Вторая жена кавказского олигарха

– Халид, нельзя так поступать с людьми. Ты не можешь меня украсть и увезти. У тебя есть жена! – вспыхиваю.

– Не волнуйся, с моей женой не пересечешься. И я не краду тебя, Лиза. Сама сядешь в машину, потому что выбора у тебя нет. И ты сама это знаешь.

Вытираю глаза, но слёзы всё равно льются рекой.

– Не плачь, – берет моё лицо в ладони и прижимается губами ко лбу. – Нам будет хорошо вместе.

Глава 6. Лиза

Когда Халид ушел, я открыла настежь окна, чтобы его запах выветрился.

Чужой, но такой родной.

Долго стояла под горячим душем, мочалкой сдирала с себя чужие прикосновения. Помылась, но как будто всё равно грязная осталась. Укуталась в банный халат и уснула.

Мне ничего не снилось, но я несколько раз дергалась во сне и просыпалась с испугом. Как и сейчас. Открываю глаза, на улице светло. В дверь стучат.

Не хочу вставать, но стук раздражает. Смотрю в глазок – Халид. Он не уходил? Бросаю взгляд на электронные часы в коридоре, время 09:01.

– Открывай, – стучит. Это слово уже вызывает во мне тошноту. Коллекторы повторяют его бесчисленное количество раз.

Щелкаю замок и Халид без приглашения проходит в квартиру. Его запах снова собой всё наполняет.

– Зачем ты пришел? – закрываю дверь и поправляю халат.

– И тебе доброе утро, – разувается. А вчера ходил по квартире в обуви. И эти тоже. Полы надо помыть, но кажется из-за больной головы я это не сделаю.

Смотрю в спину Халида и удивляюсь его размерам. Он всегда был крупный, но сейчас как-то слишком. Наверное, занятия с его дядей не прошли даром. Шахид учил Халида драться, тренировки постоянно ему устраивал. И вот результат. Не человек, а гора мышц. Очень красивая гора, что уж тут.

Черная футболка обтягивает бугристые мышцы, большие кисти сжаты в кулаки, от чего по предплечьям «гуляют» сухожилия.

Мы часто сравнивали нашу кожу. Я всегда была бледной, а Халид смуглым. Мы как кофе с молоком.

Не смотри, Лиза. Не надо оно тебе. Не вспоминай.

Халид проходит на кухню, открывает холодильник и вздыхает.

– Ты ела?

– Не веди себя как хозяин.

Мужчина закрывает дверцу и подходит ко мне. Взгляд не такой дикий как вчера, но он напряжен. И дело не в сжатых кулаках, а в других невербальных сигналах, которые он подаёт. Сложно объяснить, просто я… чувствую его.

– Когда ты ела в последний раз?

– Вчера днём, наверное, – пожимаю плечами. Не помню я таких деталей, еды почти никогда нет. Сосиски и яйца – стандартный набор.

– Где твоя сумка? – смотрит в глаза и опускает взгляд на шею. Приподнимаю воротник халата, чтобы закрыться от него.

– Какая?

– С вещами. Я вчера сказал, собраться, – вздыхает.

Сказал. То есть приказал.

– Я ничего не собирала, Халид. И никуда с тобой не поеду, – сажусь на стул и подпираю голову рукой. Голова немного кружится и в сон клонит.

Мужчина склоняет голову к плечу и едва заметно улыбается. Как будто говорит «Да-да, помечтай».

– Хорошо, не собирай. Всё равно твой новый гардероб уже готов, – складывает руки на груди.

– Чего?

– Всё уже готово к твоему приезду, – отвечает спокойно.

– Я никуда с тобой не… – замолкаю, когда замечаю, что на его безымянном пальце нет кольца. Сглатываю и закашливаюсь.

Халид поворачивается к столешнице, наливает воду из графина в стакан и подаёт мне. Выпиваю залпом не сводя с него глаз. Он же опять смотрит на мою шею и раздувает ноздри. Что между нами происходит?

