа.

Губы его вдруг сложились в коварную улыбку, и мне стало интересно, что же у него на уме.

– Верно. Я не мог дождаться, когда эта женщина станет моей женой, – поддакнул он, а потом склонился и поцеловал меня. Губы у него были мягкие. За легким прикосновением последовало едва заметное движение языка, отчего мои губы приоткрылись, и он скользнул языком мне в рот. И что оставалось делать? Надо было подыграть, верно?

От поцелуя я растаяла и позволила ловкому языку Алехандро хозяйничать у меня во рту, поглощать меня. Рука его скользнула по моей спине вниз, к самой заднице, крепко сжала ее, зная, что его мама ничего не увидит, и меня подобно молнии пронзило удовольствие.

Следовало испытать раздражение, но я думала только о том, как приятно ощущать тепло его руки, прикосновение губ. Когда он отстранился, я невольно ахнула.

Мне хотелось большего.

Куда большего.

А потом я спохватилась, что его мать сидит прямо напротив нас, и вспыхнула. Потянув время, я убрала за ухо прядь волос и только после этого набралась храбрости взглянуть на нее.

Мария тихо рассмеялась.

– Все мужчины в роду Монтойя очень страстные, – заметила она, пожав плечами, и улыбнулась как человек, который знает, о чем говорит.

– Lo siento, Mama[5], – сказал Алехандро, поудобнее устраиваясь на своем месте.

– Не за что извиняться. Твоя Алана – красивая женщина, сын. Я рада, что ты наконец нашел с кем разделить свою жизнь. Я уже начинала за тебя волноваться.

Он взял мать за руку и легонько поцеловал.

– Не стоит тебе обо мне волноваться, мама.

Свободной рукой Мария накрыла мою ладонь.

– Что ж, теперь у тебя есть Алана, есть кому любить тебя, и я определенно буду волноваться меньше.

Я улыбнулась ей, несмотря на укол вины от того, что приходилось врать чудесной женщине, явно обожавшей своего сына. Впрочем, она жила далеко, и мысль о том, что Алехандро влюблен и счастлив, наверняка утешит ее.

– Я присмотрю за ним, Мария, обещаю, – сказала я, и в тот момент была совершенно серьезна.

Глава шестая. Алехандро

Я поцеловал маму в щеку на прощание, закрыл за ней дверь автомобиля и некоторое время смотрел вслед удаляющейся машине. Я предложил ей переночевать, но она хотела навестить старую подругу, раз уж оказалась в Лос-Анджелесе. Кроме того, мама ясно дала понять, что не горит желанием мешать новобрачным.

Ситуация была ироничной донельзя. Дело в том, что в ее присутствии мы с Аланой вели себя как настоящая влюбленная пара, несмотря на то что все это было комедией для спокойствия матушки.

Вернувшись в дом, я отправился на поиски Аланы. Что бы я там о ней ни думал, ей удалось убедить мою мать в истинности наших отношений, и за это я был ей благодарен. Оставалось только гадать, во сколько мне обойдется подобная услуга.

Алана нашлась в кухне – она помогала Магде убрать посуду после обеда. Они над чем-то смеялись, но, как только я вошел в комнату, замолчали, и я невольно задумался, что же их так рассмешило.

Может, мамины рассказы о моей непутевой юности? Магда начала работать в нашей семье, когда я был совсем ребенком, так что ей все эти байки были не в новинку. Но я заметил, с каким восторгом Алана слушала эти истории.

– Пойду заберу бокалы из сада, – сказала Магда и, извинившись, оставила нас с Аланой наедине.

Я подошел ближе, и она воззрилась на меня карими глазищами.

– Спасибо за все, что ты сделала сегодня, – тихо сказал я.

– Что-что? – Она картинно приставила ладонь к уху, будто не расслышала.

Я нахмурился. С ней никогда, что ли, не бывало просто? Она стала вести себя гораздо смелее в моей компании, и я никак не мог понять, хорошо это или плохо.

– Ты слышала, – проворчал я. – Так или иначе, ты обманула мою маму. Она от тебя без ума.

– Ну, вообще-то от меня очень легко быть без ума, – усмехнулась она. – А у твоей мамы прекрасный вкус.

