Под градом чувств

Виктория Лайонесс

Под градом чувств

Пролог

Зейдан

За дверью моего кабинета слышны чьи-то суетливые голоса, но я стараюсь не обращать внимания, внимательно изучая лежащий передо мной документ. Оставляю на поле пометку карандашом и читаю дальше. Спустя минуту приходится отвлечься от бумаг, когда раздается настойчивый стук в дверь. Только один человек в моей компании позволяет себе так стучать, и даже если я сделаю ему замечание, в следующий раз он поступит точно так же.

– Входи, – произношу, откинувшись на высокую спинку кожаного кресла, и провожу рукой по волосам.

Словно ураган в кабинет врывается мой директор по связям с общественностью и близкий друг, с которым мы дружим еще с университетских времен.

– Вот это утречко выдалось, – бесцеремонно проходит дальше и расслабленно разваливается в кресле напротив, разделяющее нас массивным столом из орехового дерева.

– И тебе здравствуй, Адам, – направляю на него скучающий взгляд.

Совершенно нет никакого желания знать, чем ему не угодило сегодняшнее утро. У меня оно тоже вышло не самым лучшим. Пожалуй, не стоило вчера пить виски до глубокой ночи.

Но у меня был веский повод...

– Я попросил Кейси сделать нам кофе, – озвучивает имя моей помощницы. – Ты ведь не против?

– Даже если бы был против, ты уже это сделал.

– По глазам вижу, что тебе нужен кофеин также, как и мне, – ухмыляется.

– Зачем ты пришел? Я сейчас занят.

– Хотел узнать, что ты планируешь делать с Карсом? У дверей офиса собралась толпа репортеров, они как чертовы голодные псы жаждут мяса. Я еле прорвался через них.

– А что ты хочешь услышать? Я сделал ему последнее предупреждение, но он не воспринял мои слова всерьез. Я разрываю с ним контракт. Пусть катится ко всем чертям.

– Ты уверен? Он один из самых оплачиваемых твоих подопечных.

– И самый скандальный. С меня хватит этих ненормальных рокеров. Я устал убирать за ним дерьмо. На этот раз я не смогу обелить его репутацию. Он прямо перед камерами пообещал своим фанатам, что завяжет с алкоголем и перестанет влезать в неприятности из-за своей вспыльчивости. И что он сделал месяц спустя? Напился в стельку после своего концерта и избил мужчину, который просто подошел за автографом. И теперь случайно снятое видео, в котором он это делает, разлетелось по всему интернету. Все это сказывается на репутации нашего продюсерского центра. Я долго терпел. Я всегда слишком долго жду и зачем-то даю шансы тем, кто этого совершенно не ценит.

В кабинет входит моя помощница с подносом, на котором дымятся две чашки, и бесшумно подойдя к столу, ставит его на край.

– Что-нибудь еще нужно, мистер Престон? – обращается ко мне в привычной сдержанной манере без какого-либо намека на флирт.

Было правильной идеей назначить на это место замужнюю женщину средних лет, которая не лебезит передо мной и чего хуже не пытается соблазнять прямо на рабочем месте, как это делала ее предшественница. Стоило в прессе только появится новости о моих семейных проблемах, как девушку словно подменили. Давно нужно было уволить ее, как только начал замечать странные взгляды в свой адрес и ставшие более откровенными наряды.

– Подготовь официальное уведомление о расторжении контракта с Карсом. Насколько я помню, он должен будет выплатить нам приличную неустойку за досрочное расторжение по его вине.

– Конечно, сэр, – женщина выходит из кабинета.

– Ты будешь давать какое-то заявление прессе? – интересуется Адам, потянувшись за чашкой кофе.

– С чего бы это? Это твоя работа.

– Но сейчас все намного серьезней. Его преданные фанаты переживают. Ты вывел его в свет. Без твоего влияния он скатится ниже некуда.

– Пусть сам разбирается со своими фанатами, перед которыми он так жестко обделался. Я ему не нянька. В конце концов, ему уже сорок пять лет.

– Я тебя понял, Зей. В таком случае нам нужен новый проект, чтобы не потерять свой рейтинг. И желательно что-то, кардинально отличающееся от того, чем мы занимались раньше.

– И что ты предлагаешь?

– Есть у меня на примете она перспективная и очень талантливая особа.

– Особа? Ты говоришь о женщине?

– Да.

– Ты же знаешь, я принципиально не работаю с женщинами, после двух неудачных попыток.