– Поедешь, Лиза. Мы вчера заключили сделку, забыла? Я решаю вопрос с долгами, а ты становишься моей женщиной в полном смысле этого слова.

Ты забыл добавить «второй».

– Сделка – это когда двое принимают решение, а не один.

– Да. А я сделал предложение, от которого ты не смогла отказаться.

– Но я отказалась. Несколько раз вчера и сегодня.

– Твой отказ ничего не значит, я решил за тебя, – облизывает губы.

– Так нельзя, Халид, – опускаю голову.

– Ради благой цели можно всё.

Жжет своим пристальным взглядом и я хочу плакать. Не хочу любить его, ничего не хочу, но почему оно всё так?

– Ради какой цели? Ты женат, Халид. Это всё неправильно и грязно. Если ты меня не уважаешь, так хотя бы про жену свою подумай. В чем она виновата?

Халид хрустит шеей и мне на секунду становится страшно рядом с ним. Он же не ударит? Нет, он никогда таким не был и вряд ли что-то изменилось.

Откуда тебе знать, что в нем изменилось за это время?

– Переоденься, пора выезжать, – достает телефон из кармана джинсов и стучит пальцем по экрану.

– Нет, – отрезаю.

– Нет? – переспрашивает и убирает гаджет обратно.

Киваю. Халид подрывается ко мне, берет меня на руки и направляется к выходу.

– Отпусти! Халид!

Мужчина закидывает меня на плечо и шлёпает по ягодице. Вспыхиваю моментально от стыда и злости. Бью его кулаками по спине, но для него это словно массаж.

– Халид, отпусти меня сейчас же!

Мы выходим в подъезд и я стараюсь не сильно кричать, чтобы не привлечь внимание. Я в длинном банном халате цвета фуксия, под ним только трусы. Огромный бородатый мужчина несёт меня к машине и усаживает на переднее сиденье. Чем не повод для сплетен? Тем более, все знают, что ко мне постоянно приходят коллекторы.

Халиду же плевать на все мои проклятия и ругательства. Он спокоен как удав. Хлопает пассажирской дверью и садится на место водителя. Запах дорогого кожаного салона моментально меня прибивает. Мы всегда были социально не равны. Халид из очень обеспеченной семьи, у него было всё. А я из малоимущей, у меня не было ничего. Но эта разница никогда не мешала нам любить друг друга.

– Куда мы едем? – цепляюсь за ремень безопасности, когда Халид выезжает на дорогу.

– Домой.

– Мой дом остался позади, – кричу.

– Да, потому что мы едем в нашдом.

Закрываю ладонями лицо и тяжело дышу. В груди давит и кажется, я сейчас задохнусь. Я ужасно выгляжу. Только проснулась, а он сразу меня потащил. Я даже не одета!

– Халид, пожалуйста, отпусти меня. Зачем я тебе? – поворачиваюсь к мужчине.

Он сильно сжимает руль, мышцы на руках выпирают и я почему-то… Против логики и здравого смысла, хочу провести по ним рукой. Но знаю, если я это сделаю, Халид сожжёт меня своим напором. Зная его темперамент, он сдерживается из последних сил.

– Лиза, чем быстрее ты это запомнишь, тем будет лучше для нас двоих. Я тебя не отпущу, никуда и никогда. Кроме меня у тебя больше никого не будет. Ты – моя. Сейчас будет так, как мы всегда хотели. Ты хотела. Так что, – его голос дрожит, – Привыкай.

Отворачиваюсь к окну и глотаю немые слёзы. Да, я очень хотела совместного будущего. Мечтала, как мы будем жить вместе, проводить дни и ночи, не расставаясь. Халид был для меня всем, как и я для него. Но сейчас, смотрю на этого грозного и озлобленного мужчину и не вижу того Халида, который был моим.

Ты сама меня таким сделала.

А я? Ты хоть знаешь, что это расставание сделало со мной?

Мы подъезжаем к дому, в котором раньше жили Байсаровы. Начинаю нервничать. Там же его семья. Ворота открываются, нас встречает мужчина в костюме. Во дворе ничего не изменилось. Также много деревьев и цветов. Мама Халида каждое лето что-то высаживала. И вот, практически сад получился. От воспоминаний сдавливает горло.

