Академия волков. Тёмная кровь

Я подошла к окну и раздвинула тяжёлые шторы. Вид был... захватывающим. В плохом смысле этого слова.

Лес окружал Академию со всех сторон, тёмный и плотный, как чёрная стена. Деревья стояли так близко к зданию, что их ветви касались окон нижних этажей. В лунном свете листва выглядела серебристо-чёрной, а между стволами мелькали странные тени.

Идеальное место для съёмок фильма ужасов. Жаль, что я не главная героиня, которая выживает в финале.

— Не смотри туда слишком долго, — шепнула Мила, подходя ко мне. — Особенно в полнолуние. Тогда лес... оживает.

— Оживает? — переспросила я, но в глубине души почувствовала холодок узнавания. Я уже видела, как лес "оживает".

— Звуки, — пояснила Мила. — Вой, рычание. Иногда кажется, что кто-то кричит. Директор говорит, что это ветер в ветвях, но...

— Но ты не веришь, — закончила я за неё.

Мила кивнула, обнимая себя руками.

— В первую ночь я подумала, что сошла с ума. Но потом поняла — это не я. Это место. Оно... неправильное.

Неправильное. Подходящее слово для описания всего, что я видела с момента прибытия.

Дверь открылась, и в комнату вошла третья девушка. Тёмные волосы, оливковая кожа, карие глаза за очками в роговой оправе. Она несла стопку старых книг, которые выглядели так, будто их откопали из заброшенной библиотеки.

— Сара Гримм, — представилась она, ставя книги на стол. — А ты, должно быть, Алая Морен. Тебя ждали.

Опять меня ждали. Интересно, есть ли в этом месте хоть кто-то, кто не знал о моём прибытии заранее?

— Ждали? — переспросила я. — Откуда?

Сара сняла очки и начала протирать их тканью, не встречаясь со мной взглядом.

— Просто... слухи ходят. О том, что придёт кто-то особенный. Кто-то, кто изменит баланс.

Баланс. Ещё одно загадочное слово. Я начинаю думать, что в этой школе нормальные разговоры запрещены правилами.

— Сара изучает историю Академии, — объяснила Мила. — Она нашла в архивах старые документы...

— Мила, — резко оборвала её Сара. — Не стоит.

Но было поздно. Моё любопытство уже проснулось, как голодный зверь.

— Какие документы? — спросила я.

Сара колебалась, затем подошла к одной из книг и открыла её. Страницы были жёлтыми от времени, а текст написан готическим шрифтом.

— Академия основана не как обычная школа, — сказала она тихо. — Она была создана для... особых детей. Детей, которые отличались от остальных.

— Отличались как?

— Силой, — ответила Сара. — Древней силой, которая течёт в их крови. Но с годами эта сила ослабла, смешалась с обычной человеческой кровью. Теперь лишь немногие обладают истинным даром.

Древняя сила. Мистические способности. А я-то думала, что попала в элитную школу для богатеньких детишек.

— И что это за сила? — спросила я, хотя сердце уже забилось быстрее.

Сара посмотрела на меня внимательно, изучающе.

— Способность видеть истинную природу вещей. Чувствовать то, что скрыто от других. Некоторые могут даже... влиять на окружающих.

Колокол где-то в башне пробил семь раз. Звук разнёсся по Академии, глухой и торжественный, как погребальный звон.

— Время ужина, — сказала Мила. — Нам лучше поторопиться. Директор не любит опозданий.

А я не люблю загадки. Но, похоже, в ближайшее время мне придётся с ними подружиться.

Мы спустились в Большой зал, и я поняла, что все предыдущие помещения были лишь разминкой для главного события.

Зал был огромным, с потолком, теряющимся в темноте. Длинные столы из чёрного дерева тянулись рядами, а над ними висели люстры из кованого железа со свечами, которые горели всё тем же холодным синеватым пламенем.

Но больше всего поражали студенты.

Они сидели за столами группами, и каждая группа была... особенной. Некоторые двигались с грацией хищников, их глаза сверкали в полумраке необычным светом. Другие казались слишком красивыми, слишком совершенными, словно их лица были созданы сверхъестественной рукой.

Это определённо не обычная школа.

