Записки непричастного. Том 1: Моряк на суше

Так нас стало уже десять. И четверо в моей группе. Тот самый Аякс оказался, как выяснилось, сильно неправ. Его было, чему обучать, а он усвоить программу не смог или не захотел. Уже неважно.

К концу второго семестра из отстающих я выбился в середняки. Дальше лучше. Бегун средневик должен стараться пробегать вторую половину дистанции быстрее, чем первую. Вот я и старался. Первую ступень обучения закончил четвертым из оставшихся девяти.

Потом была полугодовая стажировка. Ничего серьезного: подай-принеси, смотри-запоминай. И далее три семестра второй ступени. К выпуску я подошел вторым из оставшихся шести. А закончил первым. Потому что случилось то, что называется «ложной погранзаставой».

Во время войны, говорят, и позже, практиковалась заброска курсантов разведшкол как бы в тыл противника, где они и попадали в лапы своей же контрразведки. Переодетые в форму противника мордовороты задавали вопросы, а для облегчения понимания метелили пленных. Кто-то ломался, об их дальнейшей судьбе можно только догадываться. Выдержавшие интенсивные допросы продолжали обучение.

В отношении нас обошлись без мордобоя. За две недели до выпуска вдруг объявили о закрытии программы. И понаехали «покупатели».

Лично мне два лощеных джентльмена в цветах и красках расписывали раскрывавшиеся перспективы: элитная работа по специальности, жилье в столице, деньги, о таких я и мечтать не мог. Прочий пакет с соцпакетами. Или возвращение в морскую пехоту в случае непонимания момента.

- Ну, - проворковал, улыбаясь румяный голубоглазый блондин. В костюме от портного с Бонд стрит, к тому времени я уже в этом разбирался. С настоящим Патеком на запястье. - Смелей, соглашайтесь, дружище. - а голос-то, голос. Таким только нимфеток соблазнять. - Что скажите?

- Скажу нет.

- Можно поинтересоваться, почему?

- Просто нет. Этого достаточно.

Ко мне тут же потеряли интерес. Вскоре «покупатели» уехали. Оставшиеся четверо из нас приступили к подготовке и сдаче экзаменов.

Куратор курса, здоровенный мужик лет за пятьдесят откровенно нетрезво рабоче-крестьянской внешности (руки крюками, морда ящиком) по прозвищу Евсей вызвал меня к себе. Внешность бывает обманчива, если кто не в курсе. За достаточно некороткую и насыщенную жизнь я мало встречал таких умных, как он.

- Ты почему отказался, Туман?

- Просто отказался и все. - буркнул я.

- Не побоялся вернуться в морскую пехоту старшим матросом?

- Обещали повышение до младшего сержанта.

Он сощурился.

- Ну-ну. Недооценивал я тебя, парень. Ступай уже.

Хотите знать, почему я тогда отказался? Честно? Не поверил, что заслуживал всего того, что обещали.

После окончания учебы я пополнил собой силовой блок нашей организации. Между собой мы называли ее УЧРЕЖДЕНИЕМ. Почему? Понятия не имею. По началу никем по имени никто, старательно набираясь опыта. Последние семь лет выполнял... стоп, был непричастен ни к чему и нигде. Самостоятельно или в качестве старшего себе подобных.

Все закончилось вдруг. В стране с сухим жарким климатом, где я, по официальной версии, не орудовал с группой, произошло нечто. Перспективный, но слишком молодой сотрудник, я не хотел его брать, навязали в приказном порядке, нарушил основные принципы острой работы в поле. Учет и контроль, то есть, учитывать количество и расположение подлежащих уничтожению противников и скрупулезно «контролировать» каждого. Даже того, кто выглядит дохлее дохлого.

Юноша этого не сделал. В результате один из супостатов ожил и выстрелил трижды. Первым выстрелом угодил в затылок нашему вундеркинду, избавив того таким образом от последствий разбирательств. Вторым и третьим перебил мне ноги. Перед тем, как отключиться, я все-таки успел закрыть с ним вопрос.