– Родители живут в другом месте, этот дом я забрал себе, – считывает моё беспокойство. Выдыхаю. Хорошо, наверное. А она?

Халид выходит из машины, что-то говорит охраннику. Тот кивает и удаляется в небольшое здание рядом со въездом. Раньше там охрана сидела, наверное, сейчас также.

Пассажирская дверь открывается, Халид отстегивает ремень безопасности и берет меня на руки. Не сопротивляюсь, это бессмысленно. Он прижимает меня к себе, а я держусь за мощную шею и стараюсь не дышать его запахом. Отравляет. Воскрешает.

Заходим в дом и Халид отпускает меня на пол. Ноги «кусает» ледяная плитка и по телу бегут мурашки. Кутаюсь в халат и хочу провалиться сквозь землю за свой внешний вид. В доме тихо, кажется, никого нет кроме нас.

Сглатываю. Что теперь?

Глава 7. Халид

Лиза переминается с ноги на ногу, боится. Сейчас я и сам себя боюсь. Контроль над эмоциями – не самый прокачанный навык у меня. Да и зачем? Против дикой природы не попрешь.

Мышцы натягиваются как тетива. Чувствую от напряжения лёгкую дрожь в теле. Надо тормозить, но не хочу.

– Дом полностью в твоём распоряжении, – беру Лизу за руку и задерживаю дыхание. Хрупкая ладонь, нежная прохладная кожа. У нее всегда были холодные руки, которые я грел об себя. – Тамила приедет через пару часов, займётся готовкой.

Веду Лизу в нашу комнату. Родители съехали четыре года назад, я не делал ремонт, мне всё здесь нравится. Только в некоторых комнатах поменял кровати и диваны.

Открываю дверь, пропускаю девушку вперёд. Лиза неуверенно делает несколько шагов и останавливается.

Она здесь.

Настоящая. Не моя больная фантазия.

Моя девочка-ромашка.

Пригрела, любила. Дала возможность и мне любить. А потом предала, всю душу из меня вытрясла. Я же чуть в петлю не полез, не мог принять, осознать. Я не мог поверить.

А вчера… случайность, казалось бы. Но я эту случайность не упустил. И вот Лиза здесь, рядом. Как и должно было быть изначально. Никуда не денется.

– Твоя одежда, – показываю рукой на кучу пакетов у стены. Пусть сама разбирает, разглядывает, что я для нее выбрал.

– Халид, зачем это всё? – шепчет.

Каждый раз вздрагиваю от своего имени на ее губах. Не счесть, сколько ночей я вспоминал этот ласковый голос.

– Одежда нужна, чтобы не ходить голой.

Лиза поднимает на меня сверкающий взгляд. На глупый вопрос, глупый ответ.

– Я тебе всё сказал ранее, Лиза. Десять раз одно и то же повторять не буду, – поднимаю её лицо за подбородок. Смотрю. Больно. Сплошная ярость в груди. Но не могу. Моя. Спустя столько времени все равно моя.

Лиза дрожит, облизывает губы и часто дышит. Чистейшая провокация, на которую я ведусь. Сжимаю её щеки пальцами, ловлю испуганный взгляд. Мотылек, который порхает рядом с пламенем. Согреется или сгорит? А я хочу, чтобы она горела в моих руках, извивалась и рассыпалась. Вгрызаюсь в её губы, давлю сильнее на скулы, чтобы впустила меня. Ни одну женщину не целовал после нее, не мог. И вот, сейчас…

Она такая же, как и тогда. Осторожная, мягкая. Пытается сопротивляться, но бесполезно. Эмоции и воспоминания накрывают тайфуном, не продохнуть. Запускаю руку в её волосы, сжимаю, чтобы ахнула. А у самого внутри всё разъедает. Лиза упирается руками мне в грудь, пытается оттолкнуть, но я сильнее. Прижимаю её к стене, обхватываю голову двумя руками, углубляю поцелуй. Она встаёт на носочки, чтобы противостоять, но кто позволит?

