История Древнего бога 2

Рин Дилин

Уосэ Камуи. Часть II

В предыдущей части

– Господи, ты боже мой! Он во всём этом участвовал! Он продал Юки из-за денег! – ахнула поражённая Аой.

Вот он, страшный секрет семьи Оматцу! Акира не убивал Юки, её кровь была на руках знахаря, её деда.

По деревне прокатился набат деревенского колокола – людей поднимали на истребление волков. С дубинами, мотыгами и вилами, неся горящие факелы, люди шли в лес, чтобы «истребить всех зверей, погубивших их доброго господина и его беременную невесту».

Первым на пути попался новенький храм, построенный ими для Уосэ Камуи, Белого Воющего Бога. И они в ярости подожгли его: получай, раз дозволил своим слугам сотворить подобное!

Храм занялся огнём весело и быстро, словно сухой порох и огонь сразу перекинулся на лес.

– Люди сожгли твой храм…

– Я же говорил, они не постоянны, – безразлично пожал плечами Акира – Селяне убивали волков, жгли лес, выгоняя из него затаившихся хищников. Чтобы никто не мог уйти от их «праведного» гнева, вводя меня в ещё большую ярость. Те четверо… Они совершили ошибку, оставшись. И я нашёл их. Убийц всегда тянет на место преступления, так ведь говорится?

Они решили лично удостовериться, что тела убитых ими возлюбленных и преданных им охранников, дотла сгорят в лесном пожаре, чтобы невозможно было понять, что погибли они отнюдь не от волчьих зубов.

Аой будто заворожённая смотрела, как пылающее огнём божество одного за другим настигает убийц Юки и разрывает их на части.

– Смотри. Знаешь что это? – сказал Акира, отвлекая её от страшного зрелища, и поднял с земли маску белого волка.

По ней густо стекала кровь убитой Юки.

– Маска. Из тех, что продаются в этой деревне, – механически произнесла Аой.

– Маска. Но не та. Эту Юки купила в одном далёком городке и везла её, чтобы подарить мне на празднике. Наверное, она хотела этим сказать мне, что есть и другие места, где меня знали…

– А как удалось знахарю усмирить тебя? – спросила Аой.

– Никак. Я сам пришёл к нему. До самого утра я бродил по бывшему мне домом этому лесу, то здесь, то там натыкаясь на кучи убитых волчьих тел. Боль от смерти Юки огнём сжигала меня изнутри. Да, я уничтожил её убийц, но их кровь не смогла потушить во мне это пламя. И вид людских бесчинств в моём лесу заставлял разгораться это пламя ещё сильнее. Я испугался, что превращаюсь в злобного огненного духа и могу уничтожить всю деревню и её жителей вместе с дедом Юки и её ребёнком.

Утром, истерзанный этой болью, я пришёл к его дому и попросил наложить на меня заклятие, позволяющее мне забыть о её смерти. Я хотел помнить её живой и весёлой, будто она уехала, вышла замуж и счастлива где-то далеко-далеко…

Знахарь согласился. Сказал, что есть у него одно старинное заклинание, но для этого ему нужно моё полное согласие на всё, что он будет делать…

– Он обманул тебя… – произнесла Аой, видя, как старик использует вместо одного заклятия три.

Свет исчез. Лишь бескрайняя пустая тьма окружала их. А посреди этого великого Ничто, свернувшись клубком, снедаемый внутренним пламенем боли и страдания лежит белый волк.

«Старик обманул его и не смог заглушить его страдания. Боль мучила его все эти годы… Как он только не сошёл с ума?» – поразилась Аой.

«Извини… Извини?.. Извини!.. Извини…»

– Что это за голоса? – спросила Аой.

– Это голоса многих поколений членов семьи Оматцу, имевших доступ к сосуду, – ответил Акира.

– То есть, они все об этом знали?!

– Выходит, что да.

Акира взял обеими руками окровавленную маску, поднёс её к своему лицу и посмотрел на Аой через прорези для глаз.

– Но старик не единственный здесь обманщик? Так ведь, лисёнок?

«Когда он…» – Аой взглянула на свою руку, она была так поглощена разгадыванием тайны семьи Оматцу, что не заметила, когда он перестал держать её ладонь.

В какой момент они пересекли преграды в его сознании, и он всё вспомнил? И как ему удалось взять в руки вещь из своих воспоминаний? Как он сделал это?

