Драконье счастье

— Не забывай обо мне. Обязательно пиши! — Ирина шмыгнула носом и быстро платочком протерла под глазами угольную тушь для ресниц. — Вдруг мне тоже захочется выйти замуж за дракона.

— Подберу тебе самого завидного жениха.

— Главное, портреты присылай!

— Для коллекции?

— Для взвешенного выбора.

Слезливое прощание с подругой остановил смотритель зала. Он заявил, что багаж уже отправился в северные драконьи земли, а теперь пришла и наша с охранниками очередь. Напоследок мы с подругой крепко обнялись. На остров Фьорет я увозила с собой три дорожных сундука вещей, диплом реставратора академии бытовой магии и сплошь исписанный блокнот с фразами на эсхире.

Нас с драконами проводили в зал перемещений. Я впервые путешествовала порталом и искренне верила, что не свалюсь кулем будущему мужу под ноги. Переход занял всего несколько секунд. Каменный пол, казалось, провалился, желудок неприятно сжался, и все закончилось. Мы оказались в просторном круглом зале, сверху через стеклянный купол лился солнечный свет. В воздухе плавала дымка от сильной портальной магии.

Высоченные двери начали медленно открываться, являя взгляду Киана. Он был одет непривычно: в длинный синий жилет с богатой вышивкой золотой нитью, рубашку и темные брюки. Волосы серебристого цвета, небрежно заколотые на затылке, открывали лицо. Взгляд нечеловеческих глаз с вытянутым зрачком казался пристальным и изучающим.

Тяжелые створки полностью распахнулись, и стало ясно, что невесту будущего кейрима встречает десяток дворцовых жителей. От волнения меня стало подташнивать. Из головы выветрились все насильно вколоченные знания по драконьему языку. Осталось только бранное «пожалуйста» и бесполезный вопрос, как пройти в злосчастную библиотеку. Причем не факт, что начни кто-нибудь объяснять маршрут, мне удастся понять хоть словечко.

Я хотела двинуться навстречу, так сказать, будущему счастью, но Фрейз тихо буркнул:

— Нет.

Пришлось дожидаться, когда Киан приблизится сам. Охранники уважительно поклонились. Чуток шальная от нервов, я изучала жениха. Память не подвела: он действительно был хорош. Лучше портрета, лежащего в папке с коротенькой биографией.

— Добро пожаловать на остров Фьорет, Анна, — произнес Киан на валлейском.

Я пожелала продемонстрировать потрясающее владение эсхирем и выдала целых два слова:

— Здравствуй, любимый.

И тут до меня дошло, что вместо «кейрим» я сказала «кейри»3[3]. Красиво и без запинки с порога призналась в любви будущему мужу. Да лучше бы не выпендривалась! Полагаю, он не улетел в небесные дали по одной причине: варианта не жениться на этой странной девахе у него попросту не было.

Только хотела заявить, что слегка промахнулась и вообще страдаю языковым барьером, как Киан с полуулыбкой ответил:

— Здравствуй, кайрими.

Протянув раскрытую ладонь, он произнес нечто длинное, мудреное и абсолютно незнакомое. К такому приветствию, прямо сказать, меня на занятиях не готовили. Недолго думая, я ответила деловито-крепким рукопожатием, как принято у нас, у цивилизованных людей за пределами драконьих земель.

Внезапно Киан поудобнее перехватил мою руку и бодрой походкой направился в сторону выхода, заставив семенить следом. Пришлось прибавить шаг, чтобы с ним поравняться. Не тащиться же сзади, как растерянному ребенку.

— Киан, что мы делаем?

— Традиция, — чуть склонившись, негромко пояснил тот. — Я сам приведу тебя в новый дом.

— Чтобы прижилась? Или постеснялась сбежать?

— Как пойдет, — с иронией отозвался он, поразив меня до глубины души. Думала, что в серьезном и высокомерном драконе чувства юмора приблизительно как в кирпичной кладке.

Стоило выйти из зала, как все вокруг, и даже стражи, стоящие на воротах, согнулись в поклоне. На занятиях ни о чем подобном профессор меня не предупреждал. В душу закралось смутное подозрение, что не шибко-то он разбирался в традициях северных земель.

