Спецназ. 62 удара в минуту

В наушнике голос координатора:

— Ноль, груз наш. Молодец. Без шума.

— Да.

— Возвращайтесь.

— Есть.

Он вышел из ангара. Группа ждала.

Сергеев подбежал:

— Инструктор, вы как? Целы?

— Цел.

— А чего они ушли? Вы их уговорили?

— Да.

Сергеев посмотрел с уважением:

— Ни фига себе. Троих — уговорил.

— Они не хотели умирать. Я дал им выбор.

Группа пошла к машине.

Воронов догнал Андрея:

— Инструктор, а если бы они не ушли?

— Ушли бы.

— А если бы нет?

— Тогда ты бы стрелял.

Воронов кивнул. Задумался.

---

### Утро. База

Андрей сидел в кабинете. Пил кофе. Смотрел в окно.

Вошла координатор:

— Отчет по вчерашнему. Груз приняли. Трое ушли, не шумят. Хорошая работа.

— Да.

— Что-то не так?

— Всё так.

Она посмотрела на него:

— Ты какой-то другой. Раньше бы просто зачистил. А сейчас — выбор даешь.

— Устал считать трупы.

Она помолчала. Потом сказала:

— Это плохо для работы.

— Знаю.

— Но я не против. Пока результат есть.

— Есть.

Она вышла.

Андрей допил кофе. Встал. Пошел к группе.

Новый день.

### Кофе

Андрей стоял в очереди за блинами. На работе обеденный перерыв, в офисе жрать нечего, а идти далеко. "Теремок" на Новом Арбате — оптимально. Дешево, быстро, гречка есть.

Перед ним стояла девушка. Лет двадцать три, очки в толстой оправе, джинсы с дырками на коленях (не модными, а реально старыми), в руках потрепанный рюкзак. Студентка. Дрожит.

Она заказала блин с ветчиной и сыром, чай и маленькую порцию гречки. Достала кошелек. Карта не сработала. Еще раз. Еще.

— Девушка, вы будете платить? — устала кассирша.

— Сейчас... сейчас... — у нее голос дрожит. На карте ноль. Налички нет. Она роется в рюкзаке, там учебники, тетради, яблоко помятое. Мелочь ищет.

Сзади заворчали. Мужик в костюме:

— Чего копаемся? Оплачивайте быстрее, люди ждут.

Девушка покраснела до корней волос. Готова расплакаться прямо у кассы.

Андрей шагнул вперед, сунул кассирше тысячу:

— За нее заплачу. И себе американо и гречку с котлетой.

Кассирша пробила. Девушка обернулась, смотрит огромными глазами:

— Спасибо... я... я верну, правда! Я учусь в МГУ, я...

— Не надо возвращать, — перебил Андрей, забирая чек. — У тебя экзамен по высшей математике через два дня. Ты готовишься ночами, поэтому дрожишь — недосып и кофеин. На карте минус, потому что ты купила дорогой учебник вчера в букинисте на Арбате. Я видел чек у тебя в рюкзаке, когда ты искала мелочь. Сдашь экзамен, устроишься на работу, через три года вспомнишь этот случай и улыбнешься. А сейчас иди ешь, пока блин не остыл.

Девушка открыла рот. Закрыла. Открыла снова:

— Вы... вы экстрасенс?

— Нет. Просто у тебя на пальцах зеленые чернила от старой ручки, такие только на мехмате используют. А чек из букиниста торчит из бокового кармана рюкзака. Цифры я увидел, пока ты копалась. 1200 рублей — это стоимость "Сборника задач по матанализу" Демидовича. Бывшее издание, но для учебы норм. Ешь давай.

Он взял поднос и отошел за свой столик.

Девушка стояла еще минуту, потом пошла за своим подносом. Села через два столика от него. Ела и украдкой смотрела на странного мужика в серой толстовке, который читал на телефоне какие-то графики и пил горький кофе без сахара.

---

### Вечер. Лифт

Андрей вернулся домой около восьми. Зашел в лифт. Нажал 14. Двери закрылись, и вдруг в последний момент просунулась рука. В лифт влетел сосед с седьмого. Максим. Торговый представитель, вечно в костюме, вечно с чемоданчиком образцов.

— Здаров! — выдохнул Максим, прислоняясь к стенке. — Устал как собака. Весь день по точкам мотался.

Андрей кивнул.

Лифт поехал.

Максим глянул на него:

— А ты чего такой спокойный всегда? Прям бесит. У меня нервы ни к черту, а ты как танк.

— Нервы ни к черту, потому что ты вчера поругался с женой, — ровно сказал Андрей, глядя на горящие кнопки этажей. — Из-за того, что забыл купить хлеб. Хлеб ты не купил, потому что задержался у любовницы. У любовницы ты был с 18:30 до 19:45, это твое стандартное окно, когда жена забирает ребенка из сада. Сегодня у тебя на шее засос, плохо замазанный тоналкой. Ты пользуешься тоналкой жены, потому что своя кончилась, а купить боишься — увидят. На воротнике рубашки след помады, но не жениной, у жены матовые помады, а эта глянцевая. Сейчас придешь домой, жена начнет скандалить из-за хлеба, ты сорвешься, уйдешь к любовнице, и через полгода развод. У тебя двое детей, квартира в ипотеке, и ты будешь платить алименты 33% от зарплаты. Любовница через год тебя бросит, потому что найдет кого-то помоложе и без долгов. Итог: ты пожалеешь об этой пятнице всю жизнь.