– Пожалуй, больше ничего интересного мы не увидим. Пора возвращаться, – холодно произнесла Аой, стараясь скрыть своё волнение.

Акира рассмеялся и опустил руки с маской, которая тут же исчезла. Он отступил назад и исчез в темноте.

– Откуда такая уверенность, что мы до сих пор в моём сознании? Присмотрись хорошенько. Что ты видишь, глупый маленький лисёнок? Ты узнаёшь это место? – прозвучал его голос ниоткуда.

Аой стало трудно дышать, сердце бешено заколотилось в груди, узнавая это место, это могло быть только оно…

Глава 1

– Жил-был один маленький глупый лисёнок. А глупым был потому, что однажды решил уйти из своей большой семьи и пойти в услужение в другую, человеческую семью Оматцу. Лисёнок был не такой, как другие лисы. И те очень жестоко издевались над ним и мучили его. Очень часто эти лисы закрывали лисёнка в большой бочке из-под солений на всю ночь, а бывало и на несколько дней, – звучал в темноте голос Акиры – Так что же ты скрываешь, лисёнок?

Ладони Аой ощупывали пространство вокруг себя, стремясь найти выход, но каждый раз наталкивались на шероховатую деревянную преграду.

«Это она, та самая бочка…»

– Если мы в моём сознании, то ты уже знаешь ответ. А если знаешь, то зачем тогда спрашиваешь?

– Да, знаю. Просто я хочу, чтобы правда была сказана не мне, а ей.

Маленький огонёк появился в кромешной тьме и начал расти, словно приближаясь издалека, и постепенно формируясь в человеческую фигуру. Это была Василиса.

– Аой! – строго произнесла она, – Аой, успокойся!

На глаза кицунэ навернулись слёзы – прости меня, прости!

– Акира! – продолжила Василиса, глядя в пустоту, – Мы с Аой помогли тебе. Зачем ты так не хорошо поступаешь?!

– Контракт хевал нарушен ложью, – возразил его спокойный голос из темноты, – Но пока мы здесь, он продолжает действовать. И у кицунэ есть шанс всё исправить. Можете считать это моей благодарностью.

Лоб Аой коснулся ног своей маленькой госпожи:

– Прости меня! Прости… Прости…

Василиса устало потёрла пальцами переносицу.

– Боже мой, какая глупость… Неужели вы оба думаете, будто я не знаю этого? Я давно уже обо всём догадалась. Я же не настолько маленькая и бестолковая!

– Госпожа…

– Прекрати меня так называть! Я тебе друг, а не хозяйка, – Василиса заглянула в глаза кицунэ и, протянув свою маленькую ручку, улыбнулась – Вставай. Идём домой, Аой? Открой глаза!

* * *

– Открой лаза, открой глаза… – снова настойчивым шёпотом прозвучал голос Василисы.

Аой подчинилась и сразу же наткнулась взглядом на сидящего напротив и нахально скалящегося Акиру.

Они по-прежнему находились на веранде. Свечи вокруг пентаграмм уже почти догорели. Сколько времени они отсутствовали? Небо начинало понемногу светлеть.

– Убила бы тебя, если б могла! – зло прошипела Аой Акире.

– Не убила бы, – весело фыркнул Акира, – даже если и могла бы. Потому что это бы расстроило Василису.

– Не ссорьтесь… – зевая, пробормотала девочка, сидя на коленях у кицунэ и сонно потирая глаза, – Акира, ты теперь уйдёшь?

Он посмотрел на уснувшую за столом Настю, подложившую под голову своё готовое платье и мирно посапывающую во сне.

– Нет, теперь точно не уйду. – ответил Акира Василисе, – Но пусть всё останется в секрете, хорошо?

Аой взяла на руки засыпающую девочку и встала, собираясь отнести её в комнату.

– Надеюсь, и нашу маленькую тайну ты тоже сохранишь? – тихо произнесла она и пристально посмотрела на Акиру.

– Конечно, – усмехнувшись, пожал плечами он, – можешь не волноваться.

Лисица недоверчиво дёрнула хвостом и удалилась в дом, бережно неся уже посапывающую Василису.

Акира подошёл к испуганно напыжившемуся домовому и пристально посмотрел ему в глаза.