— Там сидят Серебряные Клыки, — шепнула Мила, указывая на стол, где сидели самые красивые и явно самые влиятельные студенты. — Элита Академии. Их лидер — Кайр Морган.

Я посмотрела в указанном направлении и почувствовала, как мир замер.

Кайр Морган сидел во главе стола, как король на троне. Чёрные волосы небрежно падали на лоб, создавая соблазнительную тень над его лицом. Кожа была бледной, почти прозрачной, натянутой над точёными скулами и сильной линией челюсти. Его губы — полные, чувственные — были сжаты в тонкую линию, но даже в этом суровом выражении читалась обещание греховных удовольствий.

Когда он двигался, поднимая бокал, я заметила, как играют мускулы под белой рубашкой. Плечи широкие, руки длинные и элегантные, с тонкими пальцами, которые сжимали стекло с уверенностью человека, привыкшего держать власть в ладонях.

Но больше всего поражали его глаза — изумрудно-зелёные, глубокие, как омуты в тёмном лесу. В них плескалась опасная смесь холодной власти и чего-то более тёмного, более животного. Когда он смотрел, казалось, что раздевает тебя взглядом, проникая в самые сокровенные уголки души.

Он поднял взгляд, как будто почувствовал моё внимание, и наши глаза встретились через весь зал.

И в этот момент я поняла, что моя новая реальность только начинается.

Дорогой дневник, если бы кто-то сказал мне, что судьба умеет так красиво упаковывать неприятности, я бы не поверила. Но вот он сидит за столом и смотрит на меня так, будто может заглянуть в самые тёмные уголки моей души.

И почему-то это не пугает меня так сильно, как должно было бы?

Ужин в Академии Алуктрас обещал быть незабываемым. В конце концов, я уже поняла — здесь ничто не бывает обычным.

Даже я сама.

Глава 5

"В некоторых местах хищники маскируются под овец. Здесь волки притворяются людьми. А я пока не понимаю, кто из нас кого собирается съесть."

Дорогой несуществующий дневник,

Если бы кто-то сказал мне, что школьная столовая может напоминать арену Колизея, где вместо гладиаторов сражаются взглядами подростки с идеальной внешностью и хищными улыбками, я бы посоветовала ему меньше смотреть исторических фильмов. Но вот я здесь, в самом сердце этого социального зверинца.

Большой зал Академии Алуктрас пульсировал невидимой энергией, как сердце огромного хищника. Свечи в кованых люстрах отбрасывали танцующие тени на каменные стены, а их холодный синий свет превращал лица студентов в маски из воска и теней.

Еда на столах выглядела как декорации к средневековому пиру: жареное мясо, от которого поднимался ароматный пар, кубки из тёмного металла, наполненные чем-то красным, что могло быть вином, а могло и не быть. Фрукты лежали горками, но даже они казались слишком яркими, слишком совершенными — как будто их создала не природа, а чья-то извращённая фантазия.

Атмосфера в духе "последней вечери", только здесь никто не знает, кто Иуда. Хотя, судя по количеству подозрительных взглядов, предателей может быть несколько.

— Помнишь, я говорила про четыре факультета? — шепнула Мила, ведя меня между рядами. — Вот они, во всей красе.

Я огляделась, изучая невидимые границы, разделяющие зал.

За первым столом сидели Серебряные Клыки, которых я уже видела вчера. Они двигались с грацией прирождённых хищников, каждый жест был продуман и элегантен. Их одежда — безупречная, причёски — идеальные, улыбки — смертоносные. Эта группа излучала власть, как радиоактивный материал излучает смерть.

Популярные дети. В любой другой школе я бы закатила глаза и прошла мимо. Но здесь что-то в их совершенстве вызывало первобытный страх.

Второй стол занимали Теневые Охотники. Они держались особняком даже от остальных, словно тени, которые предпочитают углы залитым светом пространствам. Их лица были красивы той опасной красотой, которая обещает беду. В их движениях читалась скрытая угроза, как у змей, готовых к броску.

Плохие парни. Те, с кем твоя мама запретила бы тебе встречаться. И именно поэтому они так притягательны.

Кровавые Когти сидели за третьим столом, и даже не видя их в действии, можно было понять — это воины. Широкие плечи, мускулистые руки, шрамы, которые они носили как боевые награды. Они ели с жадностью хищников после долгой охоты, их смех был громким и хриплым.

