Исцеляющий миры. Черный ящер

— Слушай дальше! — приставил палец к губам Ацель, и Эдвард снова приковал взор к экрану.

«…Согласно заключению судмедэкспертов, смерть наступила в результате внутреннего кровотечения, вызванного разрывом сонной артерии…»

— Джулия Мэдисон… — задумчиво рассматривал выведенное крупным планом фото убитой. — Это не та ли журналистка, которая раскритиковала последнее интервью премьер-министра?

— Да, она.

— Многие пророчили ей тюрьму… Но чтобы так… Видимо, у кого-то сдали нервы, и они решили расквитаться с ней сами. Противников инопланетян развелось как крыс. Помнишь ту секту ксенофобов под руководством Барри Бакстера, что устраивала протесты по всему городу? Их тогда поддержали политики, позволили им выступать на парламентской площади. А ведь они были отбросами, уродующими Станвелл граффити! Не верится… Неужели им это сойдет с рук?

— Уже сошло.

Мрачная реплика Ацеля натянула нервы Эдварда так, что его сердце едва не разорвалось, когда в дверь квартиры постучали.

— Я пойду открою…

— О, нет, — застонал пришелец, услышав с порога голоса.

К Ацелю мчалась, махая газетой, миссис Уоткинс. Сегодня на главной моднице Станвелла были укороченные синие штаны на подтяжках и шерстяная рубашка. К счастью, глаза Ацеля этого не видели, потому что он своевременно снял очки. От запаха парфюма сегодня его защищала простуда. Жаль, что он не мог сделать главного — оглохнуть! Больному полагаются покой и тишина, что явно не олицетворяла собою эта женщина.

Следом, в личном сопровождении Эдварда, в комнату вошла, как сама скромность, мисс Пенни. Ацель узнал ее по звукам запинающегося Эдварда. На девушке сидело несменяемое платье в горошек, а сверху, для тепла — бейсбольная кофта, сшитая не для маленьких женских плеч. Сердце и очи Эдварда, тем не менее, Пенни смогла поразить и в таком неброском наряде.

— Вы читали утреннюю газету?

Эдвард забрал у миссис Уоткинс сверток, пока она не отлупила им Ацеля, и развернул его, примерно соображая, по поводу чего весь этот переполох.

Естественно, новость об убийстве журналистки занимала главный заголовок, но не с тем содержанием, какое могло прийти на ум. В нем не значилось ничего про политический сговор, ксенофобию и сектантов. На обложке бросалась в глаза фотография с места убийства — трамвайные пути, обнесенные желтыми лентами, полицейские машины и труп, где замечательно было видно лицо мисс Мэдисон — без единой царапины, издевательски четкое и чистое.

— Что это такое? — у Эдварда задрожали колени, и он присел на диван.

— «Вторая жертва инопланетян», — был выделен жирным шрифтом заголовок. — Джулия Мэдисон, выступающая за мирный союз с внеземными расами, была жестоко растерзана сегодня ночью космическим чудовищем.

Ацель оживился, надел очки и вырвал газету:

— Так и знал! — зашипел он почти по-змеиному, хотя на нем и была маскировка.

— Я нашла фото без цензуры, — показала миссис Уоткинс ему свой телефон.

Все та же фотография. На жертве от горла и вниз расползалось с десяток темных полос — следов когтей.

— Фото было несложно найти. Просто забиваешь «убийство в Станвелле» в поисковик, и — вуаля! — десятки ссылок!

Эдвард не смог долго разглядывать снимок.