Биоритмы любви

– Я хочу знать кто это?

– А почему я должна тебе говорить?

– Ты ведь не замужем. От кого у тебя ребёнок?

ГЛАВА 5

Я замерла, боясь оборачиваться и смотреть на него. Казалось, что он поймёт всё по моим глазам. Или он уже знает?

– В чём дело, Яна, тебе нечего мне сказать?

Я мечтала, чтобы двери лифта, наконец, открылись. Мы же не сможем продолжить этот разговор при чужих ушах.

– Не могу понять, почему должна тебе что-то объяснять?

Странная у нас ситуация. Это он мне изменил, тогда почему я тут сижу и испытываю страх от этого разговора?

– Потому что я хочу знать. Ты исчезла, ничего не сказав. Теперь появляешься вместе с ребёнком. Тебе не кажется, что я имею право знать?

Теперь он обвиняет меня? Я чуть не задохнулась от злости. Всегда поражалась, откуда появляются такие наглые люди, считающие, что весь мир крутится вокруг них?

Двери лифта открылись, я поспешно схватилась за колёса, собираясь выехать сама. Хорошо бы встать и уйти. Однако я не чувствовала в себе сил. Почему эта поездка забрала последние силы? Вроде бы ничего не делала, но хотелось сползти на пол.

– Убегаешь? Я получу ответ на…

– Алекс, мне нехорошо, – с трудом прошептала я.

Он тут же вывез кресло из лифта и опустился рядом со мной. Посмотрев белки глаз, ногти, он, взяв мою руку, замер, считая пульс. К нам поспешила медсестра.

– Александр Сергеевич, вам нужна помощь?

– Принеси тонометр и померь ей давление.

Я прикрыла глаза и постаралась немного успокоиться. Почему-то после операции, любое ухудшение состояния вызывает панику. Особенно если медперсонал встревожен или смотрит с жалостью. Лучше бы они анекдоты рассказывали и представляли, что больница – это караоке или танцпол.

В палату меня вернули в один миг. Алекс сам уложил на кровать. Медсестра померила давление. После убежала за капельницей, а Алекс остался со мной.

– Ничего страшного, не волнуйся. Давление немного низкое. Сейчас мы это поправим.

Он погладил меня по голове и тепло улыбнулся. Всё как в прошлом, когда мы были вместе. В душе что-то шевельнулось. Какое-то тёплое чувство подняло голову и заставило меня испугаться. Только не это! Я же переборола все чувства к нему.

Медсестра вернулась, поставила мне капельницу и посоветовала поспать. Как раз вовремя. Её появление заставило Алекса уйти. Я закрыла глаза и притворилась, что сплю. Алекс ещё несколько раз возвращался, проверяя моё состояние.

В этот день я больше не вставала. Вечером меня проверять пришёл другой врач. Поняв, что Алекс сегодня не дежурит, немного успокоилась.

***

Следующим утром я проснулась, чувствуя себя гораздо лучше. Однако теперь я решила не спешить и повременить с активностью. Больше лежать и отдыхать. Я не особо понимала, что такое магистральные сосуды, но чувствовала, что операция была серьёзной.

Алекс, видно, дал указания, поэтому мне принесли завтрак в палату. Правда, теперь у меня появилась другая проблема. Мне хотелось принять душ и помыть голову. Сальные волосы и цветные разводы на лице красоты не добавляли.

Лежать всё время мне не дали. Пришла медсестра и напомнила о необходимости ходить. Я вцепилась в девушку, после вчерашнего, уверенность меня покинула, и я боялась упасть в коридоре. Как ни крути, но падение на кафельный пол ни к чему хорошему не приведёт. Ещё было странно, что Алекс не пришёл на утренний обход. Наверное, у него выходной. Так что сегодня можно не бояться расспросов. У меня появилось время всё обдумать и решить, что ему говорить. Мы прогулялись по коридору и уже возвращались, к нам подошла девушка в белом халате. Высокая, красивая, с целой копной тёмных, вьющихся волос.

– Катя, а Александра Сергеевича сегодня нет?

– Евгения Георгиевна, заведующий будет после обеда.

– Правда?

На её лице появилось обиженное выражение. Я не сомневалась в том, что вижу новую пассию Алекса. Девушка надеялась на совместный обед, судя по пакету в руках, истощающему вкусные запахи выпечки. Медсестра же это не поняла.