До того я уже имел одно серьезное ранение, поэтому в соответствии с правилами был отчислен из силового блока. Меня хотели оставить в группе планирования, но встал на дыбы заместитель начальника подразделения. В свое время он настойчиво зазывал меня в свою команду и предлагал постукивать на собственного командира. Я со всем уважением послал его на хер. Другими, конечно, словами, но с тем же смыслом. Мужчина оказался злопамятным как носорог. Сбежал, представляете, из госпиталя, где проходил лечение в кардиологии и наложил... Вето в том числе. «Через мой труп», дескать. До трупов дело не дошло. Нас уволили почти одновременно. Меня как положено, его - по причине инфаркта.

К уволенным по ранению наше УЧРЕЖДЕНИЕ относилось вполне прилично. Тех, кто до тридцати, устраивали на приличные должности в госструктурах. Тем, кому как мне было ближе к сорока и старше, оформляли военную пенсию. Так я сделался подполковником в отставке, уволенным по состоянию здоровья с должности заместителя командира дивизии по тылу. Дивизия, в которой я как бы служил, находилась в Заполярье, поэтому выслугу лет мне насчитали вполне приличную. Пенсия с учетом московской надбавки тоже получилась многим на зависть. Документально, должен заметить,все было оформлено безукоризненно для тех, кто вдруг решил бы поинтересоваться. А тем, кто решил бы копнуть сильно вглубь, быстренько бы все разъяснили.

И вот стою я перед вами... В смысле, как жить-то дальше? Практически здоров, не стар, еще и сорока нет. И мирной профессии тоже нет. Владею правда, двумя иностранными языками, свободно, то есть на уровне носителя. И что? Сунулся было в бюро переводов. Там спросили диплом и вежливо, не пинками, проводили к выходу.

Куда податься? В охрану супермаркета или на цепь у шлагбаума? Скучно, ей богу. Что остается? Возиться на шести сотках? Так нет у меня дачи. Валяться под телевизором? Тоже не вариант. Может, в запой уйти? Противно. Короче, на распутье и ни одной дороги впереди.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ИЗЯЩНЫЙ УБИЙЦА

Глава 1

ПРЕЗЕНТАЦИЯ

несколькими годами раньше

Крупный черного цвета автомобиль с плотными занавесками на боковых стеклах буквально на короткое мгновение притормозил, боковая дверца отъехала в сторону. Неторопливо шедшего джентльмена в летние оливковые цвета костюме как будто пылесосом затянуло в салон. Сделавший это, как видно, отличался незаурядной силой или сам пешеход не оказал никакого сопротивления. Либо и то, и другое.

Автомобили, в салоне одного из которых оказался человек в костюме, называются семейными. В смысле, предназначенных для перевозки супруги и детишек. Однако, никого из них там не оказалось. А присутствовал один единственный крайне мускулистый, коротко стриженый персонаж. Выглядевший крайне опасным. С подобного рода типами лучше избегать встреч в темное время суток в безлюдных местах. Да и в светлое время на людях также не рекомендуется.

Оправдывая впечатление о себе, здоровяк, ни слова не говоря, сунул захваченному кулачищем в живот, после чего бдительно охлопал того по груди и спине. На всякий случай, чтобы убедиться отсутствию на теле того посторонних предметов. Удовлетворенно хмыкнул.

- Сиди тихо, не рыпайся.

- Понятно. - отозвался человек в костюме. И получил еще раз, теперь уже в грудь.

- Рот раскрывать не разрешали. - тот торопливо кивнул.

Машина выехала из центра и где-то через час с небольшим остановилась.

- На выход. - скомандовал громила. Прихватил двумя пальцами пленника за плечо и выволок наружу. Тот поморщился, то ли больно стало, то ли огорчился от того, что помялся пиджак.

Осторожно осмотрелся по сторонам: огороженная забором территория, ржавые ворота, гостеприимно распахнутые двери помещения, удивительно напоминавшего склад.

Еще один здоровяк, не уступавший первому в габаритах, вылез из кабины.

- Топай давай! - человека в несколько помявшемся оливкового цвета костюме несильно подтолкнули в спину. Так, что тот пролетел пару метров.

Все трое вошли вовнутрь. Голые стены, бетонный пол. Раскладной стульчик посередине этого великолепия. Кресло напротив него, в котором восседал некто. Тот, к кому его привезли. Крупный краснолицый мужчина лет пятидесяти с лишним по виду. Упакованный не просто дорого, кричаще дорого. Костюм по цене любой половины детища отечественного автопрома. Кипенно-белая, явно сшитая на заказ рубашка. Галстук точно не с вещевого рынка. Заколка в нем с приличного размера камушком. Перстень на безымянном пальце левой руки с таким же. Часы производства точно не братского Китая. Hand made ботиночки явно прямиком из недружественного Альбиона.