– Ну, что? Не удалась твоя затея с временным контрактом? Ладно, успокойся, старый. Наша история теперь только начинается. – немного помедлив, он погладил его по спине, как обыкновенного кота, приглаживая вздыбленную шерсть, – Поздно переживать.

Кот таращился на божество, не смея произнести не слова – это был больше не тот потерянный слабый бог. Заклятие пало и древнее божество вернуло себе и память и силу. Чего теперь от него можно было ждать, Кот не знал.

Акира подошёл к Насте и нежно погладил её по волосам, поправляя выбившиеся прядки. Как он раньше не замечал, что аура девушки так вся и сияет от заключённой в её теле Силы? Внутри него возникло острое желание немедленно поглотить, забрать себе её всю, опустошить до последней капли этот хрупкий человеческий сосуд.

Акира медленно выдохнул, стараясь взять себя в руки и борясь с сиюминутным порывом: этого делать было нельзя. По крайней мере, не сейчас. Нужно сначала понять, что это такое.

– Нет, теперь я точно не уйду. – снова произнёс он, вспомнив вопрос Василисы.

Он осторожно, стараясь не разбудить, взял девушку на руки. Настя мёртвой хваткой вцепилась в сшитое платье, крепко прижала его к себе и, блаженно улыбалась во сне, уткнулась носом Акире в грудь, снова засопела.

– Ты – моё сокровище… – хищно оскалился он и поцеловал девушку в лоб, – И я не собираюсь отдавать тебя никому. Теперь ты принадлежишь мне.

Бережно прижимая Настю к себе, он осторожно понёс её в дом.

Настороженно наблюдающий за ним Кот, спрыгнул на пол и подошёл к брошенным догорающим свечам вокруг нарисованных пентаграмм.

– Даже страшно представить, что теперь будет… – пробормотал домовой и задул свечу.

В тот же миг все остальные свечи тоже погасли и исчезли вместе с магическими символами, словно их и не было.

Акира занёс девушку в её спальню и положил на кровать. Оказавшись на своей мягкой постели, до конца не проснувшись, Настя принялась стягивать с себя жаркие бриджи и майку. Аппетитные изгибы её тела разбудили в нём желание другого рода.

«Пожалуй, я, и правда слишком долго был заключённым в сосуд.» – мысленно хмыкнул он и, отвернувшись от соблазнительного зрелища, вышел и прикрыл за собой дверь её комнаты.

* * *

Настю разбудили громкий шум и крики Василисы в коридоре. Спросонья не понимая, что там такое творится, девушка опрометью кинулась к двери своей спальни и рывком распахнула её настежь. И тут же замерла, пытаясь осознать увиденное.

По коридору между спален, словно дрессированный цирковой пони, скакал… деревянный стул. Держась за спинку, верхом на нём восседала Василиса и громко вопила:

– Впер-р-рёд! Эге-гей! Посторонись!

Сзади, обнимая девочку за талию, сидела «маленькая» Аой и задорно смеялась.

Стул доскакал до двери бабушкиной спальни, встал на дыбы и замолотил в воздухе своими ножками, будто бы и взаправду был конём. Девочки запищали от восторга и напускного страха. Их «пони» развернулся, опустился на все свои четыре резные деревянные ножки, и громко бухая ими об пол, поскакал в обратную сторону.

– Эге-гей! Поберегись! – снова завопила Василиса.

– Василиса! Нельзя играть с магией! – сердито воскликнула Настя.

– Да глупости! – произнёс давящийся от смеха Акира, наблюдавший за ними в дверях своей спальни, – Кто это сказал, что нельзя? Смотри, как весело! Может, тоже прокатимся?

Стул доскакал до противоположной стены, снова встал на дыбы, молотя в воздухе своими ножками, развернулся и поскакал обратно.

– Нельзя, потому что магия – это не игрушка. – строго сказала Настя ему.

– А-а-а, ясно. – ухмыльнулся ей Акира, – Только вот, читать Василисе лекцию о её обращении с магией и не достойном поведении, лучше всё-таки одетой.

Настя посмотрела на себя и поняла, что стоит в одном нижнем белье. Спросонья она так рванула узнавать, что стряслось, что ничего на себя даже не накинула. Охнув, девушка с громким хлопком закрыла дверь в свою спальню.