Качки местного разлива. Вероятно, решают проблемы кулаками, а думают... ну, стараются думать.

Лунные Тени за четвёртым столом казались самыми загадочными. Их глаза светились странным внутренним светом, а пальцы двигались в воздухе, словно рисуя невидимые знаки. Вокруг них витала аура тайны, густая как туман.

Местные готы и эмо. Или колдуны. В этом месте сложно сказать наверняка.

— А где сижу я? — спросила я, чувствуя себя актрисой без роли в чужой пьесе.

— Новички сидят за отдельным столом, — объяснила Сара, указывая на маленький столик в углу. — До Сортировки.

Стол для отверженных. Как мило. Видимо, даже в элитных школах есть место для социальных изгоев.

Мы направились к нашему столику, и я почувствовала на себе взгляды. Не обычное любопытство к новенькой — что-то более интенсивное, более оценивающее. Как будто каждый пытался определить, к какому типу добычи я отношусь.

И тут наши глаза снова встретились с Кайром Фенрисом.

Он сидел во главе стола Серебряных Клыков, и даже среди всех этих идеальных созданий выделялся. Его изумрудные глаза изучали меня с холодным интересом, а губы были сжаты в тонкую линию. Когда он поднял бокал к губам, я заметила, как напряглись мышцы его предплечий под закатанными рукавами белой рубашки.

Красота — это оружие, а он вооружён до зубов.

Рядом с ним сидела девушка с платиновыми волосами и ледяными голубыми глазами. Она была красива той неземной красотой, которая больше пугает, чем восхищает. Её взгляд, брошенный в мою сторону, мог бы заморозить кипящую воду.

— Это Лисса Арден, — шепнула Мила, заметив направление моего взгляда. — Помнишь, я упоминала королеву Серебряных Клыков? Вот она. И самая опасная девушка в Академии.

Конечно, у местного принца есть принцесса. Интересно, как долго она продержится, если появится конкуренция?

Лисса что-то прошептала Кайру, её губы изогнулись в улыбке, которая не предвещала ничего хорошего. Но он не ответил, продолжая смотреть на меня с тем же холодным интересом.

Игнорирует королеву ради новенькой? Либо он очень невежлив, либо я произвела впечатление. Надеюсь, не слишком хорошее.

Мы сели за наш маленький столик, и я попыталась сосредоточиться на еде. Мясо было приготовлено идеально — сочное, с кровью, но что-то в его вкусе заставляло вспомнить о диких лесах и ночной охоте.

— Не слишком усердствуй с изучением других столов, — тихо посоветовала Сара. — Особенно с Серебряными Клыками. Они не любят внимания со стороны... обычных.

Обычных? Интересный выбор слов. Что делает остальных необычными?

— А что такого особенного в факультетах? — спросила я, стараясь сохранить равнодушный тон.

Мила и Сара обменялись взглядами.

— Каждый факультет развивает определённые... навыки, — осторожно начала Сара. — Серебряные Клыки изучают лидерство и стратегию. Теневые Охотники специализируются на разведке и... устранении проблем. Кровавые Когти — это воины, а Лунные Тени изучают древние знания.

Устранение проблем. Древние знания. Звучит как резюме наёмных убийц и колдунов.

Внезапно разговоры в зале стихли. Я подняла голову и увидела, что в зал входят ещё несколько опоздавших. Но мое внимание привлёк один из них.

Высокий, с тёмными волосами и пронзительными синими глазами. Он двигался с ленивой грацией хищника, уверенного в своей силе. На губах играла дерзкая усмешка, а взгляд обещал неприятности всем, кто осмелится встать на его пути.

Боже мой. Если Кайр — это воплощение холодной власти, то этот — живое воплощение греха.

— Рэйвен Морган, — прошептала Мила. — Лидер Теневых Охотников.

Рэйвен. Имя подходящее — чёрное, как его душа, судя по репутации.

Он прошёл мимо нашего столика, и на мгновение наши взгляды встретились. Его синие глаза изучили меня с наглой откровенностью, скользнув по лицу, опустившись ниже, задержавшись на губах. Затем он улыбнулся — медленно, хищно — и подмигнул.

