По ту сторону луны

За такой, казалось бы, шутливостью скрывался далеко не простой человек. И надо бы быть с ним поаккуратнее, - подумалось мне.

- Варя, а как вы смотрите на то, чтобы немного посотрудничать? – поинтересовался он.

- В каком смысле? – не поняла я.

- А в прямом. Ты мне, а я тебе. Кстати, предлагаю перейти на «ты», если не против.

- Вы уже перешли, точнее ты, - прокомментировала я.

- Тогда тост! За переход на «ты»!

Я поддержала и наши бокалы чокнулись.

- Так вот «вернемся к нашим баранам». Бывают у меня иногда небольшие дела, которыми мне или некогда или не хочется заниматься. А ты бы могла мне помочь, ты журналист и связей у тебя хватает. Естественно, это оплачивается и вполне себе достойно. На хлеб с икрой хватит. С меня заказ – с тебя работа. С заказчиком никаких контактов. Все через меня. Как ты на это смотришь? – и выжидающе задержал на мне взгляд.

- А вы не боитесь, что я вдруг испорчу вашу репутацию? Узнаю что-нибудь этакое и расскажу, где не следует. А взятки с меня гладки. Отвечать тебе.

- Не боюсь. Это не в твоих же интересах, сама понимаешь, - ответил он, делая глоток янтарной жидкости.

Не знаю почему тогда, но я согласилась. Был в нём какой-то дар убеждения. Так и состоялось наше знакомство. Несколько раз он мне подкидывал небольшую работенку: собрать информацию о нужном человеке, пару раз пришлось уличить неверного мужа. Так мелочь, ничего особенного. Какими делами он сам занимался я не знаю и никогда не интересовалась. Прекрасно понимала, что это бессмысленно. Не в его интересах вводить меня в курс своих дел. Первое время я пыталась узнать его настоящее имя и фамилию, но успехом это не увенчалось.

Его как будто не существовало. Номер телефона был зарегистрирован на какого-то человека с ближнего зарубежья, IP адрес электронный почты тоже не удалось отследить. Так что все было сделано для того, чтобы о нем можно было знать только то, что он сам предпочтет рассказать. И даже внешность его была непримечательной: не было каких-то отличительных знаков в виде шрамов, татуировок, изъянов на видных местах.

- По делу значит так, - вырвал он меня из воспоминаний и достал из внутреннего кармана ветровки фотографию. – Знаешь его?

- Я взяла фото, внимательно посмотрела. С фотоснимка на меня смотрел молодой мужчина, не старше тридцати двух-тридцати трех лет. Фото было с какого-то мероприятия, где его достаточно близко запечатлел фотограф. Он был нахмурен, между темными прямыми бровями пролегла морщина, явно он был недоволен вниманием фотографа. Во взгляде серо-голубых глаз читалась серьезность, сосредоточенность и недовольство. У него чисто мужское лицо, с правильными чертами: прямой нос, губы не тонкие и не пухлые, твердый, волевой подбородок, короткая ухоженная борода, темная, как и волосы. Стрижка аккуратная, стильная. На фото он запечатлен по пояс, но этого достаточно, чтобы понять, что он высокий, спортивной комплекции, широкоплечий. Темно-синий приталенный пиджак и белая рубашка без галстука идеально сидят по фигуре. От него веяло уверенностью и решительностью. Он как будто сошел со страниц модного журнала. Сердце начало взволновано биться. Видимо я так долго рассматривала фото, что Иван уже начал постукивать пальцами по столу, привлекая мое внимание. Я перевернула фото лицом вниз и положила на стол, чтобы никто не обратил внимание.

- Нет, первый раз его вижу, - и вдобавок покачала головой.

- А я смотрю зацепил тебя, Варвара? Понравился? Неужели сердце «Льдинки» немного растаяло?

- С чего ты это взял? – не хотелось признаваться, ни ему, ни даже самой себе, что что-то екнуло там внутри.

- Слишком пристально ты его разглядывала, - хохотнул он. На минутку даже промелькнуло восхищение в твоем прекрасном взгляде.

- Не придумывай. Рассматривала, вспоминая, видела я его где-то или нет. Поняла, что не знаю.

- Ну раз не знаешь, я тебя просвещу. Это господин Яров Марк Станиславович.