Доставленного без лишних церемоний забросили на стул. Здоровяки встали по бокам. Он поднял голову, посмотрел на сидевшего, напротив. Тот, в свою очередь, с интересом его рассматривал. По началу так, потом брезгливо.

То, что он увидал, откровенно его разочаровало. Тип, лет на пятнадцать его самого младше на вид. Недешевый костюм, тщательно уложенные волосы, смазливое личико. Спокойное, но это пока. Очень скоро этот «додик» поймет, куда и к кому попал.

- Чьих будешь? - проговорил человек в кресле. Негромко, знал по опыту, что такое воздействует сильнее, нежели крик и рев.

Он обожал время от времени проводить подобного рода неформальные встречи в подобного рода местах. Для этого и держал при себе эту парочку, бывшего борца греко-римского стиля и несколько оплывшего культуриста. В память, так сказать, о героических девяностых. По правде говоря, в те святые годы в движении он не состоял и бандитом не был. А был всего-навсего подбандитком, доверенным коммерсантом одного из авторитетных «таганских». Там-то тогда-то и нахватался изысканных манер.

Когда начался отстрел авторитетов, быстренько съехал за кордон. Отсиделся несколько лет, вернулся в обожаемое отечество, раскрутил бизнес на заботливо сбереженное и с годами сделался респектабельным членом общества. Одним из многих таких же.

- Чьих, говорю, будешь, зяблик? - повторил вопрос. Приподнял бровь. Человеку в костюме тут же прилетел подзатыльник от стоявшего справа. В качестве стимула, чтобы мозги встали на место.

- В смысле? - не понял, потому удивился человек на стуле. Ему тут же прилетело, на сей раз слева. У человека в кресле работали понятливые ребята.

- В коромысле, дебил. Откуда у тебя, спрашиваю, мой личный номер? И какие мои проблемы ты, дятел, собрался решать? Я слушаю.

Человек на стуле поправил несколько растрепавшуюся прическу. Откашлялся.

- А можно вопрос, один единственный?

- Ну?

- Вам очень дороги эти двое молодых людей?

- Ты это серьезно?

- Вполне.

Молчание было ему ответом. Потом человек в кресле кивнул. Это означало, что беседа повернула куда-то не туда. А потому с непонятливым следовало провести разъяснительную работу методом массажа в четыре кулака по организму.

Здоровяк, тот, что слева протянул к сидевшему на стуле ручищу, но поймал только воздух. Тот вдруг непостижимо быстро оказался на ногах. В руке оказался небольшой ножик, как будто сам из рукава выпрыгнул. Короткое движение поперек горла бывшего грека-рима появилась узкая царапина. Потом она расширилась, закапала, а следом хлынула кровь. Недавний пленник подтолкнул пострадавшего, уже почти неживого в строну напарника. Тот машинально его подхватил. Потому и пропустил момент, когда нападавший оказался у него за спиной. И воткнул этот самый ножик ему под основание черепа. А после резким ударом ладони загнал его туда, что называется, по шляпку.

В наступившей тишине он извлек ножик, совсем несерьезный с виду, из раны, аккуратно вытер его о футболку одного из только что умерших. Тому было уже все равно. Бросил взгляд на замершего в кресле.

- Вы не ответили на мой вопрос, уважаемый Денис Владимирович, и я решил, что вы легко найдете замену этой парочке. Что же вы замолчали?

Сидевший перед ним, Денис, оказывается, Владимирович замолчал потому что впал в ступор. Ему стало страшно, просто очень страшно. Сильнее, чем тогда, много лет назад, когда пошла не по плану «стрелка» с казанскими. Или, когда его жестко «винтил» СОБР.

- Ну, что же вы? Скажите хоть что-нибудь. А то невежливо получается. Сами пригласили и молчите.

- Кха, кха. - тот закашлялся. Усилием воли сдержал приступ тошноты. И старательно не глядя в сторону тех двоих, изрек наконец. - Ты вообще кто?

- Если не ошибаюсь, у вас возникли серьезные противоречия в неким Маратом Евгеньевичем. Так?