По лицу прилетает пощёчина. Не больно, даже смешно.

– Не трогай меня! – трясет кистью и смотрит с вызовом. Губы красные и припухли, зрачки как блюдца. Грудь вздымается, а халат почти развязался. Я никогда не трогал ее тело и даже сейчас. Мне ничего не стоит взять, но не так. Я не совсем больной, хотя…

– Ушиблась? – усмехаюсь. Беру ее руку в свою, целую ладонь. Лиза дёргается, думала, в ответ тоже её ударю?

– Халид, я хочу домой, – замечает, что халат развязался и поправляет его.

– Ты уже дома.

– Твоя жена…

Тошнота подпирает.

– Не думай о ней, – провожу пальцем по нижней губе, надавливаю. Касаюсь языка и Лиза меня сильно кусает. – Бля, – улыбаюсь. Это уже больно. И интересно. Обвожу ее губы, размазываю слюну. – Не зли меня, Лиза.

Отхожу на шаг, даю себе воздуха, иначе не сдержусь.

– Я сейчас уеду. Разбери вещи, дом посмотри. Ты здесь хозяйка теперь. Тамила приедет, накормит тебя. Или сама приготовь, если хочешь.

– Халид, я не вещь.

– А причем здесь это? – тяну за бороду. Держись, Халид, не уходи в эмоции.

– Я хочу домой, у меня есть работа. Что мне здесь делать? – складывает руки на груди. Какая же ты красивая, Елизавета. И непокорная. Но моя.

– Быть моей женой – это теперь твоя работа. Занимайся домом или лежи на кровати целый день, мне без разницы.

– Я не твоя жена.

– Исправлю это в ближайшие дни.

Лиза открывает рот и закрывает. Ну, что на этот раз? Всё решено.

– Я тебя не узнаю, – опускает голову.

За эти шесть лет, любимая, я перестал быть человеком.

– Привыкнешь, – выхожу в коридор. – И ещё, – поворачиваюсь к ней. – Выходи во двор, я в доме тебя не закрываю. Но собери волосы и никакой открытой одежды. Узнаю, накажу.

Лиза что-то бухтит, не разберу. Да и неважно. Никто не будет на нее смотреть, я всех предупредил. Вырву глаза сразу же. Её красота только для меня.

Сажусь в машину, в кармане вибрирует телефон. Сабина.

– Да? – отвечаю.

– Привет. Мне можно поехать к сестре?

– Я ещё вчера сказал, что можно. Не обязательно переспрашивать. Водителя возьми и вперёд, – выдыхаю. Нет чувства вины, но горечь на языке.

– Хорошо, спасибо.

Отключаюсь, бросаю телефон на сиденье рядом. В машине жарко, хотя кондиционер работает. Спина мокрая, бесит.

Подъезжаю к спортивному залу. Машина Шахида стоит на своем месте. Отлично.

– Халид Асланович, добрый день, – администратор улыбается и я киваю. Знаю, это ее работа быть улыбчивой и внимательной, но я сейчас хочу только надавать кому-нибудь по роже. Все любезности потом.

Поднимаюсь к Шаху в кабинет, он разговаривает по телефону. Улыбается при виде меня.

– Мехмет, там надо просто перекрасить стену, такой же краской. Не делай мне мозги, пожалуйста, – Шахид встаёт, протягивает мне руку держа телефон плечом. – Всё, давай.

– Привет, – жму руку.

– Привет, – садится обратно в кресло. – Как Сабина?

Делаю глубокий вдох. Шахид любит меня как сына и новость о моей свадьбы его искренне обрадовала. Только вот всё изменилось.

– Нормально. Ты занят или есть время?

– На ринг хочешь? – ухмыляется. Шах сделал прекрасную карьеру в боях. Вовремя ушел, на пике своей славы. Но прозвище «Гладиатор» – отработал сполна. Сейчас у него залы для мужчин и женщин, спортивные школы для детей и подростков. Занимается бизнесом, а в спорте остался как любитель. Иногда занимаемся, когда надо выпустить пар. Мы одного веса, но я чуть выше. И нормально отметелить меня может только он.

