Абсолютная ценность

Влад Шустов

Абсолютная ценность

АБСОЛЮТНАЯ ЦЕННОСТЬ

Я чувствую, значит существую

Влад Шустов

Глава первая. Качество жизни

Что есть абсолютная ценность? Чем является она? И как её выявить?

В нашем мире существует только две основные ценности: относительная — материальная, денежная, придуманная людьми, — и Божественная ценность нравственной природы. Вот эта вторая и есть абсолютная ценность.

Чем они различаются? Материальная думает о физическом в первую очередь. Нравственная, духовная, думает о ближнем в ущерб себе, она смотрит на мир через душу и дух. Физическая же — её обратная сторона, изнанка. Две грани, две противоположности.

Если нравственность есть наивысшая цена перед жизнью и она всегда превыше собственной, то физическая способна свести эту цену за жизнь к минимуму. Механику этого описать очень легко, тем более я уже делал это в предыдущих книгах. Там, где есть корысть, интерес и эгоизм, там всегда любая ценность ставится под сомнение, и там зарождаются подлость и коварство.

Но настоящий Нравственный Человек — это тот, кто видит, а точнее чувствует и понимает в других людях огромную ценность. Опираясь на мораль и на чувства сердца, а точнее на совесть, которая с Богом едина и с его Природой.

Когда же эта ценность исчезает, начинается раскол. Истинное расчеловечивание — это когда мы начинаем относиться к другим людям как к средству, товару, вещи, обесценивая человека как творение Божье, низводя его во что-то низкое, на что вешается ничтожный ярлык — порой отвратительный, презирающий, ненавидящий.

Это зависит от принципов, которыми живёт физическая сущность, ещё не вмещающая в себя определение «человек», — потому что такие сущности живут теми низкими животными принципами, которые находятся далеко от духовного, и низводят Божье творение в ничтожное обесцененное ничто. Это корень и проблема нашего человечества, так как подобная низменная оценка есть дьявольщина. А кто оперирует такими низменными шаблонами и ярлыками, тот совершает предательство самой человеческой природы, и мягче я это назвать не могу.

Ибо, глядя на человека сквозь такие обесчеловечивающие призмы, мы морально находимся на уровне первобытного дикого животного, которым движут только тёмные животные чудовищные инстинкты. Эта аморальная природа присуща человеку лишь тогда, когда мы сами делаем такой выбор — принимая бездуховную, безнравственную, паразитирующую систему ценностей и руководствуясь ею как основой своего понимания мира, в котором выживание и потребление превыше мирного сожительства.

Но для чего мы обесцениваем других? Какая нам с этого выгода, скажете вы? Есть и всегда была.

Если смотреть на мир как на нечто приносящее материальные блага, в которых вся ценность, — тогда человек меняется полностью, ибо начинает пользоваться иными ценностями, противоположными нравственным. Это и есть тот самый раскол, который многие пытаются спрятать в шкафу своих безнравственных скелетов, где в основном живёт иное — конформизм и адаптированность.

Мы пытаемся приспособиться к материальному внешнему миру своим физическим телом и мозгами, которым становится важным жить в такой системе ценностей, где можно соврать так, чтобы никто не заметил, — потому что это особый инструмент достижения цели, позволяющий обманывать незаметно и красиво.

Этот мощный инструмент эго берёт себе на вооружение и задействует по полной — во имя быстрого достижения цели и обретения красивой жизни. Но это тот самый крючок и ловушка, на которые попадает человек, обманывая сам себя, не слушая свою совесть, отодвигая её как можно дальше, чтобы её вообще не было слышно. Ведь так хочется жить, и жить красиво, в удовольствии для своего физического тела, определяя материальный мир как высшую и абсолютную ценность.

Но что это за ценность, при которой обесцениваются другие? Что заставляет воспринимать иных как недостойных — как животных, как вещи, товар или врагов? Что помогает оправдать жестокость, насилие или несправедливость?

Это и есть дегуманизация — собственное незаметное расчеловечивание, включающее в нас все деградирующие процессы, при которых человек лишается всех своих человеческих качеств, а с ними прав и достоинства. Вот тут и происходит настоящий раскол личности — раскол духовной личности на аморальную составляющую.

И это наш трезвый осознанный выбор.

Глава вторая. Нравственный выбор

Но каким бывает выбор? Он тоже бывает либо материальным, либо нравственным — иного не дано. И от того, на какой стороне мы его делаем, зависит наша человечность.

Материальный выбор очевиден: он будет сделан нашим эго в свою материальную пользу и выгоду. А главный инструмент эго, как мы знаем, — ложь, в которую входят и коварство, и жадность. Это оно разделяет и властвует, добывая всё только для себя в ущерб другим.

