Полная версия
Операция «Гнев Божий». Тайная история ликвидации палестинских террористов израильской разведкой Моссад при содействии европейских спецслужб
Первые описания операции, опубликованные в 1976 и 1984 годах, сосредоточились на ее впечатляющей внешней стороне и содержали рассказы, как отряды киллеров Моссада ликвидировали намеченные цели. В 1993 году существование операции «Гнев Божий» было впервые признано бывшим сотрудником израильской разведки. В своем интервью Би-би-си от 23 ноября 1993 года генерал Аарон Ярив подтвердил, что тайная операция по уничтожению палестинских террористов в Европе действительно имела место. В 1972 году Ярив был ключевым советником премьер-министра Голды Меир по борьбе с терроризмом и входил в группу лиц, принимавших решение о санкционировании операции. Более поздние исследования анализировали операцию с точки зрения израильской разведки, основываясь на интервью с сотрудниками Моссада. Некоторые другие исследования рассматривали операцию «Гнев Божий» как часть более широкой истории израильской разведки.
Настоящий труд основывается на этих работах, но добавляет два важнейших момента. Первое: в книге показано, что сотрудничество европейских разведслужб являлось для Моссада ключевым элементом в планировании, организации и проведении операции «Гнев Божий». Долгое время участие Европы в операции «Гнев Божий» оставалось неизвестным и не рассматривалось ни в академических работах, ни в журналистских репортажах. Второе: в этой книге объясняется, как Моссад выбирал жертв, подлежащих уничтожению. Так до конца и не понятно, почему некоторые палестинцы оказались в списке целей Моссада. Моссад часто обвиняли в произвольном выборе жертв, поскольку некоторые из них, как считалось, не имели отношения к террористической деятельности. Благодаря материалам Бернского клуба становится ясно, что по каждой жертве операции «Гнев Божий» Моссад располагал разведданными, свидетельствующими, что она была непосредственно вовлечена в планирование и осуществление террористических операций либо в качестве активного участника, либо в качестве вспомогательного лица. Это объясняет логику тайной операции. В целом данная книга рассказывает историю крупной тайной операции Моссада и роли европейской разведки в ее проведении и является исследованием, в котором подробно обсуждаются методы Моссада при организации тайной операции и его зависимость от иностранной разведки.
Учитывая, что все же мы очень мало знаем о связях тайной международной разведывательной структуры, данная книга может заставить нас пересмотреть наше представление о ее месте в международных отношениях. Она открывает новые способы осмысления секретных связей как отношений, существующих параллельно официальным дипломатическим отношениям, которые порой могут как отражать, так и противоречить официальной государственной политике. В случае обмена разведывательной информацией во время проведения операции «Гнев Божий» мы видим официальное осуждение, но вместе с тем тайное содействие. Мы видим соучастие Европы в безжалостных убийствах, предпринятых Израилем, что проливает свет на весьма мрачный аспект истории европейской политики противодействия терроризму. В целом данное исследование раскрывает совершенно новые грани европейской и ближневосточной истории – истории, определенные аспекты которой заинтересованные стороны, возможно, предпочли бы навсегда сохранить в тайне. Однако эта история важна для понимания прошлых и будущих международных связей разведслужб и их более широких межрегиональных политических последствий.
Исследование значительно обогатило научные знания в различных областях. Наиболее существенным является его вклад в четыре важных предмета всеобщей истории и истории разведки. Во-первых, рассказывая о ранее совершенно неизвестных аспектах европейско-ближневосточных отношений, арабо-израильского конфликта и глобальной холодной войны, книга вносит вклад в мировую историю. В то время бушевала международная тайная борьба, в которой советская разведка поддерживала освободительные движения в Африке и на Ближнем Востоке, включая палестинские движения. Теперь историография предоставила более сложную картину логистической поддержки и уровня влияния, которое страны Восточного блока смогли оказать на движения Сопротивления. Исследуя содействия, оказанные европейской разведкой Израилю в его борьбе против палестинцев, данная книга показывает, что европейские страны тайно поддерживали другую сторону – Израиль, одновременно занимая по отношению к нему весьма критическую внешнеполитическую позицию. Таким образом, она раскрывает важный компонент тайной глобальной холодной войны.