— Сильного ветра вашим крыльям! — от растерянности напрочь все переврав, выпалила я на эсхире. Оставалось вежливо добавить: «желаю, чтобы не снесло».

Однако делегация внезапно согнулась в новом приветственном поклоне. Возможно, посчитала, что гостеприимства и вежливости много не бывает.

— Благодарность, — с невозмутимостью, достойной будущего правителя, пояснил Киан.

Когда народ выпрямился, он начал всех представлять, словно я была способна что-то понять или хотя бы запомнить имена. Они отвечали с важным видом, а мне оставалось мило улыбаться, кивать и молчать. Третьего раунда с поклонами не переживет ни моя совесть, ни поясницы встречающих.

Впрочем, кое-какие знакомые слова выхватить удавалось. Я разобралась, что высокий, мощный мужчина с длинными седыми волосами, похоже, служил смотрителем дворца, а женщина средних лет, одетая в простое платье со скромной вышивкой, отвечала за подготовку к свадьбе.

Киан отпустил моих верных охранников, не дав с ними толком попрощаться.

— Пора идти, — объявил он и, не выпуская моей руки, повел по длинной галерее.

Дворец стоял на возвышении, и вид из огромных арочных окон открывался завораживающий, как с художественной карточки из книжного магазина.

— Подожди секунду, — попросила я остановиться и, освободившись от руки дракона, приблизилась к окну.

Узкий пролив прорезал себе путь между мощных скалистых стен и петлей сжимал гору, словно пытаясь заключить в тесные объятия. Горные склоны покрывал изумрудный мшистый ковер, кое-где разорванный острыми каменными гребнями. Высокое небо отражалось в воде, а сквозь редкие белые облака, словно стоящие на месте, пробивались широкие солнечные лучи.

Мир за пределами дворца выглядел суровым и величавым, но насыщенным красками, словно в ярком сне: оттенками зеленых покровов, монохромом скал, небесной лазурью. Глаз не отвести!

— Тебе нравится новый дом, Анна? — тихо спросил Киан.

— Кажется, я влюбилась.

— Химмель фьорд, — подсказал он.

— Небесный фьорд, — прошептала я на валлейском.

Всю жизнь думала, что любви с первого взгляда не существует, даже реставрационная магия мне поначалу совершенно не нравилась. Но в остров Фьорет я влюбилась сразу и навсегда. Хотелось верить, что когда-нибудь он ответит мне взаимностью.

— Готова продолжить путь? — спросил Киан.

Я послушно протянула руку. Мы покинули галерею.

Если подумать, хороший обычай: водить невесту за руку. Отобьюсь от нашей экскурсионной группы и потеряюсь в огромном незнакомом дворце, а спросить могу только дорогу в библиотеку. Придется бродяжничать среди книжек, пока меня не найдет поисковая команда.

— А куда мы идем? — спросила я, чтобы прояснить направление бодрого шага.

— В покои, — пояснил Киан. — С дороги полежать на кровати.

— Из портала прямиком в постель? — опешила я и попыталась освободить руку. — У вас такая традиция — невесту сразу раскладывать? Свадьбы не надо ждать?

Он явно не понял причины переполоха и одарил меня вопросительным взглядом.

— После портала тебе хорошо?

Я была крайне благодарна, что Киан говорил на валлейском и не заставлял меня напрягать голову, но, похоже, у нас случилось языковое недопонимание. В моем воображении дракон захотел с порога вкусить девичью честь и гордость, а он-то имел в виду портальную болезнь. После переходов гадкая хворь часто укладывала путешественников в горизонтальное положение.

— Чудесно я себя чувствую, — начиная заливаться краской, пробормотала я. — Как пешком до Фьорета по свежему воздуху прогулялась.

— Пешком? — не понял Киан.

— Мне хорошо! — отрезала я.

— Как скажешь. — Он обернулся к сопровождающим, отдал какое-то распоряжение и пояснил мне: — Мы идем за стол.

— Ради гостеприимства?

— Ради еды, — хмыкнул он. — Потом ты уедешь, и вместе мы не пообедаем.

— Уеду?! — охнула я, резко затормозив. — Куда?

— Ждать свадьбы, конечно.

Господи боже, а можно странные новости говорить не так резко? А то я, кажется, впадаю в панику!

