Император

— Скажи, что ты моя, — прошептал он, коснувшись кончиком носа моего.

— Я твоя, — не раздумывая, произнесла я, и это была самая главная правда моей жизни.

***Аниса

— Шибари — это в первую очередь искусство, — низким голосом произнес Дамир. Он взял в руки джутовую веревку и подошел ко мне. — Я ограничу подвижность твоего тела. Но для этого ты должна полностью доверять мне. — Он наклонился ко мне и мягко улыбнулся. — Ты доверяешь мне, душа моя?

— Да, — взволнованно ответила я.

Поцеловав меня в кончик носа, он сел передо мной на колени. Соединив мои ноги вместе, он начал наматывать веревку вокруг лодыжек. Я наблюдала за своим мужем, чувствуя, как мое тело начинает покалывать. Я немного заерзала на кровати. Дамир внимательно посмотрел на меня.

— Если вдруг тебе станет некомфортно, ты сразу же скажешь мне, Мышонок.

— Хорошо.

— А теперь согни ноги в коленях.

Я сделала то, что он просил. Дамир обмотал веревку по внешней стороне моих бедер, затем по внутренней. Он сделал несколько витков, фиксируя мои ноги так, как ему нужно. Я уже чувствовала, что не могу шевелить ими.

— Страшно? — шепотом спросил он.

— Нет, — так же тихо ответила я.

Дамир уложил меня на кровать и продолжил. Я тут же взглянула на потолочное зеркало и стала наблюдать за своим мужем. Его мышцы на спине плавно перекатывались под идеальной светлой кожей. Взъерошенные волосы вызывали желание прикоснуться к ним. Я потянулась к нему, и мои пальцы запутались в них. Дамир нежно на меня посмотрел, лаская своим взглядом.

— Я хочу поцеловать тебя, Мышонок, но не могу этого сделать, — хриплым голосом произнес он.

— Почему? — На моих щеках вспыхнул румянец.

— Мне надо завершить шибари. Мне необходимы твои фотографии.

Я сглотнула слюну. Дамир собирался сфотографировать меня, чтобы развесить фото в новой комнате. Он оборудовал ее совсем недавно. Порой я поражалась его фантазии и желаниям. Они не имели границ.

— Можно и мне? — тихо спросила я.

Он удивленно вскинул брови.

— Ты хочешь связать меня и сфотографировать?

— Да.

— Ты не перестаешь меня удивлять, Мышонок.

Я слегка улыбнулась.

— Но ты можешь легко разорвать веревку, — вспомнила я.

— Я не разорву ее до тех пор, пока ты мне не разрешишь. — Он подмигнул мне, вызывая кучу мурашек в теле.

— Договорились.

— А теперь протяни мне свои красивые руки, — сказал он, встав за моей спиной.

Дамир обхватил мои запястья ладонью. Он обмотал их веревкой сзади. Я продолжала наблюдать за ним через зеркала. Его узлы были так красивы, что превращали мое тело в произведение искусства.

— Выпрямись.

Я послушно выполняла его просьбы. Потихоньку он перешел к груди. Веревка вилась вокруг нее, выделяя слишком сильно. Она казалась больше, чем была. Дамир сжал челюсть. Ему было сложно сдерживаться. Он с трудом закончил и завязал последний узел. Сделав несколько шагов назад, он пристально рассмотрел мое тело. Его глаза покраснели.

— Чертов ад, — прорычал он. Вибрация его голоса прошлась по моему телу. Живот скрутило в тугой узел.

Дамир взял масло со столика и подошел ко мне. Он распустил мои волосы и обхватил двумя пальцами мой подбородок.

— Закрой глаза, душа моя.

Я слегка кивнула и прикрыла веки. Цветочное масло полилось на мое лицо, скатываясь вниз по шее, груди, животу. Дыхание моего мужа становилось прерывистым. Он запустил пальцы в мои волосы и потянул их назад.

— Надеюсь, ты не чувствуешь дискомфорта, Мышонок, потому я собираюсь сделать с тобой что-то очень плохое.

— Делай, — прошептала я.

— Черт возьми.

***Джавад

Я подъехал к Северному складу, откуда производится отправка наркотиков. Папа должен был находиться здесь. Я решил отдельно поговорить с ним и рассказать о своих чувствах к Асале. Хотя я был уверен, что он уже знает о ней. Это же Фламе. Знает один — знают все. Я уверен, что информация о происходящем облетела все семь территорий.