– Евгения Георгиевна, если вам что-то нужно, я принесу.

– Скажи мне, когда он придёт.

– Хорошо, – ответила медсестра и повела меня в палату.

Оглянувшись, увидела, как она идёт к лифту. Значит, она из другого отделения.

– Это девушка Александра Сергеевича? – не удержалась я от вопроса.

Эта Евгения вызвала у меня жгучее желание ей нахамить.

– Ага, спит и видит, – фыркнула Екатерина.

Вроде бы мне должно быть всё равно, но я испытала облегчение. Пусть заведёт свои отношения после того, как выпишет меня. Не хочу смотреть, как вокруг него будет виться счастливая женщина.

ГЛАВА 6

Проведя в кровати целый час за сёрфингом в интернете, поняла, что всё это время чесала голову. Отложив телефон, почесалась двумя руками и поняла, что дальше так не могу. Первой мыслью было позвонить Миле и попросить её привезти мне шампунь. Правда, случится это не раньше, чем завтра. Сегодня у подруги смена, да и Соню забрать надо. Боюсь, до завтра я не доживу.

Во всех больницах на первом этаже есть торговая точка. Там обычно продают перекусы, подарки для врачей (коробочки конфет и шоколадки), также салфетки, мыло и, возможно, есть шампунь. Главное – суметь доползти.

Особо предупреждать никого о своём уходе я не собиралась. На посту медсестры не оказалось. Вызвав лифт, я спустилась на первый этаж и отправилась на поиски торговой точки. Больница – это какой-то сплошной лабиринт. Вроде обычное здание, но все эти пристройки по бокам и ответвления, коридоры, проходные, смотровые. Пришлось порядком поплутать, прежде чем я вышла к центральному входу.

Радовалась я недолго. Ларёк был один, шампунь тоже имелся, как и толпа студентов. Я попыталась пристроиться в очередь и поняла, что её не существует. Медики – это какая-то особенная каста людей. Они говорили одновременно, дополняли заказ друг друга и непонятно как платили. Докидывали мелочь в чужие счета и разбирали заказы из общей кучи.

Пришлось отойти в сторону и подождать. В больницу постоянно заходили люди, так что стоять в проходе тоже не вариант. Сместившись в угол, прислонилась к стене и приготовилась ждать.

Алекс вошёл в больницу, на ходу расстёгивая светлое пальто. Кто вообще носит такое, когда на улице грязь и слякоть? Конечно, тот, кто ездит на красивой иномарке, а на территории больницы чисто.

Я отвернулась, надеясь, что он пройдёт мимо, но он меня заметил:

– Почему ты тут стоишь?

– Хочу купить шампунь. Голова грязная.

Алекс закатил глаза:

– Почему тебя волнуют такие глупости?

Я возмущённо вскинулась. Алекс посмотрел на толпу и без труда втиснулся среди студентов. Не прошло и пары минут, как он завладел вожделенной бутылочкой. Я протянула ему деньги.

Алекс схватил меня за руку и повёл в сторону лифта.

– Тебе не стоит пока утруждать себя. Ходить полезно для кишечника, но всё необходимо в меру.

Я его проигнорировала, старательно разглядывая плакаты. Профилактика гриппа, оказывается, бывает очень увлекательной, если не хочешь с кем-то общаться. Алекс что, совсем не чувствует за собой вины? Разве он не должен был хотя бы заподозрить, почему я ушла? Или он убедил себя в том, что это не его вина? Должно быть, так и есть. Вот только это возможно, если ко мне изначально относились несерьёзно.

Ну что же, теперь всё встало на свои места. Из нас двоих только я относилась к нашим отношениям серьёзно. Он же гулял, как бродячий кот, который изредка приходил к доброй женщине, всегда готовой покормить его. Но он не её собственность, поэтому, поев, спокойно уходил к другой кормушке.

Глупая аллегория, но сейчас она более чётко отражала мой раздрай в душе. Не знаю почему, но мне хотелось сбежать от него. Всё пошло не так, как я себе представляла.

– Что такое?

– А?

Я встрепенулась и посмотрела на него.

– Мы приехали.

Я поспешно вышла из лифта. Какой смысл разговаривать и что-то доказывать человеку, который даже не знает, что обидел?

