Папа по вызову и маленькаяя сваха

— Дядя Дима! — подбегает Серёжа. — А вы играть в футбол умеете?

— Умею, — отвечает папа, не отрывая глаз от мамы.

— А вы с нами играть будете?

— Конечно.

— А мама тоже будет иглать? — спрашиваю я.

— Я не умею играть в футбол, — быстро говорит мама.

— А мы научим! — радуюсь я. — Плавда, папа Дима?

— Правда, — кивает он. — Если мама хочет.

— Хочет! — отвечаю я за маму. — Мама всегда хочет иглать!

Но мама качает головой:

— Варя, я лучше посмотрю. А вы с... с Дмитрием играйте.

Мне становится глустно. Почему взлослые такие стланные? Они могут быть дулзьями, а боятся!

— Дети, выходим в спортивный зал! — объявляет Малина Петловна. — Будем играть в "Папа может"!

Все дети хлопают в ладоши. Я тоже хлопаю, но всё влемя смотрю на маму и папу Диму. Они идут лядом, но далеко дуг от дуга. Как два магнита, котолые одновременно притягиваются и отталкиваются.

В спортивном зале нас ждёт настоящий плаздник! Везде лазноцветные шарики, музыка играет, и воспитательница Света прилотовила кучу игр.

— Первый конкурс! — объявляет она. — "Самый сильный папа"! Нужно поднять своего ребёнка и пронести его через всю зал!

Все папы встают в рядок. Мой папа Дима стоит лядом с папой Селёжи, котолый работает слесалем, и с папой Кати, котолый качает мускулы в сполтзале.

— Готовы? — сплашивает воспитательница.

— Готовы! — кличат папы.

Папа Дима поднимает меня на лучки. Я обнимаю его за шею и шепчу:

— Папа, мы победим!

— Постараемся, малыш, — отвечает он.

— Старт! — командует воспитательница.

Папа Дима блежит со мной через зал. Он такой быстлый и сильный! Я смеюсь и машу маме лукой. Мама стоит у стены и улыбается, но глаза у неё моклые.

— Мы пелвые! — кличу я, когда папа добегает до финиша.

— Да, мы первые, — смеётся он и целует меня в щёку.

У меня внутли всё становится тёплое и светлое. Как будто солнышко влезло в животик.

— Второй конкурс! — объявляет воспитательница. — "Самый артистичный папа"! Нужно изобразить животное, а дети должны угадать!

Папа Дима думает-думает, а потом вдлуг опускается на четвереньки и начинает делать вид, что он умывает лапкой голову.

— Кот! — кличу я. — Это кот!

— Плавильно! — смеётся воспитательница. — Молодец, Валя!

Папа встаёт и кланяется, как настоящий актёл. Все хлопают. А мама смотлит на него и улыбается уже по-настоящему.

— Третий конкурс! — объявляет воспитательница. — "Самый творческий папа"! Нужно нарисовать портрет своего ребёнка!

Дают папам бумагу и каландаши. Папа Дима садится на пол лядом со мной и начинает лисовать. Язык у него высунут от сталания, как у меня, когда я лисую домики.

— Что ты лисуешь? — спрашиваю я, заглядывая в листок.

— Тебя, — отвечает он. — Вот это твои глаза, а это носик...

— А это что за клугики на голове?

— Это твои хвостики, — смеётся он. — Они у тебя как два солнышка.

Мне так плиятно! Никто никогда не говорил, что мои хвостики как солнышки!

— А теперь покажите свои портреты! — говорит воспитательница.

Папы показывают лисунки. Папа Селёжи нарисовал что-то похожее на инопланетянина. Папа Кати налисовал просто клугики с палочками. А папа Дима...

— Ой! — ахают все дети. — Как красиво!

На его лисунке я получилась почти как настоящая! С улыбкой, с хвостиками-солнышками, и глаза у меня доблые.

— Победитель — папа Вари! — объявляет воспитательница, и все хлопают.

Я подпрыгиваю от ладости и обнимаю папу Диму:

— Ты самый лучший папа на свете!

Он плижимает меня к себе, и я чувствую, как у него дложат луки.

— Спасибо, малыш, — говорит он тихо. — Ты тоже самая лучшая дочка.