Принимая такую систему ценностей, человек теряет свою высшую ценность — как человек, как Создание Божье. Здесь эгоизм становится культом личности: всё для меня, здесь я Бог. Эту позицию люди приняли очень давно, с первых времён своего существования, и она держит всё человечество на его ужасающем уровне дегуманизации. Вырвав этот сорняк с корнями, мы изменились бы очень быстро и прекратили своё аморальное поведение по отношению к жизни и к самим себе.

Без уважения не построится ни одна жизнь, ибо уважение — первый шаг к пониманию любви и нравственности Божьей и Самой Жизни, к истинной свободе человека разумного, стоящего на ступень выше человека потребляющего.

Нравственный выбор отличается от материально-физического радикально.

Он обязательно сделает из человека и святого, и Бога. Делает из нас людей с большой буквы. Нравственный выбор происходит сквозь совесть, пронизан моральной ценностью, доверием, сочувствием, честностью и любовью. Это совершенно иной выбор, который меняет в нас всё, — потому что природа такого выбора Божественная.

Это иной ракурс воззрения и понимания жизни: с позиции духовной, чистой, нравственной, без изъяна. При таком выборе Боги всегда рядом, ибо наш дух и душа пребывают в той области, где обитают высшие духовные сущности. Грань стирается, и нет преград ни такому выбору, ни такой свободе воли — потому что она пропитана верой, той субстанцией, перед которой Сама Жизнь открывает любые двери. Ведь он и она суть одно.

Отсюда возникает вопрос: если материальный выбор столь пагубен, почему бы его не проклясть?

Но само слово «проклятие» означает «возненавидеть», чего не может сделать глубоко нравственный человек. Принимая негатив, мы сами пропитываемся им и становимся ему подобны — адскому огню, который вмиг сжигает душу своим чёрным пламенем.

Нужно жить так, чтобы всю свою внутреннюю нравственность передать внешнему материальному миру, чтобы наша физическая плоть стала проводником Божественного и нравственного в несовершенный мир, которому это нужно как воздух, без которого он уже ощутимо задыхается.

Ибо любой безнравственный выбор лишает человека прав и лишает его должной жизни. Об этом нужно помнить всегда. Если мы совершаем нравственный аборт, отвергая святое, мы тем самым осознанно обрекаем себя на смерть ещё более мучительную и страшную. Тот, кто этого не боится, не просто обрекает себя и мир — он безбожно предаёт Саму Жизнь ради мимолётного удовольствия, которое по меркам духовной жизни ничтожно.

Материальный мир — ад по сравнению с настоящей землёй обетованной. Но мы предаём её и продаём за крупицы, ради горькой наживы. Мы обманываем сами себя, считая, что материальная жизнь есть предел нашего существования. Горькая неправда. В ней нет ничего сверх, и она не стоит и ломаного гроша, за который нужно цепляться, предавая себя, прогибаясь под неё и под её обесчеловечивающие законы, за которыми одна безжизненная пустота.

Нравственный выбор — это всё, что у нас есть. Это то, кем являемся мы перед Самой Жизнью и её Великим Провидением.

Глава третья. Эгоизм как чума всех времён

Да, с уверенностью можно сказать: эгоизм — основная чума всех времён. Эго — самая отчаянная болезнь в нас. И это не вирус, а паразит таких масштабов, что разрушает в нас всю человеческую природу и вид.

Каждый заражён ею. И чтобы этот недуг победить, нужно определить его стадию — вот чем должны были заниматься медики в первую очередь.

Любой хороший психолог может определить, сколько в нас гордыни, сколько себялюбия, сколько самовластья. Единственное, чего он не сможет измерить, — это искусство нашего вранья и нечестности, всегда скрытое за отличными масками, к которым мы уже привыкли. Ибо ими манипулирует наш враг — эгоизм. Этот паразит нас захватил и контролирует наше поведение и состояние, как психическое, так и моральное.

Увидеть его можно, и победить тоже. Но для этого нужны определённые лекарства — та панацея, которую я называю: честность, совесть, любовь, сочувствие и нравственность. Других лекарств нет.

Мы должны понимать: когда человек морально здоров, он целостен и един с окружающим его миром — как духом, так и физически, плотски. Но когда он болен эгоизмом, он начинает делить всё на чёрное и белое, хорошее и плохое, ценное и не ценное, пропуская всё сквозь призмы своего понимания и своей системы ценностей. Вот тут и всплывает настоящая, видимая болячка — ощутимая как для больного, так и для окружающих.

Болезнь эгоцентризма отрезает человека от общего, нравственного и единого, и он начинает думать только о себе, запирая своё сознание в обособленной самости, в закрытой капсуле, в своей хате с краю.