- Да, а откуда ты...?

- Я не закончил. Проблемы настолько серьезные, что бывший компаньон всерьез подумывает о том, чтобы вас заказать. Если мы прямо сейчас договоримся, Марат Евгеньевич больше вас никогда не потревожит, ибо мертвые, как известно, не страдают навязчивостью. Мы договоримся? - человек в кресле осторожно, как будто опасался, что голова отвалится, кивнул. - Отлично, тогда два условия: мой гонорар сразу же по окончании работы. И второе,... - сделал паузу.

- Что?

- Впредь прошу обращаться ко мне исключительно на «вы». Терпеть не могу панибратства.

- Принято, - человек в кресле несколько пришел в себя. - Но как ты, вы, в смысле, доберетесь до Марата? Его служба безопасности...

- Доберусь, уж поверьте. Я это умею. И разберусь с ним...изысканно. В своем неповторимом стиле.

Глава 2

ВИЗИТ НЕВЕЖЛИВОСТИ

Худощавый, среднего роста, коротко стриженый мужчина в строгом черном костюме пересек холл бизнес-центра на Каширской и подошел к стойке ресепшен.

- Добрый день, девушка. Мне на третий этаж в офис «Проект 2001».

- Вам заказан пропуск?

- В этом нет необходимости. Сообщите, что к господину Измайлову прибыл полковник ФСБ Лисянский.

- Одну минуту.

Ждать пришлось недолго.

- Это вы к Измайлову? - спросил высокий полноватый мужчина лет сорока. Скромно одетый, с простецким лицом. Только взгляд был уж очень внимательным. - Моя фамилия Петрыкин.

- Лисянский Алексей Геннадиевич. - извлек из внутреннего кармана пиджака удостоверение. На цепочке, в лучших старых традициях. Предъявил в развернутом виде из своих рук. - Управление федеральной службы безопасности по Москве и Московской области.

- Прошу следовать за мной.

«Проект 2001» занимал полностью весь третий этаж. Все по-взрослому. Охрана на входе, видеокамеры на стенах. Охранник в приемной. То ли владелец фирмы всерьез кого-то опасался, то ли просто был человеком осторожным.

- Одну минуту. - Петрыкин без стука вошел в кабинет с табличкой «Генеральный директор» и вскоре опять показался в приемной. - Прошу вас.

Измайлов М.Е. незваного гостя встретил приветливо, хотя и с некоторой долей настороженности.

- Чем обязан? - протянул руку, встав из-за стола бывший брюнет лет сорока. Бывший, потому что черные волосы сохранились только по бокам, постепенно отступая под напором обширной лысины. Одетый дорого, но как-то неряшливо.

- Буквально пара вопросов. - гость устроился за приставным столом, поставил портфель на свободный стул.

- Не возражаете против присутствия? - хозяин кабинета кивнул головой в сторону Петрыкина.

- Начальника вашей службы безопасности, подполковника полиции в отставке? - чекист приятно улыбнулся. Воспитание не позволило намекнуть о том, за какие проделки подполковник Петрыкин вместо ожидаемого повышения получил пенсионное удостоверение. - Ничуть.

- Чай, кофе, - изобразил гостеприимного хозяина Измайлов. - Может,...

- Кофе достаточно. Черный, без сахара.

В ожидании секретаря с подносом поговорили ни о чем: погоде, футболе, англичанке, что постоянно гадит. Дождались, наконец.

- Недурно. - опробовав напиток, признал гость.

- Вы собирались... - осторожно напомнил несколько занервничавший хозяин кабинета. Его можно было понять. Не каждый день у него за столом рассиживался чекист и трескал халявный кофеек.

- Да, да, извините. - достал из портфеля файл с бумагами и выложил на стол перед собой. Хозяин кабинета и безопасник тут же уставились на него в ожидании продолжения.

И оно тут же последовало. Следом из портфеля он достал небольшой пистолет с глушителем. Два выстрела последовали один за другим. Расположившемуся напротив «полковника» (это точно был не он) Петрыкину пуля угодила в лоб. Генеральному директору - в сердце.

- Вот так как-то. - негромко, сам себе проговорил «Лисянский» (вряд ли это была его настоящая фамилия). Не особо торопясь, допил коне, действительно вполне приличный, и опять полез в портфель.

Он вышел из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь.