Во-вторых, эта книга вносит вклад в исследования в области разведки, раскрывая источники и методы тайных операций Моссада и показывая, в какой степени он полагался на зарубежную разведку. Это развенчивает распространенный миф о Моссаде, поскольку показывает, что израильская разведка не была всемогущей и всезнающей, как это часто изображается во вторичной литературе. Кроме того, в книге затрагивается дилемма, встающая перед странами, на территории которых проводятся тайные операции, – аспект, который редко подвергается рассмотрению. И еще: сосредоточившись на тайных операциях Моссада в Европе, она вносит вклад в научные исследования, которые отходят от доминирующего анализа тайных операций США или Великобритании.
В-третьих, книга вносит важный вклад в изучение международных отношений, поскольку показывает тайное взаимодействие стран для противодействия общей угрозе. В частности, главы о сотрудничестве в области разведки раскрывают новые сведения о политике и механизмах обмена разведывательной информацией. Исследования в области сотрудничества в сфере разведки всегда развиваются, однако это медленный процесс, и они остаются областью, в которой очень мало работ, использующих первичные источники или архивные данные.
Среди исследователей международных отношений преобладает мнение, что межгосударственное сотрудничество в области разведки не существует или существует в минимальном объеме. В их работах утверждается, что разведка затрагивает саму суть национальной безопасности и суверенитета, и потому предполагается, что обмен разведывательной информацией отсутствует или очень ограничен и происходит только в отдельных случаях, когда присутствует какой-то конкретный общий интерес.
Используя десятилетний опыт обмена в рамках Бернского клуба разведывательной информацией, базировавшейся на крайне уязвимых источниках и крайне чувствительной для национальной безопасности стран членов клуба, эта книга способствует растущему пониманию, что разведслужбы, напротив, интенсивно сотрудничают по многим аспектам. При этом они создают собственную динамику и развивают взаимные стратегические связи независимо от официальных внешнеполитических интересов своих стран.
Так, третья часть этой книги демонстрирует несоответствие между официальным европейским политическим осуждением Израиля и продолжающейся тайной поддержкой его контртеррористической политики. По сути, европейские столицы ходили по тонкому канату между поддержанием хороших официальных отношений с арабскими государствами, публичной весьма критической позицией по отношению к израильской переселенческой политике и в то же время тайно помогали Израилю в его борьбе против палестинского вооруженного сопротивления. Анализ этих секретных европейско-израильских связей расширяет наше понимание тайной дипломатии и укрепляет представление о разведслужбах как о самостоятельных субъектах, проводящих собственную внешнюю политику, которая может быть независима от официальных дипломатических отношений.
В-четвертых, еще одним ключевым аспектом этой книги является террористическая деятельность палестинцев и то, как разведслужбы посредством сотрудничества пытались противодействовать их террористическим планам. Ряд террористических заговоров, описанных в этой книге, до сих пор оставались совершенно неизвестными. Некоторые акции террористов упоминались лишь в журналистских репортажах соответствующего времени, и данная книга, подтверждая ряд сделанных там утверждений документальными свидетельствами из отчетов разведслужб, помещает их в более широкий контекст арабо-израильского конфликта. Анализ этих террористических акций и реакция разведслужб вносит вклад в изучение терроризма и дает важные представления о международной безопасности. Через призму разведывательных отчетов книга расширяет знания о террористической практике того времени и инновациях в терроризме.
В целом эта книга представляет интерес для представителей из разных областей знания, включая специалистов по международным отношениям, специалистов по разведке, историков и студентов, изучающих войны и конфликты. А учитывая ее близость к текущим событиям и актуальность для них, она будет представлять большой интерес и для неакадемической аудитории.