Наглец. Но чёрт возьми, почему мое сердце забилось быстрее?

Когда он сел за стол Теневых Охотников, я заметила, как изменилось выражение лица Кайра. Его челюсти сжались, а в зелёных глазах вспыхнуло что-то опасное.

Напряжение между факультетами или что-то более личное?

— Они братья, — тихо сказала Сара, словно прочитав мои мысли. — Родные братья. И между ними... сложные отношения.

Родные братья в разных факультетах, которые смотрят друг на друга как на заклятых врагов. Семейная драма в придачу к школьным интригам. Как мило.

Рэйвен что-то сказал своим соседям по столу, и те засмеялись — низко, опасно. Но его взгляд снова вернулся ко мне, и в нём читался вызов.

Он играет в какую-то игру. И я подозреваю, что стала в ней пешкой.

Кайр резко встал из-за стола. Движение было настолько внезапным, что разговоры за соседними столами затихли. Он направился прямо к нам, и каждый его шаг отдавался в моей груди ускоренным сердцебиением.

О нет. Что бы ни происходило между этими двумя, я не хочу оказаться в центре их разборок.

Он остановился рядом с нашим столиком, и я почувствовала исходящую от него силу — первобытную, животную, опасную. Его одеколон смешивался с чем-то более диким, более мужским.

— Алая Морен, — произнёс он, и его голос был низким, бархатистым. — Я Кайр Морган. Добро пожаловать в Академию.

Формальное знакомство с неформальным подтекстом. Интересно.

— Спасибо, — ответила я, стараясь сохранить равнодушный тон. — Очень... гостеприимное место.

Его губы дрогнули в подобии улыбки — медленной, завораживающей.

— У меня есть к тебе просьба, — сказал он, и в его голосе появились мягкие нотки, которые заставили что-то трепетать в груди. — Можно поговорить наедине?

Мила и Сара замерли, их глаза расширились от ужаса или восхищения — сложно было сказать.

Лидер элиты приглашает новенькую на приватный разговор. Либо это честь, либо смертный приговор.

— Конечно, — сказала я, поднимаясь из-за стола.

Он направился к выходу из зала, и я пошла за ним, чувствуя на себе взгляды всех присутствующих. Особенно пронзительно смотрел Рэйвен — его синие глаза превратились в ледяные кинжалы.

Отлично. Теперь я точно в центре чужого конфликта.

Кайр вывел меня в один из боковых коридоров. Здесь было тише, но не менее мрачно. Факелы отбрасывали длинные тени на каменные стены, а где-то вдали слышался мерный стук капель.

Романтическая обстановка для серьёзного разговора. Или для убийства. В этом месте сложно провести грань.

— Ты, вероятно, заметила, что Академия... необычная, — начал он, остановившись у одного из окон. Лунный свет коснулся его лица, подчеркнув точёные скулы и сделав его похожим на мраморного ангела с тёмными намерениями.

— Это мягко сказано, — ответила я. — Но пока я решила списать всё на творческий подход к образованию.

Он повернулся ко мне, и его движение было настолько плавным, что казалось, будто он парит в воздухе. В лунном свете его зелёные глаза светились внутренним огнём.

— Боюсь, всё несколько сложнее, — произнёс он тихо, и его голос стал почти гипнотическим. — Здесь обучаются не совсем обычные студенты. И не всем из них можно доверять.

Не совсем обычные студенты. Ещё один эвфемизм в коллекцию.

— А тебе можно доверять? — спросила я прямо.

Что-то мелькнуло в его зелёных глазах — удивление? Восхищение? Он наклонил голову, изучая меня с новым интересом.

— Хороший вопрос, — сказал он медленно, его голос стал ещё более бархатистым. — Но прямо сейчас я единственный, кто может защитить тебя от... неприятностей.

— Каких неприятностей?

Он подошёл ближе, и я почувствовала исходящее от него тепло. Его присутствие было почти осязаемым — магнетическим, завораживающим.

— Некоторые студенты видят в новичках... развлечение, — произнёс он, и в его голосе прозвучала едва заметная угроза. — Особенно в таких, как ты.

Таких, как я? Что во мне такого особенного?

— И что во мне особенного?