– Шампунь свой забери.

Пришлось остановиться и забрать у него бутылочку. Вернувшись в палату, я подавила желание швырнуть шампунь в стену. Глупо, но меня его хорошее отношение задевало сильнее, чем если бы он сделал вид, что не вспомнил меня.

Поставив шампунь на столик, легла на кровать. Длительные походы на самом деле мне пока противопоказаны. И почему у меня всё время болит поясница? Надо будет попросить мазь, а заодно узнать, есть ли возможность в отделении принять душ. Вообще-то, душевые должны быть во всех отделениях, но одних в них не пускают, а в другие лучше не заходить.

Медсестры опять не оказалось на месте. Подойдя к посту, увидела её, бегущую с огромной стопкой журналов. Катя скрылась в ординаторской. Я поспешила за ней. Медсестра выскочила и понеслась дальше, не заметив меня. Я вздохнула. Похоже, она собирает отчётность за неделю и заполняет журналы. Убежав, она оставила дверь приоткрытой. Я хотела закрыть и замерла, услышав голос Алекса.

– Тебе не стоило этого делать.

– Мне несложно, я проезжала мимо кулинарии и купила тебе обед.

– Он давно прошёл.

– Ну я же не знала, что тебя не будет.

Женский голос всё это время звучал ласково. Только на последней фразе стал обиженным. Я поняла, что он говорит с этой Евгенией. Она вернулась и принесла ему еду. Надо же, как ухаживает. Мне захотелось войти и помешать их уединению.

– Женя, я не хочу есть. Спасибо, что принесла, но съешь сама.

Судя по грохоту стула, Алекс поднялся. Я тут же поспешила обратно в палату. Закрыв дверь, прижалась к ней спиной. Щёки горели. Но не от стыда, а от злости. Он продолжает заводить отношения на работе и относится к ним с лёгкостью.

ГЛАВА 7

Спрашивать что-либо у медперсонала мне расхотелось. Такие гулящие мужчины, как Алекс, со временем достигают высшего мастерства – уходить от своих женщин, оставляя их благодарными за то, что им вообще уделили время. Я могу нарваться на очередную ждущую своей очереди его благосклонности. А помнится, ещё в самом начале, медсестра обратила внимание, что мы знакомы. Сейчас как приревнует и пошлёт в душ… мужской и со сломанным замком. Ну, перепутала! С кем не бывает?

Денег за шампунь Алекс с меня так и не взял. Гордость не позволяла им воспользоваться. Сначала я должна вернуть ему деньги. Схватив кошелёк, остановилась у самой двери. А если Евгения смогла заставить его составить ей компанию за вторым обедом? Как я буду выглядеть, если ворвусь к ним? Он мне улыбнётся, а она смерит оценивающим взглядом? Мне тоже захотелось себя оценить. Скачав на телефон зеркало, и чуть не расплакалась, увидев себя. «Бодяги», что ли, купить? Вроде видела как-то мазь, которая снимает ещё и отёк. Она мне просто необходима! Отёк, наплывающий на глаз, немного спал, и видела я уже нормально. Однако скула всё равно была опухшей. Кроме того, её украшали жёлтые и зелёные разводы, а под глазом вообще чёрные. Воронье гнездо на голове только ухудшало внешний вид.

Моя гордость тут же дала слабину. В конце концов, в палате есть раковина. Из крана течёт горячая вода. А если обрезать бутылку из-под воды, то можно полить голову. Так что короткий кран не станет помехой.

Откладывать я не стала. Пустая бутылка у меня уже была, как и нож. Осталось только найти полотенце. Вроде было в сумке, что привозила Мила.

Завершив все приготовления, я поставила стул рядом, чтобы в случае чего на него облокотиться, и принялась за мытьё. Сначала у меня всё получилось. Я намочила волосы и нанесла шампунь. Чуть не попискивая от удовольствия, я попыталась нащупать «ковш», но ухватила только пустоту. Значит, вот что это был за глухой стук. Я уронила бутылку, когда ставила шампунь. Проблема в том, что шампуня я не пожалела. Пена водопадом спускалась на глаза, сколько бы я ни пыталась их промыть. Попытка смыть шампунь с помощью воды, набранной в ладоши, не принесла желаемого результата.