Размышления о текущих событияхБойню, произошедшую в Израиле 7 октября 2023 года, иногда называют «израильским 11 сентября». Но, возможно, Израиль уже пережил переломный момент, глубоко укоренившийся в его национальном сознании, – мюнхенскую трагедию на Олимпийских играх 1972 года. Оба террористических акта – 7 октября и 5 сентября – навсегда изменили Израиль. Ни одно из этих событий не было предсказано его силами безопасности и разведки. Оба транслировались по всему миру: Олимпийские игры – по телевидению, а теракт 7 октября – через социальные сети. Оба раза террористические группировки взяли заложников и потребовали в обмен на них освобождения палестинских заключенных. Наконец, хотя масштабы событий были разными, оба теракта вызвали у Израиля сильное желание отомстить: виновные должны быть наказаны и уничтожены.
В ответ на массовое убийство 7 октября израильская разведка, вторя операции «Гнев Божий», сформировала специальное подразделение, получившее название Nili (аббревиатура на иврите, которая переводится как «Вечный Израиль не лжет»), призваное выслеживать и ликвидировать всех причастных к нападению. Таким образом, израильская разведка не только начала военные операции против ХАМАС в секторе Газа, но и сделала своей целью уничтожение его руководства за рубежом.
Как показывает эта книга, успех операции «Гнев Божий» во многом зависел от сотрудничества Моссада с Европой. Подразделение Nili, цели которого разбросаны в основном по мусульманским странам, сталкивается с гораздо более враждебной обстановкой. Это делает операции Nili намного более рискованными, чем операции его предшественника в Европе. В связи с этим встает вопрос, поддержат ли европейские или ближневосточные страны внесудебные убийства, совершаемые Израилем. Если да, то эти страны могут столкнуться с серьезными политическими рисками, если когда-либо станет известно, что они предоставляли разведывательную информацию для убийств, совершенных Моссадом. Неформальные соглашения об обмене разведданными с региональными державами, которые держатся в строжайшей тайне, правдоподобно отрицаются и минимально документируются, могут снова оказаться полезными для израильской операции. Возможно, когда-нибудь мы увидим еще одну книгу, которая раскроет, как действовал Nili и получала ли израильская разведка помощь от «хозяев» – стран, где проводились тайные операции. В целом события показали, что убийства лидеров палестинских террористов за рубежом – ключевой элемент контртеррористической политики Израиля.
Часть первая
Подготовка операции «Гнев Божий»
Глава 1
Обстоятельства, предшествовавшие операции
Организация «Черный сентябрь»Организация «Черный сентябрь» была основана в 1971 году как реакция на кризис палестинского руководства, возникший после изгнания палестинцев из Иордании в конце 1970 года. Многие палестинцы, разочарованные сложившейся ситуацией, потеряли доверие к Ясиру Арафату как к своему лидеру. Недовольные члены палестинского движения полагали, что тактика Арафата по ведению локальной партизанской войны с Западного берега реки Иордан провалилась. Когда был создан «Черный сентябрь», идеи международного терроризма придали палестинцам, особенно молодому поколению, новый смысл жизни.
Первоначально «Черный сентябрь» направил свои атаки на Иорданию в отместку за действия иорданских военных, в результате которых погибли несколько тысяч палестинцев, а остальные были изгнаны из страны. Эта жестокая военная кампания началась в сентябре 1970 года, в связи с чем группа и получила название «Черный сентябрь».
Впервые «Черный сентябрь» стал известен после теракта в Каире 28 ноября 1971 года, когда его члены убили премьер-министра Иордании Васфи ат-Телля. Четверо боевиков расстреляли его в вестибюле отеля «Шератон», куда он прибыл, чтобы присутствовать на саммите Лиги арабских государств. Телль, во второй раз ставший премьер-министром Иордании в 1970 году, являлся видным военачальником, в конце того же года возглавившим военную кампанию против палестинцев. Члены «Черного сентября» убили его, чтобы отомстить за своих товарищей, погибших или изгнанных в ходе этой кампании. По свидетельствам очевидцев, один из его убийц наклонился к мраморному полу и лизнул кровь Телля. Месяц спустя «Черный сентябрь» совершил покушение на посла Иордании в Соединенном Королевстве Зейда аль-Рифаи (но не убил его).