И даже имя, и фамилия у него на сто процентов сочетаются с его образом, - подумалось мне.

- Бизнесмен, не так давно появился в нашем городе, - продолжил Иван. Но уже успел заинтересовать некоторых людей своим появлением.

- То есть не всем пришелся ко двору, - уточнила я.

- Какая ты проницательная, - подметил он.

- И что же ты хочешь от меня? – задала я вопрос.

- Соблазнить его, с твоей внешностью и умом тебе это по силам, - спокойно сказал он и уставился на меня, выжидая реакцию.

Она не заставила себя ждать. Мои глаза округлились, и я гневно выпалила:

- Что? А ты меня ни с кем не перепутал случаем? С каких это пор ты мне такое предлагаешь?

Засмеялся.

-Не кипятись, я пошутил. Надо поработать тебе над чувством юмора, Варвара.

- А тебе над шутками, - не осталась в долгу я.

Иван любил шутить с серьезным видом и спокойным тоном, что не поймешь то ли он шутит, то ли он серьезно говорит.

- Ладно, шутки в сторону. Необходимо собрать досье на этого господина Ярова: откуда взялся, кто друзья, родители, родственники, с кем спит, откуда капитал, чем увлекается, где бывает и т.д.

Я не понимала такого запроса. Яров явно крупная рыба, а не так мелкая рыбешка, чтобы Иван доверил мне разузнавать о нем какую-то информацию. Яров – акула, это видно сразу, тут не надо даже быть ясновидящей.

- Почему я? Я никогда таким не занималась. Одно дело так помочь по мелочи, а другое дело он. Почему ты сам этим не займешься? Для тебя это не проблема – удивлялась я.

- Мог бы, ты права. Но я уезжаю через несколько дней. И не успею этим уже заняться. А люди очень попросили и хорошо заплатят за информацию. Самим то им не с руки светиться и выспрашивать, поэтому и попросили меня. Он взял телефон и написал приличную цифру. Аванс 20%, на всякие там расходы и остаток после сдачи материала. Материал направишь мне по почте. Никакого контакта с заказчиком, как и обычно.

Выглядело это как-то подозрительно, как будто он сам не хотел браться за это по каким-то неизвестным мне причинам.

- И куда же ты собрался ехать? – поинтересовалась я.

- Есть одно дело в другом городе, я обещал товарищу помочь с ним. Не могу уже отказаться. Сколько я там пробуду - не знаю, как пойдет. А тут за этого Ярова деньги хорошие платят – не хочется упускать. Я в тебе уверен, ты ни разу меня не подводила. Поэтому и предлагаю тебе.

Ну если ты не хочешь, я не настаиваю, - сказал он, небрежно откинувшись на спинку стула.

Я молчала, размышляя, а надо ли оно мне.

- Так что? Возьмешься за эту работу? – прервал он молчание.

- Я не знаю, - честно ответила я ему. С одной стороны личность на фото привлекла меня, а с другой стороны внутренний голос говорил мне, что не стоит ввязываться в это дело. Там на самом донышке подсознания появилась какая-то тревожность. Зря я в тот момент не доверилась интуиции. – Есть ли у меня время подумать над твоим предложением?

- Я могу дать тебе два дня, не больше, - предложил он.

- Думаю этого будет достаточно, - ответила я.

- Сбросишь тогда сообщение на телефон с коротким «да» или «нет».

- Хорошо, договорились.

На этом наша встреча закончилась. Иван ушел, а я еще осталась сидеть в кафе наедине со своими мыслями. Перевернутое фото так и продолжило лежать на столе после его ухода. Он как будто нарочно оставил его, подталкивая меня к согласию. Из моих мыслей меня вырвал звонок Лизы.

- Алло, - ответила я, параллельно убрала фото в сумочку.

- Варя, тут у нас в пятницу тусовка отдела намечается в караоке баре, ты пойдешь? А то мне место надо бронировать, на тебя рассчитывать? – спросила она.

- Не знаю, Лиз. Не могу прям сейчас ответить.

- Пойдем, повеселимся, потанцуем. Не все ж работать, - настаивала она.

- Честно, не знаю, - ответила я.

- Ну давай я поставлю резерв на тебя, а ты тогда ближе к делу решить, хорошо?