— У меня много вопросов, — сдержанно заметила я на эсхире.

Он тоже что-то там ответил, судя по интонации, похожее на «догадываюсь», но стало ясно, что во время ознакомительной пробежки по дворцу нормального разговора не дождаться. Лучше смотреть по сторонам и запоминать дорогу!

В итоге я просто тихо изумлялась монументальности нового дома: высоченные потолки, разноцветные сложные витражи на окнах, мраморные скульптуры драконов, колонны, увитые искусно вырезанным из камня плющом, гладкие стены, словно излучающие едва заметный свет.

Размах поражал, а руки чесались потрогать какую-нибудь статуэтку, чтобы проверить магический слой, не позволяющий садиться пыли. Или же во дворце хорошо убирались. Если учесть, сколько слуг в скромных серых одеждах мы встретили по пути.

Наконец Киан привел меня в столовую, очевидно, рассчитанную на тесные семейные трапезы, и выпустил руку. Пока он раздавал приказы негромким голосом человека, которому не приходилось повторять дважды, чтобы оказаться услышанным, я осмотрелась.

Комната была невелика. Большой вычищенный камин терпеливо ждал огня. В центре стоял квадратный стол, накрытый на две персоны. Из арочных окон с широкими низкими подоконниками открывался ошеломительный вид на изумрудные горы с острыми каменистыми макушками.

Движение в небе заставило меня податься к окну. Вдалеке один за другим стремительно пронеслись драконы. Резко взмыли ввысь, потом камнем начали падать между горными вершинами, вновь выровнялись, словно птицы, купающиеся в беспокойных воздушных потоках. Живьем двуликих во второй ипостаси я никогда не видела и решила, что меня подводит зрение. Так приблизилась к стеклу, что едва не треснулась лбом.

— Анна, — мягко позвал меня Киан.

— Над фьордами драконы! — выдохнула я.

— Отроков учат летать, — как ни в чем не бывало, пояснил он и кивнул в сторону стола: — Окажи мне честь разделить с тобой последнюю перед нашей свадьбой трапезу.

— Последнюю? Больше меня кормить не будут?

— Почему ты сделала такой вывод?

Киан посмотрел очень странно. Очевидно, морить невесту голодом, чтобы поместилась в свадебное платье, никто не собирался.

— Ах, ты имеешь в виду: последнюю совместную трапезу, а дальше есть в гордом одиночестве, — разобралась я.

— Трудности перевода с эсхиря, — невозмутимо пояснил он.

Из дверей за нами следили внимательные глаза сопровождающих, еще не успевших отбыть по важным делам. Я судорожно пыталась вспомнить, чем надо ответить на ритуальную фразу, но в голове, как всегда, было сплошное «пожалуйста» в бранном варианте.

— Дай мне минуту… — пробормотала я и потерла переносицу. — Нет, забыла.

— Просто садись, — предложил Киан не терзать ни себе, ни ему мозг.

Правильное решение! Иначе до вечера останемся голодными. Я уселась на стул из гладкого дерева, напоминающий кресло с высокой спинкой и массивными подлокотниками. Попыталась подвинуть к столу — не сидеть же на краешке, но драконий «трон» оказался тяжелым. Зараза!

Ножки так противно проскрипели по полу, что по лицу смотрителя пробежала болезненная судорога. Подозреваю, уважаемый господин захотел оказаться в каком-нибудь другом месте и не видеть, как новоприбывшая невеста крушит неподъемную дворцовую мебель… Это он пока не в курсе, что я и магию могу поломать, но потом восстановить и крестиком заштопать.

Некоторое время в столовой царила суета: заносили блюда с едой, а смотритель распоряжался слугами с виртуозностью дирижера, управляющего большим оркестром. Воздух наполнился умопомрачительными ароматами. Жалобно сжавшийся от голода желудок напомнил, что от волнения со вчерашнего дня я могла питаться только сладким чаем.

— Оставьте нас, — отослал всех Киан.

Высокие двери тихо закрылись, мы остались вдвоем. Он молча положил мне с большого блюда рассыпающееся на волокна, прихваченное сверху блестящей корочкой мясо.

— Спрашивай, — коротко предложил он, поймав мой внимательный взгляд.