С начала 1972 года группа расширила круг своих целей и стала направлять террористические акции против израильских объектов и граждан за рубежом. После кампании с использованием взрывающихся писем и других атак «Черный сентябрь» 8 мая 1972 года захватил самолет бельгийской авиакомпании Sabena, следовавший из Брюсселя в Тель-Авив, и вынудил его сесть в аэропорту Лод (ныне аэропорт Бен-Гурион, главный авиационный узел Израиля, расположенный между Тель-Авивом и Иерусалимом). Угонщики потребовали освобождения из израильских тюрем 317 палестинских заключенных. Переговоры между израильскими представителями и угонщиками велись по беспроводной связи. Они продолжались двадцать три часа, пока 9 мая Армия обороны Израиля (ЦАХАЛ) не провела спасательную операцию. Боевики ЦАХАЛ, замаскированные под авиамехаников, ворвались в самолет, убили двух угонщиков, арестовали двух других и освободили пассажиров.
Несмотря на то что это нападение явно было направлено против Израиля, аналитики Моссада были убеждены, что главной целью «Черного сентября» является не Израиль, а Иорданское королевство. Это, а также существенный пробел в разведданных о палестинцах, находившихся в Европе, объясняет, почему теракт на Олимпийских играх в Мюнхене стал полной неожиданностью для израильской службы безопасности.
Бойня на Олимпийских играх в Мюнхене стала самой печально известной террористической акцией «Черного сентября». Она повсеместно считается одним из самых драматичных международных терактов периода холодной войны. Это был первый случай захвата заложников террористами на немецкой земле, который ознаменовал эскалацию террористической угрозы в Европе. Присутствие освещавших Олимпийские игры журналистов на месте событий привлекло внимание мировых СМИ (см. фото 1).
Теракт был совершен 5 сентября 1972 года членами «Черного сентября». Террористы проникли на территорию олимпийского кампуса в Мюнхене, ворвались в квартиры, где разместилась мужская часть израильской команды, убили двух атлетов и взяли девятерых в заложники (см. фото 2). Начались напряженные переговоры между членами «Черного сентября и западногерманскими властями, которые параллельно вели консультации с правительством Израиля.
Наконец террористы согласились, чтобы их отвезли в соседний аэропорт, где, как они думали, ждет самолет, который переправит их в Египет. Тем временем в Мюнхен прибыл глава Моссада Цви Замир, предложивший, чтобы израильские силы безопасности провели спасательную операцию. Если бы израильские спецподразделения получили разрешение действовать на немецкой территории, это стало бы неслыханным позором, за которым наблюдал бы весь мир. Поэтому западногерманские власти проигнорировали предложение Замира и сами попытались провести в аэропорту спасательную операцию, которая, однако, с треском провалилась. Все израильские заложники были убиты, погиб один западногерманский полицейский, из террористов четверо были убиты, трое других – взяты под стражу.
То, что для Израиля было шокирующей трагедией и катастрофой, стало успехом для «Черного сентября», особенно с точки зрения огласки и внимания СМИ, которое получила эта организация. Журналисты, освещавшие Олимпийские игры, внезапно стали освещать и террористический акт. По оценкам, около 900 миллионов человек в более чем ста странах мира наблюдали за событиями на своих телеэкранах. Хотя применение насилия подверглось осуждению многими странами, именно неумолимость и жестокость группировки показала миру, что палестинская вооруженная борьба стала силой, с которой нужно считаться.
Мюнхенская бойня стала успехом «Черного сентября» в контексте и внутренней палестинской распри, и конкуренции между различными фракциями. После нападения к террористическим действиям группировки за рубежом пожелали присоединиться тысячи новобранцев. В арабском мире акция «Черного сентября» была встречена с ликованием, и во многих городах люди скандировали на улицах: «Мы все – „Черный сентябрь“!» Западноевропейские государства и Израиль осознали, что в Европе назревают новые теракты.