– Да.

Шахид улыбается и встаёт к шкафу. На случай непредвиденных тренировок, у него всегда в кабинете несколько комплектов формы.

– Нормально всё? Не выглядишь человеком, который вчера женился.

Молчу. О том, что у меня появилась Лиза, ещё тогда, в детстве, Шахид узнал первый. Случайно, но всё равно. Помог тогда очень и мне, и семье Лизы. И сейчас я почему-то хочу ему всё рассказать. Хотя предугадываю реакцию.

Заходим в октагон, Шахид поправляет шорты. Я тоже успел переодеться. Кулаки горят.

– Нападай, – задирает голову.

Через секунду мы сворачиваемся в клубок, ярость даёт топливо. И я, забывшись, поднимаю Шахида и бросаю на спину. Он успевает сгруппироваться и резко поднимается. Щурится. А потом ударяет кулаком в лицо и я падаю. Эмоции льются через край. Слишком много, я не могу это держать в себе. Чувствую кровь во рту, плевать. Колочу холст, кулаки скрипят. Шахид стоит рядом, не вмешивается.

Я очень хотел её забыть. Пытался. Но нихрена не получилось. Один взгляд и снова всё горит.

Зачем дают любовь, если ты не можешь её забыть? Зачем эти мучения? Я шесть лет ненавидел весь мир из-за нее. За предательство убивают, но я просто ушёл. И вот вчера Лиза появляется из неоткуда.

Моя Лиза.

Судьба, знак. И я забрал.

– Халид, хватит, – Шахид присаживается на корточки и толкает меня в плечо. – Что случилось?

– Я возьму вторую жену, – падаю на спину и щурюсь от яркого света софитов.

– Ты, что? – дядя удивленно поднимает брови. – Халид, ты вчера женился.

– Знаю, – закрываю глаза. – Женился вчера, а умер внутри… давно.

Глава 8. Халид

Шахид смотрит в стену и тянет бороду на подбородке. Семейная привычка. Отец тоже так делает, когда думает.

– Я даже не знаю, что сказать, – откашливается.

– Ничего не говори, я всё решил.

– Решил, – кивает. – Как будет удобнее для тебя, но девушек ты не спрашивал. Да и… Как ты вообще представляешь это? Как жить будете?

Смотрю в чашку и вглядываюсь в темную жидкость на дне, будто кофейная гуща нагадает мне лёгкий путь.

– Я не отпущу Лизу.

– А Сабину? Вчера у вас всё было хорошо, – подпирает щеку кулаком. Мы сидим у Шахида в кабинете, скоро приедет моя сестра на тренировку, хочу увидеть её.

– И Сабину тоже, – давлю приступ тошноты.

Шахид вздыхает и я знаю о чем он думает.

– Аслан будет в бешенстве.

Знаю. Отец подвесит меня за яйца, но мне плевать.

– Не делай того, о чем вскоре пожалеешь. У тебя опять искрят эмоции, весь дерганный. Халид, ты уже не пацан, надо думать головой и нести ответственность за свои действия. Сабина со вчерашнего дня твоя жена. Твоя ответственность. Да и Лиза… У нее и так жизнь не сахар.

– Со мной Лизе гарантирована счастливая жизнь. Она ни в чем не будет нуждаться.

Даже несмотря на предательство. Я всё равно хочу с ней то, о чем мы говорили и мечтали в детстве. Время прошло, не перегорело. Только сильнее всё обострилось. Значит, это единственное правильное решение.

– Подумай, Халид. Сначала подумай, а потом уже всё остальное.

Нечего думать, я всё решил. И это решение будет плюсом для всех. Долги Лизы уже погашены, Асхаб должен прислать подтверждающие документы. Мудаков, что зашли к ней в квартиру уже обрабатывают в СИЗО. Все получат своё наказание. Следующий на очереди Егор, но его пока ищут.