- Хорошо, но ничего не обещаю.

На заднем фоне услышала, что Лизу зовут.

- Ладно, договорились, я побежала, а то Константиныч зовет меня. Пока.

- Пока.

Я невольно позавидовала умению Лизы так легко «переключаться». Ещё утром она тряслась от страха, что полиция нагрянет к ней по душу из-за Лунева, а теперь, словно ничего и не было, с энтузиазмом планировала пятничную тусовку. Её легкомыслие порой просто поражало.

Однако её звонок сослужил и добрую службу: он выдернул меня из омута мыслей о Ярове, которыми Иван забил мне всю голову. Внезапно в сознании выкристаллизовался план. А что, если вернуться на место преступления? В прошлый раз я попала туда через территорию коттеджа, но сейчас этот путь закрыт. Зато можно зайти в лес с дороги, повторив маршрут того самого собачника, который и обнаружил тело. Главное — найти нужную точку входа в лес и не заплутать. Лесок небольшой, я должна справиться. Нужно только заехать домой, переодеться во что-то более подходящее для лесных прогулок, и выдвигаться туда, пока не начало темнеть.

Глава 6.

Дома я быстро переоделась в удобную для леса одежду: лосины, свободную футболку и прочные ботинки. Волосы заплела в косу, чтобы не мешали. В небольшой рюкзак полетели вещи первой необходимости: вода, фонарик, одноразовые перчатки, пакет для улик и перцовый баллончик — на случай, если в лесу водятся не только мифические звери.

Я решила ехать на мотоцикле. Это был идеальный повод наконец-то открыть сезон. Мотоцикл стал для меня символом личной свободы. Раньше я никогда не грезила о байке, но всё изменилось после интервью с местной байкерской тусовкой. Тогда я поняла: быть пассажиром — значит быть просто зрителем. Я же хотела сама управлять этим зверем, чувствовать дорогу.

Всю прошлую зиму я провела на курсах, и к весне заветная категория «А» была в кармане. Но настоящее испытание началось потом: выбор самого мотоцикла и экипировки. Нужно было найти баланс между надёжностью и стилем. Мой выбор пал на красный Ducati Monster. Его уникальный дизайн, практичность и невероятная маневренность идеально подходили для города. К нему я подобрала всю экипировку в чёрном цвете: шлем, куртку, перчатки и ботинки. Прошлое лето я «притиралалась» к своему железному коню и ловила невероятный кайф от езды.

Полностью собравшись и захватив шлем с курткой, я спустилась в подземный паркинг.

- Ну что, привет, мистер Монстер, - погладила своего двухколесного друга. – Скучал? Можешь не отвечать, знаю, что скучал. Иногда разговаривала с ним как с живым. К машине я так никогда не относилась. Машина и машина – средство передвижения. А мотоцикл он какой-то особенный, какой-то родной. Вставила ключ в замок зажигания, приятно зарычал, приветствует меня. Проснулся от зимней спячки.

Доехала я быстро — мотоцикл в этом плане незаменим. Никаких пробок, никаких светофоров: только ты, дорога и ветер. Город у нас хоть и не столица, но в час пик стоит намертво.

Оставив мотоцикл у кромки леса, я включила навигатор. Сеть ловила отлично — это всё-таки не глухая чаща, а так, лесопосадка. Вбив адрес дома Лунева, я шагнула под сень деревьев. Здесь было удивительно тихо и спокойно, и в эту умиротворяющую тишину совершенно не верилось, что где-то здесь произошла трагедия.

Найти нужное место оказалось несложно: его выдало вытоптанная полянка и тёмные, едва заметные пятна крови на земле. «Зачем я вообще сюда приехала? — мелькнула мысль. — Что тут можно найти после того, как тут протопталось всё следствие?» Но раз уж я здесь, нужно довести дело до конца.

Я достала фонарик — в лесу уже сгущались сумерки — и принялась методично осматривать каждый сантиметр земли, заглядывая под каждый куст. Время шло, но ничего стоящего внимания так и не попалось. «Нулевой результат — тоже результат», — вздохнула я и начала собираться обратно.