В историографии «Черного сентября» существует некоторая неопределенность относительно того, являлась ли эта группа частью ФАТХ (доминирующей фракции многопартийной Организации освобождения Палестины (ООП)) и находилась ли она под ее контролем или же она была независимой. Большинство авторов рассматривают «Черный сентябрь» как неофициальное военизированное подразделение ФАТХ и считают, что руководство ФАТХ дистанцировалось от терроризма и других действий «Черного сентября» только на официальном уровне. Это, как утверждается, позволило Арафату мирным путем развивать дипломатические усилия и добиваться международного признания, одновременно тайно оказывая террористическое давление на Израиль и европейские государства. Однако другие авторы оспаривают степень контроля, который ФАТХ смогла установить над «Черным сентябрем». Эти авторы утверждают, что корни «Черного сентября» лежат в ФАТХ, но что «Черный сентябрь» возник независимо от ФАТХ из недовольства различных палестинских активистов столкновениями между иорданцами и палестинцами в сентябре 1970 года. Согласно этой точке зрения, после того как группировка сформировала собственные организационные структуры, ФАТХ оказывал все меньше влияния на ее решения и «Черный сентябрь» стал самостоятельной организацией.
Сам Арафат еще больше усугубил эту путаницу, посылая разным аудиториям разные сигналы. В беседе с арабскими СМИ он заявил, что «Палестинское сопротивление – это единое целое, движимое одной целью – вернуть Палестину». Это указывало на то, что ООП и «Черный сентябрь» были частью единой организации, возглавляемой Арафатом. В то же время западным СМИ он заявил, что ООП включает в себя некоторые экстремистские организации, которые она не контролирует и не имеет на них влияния.
В общем, отношения руководства ФАТХ и «Черного сентября» были неоднозначными. Хотя ФАХТ, возможно, и не мог осуществлять прямой и полный контроль над «Черным сентябрем», но, безусловно, потворствовал ему и одобрял его действия, включая террористические операции в Европе. Также он помогал организовывать некоторые террористические атаки, в том числе посредством предоставления материально-технической поддержки.
Однако после нескольких месяцев террористических актов «Черного сентября», израильских репрессий (включая операцию «Гнев Божий» и израильские бомбардировки Ливана) и международного осуждения руководство ФАТХ стало яснее осознавать политические и дипломатические издержки поддержки терроризма за рубежом. Более того, Арафат не понимал, что фракция вышла из-под его контроля. К весне 1973 года ФАТХ предпринял попытки обуздать «Черный сентябрь». Хотя она одобрила несколько последних террористических операций, таких как нападение в Хартуме в марте 1973 года, и к лету того же года «Черный сентябрь» в основном прекратил свое существование.
Настоящее исследование, использующее источники, основанные на данных западной разведки, а не палестинских организаций, не может занять однозначную позицию по этому спорному вопросу. Но стоит добавить, что Моссад и западноевропейские спецслужбы, включая британское МИ-5 и западногерманское BfV, а также американскую разведку, рассматривали «Черный сентябрь» как специальную оперативную службу ФАТХ и считали, что ФАТХ осуществлял серьезный контроль над его операциями и оказывал им поддержку.
Лицензия на убийствоЧерез несколько дней после бойни в олимпийском Мюнхене это нападение обсуждалось в израильском парламенте. Чтобы выразить свой гнев, некоторые израильские политики процитировали следующий отрывок из древнего соглашения об «Олимпийском перемирии»:
ОЛИМПИЯ – СВЯЩЕННОЕ МЕСТО. ВСЯКИЙ, КТО ОСМЕЛИВАЕТСЯ ВОЙТИ В НЕЕ СИЛОЙ ОРУЖИЯ,
СОВЕРШАЕТ ПРЕСТУПЛЕНИЕ ПРОТИВ БОГОВ.
СТОЛЬ ЖЕ ВИНОВЕН И ТОТ,
КТО ИМЕЕТ ВОЗМОЖНОСТЬ ОТОМСТИТЬ ЗА ЗЛОДЕЯНИЕ
И НЕ СДЕЛАЕТ ЭТОГО.