— Когда я уезжаю? Куда? Далеко? И это… — Я щелкнула пальцами, вспоминая, как произносится. — Зачем?

Киан замер с ножом и вилкой в руках.

— Больше нет вопросов?

— Больше не знаю.

— Через день ты уедешь в Башню невесты. От дворца пара часов пути, — проговорил он. — На свадебном обряде я должен тебя похитить. Такова традиция.

— Ах, ну теперь-то мне все ясно, — протянула я на валлейском и принялась разрезать кусок мяса в тарелке. — Сначала отсылаем, потом воруем и стараемся не потерять по дороге к алтарю. Какие могут быть еще вопросы? Все логично.

— Ты осознаешь, что я тебя понимаю? — мягко спросил он на эсхире.

— На это и был расчет. — Сдержать насмешливую улыбку оказалась невозможно. — Как скоро случится знаменательное похищение? Через месяц?

— Через три дня, — без особых эмоций ответил он. — У тебя есть какие-то пожелания?

— Нет, — вздохнула я. — Хотя подожди, есть! Мне нужен преподаватель эсхиря. Я хочу научиться писать, читать и по-человечески… в смысле, свободно говорить.

— Что-то еще? — спросил он, не забывая работать столовыми приборами.

— Еще? — протянула я и оценивающе посмотрела на жениха. — Покажешь мне своего дракона?

Киан поперхнулся едой, раскашлялся в кулак и сделал жадный глоток воды. Предложить ему постучать между лопаток я постеснялась, хотя хотела.

— Ты просишь, чтобы я обратился? — наконец спросил он.

— Не прямо сейчас! — помахала я руками. — Ну просто… Разве нам не надо потренировать похищение?

— Нет.

— Я боюсь, что ты уронишь меня по дороге, — настаивала я. — Приноровимся, позу выберем.

— Позу? — вкрадчиво уточнил он.

— Лицом или спиной, стоя, сидя… кхм… лежа. — Я дернула плечом, давая понять, что варианты закончились. — Просто это мое первое похищение драконом. Хочется долететь до ритуальной чаши в целости и сохранности. Желательно в своем уме. Но если ты уже поднаторел в этом деле, то я, конечно, доверюсь мастеру…

— Ты сказала «мастеру»? — уточнил он.

— Я знаю, что драконы любят воровать девушек.

Внезапно в его глазах с вертикальными зрачками вспыхнул насмешливый огонек, уголок рта дернулся в ироничной улыбке. Опершись локтями о стол, будущий муж-похититель сцепил пальцы в замок и некоторое время изучающе рассматривал мое лицо.

— Что? — не выдержала я.

Он произнес длинную фразу. Красивую, сложную, певучую и, без сомнений, ужасно язвительную. Смысл от меня ускользнул еще на первом звуке.

— Ты же осознаешь, что я тебя не поняла? — невольно переиначив его вопрос, вымолвила я.

— На это и был расчет, — усмехнулся Киан.

После обеда он проводил меня — нет, не до покоев, — до дверей столовой. Большая делегация уже исчезла, и нашего возвращения в мир после ритуальной, но весьма сытной трапезы ожидал смотритель с двумя горничными.

— Служанок специально выбрали по твоему возрасту. Смотритель Вигдис покажет твои комнаты, — объявил Киан. — Завтра госпожа Фрея тебе расскажет о брачном ритуале. Отдохни хорошо.

— Как мне с тобой связаться, если что-то понадобится? — спросила я.

— Ты обо всем можешь попросить Вигдиса.

Мы одновременно посмотрели на седовласого смотрителя.

Тот слегка поклонился.

— Есть проблема, — вздохнула я. — Он знает язык жестов? По-другому я с ним объясниться не смогу.

И снова мы обратились к Вигдису. Кажется, тот занервничал. Возможно, начал подозревать, что иноземка замышляет против него недоброе. Кланяться второй раз не стал, ограничился кивком.

— Просто пришли ко мне горничную с запиской, — сдался Киан.

На этом мы попрощались. В некоторой растерянности я вышла из столовой, но внезапно поняла, что еще кое-чего не уточнила.

— Еще вопрос, — заявила ему, подняв указательный палец. — А как я завтра договорюсь со свахой? Конечно, я спрошу у нее, как пройти в библиотеку, но вряд ли это поможет делу.