Фонарик я не убирала: темнело стремительно. Я шла, рассеянно водя лучом света по тропинке и усыпанной хвоей земле. Метров через сто от места преступления луч выхватил из темноты что-то тёмное. Я наклонилась и подняла находку за тонкий кожаный шнурок. Это оказался странный амулет: деревянный кругляш с вкраплением чёрного камня.

Я только начала его рассматривать, как совсем рядом, в кустах, раздался хруст. Сердце ухнуло в пятки. Вскинув голову, я машинально сунула находку в карман куртки, а на её место легла холодная сталь перцового баллончика.

- Кто тут? – спросила я, оглядываясь по сторонам. Вполне кто-то мог прогуливаться с собакой.

Далее тишина и больше никаких звуков. Мое сердце забилось в возрастающем темпе. Тревожное чувство начало подниматься во мне. Я начала паниковать. Мне казалось, что кто-то наблюдает там за деревьями. Мне кажется, я даже перестала дышать и замерла, как будто приросла к земле и все мышцы парализовало. Не помню сколько прошло времени, но ничего не происходило. Я ничего не слышала и ничего не видела. Мозг говорил мне, что надо двигаться, но ноги как будто стали ватными. Понемногу стала приходить в чувства и медленно делать шаги назад в сторону выхода. Потом все увереннее и увереннее, развернулась на 180 градусов и быстрым шагом начала уходить прочь от того места, в конце почти бежала. Так страшно мне не было никогда. Только дойдя до мотоцикла я успокоилась. Надела быстро шлем и уехала прочь.

Пока ехала до дома думала, какая же я дура и как я рисковала. Поехала на место происшествия совершенно, не думая о том, что это элементарно могло бы быть не безопасно. Кто бы это не был, но его не нашли и этот кто-то мог бы вернуться обратно, а тут я – новая жертва. Дура, идиотка, ненормальная – повторяла я у себя в голове. Как же я перепугалась. Может и не было вообще никого, а ветка хрустнула из-за какого-то мелкого зверька, а может мне вообще это послышалось, - начала рационально рассуждать я. Но не отпускало ощущение того, что кто-то наблюдал за мной. Это сравнимо с тем, как в дикой природе добыча чувствует нападение хищника, так и я, стоя в лесу, ощущала себя добычей, причем глупой, которая сама же и пришла. Только почему тогда этот кто-то, если он был, не напал и дал уйти – вот это оставалось вопросом. За этими размышлениями я и не заметила, как уже оказалась дома.

Насыщенный выдался денёк. Мне нужно было всё тщательно «переварить» в тишине. Я приняла душ, смывая с себя не только дорожную пыль, но и липкое напряжение, и надела любимую шёлковую пижаму. Протаптывая босыми ногами по прохладному полу, я направилась на кухню — самое уютное место в квартире.

Хотелось снять стресс, и я решила позволить себе бокал вина. Я была сторонницей здорового образа жизни: минимум алкоголя, спорт, правильное питание. Крепкие напитки я не признавала вовсе, но вот бокал хорошего вина иногда был моим законным исключением. Как раз для таких случаев в холодильнике хранилась бутылка белого, привезённого от мамы из Франции.

Я невольно улыбнулась, вспомнив о ней. Мама уже несколько лет жила в пригороде Парижа со своим мужем Жаном и, кажется, наконец-то обрела своё счастье. Их история была похожа на сказку: они познакомились на сайте знакомств. Мама, помнится, отнеслась к идее завести роман с иностранцем крайне скептически, но их переписка затянулась на месяцы. А потом Жан предложил ей приехать в гости, и виртуальный роман перерос в самый настоящий.

Жан всегда мечтал о русской жене — в нём самом текла русская кровь. Его бабушка, уроженка России, вышла замуж за француза, но до конца дней хранила верность своим корням. Она с детства учила детей и внуков русскому языку, прививая им любовь к далёкой родине. Благодаря ей Жан хоть и не говорил в совершенстве, но изъяснялся вполне сносно. Так у них с мамой и повелось: она учила его новым словам, а он её — французскому, который она когда-то зубрила в школе. В итоге мама так и переехала к нему, в пригород Парижа. Она звала и меня, шутя, что найдёт мне молодого Алена Делона, но я отказывалась. Возможно, когда-нибудь я и передумаю, но сейчас мне было хорошо здесь, в родном городе.