В кабинет стучат и Шахид поднимает взгляд на дверь.

– Да?

– Можно? – Ясмина заглядывает к нам и всё пространство сразу светлеет. Шахид улыбаясь встаёт, он очень любит Ясю.

– Конечно, – обнимает племянницу за плечи и целует в лоб. – Ты не сжарилась в толстовке? Почти тридцатка на улице.

– Немного, да, – улыбается. – Халид, – Ясмина подходит ближе и я сжимаю её в своих объятиях. Пару секунд держу ее так, чтобы найти опору. У нас большая разница в возрасте и хоть Яся младше, мы близки как одногодки. Она всё обо мне знает. – Всё нормально?

– Да, заеду к вам завтра, – откидываю ее косу назад. Папа запрещает сёстрам распускать волосы. Яся с этим смирилась, но Медина постоянно закатывает скандал. Мама уже даже не вмешивается в их перепалки с отцом. Яся и Медина – двойняшки.

– С Сабиной? – заглядывает в лицо. – Мама собиралась что-то испечь, так что в обед будут вкусняшки.

– Один, скорее всего. Пока не знаю, – выдыхаю. – Поеду, работать надо. Увидимся.

Сестра смотрит на меня этим взглядом, когда уже чувствует, что какое-то дерьмо случилось, просто я ещё не рассказал. Но ей пока не хочу говорить.

– Звони, – Шахид жмёт мне руку и не улыбается. Осуждает меня. Они все меня осудят, но это ничего не изменит.

На улице стало ещё жарче. Хоть я и сходил в душ в зале, это не помогло. Футболка сразу липнет к телу.

Когда мне исполнилось семнадцать, отец начал привлекать к своим делам. Он активно работал с Кореей и Катаром. Я почти сразу выбрал Восток, потому что изучал арабский и как-то больше нравилась их культура. Ближе к нам. Пару раз ездил в командировки с отцом, потом был перерыв большой из-за… Моей неспособности мыслить адекватно. И потом я всё же вернулся. Мне нравится то, чем я занимаюсь. Называю это про себя – культурным обогащением, а не работой.

Мы открыли в городе два филиала школы арабского языка. Много желающих среди подростков и взрослых, в первые месяцы пришлось записывать людей в лист ожидания. Преподавателей не хватало, но потом я привёз семь человек из Катара и мы смогли обучать всех. Студенты наших ВУЗов ездят по обмену и мы также принимаем иностранцев. Интересная работа, я доволен.

Я был за границей кучу раз и всегда покупал что-то для Лизы. Не знаю зачем. Грела мысль, что я везу подарки своей женщине, как это делал отец. Он всегда покупал украшения, платки и сладости. Мама уже может открыть музей всевозможных побрякушек, отец, что только не привозил.

Я покупал для Лизы, хотя она была далеко. И не моя. Но я держал её в своем воображении, представлял, как бы она радовалась моему возвращению домой и подаркам. Скоро всё отдам ей.

В кабинете холодно, кондиционер работает постоянно. Снимаю футболку и достаю из шкафа чистую рубашку. Надо привезти футболки сюда, в рубашке сжарюсь.

Кучу документов надо разобрать, но мысли с ней. Моя белокурая девочка. Чем она занимается? Поела? Если начну смотреть камеры, точно за работу не сяду. Нет, надо делать дела, иначе буду психовать.

– Халид Асланович, – Асхаб заходит в кабинет и ёжится от холода. Меня сейчас только ледник в Арктике может успокоить и то, не факт.

– Заходи. Что там?

– Завтра прием у Михралиевых. Вам нужно быть с женой, – мнётся. – Родители ваши и Шахид Анварович тоже приглашены.

Блядство. Я забыл про этот сраный приём. Очередная сходка сильных мира сего, чтобы покрасоваться новыми шмотками. Почти всегда пропускал такие мероприятия, но Михралиевы – это семья Сабины. Теперь придется появиться, и под руку с ней.

– Я помню. Завтра все будем там, как положено.