– Не спеши отказываться. Мы можем неплохо заработать на ней. У нее очень необычный стиль.

– Кто она и в чем же ее талант?

– Бланш Келли – молодая исполнительница в стиле джаз-поп. Ее голос и манера исполнения – это просто нечто.

– Кажется, я где-то слышал это имя, – потираю колючий подбородок.

– Около восьми лет назад она стала известна через интернет своими каверами в джазовом стиле на популярные хиты. Видео набирали по несколько миллионов просмотров. Примерно через два года у нее появился продюсер, и она начала выступать на сцене. И удивительно быстро собрала толпу фанатов по всему штату Луизиана и не только. Но полтора года назад она пропала со всех радаров. Почти год о ней ничего не было слышно, и вот сейчас она снова вернулась на сцену, но уже в самостоятельное плавание, без продюсера. Однако ты знаешь этот бизнес вдоль и поперек, и самой ей точно не пробиться дальше камерной сцены.

– Сколько ей лет? Замужем? Дети есть?

– Ей двадцать девять. Детей нет. Ее муж погиб в автокатастрофе, он же был ее продюсером. Немного мутная история, но честно говоря, до него мне нет никакого дела, поэтому я не стал ничего узнавать.

– Обязательно еще выйдет замуж, забеременеет и решит уйти в декрет. А нам потом, что делать?

– Дай ей шанс. Если так переживаешь, пропишешь все эти пункты в контракте на ближайшие пять лет. Через неделю у нее концерт в клубе «Санти». Солд-аут по билетам, но я могу договориться с управляющим, и он организует для нас парочку в вип-зону.

– Я подумаю, Адам.

Мой мобильный издает трель пришедшего сообщения и бросив взгляд на экран, я вижу имя отправителя, которое не вызывает ничего, кроме раздражения. Взяв телефон в руку, открываю текст, проходясь по нему глазами.

«Зейдан, нам нужно поговорить. Ты вчера так быстро уехал, я не смогла ничего сказать тебе…»

Сжав переносицу, возвращаю телефон на стол.

– Судя по твоему выражению лица это Стейси? – приподнимает уголок губ в кривой ухмылке.

– Ты догадливый, – взяв чашку в руки, делаю глоток горького напитка.

– Я так и не спросил, как вчера прошло заседание суда?

– Можешь поздравить, я официально разведен.

– Да, ладно! – громко смеется. – Неужели эта двухлетняя эпопея закончилась? Даже не верится.

– К счастью, закончилась. После того как я предложил помимо салона красоты и нашего дома, отдать ей квартиру в придачу, а также выплату в миллион долларов.

– Черт, ну и стерва твоя бывшая. Было ожидаемо, что она своего не упустит. И где ты теперь собираешься жить, если и квартиру тоже отдал?

– Что-нибудь придумаю. Пока поживу в отеле. Это не проблема.

– Если она получила что хотела, тогда почему не отстанет от тебя?

– Потому что никак не может смириться с тем, что развод был моей инициативой. Я задел ее гордость.

– Это просто смешно. Она делала что хотела. Крутила тобой, как ей вздумается. Когда случилось горе вместо того, чтобы быть рядом и скорбеть, она уехала с подругами, оставив тебя одного. И она еще считает, что не заслужила этого?

– Женщины – странные создания, Адам.

– Не могу не согласиться. Наверно, поэтому я до сих пор не женат.

– Ты до сих пор не женат, потому что не пропускаешь ни одной юбки.

– Не преувеличивай. Я все еще в поиске той единственной.

– Ты сам хоть веришь в то, что говоришь?

– Еще как верю. Ты, между прочим, тоже не пай-мальчик. Сколько у тебя их было за эти два года? Как только ты подал на развод и съехал от Стейси, я сбился со счета.

– Наверстываю упущенное. За восемь лет брака я был верен одной, – горько ухмыляюсь.

– Всегда поражался твоей порядочности по отношению к той, которой всегда были нужны только твой статус и деньги.

– Я просто умею нести ответственность за свой выбор, каким бы он ни был. Пора за работу, у нас много дел. И разберись с толпой у офиса.

– Будет сделано, босс. И не забудь подумать над контрактом с Келли. Советую посмотреть ее видео в интернете, – последнее, что произносит перед тем, как выйти из кабинета.