— Через переводчика, — уверенно пообещал Киан.

— Хорошо. — Я уже хотела уйти, но не удержалась. — Последний вопрос. У тебя все это время был переводчик?

— Найдем, — коротко ответил он.

— Тогда пошла обозревать владения, — сдалась я. — Если что, напишу.

В общем-то, больше сказать было нечего ни на валлейском, ни на эсхире. Оставалось удалиться и познакомиться с новыми владениями.

По дороге мне позволили полюбоваться дворцом и видом из окон. Когда в широком коридоре горничные открыли двери и я ступила в покои, то мигом почувствовала себя девицей из глухой деревни, случайно попавшей к цивилизованным драконам.

Спальня оказалась роскошной и огромной, в жизни такой не видела. В смысле, видела, но на картинках. Стены были отделаны дубовыми панелями, с потолка спускалась каскадная люстра. Высокие арочные окна, выходящие на фьорд, украшали разноцветные витражи. Широкая кровать резным изголовьем утопала в алькове, на полу лежал шерстяной ковер.

Похоже, вид у меня был столь обалделый, что смотритель на всякий случай уточнил:

— Вам подходит, эйлин4[4] Анна?

— Хорошо, — без особой сноровки проговорила я на эсхире и поспешно добавила: — Спасибо.

Чтобы смотритель не подумал, что невеста будущего владыки мало что темная, так еще и невоспитанная.

— Прислали свадебный дар, — стараясь говорить исключительно простыми фразами, объявил Вигдис и указал на две картины, стоящие на мольбертах и накрытые покрывалами.

Пришлось выдать контрольные «хорошо» и «спасибо».

Похоже, смотритель решил, что его просят немедленно продемонстрировать ценный подарок, и снял чехлы с полотен…

На картинах были изображены две страшенные бестии, каких в питомнике для монстров даже за деньги не увидишь. Пятипалые, двухвостые и оскаленные. Они щерили клыки, выгибали спины и словно хотели вцепиться друг другу в глотки. Слюна капала крайне живописно, глаза, намазюканные алой краской, тоже были весьма колоритны.

Некоторое время мы всем квартетом в гробовой тишине рассматривали эти образчики северного искусства.

— Янгель Подлунный, — невозмутимо представил картины Вигдис.

— Прислал? — тихо уточнила я.

— Художник. — Смотритель задумчиво помолчал. — Он из Родолесса.

Родолесс — королевство, известное сильной школой бестиологии, дорогим бренди и очень странным искусством. Образчик такого сейчас стоял на фоне окна и, прямо сказать, портил божественный вид на мирные фьорды.

— Это многое объясняет… — пробормотала я себе под нос на родном языке и уточнила для ясности: — А прислал кто?

— Кейрим Власт из Фрайта, — пояснил Вигдис. — Закрыть?

— Пожалуйста, — согласилась я на эсхире, но немедленно поняла, что выдала не волшебное слово, а сказочное ругательство, и от смущения на секунду прикрыла глаза.

Господи боже, отдайте мне конспекты, записанные на занятиях с профессором, и больше ничья душевная организация не пострадает! Моя — в том числе. В этих священных писаниях культурного человека были крайне пристойные фразы на любые случаи жизни.

— Эйлин Анна? — обратился ко мне смотритель.

— Кхм?

— Согласен с вами, — невозмутимо прокомментировал он и отдал короткий приказ девушкам.

Картины исчезли под белым полотном. Унести дары он, правда, не предложил. Ушел, а страшные бестии, присланные от владыки северного полуострова Фрайт, остались. Непременно из большой благодарности отправлю этому кейриму что-нибудь необычное… Плакат оперного певца, который будет улыбаться, как натуральный псих!

Оставшись втроем, мы с девушками некоторое время друг друга разглядывали, глупо улыбались и молчали. Они ждали распоряжений, а я примерялась и так и сяк, как договориться с людьми, которые уже узнали меня с неприглядной стороны. Не знаю, кто из нас испытывал большее смущение.

— Что ж… — Я растерла ладони и огляделась по сторонам: — Где мои вещи?