Я фыркнул и сунул руки в карманы.

Несколько секунд Алана молча разглядывала меня, склонив голову к плечу, а потом заговорила снова.

– Вообще-то твоя мама чудесная, – произнесла она наконец. – И я действительно рада, что она приехала. Жаль, что ненадолго. – Алана отвернулась к окну, и на мгновение мне показалось, что на глаза у нее навернулись слезы, но она поспешно смахнула их.

– Ты в порядке?

– Да. – Она шмыгнула носом и вытерла глаза. – Просто мы провели с твоей мамой целый день, и это напомнило мне, как здесь одиноко, – тихо призналась она. А потом пожала плечами и вернулась к посуде.

Я смотрел на нее, и в груди зарождалось чувство, которое толком не получалось распознать.

Может, вина?..

Несмотря на все мое подчеркнутое равнодушие к Алане, она умудрилась невероятно осчастливить мою мать. Легко было забыть, что сама она полностью отказалась от прежней жизни, переехав сюда.

– Хм, а что нужно, чтобы тебе было не так одиноко? – спросил я.

Она повернулась ко мне.

– Даже не знаю. Друзья? – Она легонько дернула плечом. – Но я их не очень хорошо завожу. Чем тут у вас занимаются женщины в свободное время, раз они не работают?

Я потер подбородок, покачал головой.

– Не знаю.

– Чем занимаются жены твоих друзей?

Я нахмурился. Друзей у меня за все годы набралось не слишком много, а те, что имелись, не были женаты. Однако я знал, чем занимались жены других местных богачей. Устраивали обеды, где выпивки было куда больше, чем еды, тратили деньги своих мужей, оправдывая все это благотворительностью. Само благотворительное мероприятие проводилось раз в год, и выручали на нем в лучшем случае несколько баксов. Я готов был поспорить, что Алане такое придется по душе.

– Несколько жен руководят благотворительным комитетом. Кажется, встречаются несколько раз в неделю, – предложил я.

Глаза у Аланы загорелись, тут же подтвердив мои подозрения.

– О, звучит идеально. А мне можно просто так явиться? Или ты должен меня представить?

– Глава комитета – Амелия Грант. Я переговорю с ней и скажу, чтобы она ожидала тебя… когда, кстати?

– Завтра? – Глаза у нее так и сверкали.

– Завтра, – кивнул я.

– Отлично. Спасибо, – улыбнулась она.

– Только возьми с собой Хэнка, – напомнил я, и ее улыбка тут же сменилась гримасой. – Что?

Она в ответ надулась.

– Хэнк меня ненавидит.

– Хэнк всех ненавидит.

– А нельзя мне поехать одной? Пожалуйста?

– Нет! – гаркнул я. Вышло резче, чем хотелось. – Тут тебе не Нью-Йорк. Нельзя слоняться просто так, без охраны. Особенно теперь, когда ты стала моей женой, Алана.

Она прикусила губу и кивнула.

– А обязательно брать Хэнка? Больше никто со мной не может пойти? Я же знаю, у тебя в охране и женщины есть…

– Нет. – Я покачал головой. – Если ты окажешься в опасности, мужчина сильнее и быстрее даст отпор и сумеет лучше тебя защитить.

– Это сексизм! – возмутилась она.

– Это природа, принцесса.

Алана мрачно уставилась на меня, и я знал, что она с трудом сдерживает едкий ответ. Я видел, как у нее по груди и по шее разливается румянец. Она отчаянно пыталась обуздать свой взрывной характер.

Я старался не улыбаться. Она вообще-то была довольно сексуальной, когда злилась.

Мне казалось, что сейчас начнется колоссальная истерика – в конце концов, разве не так поступают маленькие принцесски, не получив желаемое? Однако Алана глубоко вздохнула и прислонилась к столешнице.

– Ладно, – тихо сказала она. – Раз непременно Хэнка, возьму Хэнка.

Я нахмурился. Слишком просто все прошло. Ее трудно было винить за нежелание проводить лишнее время в компании Хэнка. Даже в лучшие дни он был вечно угрюмым ублюдком, зато ему не было равных в деле, потому я и назначил его охранять Алану.