Его взгляд медленно скользнул по моему лицу, задержался на губах. Когда он снова посмотрел мне в глаза, в них плескалось что-то тёмное и опасное.

— Ты не боишься, — сказал он тихо, почти шёпотом. — Большинство новичков приходят сюда уже напуганными слухами. А ты... ты смотришь в глаза опасности и усмехаешься. Это... редкое качество.

Он прав. Я действительно не боюсь. Хотя, возможно, стоило бы.

— Может, я просто не понимаю, насколько всё серьёзно, — сказала я.

— Может, — согласился он, и его губы изогнулись в лёгкой улыбке. — Но я надеюсь, что ты прислушаешься к моему совету. Держись подальше от некоторых студентов. Особенно от Теневых Охотников.

А конкретно — от своего родного брата. Понятно.

— А если я не послушаюсь?

Он шагнул ещё ближе, и теперь между нами было всего несколько дюймов. Его присутствие окутывало меня, как невидимые чары.

— Тогда я буду вынужден использовать более... убедительные методы защиты, — произнёс он, и в его голосе прозвучала обещание, от которого мурашки пробежали по коже.

Это угроза или обещание? И почему мне так сложно дышать?

— Я могу позаботиться о себе сама, — сказала я, стараясь не показать, как сильно он на меня влияет.

— Я в этом не сомневаюсь, — ответил он, и его улыбка стала мягче, почти нежной. — Но иногда даже самым сильным нужна помощь. И я буду рад... быть рядом, когда ты в ней нуждаешься.

Звук шагов в коридоре заставил нас отойти друг от друга. Появился Рэйвен, его синие глаза сверкали опасным светом.

— Какая трогательная сцена, — произнёс он с ядовитой усмешкой. — Старший брат опять играет в рыцаря?

И вот оно. Семейная драма во всей красе.

— Рэйвен, — холодно произнёс Кайр. — Мы закончили.

— Нет, дорогой братец, — Рэйвен подошёл ближе, и напряжение в воздухе стало почти осязаемым. — Мы только начинаем.

Он повернулся ко мне, и его взгляд стал откровенно оценивающим.

— Алая, верно? Я Рэйвен Морган. И в отличие от моего скучного брата, я не буду читать тебе лекции о правилах.

Плохой парень против хорошего. Классическая дилемма. Жаль, что оба настолько притягательны.

— Рэйвен, — предупреждающе произнёс Кайр.

— Что? — невинно спросил тот. — Я просто знакомлюсь с новой студенткой. Или это тоже против твоих правил?

Воздух между ними электризовался, и я поняла, что нахожусь в эпицентре чего-то большего, чем простое соперничество.

Дорогой дневник, я попала в школу, где даже знакомство может стать началом войны. И почему-то это меня не пугает, а возбуждает любопытство?

Возможно, я действительно сошла с ума. Или просто наконец попала туда, где мне место.

В любом случае, скучно точно не будет.

Дорогой дневник, если жизнь — это игра, то правила только что изменились. И я пока не знаю, выиграю ли я или стану главным призом.

Но в любом случае, игра началась.

______________

Глава 6

"Некоторые места зовут тебя по имени. Другие шепчут твои секреты деревьям. А некоторые просто ждут, когда ты сделаешь первый шаг в объятия тьмы."

Дорогой несуществующий дневник,

Если бы кто-то сказал мне, что я буду бродить по заколдованному лесу, спасаясь от семейной драмы двух сверхъестественно красивых братьев, я бы предложила ему записаться к психиатру. Но вот я здесь, в чаще, которая выглядит так, будто её создали для съёмок фильма ужасов с неограниченным бюджетом.

После вчерашней сцены в коридоре я проснулась с одной мыслью: мне нужно подышать воздухом, который не пропитан тестостероном и невысказанными угрозами. Академия давила на меня своими каменными стенами, как гигантский гроб, и я чувствовала, что задохнусь, если не выберусь наружу.

Свежий воздух. Простая человеческая потребность. Жаль, что в этом месте даже воздух кажется заряженным мистической энергией.

Я проскользнула мимо спящих соседок — Мила мурлыкала что-то во сне, а Сара читала даже в объятиях Морфея, её пальцы двигались, словно переворачивая невидимые страницы. Коридоры Академии в предрассветный час были ещё более мрачными, чем обычно. Тени плясали на стенах, создавая иллюзию движения там, где его быть не должно.