Наконец-то снова остаюсь один и, положив затылок на кресло, закрываю глаза, звучно выдохнув. В последнее время я все больше нуждаюсь в тишине и спокойствии, которые стали роскошью. Не уверен, что хочу сейчас ввязываться в новый проект, тем более с женщиной. Моя жизнь наконец-то вошла в более-менее нормальное русло после окончания всех этих бракоразводных тяжб.

Глава 1

Бланш

Звучит последний музыкальный аккорд, и его завершает стук ударных палочек по тарелкам. На мгновенье в зале воцаряется тишина, после чего слушатели одаривают меня громкими аплодисментами и криками «Браво!».

– Спасибо, друзья, – произношу в микрофон, по-настоящему кайфуя от сегодняшнего концерта.

Я наконец-то снова начала собирать полные залы, и это ни с чем не сравнимое удовольствие, когда твое творчество получает такой огромный отклик.

– И в завершении выступления я хочу исполнить для вас свою новую песню «Крылья», которая еще нигде не звучала. Очень надеюсь, что она вам понравится, – снова раздаются аплодисменты с восторженными возгласами и свистами моих ярых поклонников.

Обернувшись к музыкантам, я даю знак клавишнику, играющему на электро-пианино, и он начинает исполнять аккорды песни, которую мы репетировали две предыдущие недели. Я начинаю петь, и весь зал будто замирает. Даже мурашки бегут от трепетного момента. В эту песню я вложила всю свою душу. Все то, что держала в себе столько времени. В ней заложен глубокий смысл, от которого мое израненное сердце трепещет, понемногу исцеляясь от пережитого. Она своеобразное откровение перед людьми, ведь я никому никогда не рассказывала, какой была моя жизнь до этого момента.

Я тщательно умела скрывать свои настоящие эмоции и улыбаться на людях. Я привыкла играть роль счастливой девушки, которую когда-то заметил и взял под свое крыло влиятельный человек, ставший для нее целым миром. Вот только этот «мир» оказался моей собственной иллюзией, а когда я поняла это, было уже слишком поздно.

К звукам пианино присоединяется ударная установка вместе с контрабасом, после чего вступает безусловный символ джазовой музыки – саксофон. Плавно двигаю бедрами под медленные чарующие ритмы. Изящным движением рук провожу по металлической ножке вверх, к голове винтажного микрофона и обхватываю ее пальцами, продолжая петь.

Я больше не иду по дороге прошлого

Там было слишком темно

Я следую за своей мечтой

Вот она…

Остается только дотянуться рукой

Я возродилась из пепла словно феникс

Память обнулена

Никаких запретов

Я свободна…свободна…свободна…

Растворяюсь в словах песни, расправив руки в стороны. Меня пронзает теплом изнутри. Через меня будто начинает искриться свет. Какое-то странное чувство заставляет окинуть зал взглядом. Подняв глаза, я замечаю стоящего на втором уровне у стеклянных перил высокого, статного мужчину в белоснежной рубашке. Он гордо расправил широкие плечи и спрятал руки в карманах черных брюк. Незнакомец смотрит прямо на меня, и я залипаю на точеном лице с темной щетиной на волевом подбородке.

Сердцебиение окончательно сбивается и меня бросает в жар от того, как он смотрит на меня. Я не вижу цвета его глаз, но что-то мне подсказывает, что они темные. С трудом отвожу взгляд и продолжаю петь, каждой клеточкой ощущая, что за мной наблюдают.

Когда песня заканчивается, зал взрывается громкими аплодисментами. Эйфория наполняет все нутро. Меня окутывает такой невероятной волной любви и восхищения от зрителей, что даже слезы на глаза наворачиваются. Низко поклонившись, я посылаю слушателям воздушные поцелуи. Обернувшись, подзываю своих музыкантов, которые тоже заслужили этот момент славы.

К сцене начинают подходить люди с цветами и подарками, которые я с радостью принимаю, искренне улыбаясь каждому.

– Мы так рады, что вы наконец-то вернулись, Бланш. Спасибо за такой душевный концерт, – произносит женщина со светлым каре, протягивая мне букет, состоящий из роз, разбавленный моими любимыми герберами.

– Спасибо вам за то, что пришли, – забираю букет.

– Бланш, можно, пожалуйста, автограф? – девушка в сопровождении мужчины протягивает мне маркер и карточку с моим фото, которое было сделано специально для афиши сегодняшнего выступления.

– Конечно. Как вас зовут?

– Дженна.

– Спасибо, что пришли, Дженна, – пишу «С любовью для Дженны», поставив свой автограф.