– Хам! – невольно вырвалось у неё – Нахал!

– Не правда! Я не хамил! – весело прокричал Акира из коридора, – И если хочешь, в доказательство своих самых лучших побуждений, я помогу тебе одеться?

– Даже не вздумай! – крикнула ему Настя, спешно натягивая на себя новое платье.

– Эге-гей! Посторонись! – провопила Василиса и стул-«пони» прогрохотал мимо Настиной спальни.

– Что говоришь? Я могу войти? – прокричал Акира, притворяясь, будто не расслышал.

Настя мигом заправила свою постель и открыла дверь в свою комнату как раз в тот самый момент, когда Акира уже взялся за дверную ручку.

– Я же сказала – не вздумай! – процедила она, протискиваясь мимо него и вставая на пути у несущегося на неё стула:

– Стоп!

Стул снова встал на дыбы и резко остановился.

– Так, «коня» в стойло, кавалеристам – чистить зубы и умываться! – строго сказала она, посмотрев на сестру.

– У-у-у… – расстроенно протянула та, – Ну ладно, мы потом во дворе поиграем…

– Никакой магии во дворе! – испуганно воскликнула Настя, – Представляешь, что будет, если вдруг кто-то увидит?!

– Ну вот… В доме нельзя, во дворе нельзя… А где можно-то? – обиженно надулась Василиса.

Настя открыла было рот, чтобы ответить, но тут же захлопнула обратно, внезапно осознав, что получается – нигде.

– Да ладно, – примирительно сказала Аой, – Я поставила зеркальный щит на дом и весь двор. Никто ничего не увидит, хоть на метле летай. И зайти без спроса тоже не смогут.

Василиса посмотрела на Аой горящими от восторга глазами:

– А что, на метле летать можно?! Правда?! Прямо как в книге?!

Аой постаралась украдкой от Насти незаметно кивнуть ей. Настя вздохнула, закатив глаза – вот что с ними поделаешь?!

– Хорошо, раз никто не увидит, то во дворе можно. – сдалась она и с укоризной посмотрела на Аой, добавила – Только высоко не летайте!

– Ур-ра! – счастливая Василиса радостно спрыгнула со своего «пони», захлопала в ладоши и помчалась по лестнице вниз.

– Василиса! Зубы чистить сначала! – крикнула вдогонку ей Настя.

– Может не стоит ограничивать её упражнения в магии? – спросил Акира.

– А ты бы портки-то надел, наконец? – ядовито перекривляла его интонацию Настя, указывать ещё ей будет, как за сестрой приглядывать.

Акира быстро глянул вниз и скрылся в своей комнате.

– Ты права, бельишко не очень. Без него я более хорош собой. Не желаешь взглянуть поближе? – насмешливо крикнул он оттуда.

– Обойдёшься! – Настя сердито показала язык в закрытую дверь и направилась к брошенному хозяйкой «скакуну», собираясь поставить его на место, в комнату младшей сестры.

Но он вдруг качнулся, повернулся, и высоко поднимая свои деревянные ножки, словно конь на параде, бодро зашагал в её комнату сам.

Настя от неожиданности шарахнулась в сторону:

– Тьфу-ты! Напугал!

И тут же рассмеялась над собой, представив, как глупо выглядит со стороны.

Глава 2

Настя подоила Бурёнушку и отворила калитку, ведущую со скотника в узкую улочку. Корова вышла со двора, плавно покачивая сытыми боками и лениво отгоняя хвостом пока ещё сонных мух, пошла на призывный свист пастуха, собирающего деревенских коров в стадо.

Девушка взяла ведро с парным молоком и направилась с ним на кухню, где за столом её уже ожидал Акира. Заняв своё привычное место, облокотившись о стол и подперев ладонями голову, он наблюдал, как она процедила молоко, отлила немного в кувшин и убрала его в холодильник.

На улице невдалеке где-то отрывисто и раздражающе лаяла собака.

«Он очень изменился. От него так и веет силой и каким-то… могуществом?» – подумала Настя, замечая, что Акира сегодня весьма задумчив. Но стараясь скрыть это под маской хорошего настроения, что-то мурлычет себе под нос и качает в такт ногой.

От него прежнего не осталось и следа.

– Тебе удалось восстановить память? – осторожно спросила она.

– Угу. – ответил он, продолжая качать ногой.