- Вернусь через десять минут. - сообщил секретарю. - Марат Евгеньевич просил его не отвлекать.

Вышел из офиса, спустился вниз по лестнице, никакого лифта. Предъявил удостоверение в закрытом виде охране у турникета и покинул бизнес-центр.

Только через час в кабинет генерального с висевшей на плечах секретарем («Не велено, приказано ждать») ворвалась главбух, размахивавшая какими-то документами, требовавшими срочной подписи. Пронзительно закричала и грохнулась в обморок. Следом, отстранив ничего не понимавшей секретаря, в кабинет заглянул охранник. Все понял правильно, поэтому заходить не стал, сразу же позвонил в полицию. Опергруппа прибыла на место через час. Увиденное впечатлило.

- Бля, - произнес старший группы. - Надо же.

- Согласен. - кивнул дежурный следователь.

- Это что за... - начальник управления по причине резонансности происшествия тоже прибыл на место.

Петрыкин в дурацком бумажном колпаке на голове и клоунской нашлепке на носу. Генеральный директор Измайлов в кресле с красной розой за ухом. Подобное, согласитесь, даже ко многому привыкшие полицейские наблюдали нечасто.

- Шутник, бля. - выразил общее мнение о киллере эксперт.

Позже общее мнение изменилось на «вот же сука». Это когда девушки на ресепшен не смогли толком помочь в составлении словесного портрета потому что смотрели не на лицо «Лисянского», а на интересный значок на лацкане пиджака. Отпечатков тот тоже не оставил, хотя пришел в офис без перчаток и даже рукавиц. Ну и последнее: на время его пребывания там непостижимым образом вдруг отключилось видеонаблюдение как на третьем этаже, так и во всем здании. А через некоторое время опять включилось.

Вот уж действительно сука.

Глава 3

ТЕ ЖЕ И ОСЛИК

Мирно спавший в кроватке, сексодроме на три пары, седой мужчина был самым наглым образом разбужен. Методом оплеух.

- Твою же мать! - открыл глаза и удивленно уставился на фигуру в темном, слабо освещенную ночником на прикроватной тумбочке. - Ты вообще кто?

- Давайте-ка перейдем на «вы». - предложил незнакомец. - Мне так привычней.

- Можно и так. Кто же вы?

- Неважно.

- Как вы проникли сюда?

- Не поверите, это было совсем не сложно.

- И все-таки?

- Я же сказал, не поверите. - незваный гость расположился в кресле.

- Я возьму очки, не возражаете? Здесь, в тумбочке. - попросил хозяин дома.

- Очками вы не пользуетесь, а пистолет из верхнего ящика я уже прибрал.

- Ловко. - хозяин дома постарался скрыть разочарование. - Так, чем могу служить?

- Сущие пустяки. - встал, включил верхний свет и выложил перед сидевшим на кровати лист бумаги. - Вот эту сумму прямо сейчас на этот вот счет.

- А не слишком много?

- Это то, что вы увели у моих нанимателей плюс некоторая компенсация их же морального ущерба и потери веры в человечество.

- А если...?

- Не обсуждается. Репутация, знаете ли, дороже.

- Вообще-то сейчас глубокая ночь. - ох, как же ему не хотелось расставаться с деньгами.

- В Гонконге уже не спят. Да и операции проводятся круглосуточно.

- Вы отважный человек. - заметил хозяин квартиры. - Либо не очень умный. Связываться со мной, знаете ли...

- Считайте меня кем угодно. Вот ваш ноутбук, держите. Приступайте к работе. И, да, если вздумаете хулиганить, подать сигнал тревоги или сделать автоматический обратный перевод, сильно пожалеете.

- В смысле?

- Ваша молодая жена и кроха дочка, они сейчас на Кипре, умрут. Лично озабочусь.

- Убедительно. - вздохнул, включил ноутбук. Размял пальцы и принялся нажимать на клавиши. - Готово. - сообщил через некоторое время.

- Минутку. - гость достал телефон. - Ну, что? А, понятно.

- Если это все...? - несколько нервно спросил только что лишившийся очень значительной суммы.

- Почти. - гость подошел поближе. - Кое-что просили передать на словах.

- Слушаю.

- Вы поступили крайне некрасиво. Нехорошо кидать старых партнеров.