– Это было мегакруто. Я давно слежу за вашим творчеством. Спасибо вам большое.

– Бланш, и мне, пожалуйста, – кто-то еще протягивает карточку для автографа, и я подписываю ее. – Ваши песни когда-то вывели меня из глубокой депрессии, спасибо вам огромное, – задерживаю взгляд на улыбающейся темноволосой девушке.

– Я очень рада это слышать.

Теперь я точно понимаю, что все не зря.

Почти час раздаю автографы, и когда захожу в свою гримерку, ощущаю себя словно выжатый лимон. Недели каждодневных репетиций и бессонная ночь накануне выступления из-за сильнейшего волнения, сказываются. Я переживала о том, как все будет. Ведь это первый такой большой концерт после моего возвращения. Я даже не сразу поверила, когда мой менеджер Меган сказала, что все билеты были проданы еще за две недели до даты выступления. В моей голове было очень много сомнений. Я стала ужасно неуверенной в себе, и если бы не мое случайное знакомство с Меган, я бы, наверно, так и продолжала сомневаться, что смогу вернуться. И что меня вообще ждут.

Как только сажусь на стул перед гримерным столом, в дверь раздается стук, и в помещение входит Меган. Встречаюсь с ней взглядом в зеркале и вижу, как сверкают зеленые глаза.

– Ты произвела настоящий фурор, детка, – удовлетворенно улыбается.

– Спасибо тебе, Мег. Это все ты, – взяв ватный диск в руки, смачиваю его в мицеллярной воде, начиная смывать алую помаду с губ.

– Брось, Бланш. Тебя любят и очень ждали. У клуба до сих пор стоит толпа тех, кто не успел купить билет и ждет, что ты выйдешь дать автографы.

– Честно говоря, у меня уже совершенно нет сил ни на что, – нагрузка оказалась слишком сильной для моего едва восстановившегося организма.

– Я им так и сказала, что тебе нужно отдохнуть. Но они ни в какую.

– Ладно, я выйду. Только сначала переоденусь, – смываю с глаз стрелки с тушью.

– Ты же пойдешь с нами в бар отметить?

– Давайте сегодня без меня. Мне нужно выспаться.

– Жаль. Все расстроятся.

– Как-нибудь обязательно отметим. Обещаю.

– Конечно. Восстанавливай силы.

– Ты там только сильно не соблазняй моего ударника, – подмигиваю ей.

Как только я собрала всю свою предыдущую команду, с которой выступала раньше и познакомила их с Меган, сразу заметила пробежавшую искру между ней и Мэттью.

– Это кто еще кого соблазняет, – смеется, закатив глаза. – И, между прочим, я вчера провела ночь с Сэмом.

– Опять? Ты же говорила, что в этот раз порвала с ним окончательно.

– А что я могла сделать, когда он заявился ко мне без предупреждения и сказал, что жить без меня не может?

– Возможно закрыть дверь перед его носом?

– Это очень смешно, – скрещивает руки перед грудью.

– Прости, но я просто не хочу, чтобы ты потом расстраивалась, когда он снова исчезнет, – искренне волнуюсь за нее.

За то короткое время, что я знаю Меган, мы с ней очень сблизились. Она стала для меня не только менеджером и помощником во всех делах, но и настоящей подругой. В какой-то степени она сыграла свою роль, чтобы вытянуть меня из той темноты, в которую я себя загнала, и я вечно буду ей благодарна.

– Не переживай, со мной все будет в порядке.

– Как знаешь, Мег.

Когда-то я тоже думала, что все будет в порядке, не обращая внимания на первые звоночки, но что из этого вышло лучше не вспоминать.

– Кстати, есть еще кое-что, – Меган достает что-то из заднего кармана джинсов и подходит ко мне. – Пока ты раздавала автографы, ко мне подошли два мужчины на вид очень серьезные и респектабельные, и оказалось, что они из «ПрестонМедиа». Дали мне визитку и попросили связаться с ними для встречи, чтобы обсудить вопрос о сотрудничестве.

– «ПрестонМедиа»? – открываю рот от изумления. – Это ведь один из известных продюсерских центров Луизианы. В их студиях звукозаписи записывались некоторые известные звезды.

– Да, детка. Поэтому мы должны узнать, что они готовы нам предложить.

– Черт…нет…я не уверена… – качаю головой, ощутив, как участился пульс.

– Что значит не уверена?