– Давай я выберу несколько лучших своих людей и отправлю завтра сюда, а ты побеседуешь с ними? – предложил я. – Сможешь сама выбрать себе телохранителя.

Она снова взглянула на меня, и глаза ее заблестели.

– Да. Но ты ведь не выберешь кучу таких же, как Хэнк, да?

Я засмеялся, качая головой.

– Не выберу.

– Тогда отлично. Спасибо, Алехандро, – промурлыкала она как котенок, и от ее голоса я затрепетал всем телом, вплоть до кончика члена.

Она казалась чертовски благодарной для такой мелочи. Может, просто водила меня за нос?

Отчего-то в памяти всплыли наш сегодняшний поцелуй и ощущение ее круглой, сочной задницы под моей ладонью.

Я подошел ближе, но остановился, когда нас разделяло всего несколько дюймов. Она смотрела на меня снизу вверх, дышала часто и поверхностно, взгляд ее лихорадочно скользил по моему лицу. Я подумывал поднять ее, усадить на столешницу и посмотреть, что у нее надето под сексуальным обтягивающим платьем, но тут в кухню вернулась Магда.

Алана удивленно взглянула на домработницу, и я на мгновение задался вопросом, о чем она подумала, не пришли ли случайно в ее голову те же пошлые мыслишки, что и в мою.

Я тряхнул головой, пытаясь прогнать морок. Пожалуй, лучше было не знать ответа на этот вопрос.

– Пришлю кандидатов завтра к девяти, – отчеканил я и вышел из кухни. В ширинку мне упирался внезапный яростный стояк.

Я нацепил темные очки, закрываясь от яркого послеполуденного солнца, и всю дорогу до отеля провел, вжавшись в мягкое кожаное сиденье автомобиля. Водитель молчал. Я провел пальцем по платиновому обручальному кольцу. Оно до сих пор казалось мне чужим, и я гадал, привыкну ли к нему когда-нибудь.

Как, черт возьми, я вообще оказался женат?

Нахмурившись, я пялился в окно, вспоминая, как три месяца назад у отца появилась идея. Я уважал его и знал, что подобное предложение пойдет на пользу бизнесу, а потому согласился.

Корпорация «Монтойя» была гигантской национальной организацией. У нас была масса легальных направлений деятельности, но деньги мы зарабатывали на том, что выходило за рамки закона.

Мой отец вознамерился очистить нашу фамилию и придать бренду «Монтойя» некое подобие легитимности. Сам он был выходцем из семьи испанских иммигрантов, перебравшихся в США в 1960-х, и я знал, что несмотря на весь успех, отцу никак не удавалось избавиться от ощущения, что в Штатах он чужак.

Его грандиозный план в отношении единственного сына и наследника заключался в том, чтобы женить меня на девушке из богатой и влиятельной в политических кругах семьи, тем самым обеспечив нам место в американской элите. Он выбрал трех потенциальных кандидаток, отцы которых отличались либо амбициозностью, либо старой доброй жадностью и готовы были выдать дочерей замуж ради продвижения в собственной карьере.

Две выбранные им женщины были и сами не против подобной сделки, а вот Алану Кармайкл пришлось уговаривать. Отчасти потому я ее и выбрал.

Существовала и другая причина. Алана была избалованной эгоисткой с Манхэттена, и я знал, что никогда не смогу испытать к подобной девице даже симпатию, не говоря уже о любви. Зато решил, что определенно получу удовольствие, пытаясь ее укротить.

– Ты нормально, amigo? – спросил меня Джекс, усаживаясь на сиденье рядом со мной. Он, как всегда, жевал никотиновую жвачку.

– Буду гораздо лучше, когда выпью, – со вздохом откликнулся я.

Джекса мы подобрали по дороге в отель. Я подумал, что прямо сейчас мне очень нужно выпить в компании лучшего друга.

Мы с Джексом познакомились на баскетбольной площадке, когда нам было по четырнадцать, и с тех пор не разлучались. Я мог бы доверить ему свою жизнь. Кроме того, он был одним из немногих, кто знал правду о моем браке с Аланой. Даже моя мама ничего не знала и ужасно расстроилась, обнаружив, что пропустила свадьбу своего единственного ребенка. Мне стыдно было врать ей, но сегодня она была такой счастливой, что это несколько притупило муки совести.