Или не иллюзию. В этом месте сложно сказать наверняка.

Главный вход был заперт массивными засовами, но я нашла боковую дверь, ведущую в сады. Замок поддался после небольшой борьбы, и я оказалась на свободе.

Сады Академии были такими же готичными, как и само здание. Чёрные розы росли вдоль дорожек, их шипы блестели в предрассветном свете, как маленькие кинжалы. Фонтан в центре изображал русалку с лицом, искажённым вечной агонией, из её рта текла вода цвета крови.

Дизайнер ландшафта явно имел проблемы с восприятием красоты. Или с психикой.

Но даже эта мрачная красота не могла долго удерживать моё внимание. Лес манил, тёмный и загадочный, полный секретов, которые хотелось разгадать.

Я шагнула за границу садов, и мир изменился.

Лес принял меня в объятия тишины, настолько полной, что даже собственное дыхание казалось оглушительным. Деревья стояли так близко друг к другу, что их ветви переплетались в сложный узор над головой, почти не пропуская свет. Воздух был густым, пропитанным запахами мха, прелых листьев и чем-то ещё — чем-то диким и первобытным.

Если у природы есть тёмная сторона, то она живёт именно здесь.

Дорожка, если её можно было так назвать, извивалась между стволами, покрытая ковром из листьев, которые шуршали под ногами, как шёпот мёртвых. Кора деревьев была почти чёрной, покрытой странными узорами, которые могли быть результатом роста, а могли быть чем-то более зловещим.

Я шла, не зная куда и зачем, ведомая какой-то внутренней потребностью двигаться вглубь. Лес словно звал меня, его тишина была гипнотической.

Классическое начало фильма ужасов: глупая девушка идёт одна в тёмный лес. Обычно на этом месте появляется маньяк с бензопилой.

Но вместо маньяка я наткнулась на поляну.

Она была идеально круглой, словно вырезанной из леса гигантскими ножницами. В центре стоял древний дуб, настолько огромный, что несколько человек не смогли бы обхватить его ствол. Его ветви раскинулись широким шатром, а корни выступали из земли, как артерии каменного сердца.

Место силы. Даже я, скептик до мозга костей, чувствовала, что здесь что-то особенное.

Я подошла к дубу и положила руку на кору. Дерево было тёплым, словно по нему текла кровь, а не сок. Под ладонью я ощутила слабую вибрацию, ритмичную, как сердцебиение.

Деревья не бьются. Это я знаю точно. Но почему тогда...

— Заблудилась?

Голос заставил меня подпрыгнуть и обернуться. Из тени между деревьями вышел Рэйвен Морган, и мое сердце забилось быстрее — не от страха, а от чего-то более опасного.

Он был одет в чёрные джинсы и тёмную рубашку, рукава которой были закатаны, открывая мускулистые предплечья. Волосы небрежно падали на лоб, а синие глаза сверкали в полумраке как осколки льда. Когда он двигался, каждый его шаг был продуман и грациозен, как у хищника, который знает, что добыча уже в ловушке.

О прекрасно. Именно того, кого мне не хватало для полного счастья.

— Не заблудилась, — ответила я, стараясь сохранить равнодушный тон. — Исследую окрестности.

— В такой час? — он подошёл ближе, и я заметила, как играют мышцы под тонкой тканью рубашки. — Большинство людей в это время спят.

— Я не большинство людей.

Его губы изогнулись в той дерзкой усмешке, которая одновременно раздражала и притягивала.

— Это я уже понял, — сказал он, остановившись в нескольких шагах. — Алая Морен. Девушка, которая не боится смотреть в глаза опасности.

И вот он опять. Почему все здесь говорят загадками?

— А ты что здесь делаешь? — спросила я. — Тоже исследуешь природу?

— Можно сказать и так, — он обошёл меня по кругу, как волк, изучающий добычу. — Хотя природа здесь... особенная. Не всем она показывает свои секреты.

Я почувствовала его взгляд на себе — оценивающий, жгучий. Когда он остановился передо мной, расстояние между нами сократилось до опасного минимума.