Горец. Я не буду твоей

Завидую, потому что чувствую – он её по-настоящему любит.

А меня?

Любит ли кто-то меня? Будет ли любить?

Кирилл?

Что-то я уже вся в сомнениях.

Хасанов?

Тут точно мимо.

Да я и не хочу, чтобы этот человек меня любил…

Я хочу, чтобы обо мне говорили так, как Омар говорит о своей девушке. Хочу настоящей любви.

Только… где мне её взять?

Неужели мне придётся смириться со своей участью и как овце на заклание пойти к тому, кому меня сосватал брат?

- Лала, так что? Везти тебя домой или в горы?

- В горы.

Отвечаю, еще не понимая, что подписываю себе приговор.

Едем мы быстро.

Хотя машину Омар ведёт аккуратно. Он спешит, но не лихачит. На базу добираемся уже к вечеру. Мне не по себе.

Сердце сбоит. Если Кирилла тут нет… Что делать?

В дороге Омар с кем-то связывался. Но мне ничего не сказал. Я так и не поняла, искал ли он Кирилла, или просто общался по своим делам.

На въезде в базу Оман притормаживает.

Смотрю вокруг. Еще светло, хорошо видно горы, ущелья, и бирюзовую гладь озера, ставшего водохранилищем. Я когда-то была здесь, мне очень понравилось.

Я вообще люблю наши края, тут такая дикая, свободная, смелая природа! Словно создана для какой-то такой же дикой, необузданной страсти.

Я понимаю, почему наши мужчины такие.

Горцы.

Горячие. Смелые. С крутым нравом.

Охочие до драк и до любви.

Да и женщины у нас тоже с характером! Да, да!

Поэтому бывает не просто. Как кинжал на гранит. Острая сабля и камень. Это только кажется, что мы, горянки, слабые, домашние и покорные.

Вовсе нет.

Мы тоже свободолюбивые как ветер, как стремительный, бурный поток наших горных речек. Не каждая готова подчиниться. И подчиняемся мы только тем, кто сильнее нас, сдаёмся на милость победителя.

Вожака. Альфа-самца.

Омар внимательно смотрит на меня, словно мысли читает.

- Что?

- Залезай назад.

- В смысле?

- Не спорь, Лала. Там стекла тонированные, тебя не увидят. Я пойду и спрошу тут ли твой жених. Если он тут – вызову его на разговор. Так, чтобы вы поговорили без свидетелей. Если его нет – уедем, и никто не будет знать, что ты была со мной. Ясно?

Понимаю о чём он.

Омар заботится о моей репутации.

На самом деле – о своей печётся.

Если узнают, что я была с ним – ничего хорошего не будет.

Тагир может вообще заставить его на мне жениться!

Или убьёт. А у Омара невеста.

Кому охота жениться на незнакомой взбалмошной козочке, когда дома ждёт уютная, удобная, теплая женщина?

Сижу сзади, губы кусаю от нетерпения.

Омар идёт к главному вхожу базы, скрывается за дверью.

Не знаю, сколько проходит времени. Я уже и ноготь сгрызла почти до мяса.

Наконец, Омар выходит.

Один.

Мне хочется плакать. А потом сразу смеяться, потому что через мгновение за Омаром из-за двери выходит мой Кирилл.

Быстро идёт к машине, я не выдерживаю и выскакиваю ему навстречу.

Мне плевать что будет. Плевать, что скажут.

Бегу к нему, почти бросаюсь к нему на шею и тут замечаю девицу, которая выходит вслед за ним.

- Кирюша, дорогой, ну в чём дело? Что случилось, милый? Ты куда?

Милый? Кирюша?

Самое ужасное, что я знаю девицу, которая это говорит.

Карина.

Моя ровесница, но уже вдова. Муж был старый, умер полгода назад. Она явно недолго горевала.

- Амирханова? Это ты? Что ты тут делаешь? Ничего себе, вот тебе и Лала недотрога! С мужиками по турбазам катается.

- Рот закрыла! – это Омар подаёт голос, вступаясь за меня. – И забыла кого ты видела, понятно.

Он смотрит на меня с явным разочарованием, кивает, показывая на свою старую развалюху.

- В машину!

Но я не я, если буду подчиняться!

Подхожу к Кириллу и с размаху леплю пощечину.

- Трус! Предатель. Забудь обо мне!

- Ты чего это моего парня лупишь? Совсем уже? – Карина налетает на меня, но Омар хватает её за руку, оттаскивая, сам снова на меня глядит.

- Сказал – в машину!

Покорно забираюсь на переднее сиденье.

Уже всё равно. Меня уже видели.

Всю обратную дорогу мы молчим.

Я в ужасе от всего, что произошло. Как мне кажется – Омар тоже.

Подъезжаем к моему дому и у меня сердце от страха становится размером с грецкий орех.

На пороге стоит Тагир. И это не сулит нам с Омаром ничего хорошего.

Вижу, как мой спутник сцепляет зубы, желваками играет.

- Сиди в машине. – говорит строго.

- Нет. Это мой брат, и ты…

- Я сказал, сиди в машине, Лала.

Почему-то я подчиняюсь.

Сама не знаю почему.

Только свои же слова вспоминаю.

Подчиняемся мы, женщины гор, только самым сильным горцам.

Омар выходит. Подходит к моему брату.

Говорят о чём-то эмоционально, очень эмоционально, жестикулируя яростно. Потом Тагир резко поднимает руку и бьёт Омара точно в челюсть.

Тот не даёт сдачи. Что-то зло выплёвывает моему братцу в лицо и идёт к машине.

Садится, заводит мотор.

Я не понимаю, что происходит. Он что, меня увозить собрался? Куда? А Тагир? Так просто меня отпускает?

- Что? Что случилось?

- Теперь ты моя.

- Что?

- Моя жена.

Г