Я налила себе бокал вина, достала сыр и орешки — идеальное сочетание для тихого вечера. Уютно устроившись на маленьком диванчике с видом на вечерний город, я наконец-то выдохнула. Вино и домашний уют сделали своё дело: я полностью успокоилась, и события в лесу стали казаться лишь плодом воображения.

И тут я вспомнила про свою находку! Вскочив с дивана, я бросилась к куртке. Из-за стресса я совершенно о ней забыла. Принеся амулет на кухню, я положила его под свет лампы. Это было изделие ручной работы: на чёрном кожаном шнурке висел деревянный круг с незнакомыми знаками по краю. В центре, в небольшом углублении, лежал чёрный камень. Я невольно посмотрела на своё запястье, где висел мой собственный оберег. У меня был чёрный агат.

Я поднесла подвеску ближе к свету и сравнила камни. Они были невероятно похожи. Мой браслет-оберег из чёрного агата мне подарила Агата незадолго до её смерти. Какая ирония: агат от Агаты. Она тогда строго-настрого наказала носить его, не снимая, лишь изредка давая руке отдохнуть.

Бабушка много рассказывала об этом камне. В определённых кругах его называют «Оком Творца» — считается, что он способен видеть в людях добро и зло, а также служит мощной защитой от тёмных сил. По её словам, это непобедимый оберег от сглаза, порчи и любой негативной энергии, как внешней, так и той, что человек носит в себе. В Древней Персии, говорила она, это был символ власти над злом.

Я никогда не воспринимала эти рассказы всерьёз. Агата была настоящим специалистом: гадала на картах Таро и кофейной гуще, делала обереги. К ней постоянно приходили люди. А я, со своим скептицизмом журналиста, всегда считала это чем-то несерьёзным, бабушкиными сказками.

Ради интереса просила и мне погадать, но она всегда отвечала: «Гадать – жизнь прогадывать. Ты молодая, красивая, умная и все у тебя будет хорошо, а какие-то невзгоды – это так, мелкие неприятности». Маме она тоже не гадала, только чужим людям.

Как-то пришла к ней с Пашей, моим сокурсником и первой любовью. Паша перевелся к нам на втором курсе из другого учебного заведения. Парень он был видный и сразу понравился девочкам. Но он обратил внимание именно на меня – чувства были взаимными. Мы начали встречаться: цветы, романтические сюрпризы, поцелуи на заднем ряду сидений. Я была влюблена и счастлива. Через несколько месяцев я захотела познакомить их с бабушкой. К Агате мы пришли с вкусными пирожными, а она предложила нам кофе. После того как Паша выпил содержимое своей чашки, она взяла, перевернула ее на блюдце и внимательно посмотрела, нахмурилась.

- Что-то не так? - спросил ее Паша.

- Да так, белиберда, ничего особенного, - ответила она.

Мы продолжили сидеть, мило общаться, забыв про это. Но я-то сразу поняла, что Агата что-то увидела и не хотела просто говорить это при Паше. Когда он ушел, я стала ее расспрашивать.

- Что ты там увидела!? – спросила ее.

- Что бедовый он и будущего у вас нет и не будет. Оставь его, не нужен он тебе, одни муки от него будут, - жестко сказала она. Иногда она имела привычку говорить жестко и безапелляционно, не думая, как это может выглядеть.

- Это ты все увидела по какой-то дурацкой чашке, измазанной кофейной гущей?! - выпалила я.

- Не важно, как я это увидела, важно то, что это правда, просто поверь, - сказала она.

- Я люблю его и не собираюсь бросать из-за непонятно чего, - резко ответила я. Он просто тебе чем-то не понравился, и ты это все придумала.

- Твое дело. Не хочешь верить – не верь. Мое дело тебя предупредить.

Тогда я обиделась на ее слова и ушла. И какое-то время никак не контактировала с ней: не приходила, не звонила. Агата знала мой характер, и сама тоже молчала, выжидала.