Жестами девушки указали мне направление. Оказалось, что в покоях была большая гардеробная… отчасти похожая на торговый зал лавки готового платья. На деревянных плечиках висела женская одежда, очевидно, сшитая по моим меркам. Сходи я с ума по платьям и подаркам, свихнулась бы от восторга и осталась в этой гардеробной жить. Похоже, на будущей жене Киан Йорн экономить не собирался.

В центре стоял портняжный манекен с длинным алым нарядом, расшитым золотой нитью. Приблизившись, я огладила ладонью бархатистую мягкую ткань, пропустила через пальцы тонкое кружево на вороте. По традиции драконы венчались в красном.

— На свадьбу? — спросила у девушек, и те одновременно закивали. — Красиво.

Три скромных дорожных сундука притулились друг к другу потертыми боками и на фоне новых вещей выглядели как будто неуместно.

— Открываем! — скомандовала горничным, потому как слово «разбираем» не знала, а «пожалуйста» добавлять побоялась.

Разбор багажа занял позорно мало времени. Пока помощницы искали место для моих скромных платьев, я вытащила из ларца с особо важными вещами коробочку с браслетом. Думала подарить в день свадьбы, но гардеробная с приданым как бы тонко намекала, что будущего мужа следовало поблагодарить. И пусть подарок был скромен, но, как говорят хорошие люди, ценность — в намерении и внимании, а не в стоимости. Хорошие люди не будут врать. Пожалуй, приму их точку зрения.

Достав из сундука деревянный пенал и блокнот, я черкнула коротенькую записку «Удели мне пять минут» и выдрала лист.

— Отнеси кейриму, — попросила горничную.

Она с трепетом приняла сложенное вчетверо послание и поклялась исключительно поэтичной фразой:

— Буду ветром в крыльях!

— Да не лети, мы никуда сегодня не опаздываем, — ответила я на валлейском, напоролась на вопросительный взгляд и выдала коронное: — Спасибо.

Служанка действительно выскочила из гардеробной, словно ей в спину дул ветер. Но время шло, вещи были окончательно разобраны, а она не вернулась. Видимо, где-то в середине пути ветер поменял направление и начал шпарить в лицо, заставляя преодолевать на волевых каждый шаг.

На поиски пропавшей коллеги вызвалась отправиться вторая горничная. Мы договорились с помощью универсальных фраз из конспекта. Девушка тоже унеслась на крыльях ветра. И исчезла. Через полчаса я поймала себя на дурацкой мысли, что переехала в страшное место, где исчезают все, кто пытается найти будущего кейрима.

Не придумав лучшего способа обнаружить пропавших служанок, я выглянула в коридор и наткнулась на стражей, охраняющих двери. А еще нашла Киана собственной персоной, уверенной походкой шагающего к моим покоям. Исчезнувшие горничные семенили следом с лицами, полными незамутненного благоговения, словно хозяин дворца случайно наткнулся на них в паутине коридоров и лично вывел в цивилизацию.

Киан остановился передо мной и некоторое время молча рассматривал. Войти не пытался и чего-то терпеливо ждал, хотя я уже подвинулась в дверях, недвусмысленно предложив покорить женские покои.

— Заходи, — кивнула я.

— Пригласи, — уронил он.

— Ох! Добро пожаловать. И это… Ветра! В крылья.

И он пожаловал. Горничные зайти не посмели, остались в коридоре дожидаться, когда закончится наше внеплановое свидание. Я по привычке потянулась к бронзовой ручке, но один из стражей аккуратно прикрыл дверь без моей помощи.

— Ты хотела меня, — проговорил Киан на валлейском.

— Не хотела! — почти испугалась я. — В смысле, хотела, но не тебя. Нет, тебя. Боже! Ты мне нужен. Не в принципе, а сейчас…

Окончательно выдохшись, я замолчала. Уголок рта Киана дернулся в кривоватой улыбке.

— И зачем ты меня хотела?

Я почти выпалила, что не хотела, но это возвращало нас в начало неловкого разговора, оставалось смиренно кивнуть:

— Нужно кое-что отдать.

Наводящих вопросов Киан задавать не стал, уверенно направился в спальню, совмещенную с гостиной и, должно быть, кабинетом, если судить по изящному письменному столу в уголке. Жених задумчиво прошелся по покоям, словно оказался здесь впервые, и остановился перед картинами.