-Это бизнес, друг мой. - решил, что все плохое уже позади и начал выстраивать в голове план дальнейших действий.

- Согласен. - не стал спорить гость, тут же вогнал в солнечное сплетение стоявшему рядом трехгранный стилет и обломил рукоять. Мягко подтолкнул тело в кровать. - Спите спокойно.

На утро горничная обнаружила хозяина квартиры в его собственной постели. Под одеялом, бездыханного. В обнимку с любимой мягкой игрушкой дочурки, осликом Иа-Иа.

Глава 4

ПИТАЙТЕСЬ ДОМА

Охраны, как известно, много не бывает. Даже у того, кто сам по себе считается крайне опасным человеком. Особенно, если им считается. Стать таковым, не секрет, можно, только, если долгое время старательно делать бяку другим.

По этой причине гражданин России Анар Эсханович на собственной безопасности не экономил. И доверял ее исключительно подготовленным профессионалам. Никаких родственников или земляков с их заоблачными понтами и вечным разгильдяйством. Исключительно опытные, обученные государством профессионалы, сотрудники ФСО, как правило. Ушедшие на покой или действующие на подработке.

Бронированный автомобиль со встроенной капсулой безопасности регулярно и тщательно проверяемый. Постоянная смена маршрутов передвижения. Скрупулезная проверка посещаемых помещений. И многое другое, чему старательно обучают в специализированных учреждениях. То, что способствует жизни и здоровью охраняемого лица.

То утро достопочтенный Анар Эсханович подобно одному французскому королю привычно начал с визита врача. В смысле, домашний врач посетил его сразу по пробуждении. И как всегда отметил прекрасное состояние здоровья пациента. Ничуть не кривя при этом душой. В свои пятьдесят семь тот во многом мог дать фору куда как более молодым.

Легкая гимнастика, бритье, душ. Плотный завтрак, убытие в офис с охраной. Ударный труд аж до половины двенадцатого. Далее сеанс связи по скайпу с супругой, светом очей своих, Валидой Расимовной. Патриотка Азербайджана проживала в Сабаильском престижном районе Баку. Категорически отказываясь переезжать как в Россию к мужу, так и к сыновьям в Швейцарию.

Свято исполнив супружеский долг, видный российский предприниматель азербайджанского происхождения направился в премиальный жилищный комплекс Бадаевский, где его верно и с нетерпением ожидала двадцатитрехлетняя блондинка по имени Янина на, как бы сказать, бизнес ланч.

Комплекс охранялся достаточно прилично, но не более того. Поэтому посещению заветной квартиры предшествовал тщательный досмотр квартиры, проверка на аудио, видео наблюдение и все остальное в комплексе.

Нагуляв аппетит, он убыл на обед. В пятнадцать тридцать был уже в любимом ресторане в тихом районе столицы. Обедать Анар Эсханович предпочитал в гордом одиночестве. Как всегда, были проверены все и всё. Только после этого охраняемое лицо заняло привычный столик в углу. Охрана расположилась грамотно: достаточно далеко, чтобы не отвлекать от трапезы и в то же время рядом, если вдруг что.

Стройный официант (белый верх, черный низ, перчатки обязательно) принес меню, налил воды из графина в бокал. Анар Эсханович лениво полистал толстую книгу в кожаном переплете. Неторопливо подумав, сделал заказ. Официант забрал меню и удалился.

Далее уже интересно: он прошел через кухню, покинул здание через запасной ход и пропал из виду. И меню с собой забрал, пошляк.

ВИП-клиент спустя некоторое время выразил недовольство задержкой обслуживания. Вызвали администратора, тот сделал большие глаза, такие еще называют персидскими, и развел руками. Что-то такое почувствовав, старший охраны распорядился отыскать пропавшего. Поиск затруднился тем, что в лицо того никто не помнил. Охрана профессионально отслеживала только руки и манеру движения.

И все-таки его нашли, официанта. Правда, совсем не того. Молодой парень валялся в глубокой отключке в подсобке среди ведер, швабр и тряпок. С шишкой на голове и следом от инъекции на шее.

Похолодев от предчувствия, главный ответственный за тело волевым решением прекратил обед и отвез клиента в больничный комплекс «для своих». К моменту приезда тот почувствовал серьезное недомогание, а еще у него почернели пальцы правой руки. Той самой, которой тот листал злополучное меню.