Как бы я не хотела тогда в это верить, но она была права. Через какое-то непродолжительное время Паша изменился. У него появились новые друзья, а с ними и новые «увлечения». Он начал ходить на тусовки, употреблять алкоголь. Его перестала интересовать учеба, он часто пропускал лекции и семинары. Обижался на меня, что я не хожу с ним на вечеринки и не разделяю его досуг. Мне приходилось прикрывать его то в университете, то перед родителями. Мы постоянно ссорились: я не могла до него достучаться. Я не узнавала того Пашу, с которым я познакомилась. Он пошел по наклонной. Затем за алкоголем стали появляться и запрещенные вещества. Тогда я поняла окончательно, что надо что-то делать. Я пошла к его родителям и все рассказала как есть, что Паша забил на учебу, что связался с непонятной компанией, которой от него нужны деньги, так как семья у Паши была из достаточно обеспеченных и что его надо спасать пока не поздно. В итоге Пашу отправили на принудительное лечение. После этого он кричал, что я предательница, что он мне этого не простит, и что он вообще никогда меня не любил, и что такая как я ему не нужна. Я была раздавлена, но лучше так, чем бы он вообще не известно, чем закончил свою жизнь. Тогда-то я и позвонила Агате, мне надо было с кем-то поделиться своими переживаниями. Она подняла трубку и просто молчала, как будто она все уже знала, а из меня внезапно полились все слова. Я рассказала, что произошло, и что она была права. Пашу после лечения я не видела больше никогда, он забрал документы из университета, и они всей семьей переехали в другой город от греха подальше. Я больше никогда им не интересовалась и ничего о нём не слышала.

В дань памяти об Агате и, зная, что она обладала какими-то силами, я носила подаренный ей оберег и верила, что он действительно защищает меня от чего-то плохого.

На найденном мной амулете, на деревяной его части были выгравированы какие-то знаки и узоры. Эти знаки мне не были знакомы. Я открыла ноутбук и попыталась найти нечто похожее в интернете.

Как оказалось это амулет с руническим кругом. Цитата гласила: «Рунический круг – мощный артефакт, используемый в различных ритуалах и обрядах, издревле и до сих пор используется как оберег, талисман, который несет в себе определенный смысл. Руны - это древние магические символы, в каждом из них заключена особая сила и значение. Круг – это метод, который позволяет сконцентрировать энергию выгравированных символов и гармонизировать ее. Каждая руна, написанная по кругу, имеет свое уникальное значение и энергетическое содержание. Сила и энергия древних знаков сливаются в одном потоке, который гармонизирует магия круга».

Все это конечно интересно, но не до конца понятно. В этой теме я полный ноль. Сейчас бы как нельзя кстати пригодилась помощь Агаты.

Как я поняла любой рунический амулет можно купить в эзотерическом магазине или заказать онлайн. Но магический атрибут должен быть активизирован, есть несколько способов, иначе это будет просто обычное украшение. То есть из этого можно сделать вывод, что кто угодно мог купить его в любом месте и носить его мог как женщина, так и мужчина, веря в его силы. Хотя, исходя из дизайна – это больше мужской амулет, нежели женский, но всякое может быть и утверждать однозначно нельзя.

Имеет ли он какое-то отношение к делу Лунева или нет, вопрос. Все-таки подобрала я его не рядом с нахождением тела, обронить мог кто угодно. Но вещица странная и каждый второй такое носить не будет. Есть над чем подумать. Я размышляла, сообщать ли Славке о своей находке.

Что-то подсказывало мне, что не стоит. Пусть пока полежит у меня. Доказательств, что амулет имеет какое-то отношение к делу нет, а вот гневную тираду о том, что я хожу, где не следует и что-то вынюхиваю - точно получу. Припрятала амулет в ящик и пошла спать. Утром надо встать пораньше и успеть сходить в зал на тренировку и в бассейн.

Глава 7.

Ночью я опять спала неспокойно. Сон был вязким и липким, как паутина. Я снова была в том лесу, и снова ощущала на себе чей-то тяжёлый, недобрый взгляд. Он пронизывал меня насквозь, и каждая клеточка тела кричала об опасности. Я хотела бежать, но не могла — тело сковало ледяным оцепенением, словно я находилась под гипнозом. Я проснулась в холодном поту.

Второй день подряд лес... К чему бы это? Я никогда не была суеверной и не верила в прямое толкование снов по сомнительным сонникам, но сейчас любопытство пересилило скепсис. Я полезла в интернет.