Путь кабальеро

О. Генри

Путь кабальеро

СОДЕРЖАНИЕ

Предисловие переводчика

Главные действующие лица

Путь кабальеро

Бонусная часть

Бонус 1. От рассказа О. Генри к легенде Киско Кида

Бонус 2. Как Киско Кид попал в большое кино

Бонус 3. Киско Кид получает «Оскар»

Бонус 4. Маленький словарь техасского фронтира

Бонус 5. Послесловие переводчика

ПРЕДИСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА

Есть литературные герои, чья жизнь оказывается намного длиннее произведения, в котором они родились. Они покидают страницы книги, переходят на театральную сцену, появляются на киноэкране — и постепенно становятся частью массовой культуры. Именно такая судьба выпала Киско Киду, впервые появившемуся в рассказе О. Генри «Путь кабальеро».

Сегодня имя О. Генри знакомо практически каждому любителю классической американской литературы. Мы помним его прежде всего как непревзойдённого мастера короткого рассказа — ироничного, стремительного и почти всегда заканчивающегося неожиданным поворотом, который заставляет читателя заново взглянуть на всё прочитанное.

«Путь кабальеро» — прекрасный пример этого искусства.

Перед нами американский Юго-Запад начала XX века: техасские равнины, заросли кактусов, маленькие мексиканские поселения, рейнджеры, лошади, револьверы и люди, привыкшие самостоятельно устанавливать правила жизни и смерти.

В центре рассказа — Киско Кид.

О. Генри совсем не пытается сделать из него благородного героя. Киско — преступник и убийца. Но у него существует собственный кодекс чести. Он безжалостен к мужчинам и одновременно подчёркнуто галантен с женщинами. Именно это странное противоречие становится ключом ко всей истории.

Киско любит прекрасную Тонью. Тонья влюбляется в техасского рейнджера Сэндриджа. Сэндридж охотится за Киско.

Три человека оказываются связаны любовью, ревностью, предательством и смертельной опасностью.

Казалось бы, перед нами сюжет классического вестерна. Но О. Генри был бы не О. Генри, если бы позволил истории закончиться так, как ожидает читатель.

Особый интерес этого небольшого рассказа заключается ещё и в его удивительной дальнейшей судьбе.

Киско Кид пережил своего создателя. Из героя одного рассказа он постепенно превратился в популярного персонажа американского кино, радио, комиксов и телевидения.

А одна из первых знаменитых картин о нём — «В старой Аризоне» (In Old Arizona) — вошла в историю кинематографа и первых лет премии «Оскар». Исполнитель роли Киско Кида Уорнер Бакстер получил премию Американской киноакадемии за лучшую мужскую роль.

Так небольшой рассказ О. Генри оказался связан с историей большого кино.

Именно поэтому «Путь кабальеро» занимает своё место в серии «Оскароносные книги»: здесь особенно хорошо видно, как литературный персонаж может выйти далеко за пределы первоначального произведения и начать совершенно новую жизнь на экране.

Для настоящего издания выполнен новый перевод непосредственно с английского оригинала The Caballero’s Way. Задачей перевода было сохранить не только сюжет, но и характерную интонацию О. Генри — его лаконичность, юмор, авторскую насмешку, динамику и тот самый неожиданный финальный поворот, ради которого последние строки его рассказов нередко хочется перечитать дважды.

И ещё одно решение принято сознательно.

В некоторых русских переводах имя Cisco Kid передавалось иначе. В настоящем переводе используется Киско Кид — единый вариант имени персонажа для всего издания.

А теперь отправимся на техасскую границу — туда, где между Фрио и Рио-Гранде скачет на своём пятнистом мустанге двадцатипятилетний человек, которому закон давно вынес приговор, но пока никак не может привести его в исполнение.

Его зовут Киско Кид.

И у него есть одно качество, которым он особенно гордится: с женщинами он всегда поступает как настоящий кабальеро.

Владимир Давыдов

ГЛАВНЫЕ ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Киско Кид

Молодой преступник, чьё имя хорошо известно по обе стороны техасской границы. Ему всего двадцать пять лет. Он опасен, быстр с револьвером и привык жить вне закона. Но у Киско есть собственный кодекс: с женщинами он неизменно учтив и предупредителен. Он гордится тем, что при любых обстоятельствах остаётся кабальеро. Именно эта странная смесь жестокости и рыцарства определяет его характер.