– А заклятие… – продолжила было расспрос Настя, но её прервали, словно ураган ворвавшиеся на кухню с мокрыми умытыми мордашками Аой и Василиса.

Настя вздохнула и взялась за полотенце.

– Он никого не убивал! – громко сказала Васёна, когда сестра принялась вытирать ей лицо, – Он даже спас ребёнка Юки!

Настя задумалась.

– Ну, так может, если об этом рассказать бабушке и госпоже Хаттори, то они не станут его убивать и оставят в покое?

– Не знаю как насчёт вашей бабушки, но Хаттори в курсе этой истории. – сказала Аой, вытираясь другим концом полотенца, выдернув его из рук Насти.

– Но ты ведь теперь можешь уйти, чтобы они тебя не нашли? – спросила девушка, обеспокоенно посмотрев на Акиру.

– Нет, не могу. – ответил тот и бросил быстрый предостерегающий взгляд на кицунэ, – Заклятие-то ещё не снято.

«Ясно. Значит, ещё не снято…» – расстроенно подумала Настя.

С улицы продолжал доноситься раздражающий лай собаки.

– По-моему, возле нашего дома лает. – попыталась перевести тему Аой, сердито зыркнув на Акиру в ответ.

– Пойду, посмотрю. – сказала Настя, – Может чья-то выбежала и двор перепутала, домой просится.

Она вышла во двор, открыла калитку и выглянула на улицу. Большой чёрный вислоухий пёс сидел напротив их ворот и отрывисто лаял. Увидев Настю, он что-то поднял с земли, подбежал и положил это перед ней. Снова сел и гавкнул. Перед девушкой на земле лежал старый потёртый лапоть.

– Хм! Да это же канем! – произнёс появившийся ниоткуда Кот, глядя на пса, – И кто же это к нам в гости пожаловал?

Из лаптя появился невысокий седовласый мужичок с длинной клиновидной бородой и в штопаной рубахе. Ногами он оставался в лапте, всего на полметра возвышаясь над ним.

– Не гневайся, хозяин-барин Митрошенька, – поклонился он в пояс, – не стал бы я тебя беспокоить попусту! Надобно бы мне видеть старую хозяйку: большая беда приключилась у нас!

– Митрошенька?! – насмешливо фыркнул Коту Акира, выглядывающий из калитки поверх Настиной головы.

Немного оттеснив Настю в сторону, в калитку своими мордашками протиснулись Аой с Василисой и засверкали любопытными глазами. Кот оглянулся на Акиру и раздражённо дёрнул хвостом.

– Нет Пелагеи Фёдоровны! Когда будет, не знаем. Справляйтесь сами с вашими проблемами! – сердито сказал он мужичку, давая понять, что ему здесь не рады.

– Ой-ёй-ёй! – завыл тот, закрывая ладошками лицо, – Что же теперь делать-то?! Ой, беда-беда!

– А что случилось-то? – спросила Василиса, – Вы, дедушка, кто?

– Я, младшая хозяйка, соседский домовой. – перестал причитать мужичок и опять поклонился в пояс, – Беда в моём доме случилась: у моей хозяйки ребёночка украли!

– Как украли?! – ошарашенно воскликнула Настя, – Так надо же срочно в полицию обращаться!

– Никак нельзя обращаться, средняя хозяйка. Его ведь не просто украли, его ведь подменили! Подменыш этот точь-в-точь как хозяйкин ребёночек, не отличишь!

– Ну, так может его и не подменял никто? – с сомнением спросила Настя.

Домовой снисходительно посмотрел на неё:

– Это он для обычных людей нормальный ребёнок. Только видящее око увидит, что это не младенец вовсе.

«Ты тоже не всё видишь, старый. – мысленно фыркнул Акира, подмечая, что соседская нечисть не замечает исходящего от Насти сияния, – Видимо, слабого щита знахарки вполне достаточно для простой нежити. Но это ведь только пока, есть же демоны и посильнее.»

– Ну, так может, мы с Аой сходим и посмотрим что у вас там такое? – предложила Василиса.

– Ой, как это было бы хорошо, младшая хозяйка! – слащаво произнёс мужичок, всплеснув ручками, – О твоих способностях даже я уже наслышан! Что ты гораздо сильнее, чем старшая хозяйка!

