Колыбель: Пробуждение. Книга 3

Лес замер. Он словно затаил дыхание, расступаясь перед идущим Ао.

Несколько раз сквозь чащу я улавливал далекий запах сырого хищного зверя — тяжелый, бьющий в нос запах старой крови и шерсти. Я видел, как в темноте между стволами вспыхивали и тут же гасли желтые, испуганные точки звериных глаз. Но ни один хищник не посмел даже рыкнуть. Звери чувствовали присутствие Ао задолго до его приближения и в ужасе забивались в самые глубокие норы и буреломы.

Я шел за ним, и постепенно дикий страх в моей груди сменялся глубоким, звенящим покоем. Я был один среди ночи, без оружия и без племени, но рядом со мной шел Тот, перед кем трепетала сама дикая природа.

Спустя долгое время деревья начали расступаться, и мы вышли на туманную поляну.

Раздел III. Полет выше неба

Глава 10. Гладкая поляна

Мы сделали первые шаги по этой странной земле.

В моем пещерном мире не существовало ничего чисто круглого, кроме полной луны да мелкой гальки, обточенной речной водой. Все вокруг было диким, изломанным и рваным: скалы торчали острыми зубьями, деревья гибли в буреломах, а речные берега осыпались скользкими глинистыми кручами.

Эта же поляна казалась вырезанной из самой плоти земли чьей-то гигантской и невероятно ровной рукой. На ней не росла трава — ни единого стебля, ни единого кустика или сухой ветки. Вся ее поверхность представляет собой единый монолит из темного, отполированного камня.

Мои босые ступни, привыкшие к влажной, ледяной грязи и колючим хвойным иглам, ощутили неожиданное тепло. Камень под ногами не просто сохранил дневной свет — он отдавал живое, ровное, сухое тепло, словно глубоко под этим темным панцирем бился гигантский, укрытый от глаз очаг.

Благодаря рою невидимых созидателей, бьющемуся под моей кожей, я ощущал эту поверхность с пугающей четкостью. Я опустился на колени и провел ладонью по монолиту. На нем не было следов от сколов кремня, не было трещин, выбитых лютым морозом, или выбоин. Камень был гладким, как поверхность стоячей воды в тихой лесной заводи, но при этом твердым и абсолютно сухим.

Ао прошел к самому центру поляны, развернулся ко мне и замер. Его высокая фигура на фоне этого черного, теплого круга казалась сотканной из застывшего тумана и лунного света.

Я остался стоять неподалеку, кутаясь в сальную шкуру саблезуба. За моей спиной возвышалась глухая, темная стена древнего леса, откуда все еще доносился слабый запах звериного пота и прелых листьев. Впереди же простирался безупречный камень, над которым не было ничего, кроме бездонного черного неба с сияющими немигающими искрами.

Здесь не было ветра. Воздух над поляной стоял чистый и прозрачный, словно на самой высокой горной вершине, куда никогда не залетают птицы. Я смотрел на Ао и чувствовал, как время вокруг нас замедляет свой бег, уступая место звенящему ожиданию того, что должно сойти с небес.

Глава 11. Черный «Ум» с небес

Оно появилось без малейшего звука.

Я ждал, что небесный купол расколется от громового треска или что глухую тьму прорежет тяжелый, хлопающий шум гигантских крыльев. Но небо не издало ни звука. Черная бездна просто расступилась, пропуская вниз нечто огромное.

Из самой глубины ночного покрова, заслоняя сияющие белые искры, плавно опустилась тень. Она падала без спешки, подобно сухому листу, который тихо слетает на зеркальную гладь лесного озера. Но этот «лист» был исполинским — его тень накрыла всю поляну, погрузив нас в абсолютный, пронизывающий мрак.

Когда оно приблизилось к теплому камню, я смог разглядеть его очертания.

В моем племени знали лишь одного похожего зверя — маленького, гладкого жука «Ум», который ютился в сухой земле. У него была такая же овальная, изогнутая спина без волоска или чешуи. Но существо, зависшее над нами, превосходило размерами десяток забитых мамонтов.

Его бока казались выточенными из мокрого темного льда. На этой поверхности не отражался свет полной луны — напротив, казалось, будто чудовище само впитывает в себя окружающую ночную тьму.

Вдруг из-под брюха гигантского «жука» брызнул свет.

Это был не пляшущий огонь костра, который дымит и сжигает глаза едкой сажей. Из существа вырвался плотный, звеняще-белый столб чистого сияния. Он мгновенно выхватил из темноты каждую песчинку на гладком камне, ослепив меня. И в тот же миг монолит под моими коленями содрогнулся от низкого, нутряного гула: «Бхммммм…»

Звук шёл прямо из глубины земли и вибрировал в моих ребрах.

Дикий, первобытный ужас, который до сих пор спал на дне моей души, сорвался с цепи. Я рухнул лицом на теплый камень, обхватил голову руками и сжался в ничтожный, дрожащий комок. Мой затуманенный пещерный разум бился в одной-единственной мысли: С небес спустился заоблачный зверь. Он прилетел, чтобы сожрать меня, перетереть мои кости и выплюнуть в темноту.

Я сжал зубы, ожидая, когда гигантские челюсти перекусят мою спину.

Но вместо смертельного удара на мое плечо опустилась прохладная ладонь Ао. Его пальцы слегка сжались, и сквозь ткань сальной шкуры саблезуба в мое тело снова пролилась волна ледяного спокойствия. Рой невидимых созидателей в крови отозвался мгновенно — жжение усилилось, гася суеверную панику и возвращая мыслям резкую, звенящую четкость.

Я медленно поднял голову.

Ао стоял рядом — высокий, прямой и абсолютно невредимый перед лицом пылающего зверя. А в блестящем боку гигантского «жука» прямо на наших глазах бесшумно отделилась часть брони. Она плавно опустилась к камню, превратившись в ровный, длинный язык, уходящий от самого нутра летающей скалы прямо к нашим ногам.

Глава 12. Язык света

Из разверзшегося чрева летающей скалы хлынул поток светлого, чистейшего сияния.

В нем не было ни пляшущих языков огня, ни душной гари, ни горчащего дыма, от которого в пещере разъедало глаза. Сияние лилось отовсюду — от гладких стен прохода, от высокого потолка, от самого пола. Оно было мягким, но настолько прозрачным и ровным, что после мрака первобытной ночи казалось мне ожившим чудом.

Ао ступил на опустившийся трап первым. Его длинные ноги бесшумно касались гладкой поверхности. Он не оглядывался, не звал меня рыком или жестом, но рой невидимых созидателей, гудящий в моих жилах, непреодолимо тянул меня вслед за ним.