Тонья Перес

Молодая мексиканка, живущая в небольшой хижине возле брода Одинокий Волк. Возлюбленная Киско Кида. Красивая, темпераментная и переменчивая, Тонья оказывается между двумя мужчинами — преступником Киско и техасским рейнджером Сэндриджем.

Лейтенант Сэндридж

Высокий светловолосый офицер техасских рейнджеров. Получив приказ разобраться с Киско Кидом, Сэндридж приезжает к броду Одинокий Волк и знакомится с Тоньей. Охота за преступником очень скоро превращается для него в личное дело.

Путь кабальеро

Киско Кид за свою недолгую жизнь убил шестерых мужчин в более или менее честном бою, вдвое больше прикончил без особых церемоний — главным образом мексиканцев, — а число раненых им давно уже перестал считать.

Киско Кид — гроза техасского фронтира

Ему было двадцать пять, хотя с виду едва ли можно было дать больше двадцати. Если бы страховая компания подвергла его обстоятельному медицинскому осмотру, её врач, вероятно, определил бы продолжительность его жизни примерно в двадцать шесть лет.

Домом ему служило всё пространство между реками Фрио и Рио-Гранде. Убивал он по самым разным причинам: потому что любил убивать, потому что был вспыльчив, чтобы избежать ареста или просто ради развлечения. В сущности, ему годилась любая причина, какая первой приходила в голову.

До сих пор ему неизменно удавалось ускользать от закона. Отчасти потому, что он выхватывал оружие и стрелял на добрые пять шестых секунды быстрее любого помощника шерифа или рейнджера; отчасти потому, что его пятнистый гнедой мустанг знал каждую тропу среди мескитовых зарослей и опунций от Сан-Антонио до Матамороса.

Но Киско Кид был влюблён. Девушку звали Тонья Перес. Лицом она была чем-то средним между Кармен и Мадонной, а всем остальным напоминала колибри.

Она жила в крытой соломой хижине неподалёку от маленького мексиканского поселения у брода через Фрио, известного как Одинокий Волк. Вместе с ней обитал то ли отец, то ли дед — чистокровный потомок ацтеков, которому на вид было никак не меньше ста лет. Днём он пас коз, а всё остальное время пребывал в состоянии опьянения.

За хижиной стеной поднимались густые заросли кактусов футов двадцати высотой и подступали почти к самой крыше.

Тонья ждала Киско у брода Одинокий Волк

Именно через лабиринт этих колючих зарослей пятнистый мустанг обычно привозил Киско Кида к его возлюбленной. Однажды Киско, словно ящерица, прижавшись к коньку крыши высоко под её соломенным скатом, услышал, как Тонья — с лицом Мадонны, красотой Кармен и душой колибри — разговаривала с отрядом шерифа и на своей мягкой смеси испанского и английского отрицала, что знает, где находится её мужчина.

Однажды генерал-адъютант штата, по должности командовавший силами рейнджеров, написал несколько язвительных строк капитану Дювалю, командиру роты X, стоявшей в Ларедо. Он выразил недовольство тем, насколько спокойно и безмятежно живётся убийцам и отчаянным преступникам на территории, находившейся под ответственностью капитана.

Под загаром лицо капитана Дюваля приобрело цвет кирпичной пыли. Добавив к письму несколько собственных замечаний, он отправил его с рядовым рейнджером Биллом Адамсоном лейтенанту Сэндриджу, стоявшему с отрядом из пяти человек у водопоя на Нуэсесе.

Обычный клубничный цвет лица лейтенанта Сэндриджа стал ещё ярче. Он сунул письмо в задний карман и принялся кусать кончики своих желтоватых усов.

На следующее утро Сэндридж оседлал коня и в одиночку отправился за двадцать миль — к мексиканскому поселению у брода Одинокий Волк на реке Фрио.

Ростом больше шести футов, светловолосый, как викинг, невозмутимый, как священник, и грозный, как пулемёт, Сэндридж переходил от одной хижины к другой, осторожно расспрашивая о Киско Киде. Но мексиканцы боялись мести Кида куда больше, чем закона.

Одним из любимых развлечений Киско было прострелить мексиканцу ногу и посмотреть, как тот запляшет. А если уж ради одной забавы он устраивал подобные представления, страшно было подумать, что он способен придумать для человека, действительно вызвавшего его гнев.

Поэтому в ответ на вопросы Сэндриджа все как один пожимали плечами. Никто ничего не видел. Никто ничего не слышал. Никто ничего не знал.