Этот паразит внутри нас не молчит. Он умеет говорить и обычно произносит такое:

«Никому не помогай — так ты сможешь выжить. Так богатства придут к тебе сами. Обмани. Думай прежде всего о себе».

И только поэтому это самая страшная болезнь человека — болезнь личности, утерявшей не просто моральные ценности и ориентиры, но и нравственную основу. Личности, верящей и доверяющей только себе одной, как царю собственной самостной системы, где всё делается со стороны собственной выгоды, всё только для себя, без какой-либо жертвы и альтруизма.

Обособленная самость — это не просто диагноз, это почти приговор. Как чума, как онкологическое заболевание. Это нужно понимать и видеть. Она приводит к полному разрушению духовной личности и включает все аморальные принципы нашего расчеловечивания, убивающие всю нашу тонкую чувствительность, без которой невозможны ни эмпатия, ни сочувствие, ни совестное излечение самих себя — единственным лекарством, что мы имеем от природы.

Но пока мы не пьём эту панацею, лекарство, данное нам Богом, мы продолжаем пить яд поразившего нас паразита — эгоцентризма.

Да, он был подсажен в нас неспроста. Но мы приняли его сами, собственной свободной волей. У большинства это вышло неосознанно, по неведению и под влиянием созданного общества, диктующего нам свои формы, смыслы, правила и понятия. Это меняет нас с самого детства: то, что подсаживает в нас жизнь, нас же в итоге и разрушает — пока мы не прислушаемся к своему внутреннему голосу совести, к интуиции, которая естественна и без масок.

А пока этого нет, всеми нашими действиями управляет оно — эго, которое позволяет подключить к нам все возможные тёмные архетипы и их силы, а также бесов, демонов и всю нечисть, что в них сокрыта. Эго соединяет нас с их тёмной, ужасной и аморальной природой напрямую, без каких-либо преград.

И потому мы, принявшие тело за наивысшую материальную физическую ценность, отрекаемся от Святого Духа по собственной воле плоти, а точнее — похоти.

Ведь всё это время эгоизм держит наше сердце в своих крепких клещах и практически запер его на семь замков — на семь печатей сердца, которые душат наш свободный дух и заливают его аморальной кровью эгоизма.

Способны ли мы это увидеть? А точнее, вопрос лучше поставить так: позволит ли он нам это увидеть? Наверное, нет. Эта правда для него смертельна, как святая вода, которой он будет избегать во что бы то ни стало, утверждая нам свои принципы и оправдывая себя, как он любит делать.

Давайте посмотрим на эти печати, за которыми скрывают нашу истинную сущность: душу, искру Божью, совесть и подобие Божие.

Глава четвёртая. Семь печатей сердца

Сорвав эти печати, мы можем освободиться от вечного угнетения, от внутреннего эгоцентричного ига, которое и создаёт внутри нас весь этот побочный шум и диссонанс внутреннего лживого голоса, разрушающего нашу психику, искривляющего и извращающего всю истинную действительность Божию.

Список, который я хочу вам предоставить, — это семь язв, на мой взгляд наиболее пагубных для человеческого духа. Ниже я даю символизм и структуру этих основных пороков как самых смертельных грехов. Список представляет собой последовательную систему психодуховных блоков, закрывающих сердце человека от истинной духовной тишины и осознанности.

Первая печать. Самость

Территория обособленной отрешённости, раскола духа, вне Бога, вне нравственной среды. Территория собственного обитания вне единого поля — то есть обитания своего эго на этих безбожных землях, ибо только там оно и может обитать. Это практически пустыня нашего одиночества, в которой мы строим свои смыслы и убеждения на такой же высохшей обособленной почве, что выливается в наши иллюзии.

Символ замкнутости, застоя, сохранения старых эмоциональных форм или иллюзии наполненности при фактической духовной пустоте. Самость отделяет нас от нравственных территорий Бога. Это внутреннее иллюзорное пространство, созданное нами самими в момент, когда мы отходим от Бога. Там зарождается печаль, тоска, та отрешённость, которую мы ещё чувствуем, но отрицаем, — ибо хозяин на тех территориях теперь само эго. Это и есть весь наш эгоцентризм в масштабном пространстве нашего эгоизма.

Эго живёт там очень комфортно и потому заставляет нас чувствовать по-своему, так, как ему хочется: пусто, апатично, бесчувственно. Ибо самость расположена в иной природе — вне благодати Божьей, вне его милости и нравственной поддержки. Оттого самость начинает рассчитывать только на свои силы как на единственные, которые помогут ей выжить в любой среде. А это уже низший инстинктивный самонастрой, чья природа ещё ужаснее и коварнее и корнями уходит в хищный паразитизм существ, которые только и делают, что боятся за своё выживание.