– Такие люди работают с настоящими профессионалами, а я всего лишь камерная певица.

– Хватит принижать себя, Бланш. У тебя огромный потенциал и талант. Ты должна верить в себя. Потому что я в тебя верю. Если бы хоть на йоту я сомневалась, что из тебя ничего не выйдет, я бы не вызвалась стать твоим менеджером.

Сложно не принижать себя, когда ты с детства слышала в свой адрес, что во мне нет ничего такого. Когда тебя постоянно сравнивали с кем-то и говорили, что мне никогда не добиться того же. А потом и во взрослой жизни ты сталкиваешься с критикой от любимого человека и фразами, что я недостаточно хороша и большой успех мне не светит.

– Я не знаю, Меган, стоит ли это того.

– Стоит, уж поверь. Меня интуиция редко подводит. Завтра я свяжусь с ними и договорюсь о встрече.

– Если только ты пойдешь со мной.

– Конечно, пойду, я ведь твой менеджер. Если я только пойму, что нам с ними не по пути, мы сразу уйдем оттуда. Поняла?

– Ладно. Спасибо тебе.

– Вот и отлично.

***

Оказавшись дома, бросаю сумку на пол и, шаркая гудящими ногами, иду на кухню. Тело окутано сильнейшей усталостью, и злосчастное колено начало отдавать ноющей болью. Меня расстраивает, что я все еще не так физически вынослива, как была раньше.

По-хорошему стоило бы принять теплый душ и завалиться спать, выпив обезболивающее. Но я точно знаю, что не усну без «допинга». Открываю один из верхних ящиков, доставая начатую бутылку бурбона. Тянусь за стаканом и взяв его случайно задеваю рядом стоящий бокал. Тот летит на мраморную столешницу и с оглушающим звоном разбивается на мелкие осколки. Инстинктивно вся сжимаюсь, посмотрев на устроенный бардак, и сразу же осекаю себя, ведь больше некому наказывать меня за неловкость. Еще недавно я бы уже услышала в свой адрес много разных эпитетов и даже могла получить пощечину, а может, и чего похуже. Осматриваюсь, понимая, что мне больше нечего бояться. Я здесь одна. Все вокруг принадлежит мне, и я могу делать со всем этим что захочу. И я все чаще задумываюсь о том, чтобы продать эту проклятую квартиру и купить какой-нибудь дом в тихом районе города. Когда-то я мечтала о счастье в этом месте. Хотела, чтобы эта квартира когда-нибудь наполнилась детским смехом и у меня была собственная счастливая семья, какой у меня никогда не было. Но я так сильно погрязла в своих мечтах, которым не суждено было сбыться. Я была всего лишь игрушкой в руках настоящего манипулятора и жестокого человека.

Не став сразу убирать, беру бутылку со стаканом и аккуратно переступив через осколки, иду в гостиную с панорамным видом на вечерние огни Нового Орлеана.

Плеснув в стакан янтарной жидкости, ставлю бутылку на журнальный столик и подхожу к окну. Делаю глоток и ощущаю, как спиртное обжигает горло, оставляя после себя приятное тепло.

Улыбаюсь сама себе, вспоминая сегодняшний вечер. Меня все еще переполняют эмоции. Я так скучала по этим ощущениям. Только на сцене я чувствую себя по-настоящему живой. Любовь к музыке помогла мне не погрузиться в тяжелую депрессию. Музыка для меня все. Она мое лекарство. Моя отдушина. Я никогда не видела себя ни в чем другом.

С этими мыслями допиваю оставшийся бурбон, приносящий долгожданное расслабление, и иду в спальню.

Глава 2

Зейдан

– Ваше меню, – хостес, проводившая нас до зарезервированного столика, кладет перед нами две кожаные папки.

– Спасибо, – Адам благодарит симпатичную светловолосую девушку, скользя похотливым взглядом по стройной фигуре.

– Скоро к вам подойдет официант, – хостес натягивает дежурную улыбку, видимо, привыкнув к вниманию мужского пола. – Хорошего вечера, господа, – разворачивается и возвращается на свое место, за стойкой, расположенной у входа в ресторан.

Место для делового ужина выбирал не я. Я предоставил эту возможность Адаму. И, конечно же, он выбрал один из самых элитных и пафосных ресторанов города.

– Надеюсь, они придут без опозданий, – раздраженно выпаливаю, кинув взгляд на наручные часы, показывающие, что до оговоренного времени осталось всего пять минут.