Тело в одном месте, душа в другом. Не привыкать.

Глава 9. Лиза

Комната Халида практически не изменилась. Только на прикроватной тумбе, где раньше стояла рамка с нашей фотографией, теперь пусто.

Сажусь на кровать и не знаю, куда себя деть. Не хочу смотреть одежду в пакетах, это всё не для меня, а для него. Будет наряжать меня как куклу и любоваться? И зачем, если есть жена.

Тамила заходит в комнату минут через сорок.

– Здравствуй, Лизочка, – женщина улыбается и я чувствую тяжесть в груди. – Что хочешь на обед?

– Ничего, спасибо, – поправляю халат. Тамила внимательно смотрит на меня и вздыхает. На вид ей лет пятьдесят, волосы собраны под светло-зеленым платком.

– Халид Асланович будет недоволен, – цокает. – Надо кушать, вон какая худенькая. А ещё ведь детей рожать.

Глаза лезут на лоб. Каких детей? Халида? Раньше я мечтала родить ему сына и дочку, а сейчас мы не в том положении.

– Спасибо за заботу, но я правда не хочу.

Женщина тяжело вздыхает и упирается руками в бок.

– Тогда приготовлю на свое усмотрение. Сама прибежишь на запах. Ещё никто не игнорировал мои чесночные булочки, – поднимает палец вверх и выходит.

Опускаю голову вниз и улыбаюсь. Есть не хочу, сейчас и кусок в горло не полезет. Но присутствие Тамилы обрадовало. Она чем-то напоминает мою маму. Та всегда смешно ругалась, если я не хотела есть.

Смотрю на босые ноги, пальцы немного отдают синим. Надо погреться в теплой воде. Ванная комната здесь же и, к счастью, мне не придется идти через весь дом. Включаю свет в ванне и смотрю на себя в зеркало. Я даже не видела себя с утра. Глаза припухшие и заплаканные. На лбу небольшой синяк, но если замазать тональником, не будет видно. Губы красные, трогаю пальцами и покрываюсь мурашками. Халид целовал с присущим ему напором, будто в последний раз. Хотя… В нашем случае, всё было как в первый. Раньше, когда мы целовались, я всегда чувствовала разливающееся тепло по всему телу. Даже если на улице зима и я замёрзла, Халид всегда согревал меня таким образом. И когда я ловила его на том, что он просто хотел целоваться, Халид непринужденно отвечал: «Это чтобы ты согрелась».

Мы не просто согревались. Мы тлели друг об друга.

Ноги утопают в мягком коврике, поджимаю пальцы. Включаю горячую воду в душе, регулирую температуру. Встаю в ванную и вспоминаю, как много лет назад Халид учил меня кататься на велосипеде здесь, во дворе. Я уже ехала сама, но было сложно держать руль ровно, и я упала. Сильно разбила левое колено. Аслан Анварович гулял с дочерями рядом и бедный, как увидел кровь, побледнел. Мне было очень смешно от его реакции, он ворчал на Халида, но параллельно успокаивал меня. Я смеялась и плакала, пока Аслан Анварович пытался одновременно присмотреть за четырьмя детьми. Потом вышла София Дмитриевна и он успокоился. Она промывала мне колено в этой ванне и когда мужчины скрылись за дверь, мы смеялись уже вместе. Скучаю по родителям Халида, я всегда их очень любила и они отвечали мне тем же.

Возвращаюсь в комнату и ловлю облегчение, что Халида нет. Не знаю как вести себя с ним, как разговаривать, чтобы услышал. Пока что складывается ощущение, чем больше я сопротивляюсь, тем сильнее он давит. Но я не собираюсь подчиняться из-за того, что это Халид. Как бы я его не любила – сейчас это имеет меньшее значение. Я не вещь, а человек со своим мнением. И Халиду придется его учитывать.

Ложусь на кровать, прячу ноги под халат. Нюхаю подушку, пахнет Халидом. Засыпаю за секунду, а когда просыпаюсь, мужчина прижимает меня к себе.