Среди населения Израиля царило повсеместное негодование, газеты были полны гневных статей, требовавших возмездия. Одиннадцать спортсменов были гордостью Израиля и crиme de la crиme[1]. Тот факт, что в одно мгновение все они погибли, отзывался возмущением и одновременно чувством национального унижения (см. фото 3).
Пока правительство разрабатывало контрмеры, оно казалось бессильным. Гнев и жажда мести были настолько сильны, что некоторые граждане взяли на себя инициативу по организации ответных нападений. В конце сентября 1972 года бывший начальник оперативного отдела сионистской военизированной организации «Иргун» Амихай Паглин попытался контрабандой переправить оружие и взрывчатку в Европу для организации нападений на палестинцев. Он был арестован до того, как смог нанести удар, но эта инициатива демонстрирует силу настроений, охвативших страну.
Голда Меир ответила на призывы отомстить «Черному сентябрю» как словами, так и делами (см. фото 4). 12 сентября 1972 года она выступила перед израильским парламентом и торжественно пообещала отомстить убийцам евреев в Мюнхене. В своей речи она объявила «войну мести», в которой Израиль будет сражаться «с усердием и мастерством», действуя на «отдаленной, опасной, но жизненно важной линии фронта».
Превращая риторику в действие, Меир предприняла первые шаги по организации репрессий и привлечению террористов к (внесудебному) ответу. Вскоре после мюнхенской бойни она создала новую должность – специального советника премьер-министра по вопросам терроризма. На эту должность она назначила недавно вышедшего в отставку генерала Аарона Ярива, который только что завершил восьмилетний срок на посту главы израильской военной разведки Аман. Меир, Ярив и директор Моссада Цви Замир оказали давление на израильский парламент с целью создания совершенно секретного комитета, которому было поручено разработать ответные меры в связи с мюнхенской бойней (см. фото 5).
Он получил название Комитет X, и его председателями стали Голда Меир и министр обороны Израиля Моше Даян (см. фото 6). Название комитета было специально выбрано таким, чтобы другие члены кабинета и государственные служащие не могли понять, чем он занимается. Актом наивысшей секретности Комитет X постановил, что ответом на мюнхенскую бойню станет убийство каждого члена «Черного сентября», который прямо или косвенно принимал участие в планировании и осуществлении нападения на Олимпиаде. Его имя заносилось в список на уничтожение, независимо от того, была ли его роль в подготовке этого теракта руководящей или вспомогательной, в особенности если имелись сведения, что он готовит новые нападения.
Учитывая, что нарушение олимпийского перемирия считалось «преступлением против богов», возможно, именно это вдохновило комитет назвать операцию «Гнев Божий». Кроме того, эта фраза является отсылкой к Библии, и способ, которым Моссад убивал, как будет показано в этой книге, тоже был сравним с «рукой Господа». Моссад наносил удары неожиданно, внезапно и с почти божественно точной силой. Подобно Богу, Моссад точно определял, когда, где и как его жертвы встретятся со своим Создателем.
Цель операции «Гнев Божий» можно суммировать тремя словами: месть, сдерживание и предотвращение. Месть, или, как более драматично выразились архитекторы тайной операции, «убийство тех, кто убивал», соответствовала требованиям нации. Официальные лица Израиля считали, что только обещание правительства отомстить за погибших спортсменов способно успокоить гнев, шок и разочарование израильской общественности, вызванные этим актом палестинского терроризма.
Стратегическая логика сдерживания заключалась в уничтожении лидеров «Черного сентября», чтобы никто не захотел рисковать своей жизнью, становясь их преемниками. Кроме того, поиск замены террористическому лидеру занимал время и разрушал оперативные структуры. Идея состояла в том, чтобы разрушить больше организационных структур «Черного сентября», чем они смогут восстановить. Именно так эта тайная операция была призвана поэтапно уничтожить «Черный сентябрь». Это же объясняет, почему круг целей операции постепенно расширялся. Она была направлена не только против тех, кто непосредственно нес ответственность за бойню на Олимпиаде, Моссад ликвидировал и тех политических или военных активистов ФАТХ и «Черного сентября», которые не имели прямой связи с мюнхенским терактом.