Развод с генералом. Без вины виноватая

— Да, — выдохнула я, прижимая ладонь к груди. Сердце билось так сильно, что пальцы вздрагивали при каждом ударе. — Твой отец нёс меня. Я не могла пошевелиться, но ещё слышала его шаги. Я считала их, чтобы не потерять сознание.

Муж несколько секунд молчал.

Я ждала вопроса. Надеялась увидеть на его лице хотя бы слабую тень сомнения. Но Ассер только устало закрыл глаза и провёл ладонью по лицу.

— Может быть, хватит? — спросил он так тихо, что мне стало страшно.

— Что? — растерялась я, не понимая, почему он не слышит меня. — Ассер, я вспомнила…

— Я слышал, что вы вспомнили, — перебил муж, и в его голосе наконец прорвалось раздражение. — Вчера вы вспомнили запах цветов. Сегодня — двести восемнадцать шагов. Завтра выяснится, что в стене вашей камеры было окно, из которого вы каждую ночь видели фамильный герб Вельтер.

Он повернулся к двери.

Я отбросила одеяло и вскочила с постели.

Ступни пронзило болью. Под повязками словно разом вспыхнули десятки раскалённых игл. Комната качнулась, но я ухватилась за столбик кровати и устояла.

— Я не лгу! — закричала я, чувствуя, как слёзы обжигают лицо. — Твой отец куда-то отнёс меня из столовой. Двести восемнадцать шагов! Разве это нельзя проверить?

Ассер резко развернулся.

Я не успела понять, как он оказался рядом. Его пальцы сомкнулись на моих плечах и дёрнули меня к нему, а потом резко отстранили на расстояние вытянутых рук.

— А что ещё вы хотите проверить? — спросил муж, глядя мне в глаза. Его лицо оставалось бледным, но золотистые глаза горели так ярко, что мне стало жарко. — Письма? Шкатулку? Серьгу моей матери, которой Восс расплатился в трактире? Может быть, мы поднимем его из могилы и спросим, почему фамильные драгоценности моей семьи оказались у него?

Пальцы Ассера сжались сильнее.

Он не причинял мне боли. Но я чувствовала, сколько силы скрыто в его руках. Видела, как под кожей на шее проступают тёмные чешуйки.

— Гаррет солгал, — прошептала я, не отрывая взгляда от мужа. — Я слышала, как он признался экономке. Твой отец приходит к слугам и заставляет их…

Глава 45

Ассер встряхнул меня.

Всего один раз.

Затылок дёрнулся, а слова оборвались. От неожиданности я судорожно вдохнула и почувствовала запах дыма, кожи и холодного утреннего воздуха, пропитавший его чёрный мундир.

Муж тут же замер.

Его взгляд скользнул по моему лицу. Пальцы на плечах ослабли, но он не отпустил меня.

— Мой отец мёртв, — произнёс Ассер сдавленным голосом. — Восс мёртв. И каждый человек, который мог бы опровергнуть ваши слова, почему-то не способен этого сделать. Один лежит в фамильном склепе. Другого нашли в заброшенном доме. Очень удобно, Эльсвита.

— Мне тоже было бы удобнее умереть! — закричала я, чувствуя, как внутри лопнуло что-то туго натянутое. — Тогда ты мог бы любить меня, как своего отца! Мёртвой и святой!

Лицо Ассера исказилось.

Он отпустил меня так резко, словно обжёгся, и отступил к окну. Несколько секунд муж стоял ко мне спиной. Его плечи под чёрным мундиром едва заметно поднимались от тяжёлого дыхания.

Я снова ухватилась за кровать.

Ноги дрожали. Во рту появился металлический привкус, а шкатулка возле подушки казалась чёрной дырой, в которую проваливалось всё, что ещё оставалось от нашего брака.

— Ты говоришь, что веришь фактам, — произнесла я, пытаясь справиться с дыханием. — Но доктор подтвердил, что я голодала. Марита видела, в каком состоянии я вышла из леса. Она видела моё кольцо. Видела, как я целовала его.

Ассер медленно повернул голову.

— Да, — ответил он. — Доктор подтвердил, что вы долго голодали и шли пешком. Марита подтвердила, что вы вышли к ней одна, без вещей и денег. Ни один из них не видел камеры. Ни один не видел моего отца. Ни один не может сказать, где вы находились до того, как оказались в лесу.

Холод пополз по спине.

— Но кольцо… — прошептала я, чувствуя, как обручальное кольцо впилось в сжатый палец.

Ассер посмотрел на мою руку.

В его глазах появилось такое выражение, что я невольно спрятала ладонь в складках ночной рубашки.

— Восс бросил вас, — произнёс муж пугающе спокойно. — Забрал драгоценности и оставил одну. Возможно, вы действительно едва не умерли. Возможно, каждую ночь думали, что не дойдёте до людей. И тогда вспомнили обо мне.

У меня перехватило дыхание.

— Нет, — выдавила я, уже понимая, что он скажет дальше.

Ассер медленно приблизился.

— Я никогда не бросал вас в лесу, Эльсвита, — продолжил он, остановившись напротив. — Я не отнимал у вас последнюю еду. Не забирал украшения. Не заставлял расплачиваться бриллиантами с платья. Вы поняли, что единственное надёжное, что у вас осталось, — это наш брак. Поэтому и целовали кольцо.

Каждое его слово входило под кожу медленно и осторожно.

Я попыталась сглотнуть, но горло не слушалось. Золото кольца впилось в распухший палец, и я вдруг спрятала руку в складках рубашки. Мне стало стыдно, что Ассер видит кольцо, которое ещё вчера было доказательством моей любви, а сегодня превратилось в улику против меня.

Я смотрела на мужа и не могла поверить, что он способен взять единственное доказательство моей любви и превратить его в доказательство измены.

— Я целовала кольцо, потому что думала о тебе, — произнесла я онемевшими губами. — Я шла домой к тебе.