Сквозь шум воды я услышала, что в палату кто-то вошёл. Очень кстати. В моём положении мне очень нужна помощь.

– Подайте, пожалуйста, бутылку.

Кто-то подошёл, и уже скоро на меня полилась вода. Протестовать я не стала. Не стоило выливать на себя половину бутылки шампуня. Стоять в согнутой мне становилось всё тяжелее и что таить, больнее. Так что я не возражала против действий неизвестного помощника. Полотенце оказалось на моей голове. Добрый человек вытер мои волосы и помог вернуться на кровать.

– Спасибо, – пробормотала я, вытирая лицо и открывая глаза.

– Что за глупость ты придумала?

Жаль, что я поблагодарила его до того, как увидела и услышала вопрос. Недовольное выражение лица Алекса не оставляло простора для воображения.

– Что значит «глупость»? От чистоты ещё никто не умирал.

– Зато от смещения сломанных рёбер умирали. Ложись, я проверю.

Как врач он мог мной командовать, но как бывший… Я упрямо поджала губы.

– Я себя хорошо чувствую.

– Не сомневался. Ложись.

Алекс, взяв меня за плечо, заставил лечь и приступил к осмотру. Я только ойкала, когда его пальцы касались болевых точек. Странно, что он пришёл сейчас, до обхода ещё пара часов.

Алекс выпрямился и внимательно на меня посмотрел. У меня появилось желание сбежать.

– Тебе не кажется, что нам надо поговорить?

Ясно, он решил зайти издалека. Я всерьёз задумалась о том, куда бы мне деться. Раньше я думала, что, встретившись с ним и я… ну хотя бы поругаюсь. Почему я никак не могу высказать ему всё?

– Нам не о чем говорить, – отрезала я и отвернулась.

Хотела предпринять попытку сделать вид, что решила уснуть, но наволочка промокает, пришлось сесть.

– Правда? А мне кажется, нам стоит поговорить о том, как ты собрала свои вещи и оставила ключи соседке.

Он на самом деле обвиняет меня в нашем разрыве? Перед глазами тут же появилась эта задранная юбка медсестры. Я скрипнула зубами от злости. Устраивать сцены в общественных местах не в моих правилах, но Алекс буквально сам напрашивается!

– То есть ключи ты помнишь, а чем занимался до этого, нет? – ядовито уточнила я.

– И что же я мог такого сделать, чтобы от меня сбежали, оставив только трусы?

Тон у него был не менее ядовит. Я скрипнула зубами. Нет, ну правда, на что я рассчитывала? Что он с ходу всё поймёт и извинится? Впрочем, мы же не в сказке, чтобы извинения могли хоть что-то значить? У меня есть дочь, и именно о ней я должна заботиться, а значит, беречь свои нервы и не обращать внимания на всяких там изменщиков.

– Я к тебе приходила в этот вечер на смену, – намекнула я.

Пусть хоть сообразит и оставит меня в покое. Взгляд Алекса остался непонимающим. Медсестричка была такой не запоминающейся или для него измена – это в порядке вещей? Может, он и изменой это не считает? Вроде: сбросил напряжение и дальше пошёл?

– И?

– Что? – растерялась я.

– Я жду продолжения. Ты пришла, а дальше?

– Ты не помнишь? Ну тогда и не надо. Уходи. Иначе я кину в тебя… мокрым полотенцем.

Впервые за долгое время мне захотелось расплакаться. Глаза буквально жгло.

– Бросишь полотенцем? Не знал о твоей привычке «бросать».

Алекс не просто вышел. Он ещё и дверью хлопнул. Я вздрогнула и уронила полотенце на пол.

ГЛАВА 8

POV:Алекс

Дверь хлопнула как-то сама собой. Нет, не то чтобы не хотелось, просто рука соскользнула, и желание исполнилось. Правда, успокоения это не принесло. Четыре года стёрли из памяти Яну. Хоть поначалу и казалось, что это невозможно. Не каждый же день от тебя уходит девушка. Точнее, почти жена. Оставалось только узаконить отношения. А так, семья, друзья, коллеги все её знали. Так что пережить разрыв в одиночестве не получилось. Советы «плюнуть и забыть», ещё можно было вынести, а вот когда в компании друзей якобы случайно оказывалась девушка без пары… А после укоризненные замечания, что, дескать, девушке скучно.