Давид и грешница

Геннадий Кумохин

Давид и грешница

Утро в Москве

Мы с женой вышли на улицу прогуляться после ужина.

Но эта прогулка не доставляла никакого удовольствия.

Было почти нестерпимо душно и, кроме того, в воздухе не ощущалось ни малейшего дуновения ветерка.

Обычно так бывает перед грозой.

И, действительно, она разыгралась ближе к полуночи.

Лиловые сполохи то и дело охватывали полнеба, а затем раздавался оглушительный грохот.

Я несколько раз вставал с дивана и выходил на балкон.

Однако дождя все не было.

Он разразился спустя пару часов, когда я успел ненадолго задремать.

Проснулся я под шум громких струй дождя.

В тревоге выскочил на балкон, чтобы проверить, не нахлестало ли на пол косых струй.

Деревянный пол на балконе был совершенно мокрый, но раздвижные окна были почти наглухо задвинуты.

Интересно, когда Иринка успела их закрыть?

Следующий раз я вышел на балкон уже в шестом часу и поразился царившей на улице гармонии.

Все было, почти как в стихотворении, которое я написал уже полжизни назад:

«Давайте предложение внесем:

Пусть летний дождь идет всегда ночами.

Чтоб нас с тобой будил последний гром,

И мы вставали с первыми лучами…».

Тогда я по утрам отводил маленькую дочурку в детский садик.

А через месяц уже ее дочь пойдет в шестой и в нашей помощи давно не нуждается.

Помнится, я предложил эти строчки Никите Петрову, моему приятелю, самодеятельному композитору, который уже написал несколько песен на слова моих стихов, но деликатный Никита выразился так:

- Они слишком хороши, для того, чтобы я положил их на свою мелодию.

Скорее всего, они просто не годились для его рок-мелодий.

А я снова, как и много лет назад, ощутил гармонию с окружающим миром.

«Как хорошо идти по мостовой,

Где солнце в мелких лужицах дробится.

Сияет неба купол голубой,

И счастья луч сияет в детских лицах».

Громкий шум проезжающих машин немного отвлек меня от безмятежных мыслей.

Это проехали огромные оранжевые поливальные машины.

Одна за другой, целых три штуки и еще одна поменьше.

Сначала по нашей стороне, а потом, несколько минут спустя, по другой стороне улицы.