Хоть Алана и была избалованной принцесской, сегодня она меня здорово выручила.

Глава седьмая. Алана

Алехандро уехал вскоре после своей матери и остался на ночь в отеле, что для него было обычным делом. Впрочем, свое слово он сдержал и прислал мне несколько кандидатов на роль телохранителя. Пока я успела провести собеседование с четырьмя.

Конечно, собеседованием все это можно было назвать с большой натяжкой: на мои разнообразные вопросы они отвечали односложно и выглядели при этом так, будто им чудовищно некомфортно в моей компании. Все кандидаты очень напоминали Хэнка, и я даже задумалась, были ли в штате Алехандро сотрудники с другими характерами, не считая Магды и Джейкоба.

В ожидании последнего претендента я покосилась на часы. Было почти одиннадцать, и все утро я провела за собеседованиями. В час назначена встреча с дамами из благотворительного комитета, и мне предстояло тщательно выбрать наряд. Хотелось их впечатлить, но при этом не выглядеть так, будто приложила к этому чрезмерные усилия.

Я надеялась подружиться с кем-нибудь из этих женщин, надеялась, что они несколько скрасят мое пребывание в Лос-Анджелесе, не говоря уже о том, что могла принести пользу благотворительной организации, а заодно обрести хоть какую-то цель.

В комнату вошел пятый кандидат, и у меня перехватило дыхание. Он был лет на двадцать младше своих предшественников – ближе ко мне по возрасту. Ни у кого и никогда я не видела таких ярких голубых глаз, а под щетиной на щеках виднелись ямочки, особенно заметные, потому что он с порога улыбнулся.

И это больше всего выделяло его среди остальных – парень, казалось, действительно хотел находиться на этом собеседовании.

– Привет, – пробормотала я.

– Buenos días, миссис Монтойя, – произнес он и протянул руку.

Я встала и пожала ее, отметив про себя, какие гигантские у него ладони, какие крупные предплечья. На нем был костюм, как и на всех остальных охранниках Алехандро, но казалось, что ткань вот-вот лопнет под натиском мышц.

– Пожалуйста, зовите меня Алана, – попросила я, расправляя юбку, и села. – Вы, должно быть, Хьюго?

– Да, это я, мэм, – откликнулся он, усаживаясь напротив меня.

Я невольно рассмеялась от такого официального обращения.

– Простите. – Он тоже засмеялся. – Трудно избавиться от этого «мэм», меня хорошо выдрессировали.

– Вы служили?

– Да, мэм. В смысле, Алана, – поспешно исправился он. – Спецназ ВМС, десять лет.

Я улыбнулась ему.

– Мой дедушка служил в морской пехоте.

– Правда?

– Ага. Почти тридцать лет. Я обожала слушать его рассказы. Он был для меня героем.

Хьюго закивал.

– Я военный в четвертом поколении.

– А почему ушли? – спросила я.

Он вспыхнул, и я задумалась, не переступила ли черту приличий.

– Простите, это слишком личный вопрос.

– Да нет, все нормально, – ответил он, откидываясь на спинку стула. – В свой последний срок в Афганистане поймал пулю в плечо. Я был снайпером, и после этого случая уже не стрелял так метко, как прежде. Меня отстранили по медицинским показаниям, и я ушел в частную охрану.

– Должно быть, это далось непросто.

– Ну, нас же специально учат справляться с трудностями.

– Мой муж заставил тебя явиться сюда и предложить услуги няньки или у тебя был выбор? – спросила я, изогнув бровь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Престижный жилой район, расположившийся у подножия гор Санта-Моники. Пользуется популярностью среди знаменитостей и звезд шоу-бизнеса (прим. пер.).

2

1 фут составляет примерно 30 см (прим. пер.).

3

(исп.) Друг, приятель (прим. пер.).

4

(исп.) Добрый день, принцесса (прим. пер.).

5

(исп.) Извини, мама (прим. пер.).