Дочка! Он назвал меня дочкой! Значит, я ему плавда нлавлюсь!

— Папа, — шепчу я ему на ухо, — а ты завтла тоже плидешь?

Он смотрит на маму, котолая стоит в углу. Потом опять на меня.

— Не знаю, малыш. Это зависит от мамы.

— А я хочу, чтобы ты плиходил всегда, — говорю я серьёзно. — Можно?

— Варя, — подходит мама, — не приставай к... к Дмитрию. У него своя жизнь, свои дела.

— Но он же мой папа! — возражаю я.

— Он не твой папа, — тихо говорит мама. — Он просто помогает нам.

Не мой папа? Как это не мой? Он же такой хороший! И лисует класиво! И иглает со мной! И называет дочкой!

— Почему не мой? — спрашиваю я, и губы у меня дрожат.

— Потому что... потому что так получилось, — отвечает мама, и голос у неё совсем глустный.

— А можно сделать так, чтобы он стал моим настоящим папой?

Мама и папа Дима смотрят друг на друга. Долго-долго. И молчат.

— Варя, — говолит наконец папа Дима, — я бы очень хотел быть твоим папой. Ты замечательная девочка.

— Плавда? — радуюсь я.

— Правда. Но это решает мама.

Я поворачиваюсь к маме:

— Мам, лешай! Пусть папа Дима будет моим папой!

— Варя, это сложно, — вздыхает мама. — Взрослые дела очень сложные.

— А мне плевать на сложности! — заявляю я. — Я хочу папу!

И тут происходит стлашное. Мама начинает плакать. Плачет тихо, но я же вижу!

— Мам, не плачь! — кидаюсь к ней. — Я не хотела тебя ласстлоить!

— Я не расстроилась, дочка, — говолит мама, но слёзы всё текут. — Просто... просто всё очень сложно.

Папа Дима подходит к нам. Лицо у него такое же глустное, как у мамы.

— Алина, — говорит он тихо, — нам нужно поговорить.

— О чём? — спрашивает мама.

— О многом. Но не здесь.

Мама вытилает слёзы и кивает:

— Варя, собирайся. Идём домой.

— А папа Дима с нами пойдёт?

— Нет, — отвечает мама. — Он... он должен идти к себе домой.

— Но я хочу, чтобы он пошёл с нами! — плачу я.

— Варя, — папа Дима опускается передо мной на корточки, — я обязательно увижу тебя ещё. Обещаю.

— Когда?

— Скоро. Очень скоро.

Он обнимает меня и целует в лоб. Пахнет от него хорошо, как от настоящего папы.

— Не забывай меня, — шепчу я ему.

— Никогда не забуду, — отвечает он. — Ты у меня в сердце останешься.

Мы уходим из садика. Мама молчит всю дорогу. А я думаю о папе Диме и о том, как он назвал меня дочкой.

Может, взлослые и глупые иногда, но этот папа Дима — холоший. И я сделаю всё, чтобы он стал моим настоящим папой.

Потому что я же умная девочка. А умные девочки всегда добиваются того, чего хотят.

Плавда же?

Глава 4: "Детектив Варя-булочка"

Дима

Есть моменты в жизни, когда реальность бьёт тебя по голове с такой силой, что остаётся только сидеть и тупо моргать, как сова на ярком свету. Вчерашний день был именно таким моментом. Четырёхлетняя девочка с моими глазами, моим упрямым подбородком и привычкой кусать губу, когда думает.

Совпадение? В жизни не бывает таких совпадений.

Я сижу в своей машине возле офиса уже полчаса, курю третью сигарету и пытаюсь сложить простейшую арифметику. Мы расстались пять лет назад. Варе четыре года. Не нужно быть нобелевским лауреатом, чтобы понять: эта девочка — моя дочь. Ну скорей всего…Хотя…У женщин все очень сложно. Да и Алина отрицает. Или все же дочь?

Дочь, о существовании которой я не знал.

Телефон надрывается от звонков — клиенты, новые заказы, Вика с её бесконечными организационными вопросами. Но я не могу думать ни о чём, кроме детского голоска: "Ты самый лучший папа на свете!" и зелёных глаз, которые смотрели на меня с такой безоговорочной любовью, что сердце до сих пор сжимается.

Папа.