– Всем сидеть дома! – неожиданно приказным тоном рявкнул Акира и, глядя на испуганно уставившихся на него Настю и Василису, уже спокойнее пояснил – Сначала молоко сдать нужно, а потом уже думать будем. Машина, наверное, уже приехала.

Мужичок-домовой снова принялся кланяться:

– Благодарю тебя! Буду ждать вас с нетерпением! – и исчез в лапте.

Чёрный пёс, канем, сверкая красными глазами, взял его в зубы и медленно потрусил по улице прочь от калитки.

– Вот Аой! Это будет наше с тобой первое дело! – восторженно сказала Василиса.

– Нет! – одновременно хором воскликнули Настя с Акирой.

Девочка замерла, удивлённо таращась на них.

– Но там же ребёночек… нужно помочь… – её губы задрожали.

Настя беспомощно посмотрела на Акиру, ища у него поддержки: его-то сестра точно послушается, чтобы тот ни сказал.

– Никто и не против того, чтобы помочь. – как можно мягче произнёс Акира, – Но это будет общее дело, ясно? Потребуется участие нас всех. Мы же вместе, так?

Василиса закивала, с жадностью внимая каждому его слову.

– Чтобы взяться за это дело, нужно побыстрее закончить хозяйственные дела, так? – продолжал он, и девочка снова кивнула, соглашаясь с ним, – Пока мы с Котом сходим и сдадим молоко, вы с Настей приготовите завтрак. А то, какие же из нас работники на пустой желудок? Тут силы нужны. – заметив, что Настя собирается ему что-то возразить, Акира наклонился и еле слышно прошептал ей на ухо:

– Присмотри за ними, пока меня не будет, займи чем-нибудь этих непосед.

– Ну, что ж, – сказала Настя, – тогда и завтрак нужно быстрее приготовить. А раз так, то мне потребуется помощь.

– Я! Я буду помогать! – радостно воскликнула Василиса и вприпрыжку помчалась на кухню.

– Спасибо. – с благодарностью сказала Настя Акире, – Точно один управишься? А то неловко как-то получается…

Она с теплотой смотрела на него и сияние, исходящее от неё, усилилось. Желание немедленно поглотить эту силу до последней капли снова стало сводить Акиру с ума.

– Точно управлюсь. – буркнул он, отворачиваясь и стараясь взять себя в руки, – Побудь дома с сестрой. Желательно не выходите никуда со двора, оставайтесь под щитом, который поставила Аой.

Акира вошёл в дом и взял бидоны с молоком.

– Ничего, я быстро вернусь. – он огляделся в поисках домового, – Кот!

– Да иду я, иду… – пробурчал тот, послушно засеменив следом за ним.

* * *

– Как давно вы скрываете её?

Опустевшая деревенская улочка после убытия машины с молокозавода была отличным местом, чтобы поговорить без лишних свидетелей.

– С самого рождения. – нехотя ответил домовой с безысходностью глядя на божество: отпираться было бессмысленно.

– Это же как… – Акира задумчиво потёр себе переносицу, подбирая слова.

– Это как хранить в доме ядерную боеголовку и надеяться, что она не рванёт.

– Интересно сказано. – усмехнулся Акира над сравнением Кота, – Кому вообще в голову пришла такая бредовая мысль?!

– Её матери, Марине. – сказал Кот со вздохом, – Можно сказать, что это её последняя воля.

– Это по её просьбе старик поворачивал время вспять?

Домовой кивнул:

– Первый раз он повернул по своей воле, когда Марина умерла. А второй раз да, по её просьбе.

– Потому что девчонка умерла?

– Отчасти. Потому что сила вырвалась наружу и тогда она умерла. Эта сила и душа Насти неделимо связаны друг с другом. Когда эта мощная энергия покинула её тело, мир стал рушиться вокруг.

– И что? Старик спокойно снова повернул время вспять, зная, что его дочь погибнет?

– Нет, конечно. Несколько дней они, объединив свои силы, лихорадочно искали тот вариант развития событий, в котором и Марина остаётся жива и сила скрытая внутри Насти никогда не выйдет наружу, чтобы разрушить этот мир.

Как сейчас помню, законы Бытия переставали действовать один за другим, Вселенная сыпалась, как карточный домик, а они всё перебирали цепочки событий и последовательностей, открывали окна в будущее, искали спасения…