– Не волнуйся, уверен, они придут вовремя.

– Хм… – поправляю рукава рубашки под пиджаком.

– Мне кажется, ты сегодня какой-то дерганый.

– Я в норме.

– Уверен?

– Уверен, – постукиваю пальцами по столу.

На самом деле весь день выдался каким-то слишком нервным. Сначала Карсон пытался прорваться через офисную охрану, в попытке вывести меня на очередной разговор для того, чтобы я принял его назад. Пришлось выйти и сказать ему пару ласковых, пригрозив вызовом полиции. Потом приход Стейси, якобы проезжавшей мимо. Бывшая жена никак не может понять, что для меня ее больше не существует. Она выставляет все как возможность остаться друзьями, делая акцент на том, что нас многое связывало в прошлом. Но мне это совершенно неинтересно. А все, что нас связывало, я хочу, как можно скорее забыть, потому что все было фальшью с ее стороны.

Со Стейси я познакомился на препати после концерта одного из первых своих успешных проектов. Тогда я еще владел только студией звукозаписи, но уже имел хорошие связи в музыкальном мире. Она показалась мне очень открытой и искренней. Я и не заметил, как быстро подсел на нее. Наши отношения развивались слишком стремительно, и ей прекрасно удавалось пускать мне пыль в глаза. Когда я предложил жить вместе, она сослалась на религиозность своей семьи и сказала, что согласится только после свадьбы. Я был настолько влюбленным идиотом, что в тот же вечер отвел ее в ювелирный магазин, купив кольцо. Заказал частный самолет до Лас-Вегаса, и ночью мы уже были женаты. Первые несколько лет все было прекрасно. По крайней мере, мне так казалось. Пока я крутился как белка в колесе, моя жена летала с подругами на шопинг в Европу, отдыхала на островах по три раза в год. Занималась своей внешностью, делая пластические операции, хоть меня все более чем устраивало. В какой-то момент я понял, что что-то не так. Между нами образовалась невидимая пропасть, и я решил, что нужно что-то менять. Я купил для нас дом и стал чаще проводить время с женой, чему она была очень рада. Все начало налаживаться, и по прошествии какого-то времени я заговорил о детях. Вот тут-то началось самое интересное. Стейси попросила немного подождать и уговорила меня подарить ей салон красоты, о котором она давно мечтала. А когда я сделал это и, выждав время, заговорил о детях снова, она выдвинула свои условия, на которые мне пришлось согласиться, ведь я искренне хотел, чтобы у нас были дети.

– Добрый вечер, господа, – перед нашим столиком появляется худощавый парень в белой рубашке и черным фартуком, завязанным вокруг бедер. – Сегодня я буду вашим официантом, – разливает нам воду по бокалам. – Уже готовы сделать заказ?

– Немного позже, к нам еще присоединятся, – отвечает Адам.

– Конечно. Как только будете готовы сделать заказ, нажмите на кнопку вызова.

Взяв бокал, делаю несколько глотков, подумав о том, что с радостью сейчас бы выпил чего-нибудь покрепче простой воды. Как только думаю об этом, замечаю входящих в ресторан двух девушек, с которыми у нас назначена встреча. Та, что с короткими темными волосами и с которой мы общались с Адамом после концерта, подходит к хостесу и говорит ей что-то. Ее подопечная оглядывается по сторонам, нервно почесав шею сзади. Лицо с аккуратными чертами и выразительными янтарными глазами сегодня почти без косметики. Длинные немного вьющиеся волосы шоколадного оттенка красиво отливают рыжиной в свете ламп, горящих на хрустальных люстрах, низко свисающих с потолка. Она выглядит немного растерянно, в отличие от жгучей соблазнительницы в вечернем красном платье-футляре со спущенными плечами и разрезом на бедре, какой предстала на сцене в вечер своего фееричного выступления. Я обратил внимание, как она двигалась под музыку, и это завораживало. Бессмысленно отрицать у девушки очень магнетическая внешность, и она отлично гармонирует с ее пленительным тембром голоса. Именно необычный голос привлек меня, когда я просматривал ее старые видео в интернете. Я буквально заслушивался тем, как она умело им владеет. Адам был прав – Бланш Келли определенно обладает неповторимым талантом, в ней чувствуется огромный потенциал. За двенадцать лет опыта у меня глаз наметан. Но вся проблема в том, что она женщина. А я давно отказался от сотрудничества с женщинами. Однако я не из тех, кто отказывается рисковать.