Теория случайностей и талисман от них

Теория случайностей и талисман от них

Джи ен Пак

© Джи ен Пак, 2026

ISBN 978-5-0070-9221-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Когда в 6 утра зазвонил будильник Марк уже не спал. Он привык просыпаться за пару минут до будильника и мысленно составлять план на день. Сегодня предстояло потрудиться как следует. Впрочем других дней Марк и не помнил, особенно в эти полгода, пока он готовил презентацию чтобы получить важный контракт. По звонку будильника он встал, умылся, надел спортивный костюм и вышел из дома.

Сеул никогда не спал, но в 6 утра он не был столь многолюден как в другие часы, так что утренней пробежке Марка по набережной реки Ханган ничто не мешало. Это стало уже ритуалом, Марк совершал ее 6 дней в неделю, давай себе выходной только в воскресенье. Организм уже привык и Марк даже испытывал смутную тревогу если по какой-то причине не мог совершить ее в обычное время. Благодаря или вопреки ей Марк в свои 35 выглядел подтянуто и вполне молодо, не так как его коллеги, счастливчики, получившие азиатские гены — их возраст которых будто застывал на неопределенный срок — и все же. Марку нравилось быть единственным иностранцем в компании, это выделяло его на фоне других и возможно его неплохой карьерный рост тоже был отчасти связан с этим. Он всегда был точен, пунктуален, говорил короткими фразами и давал четкие инструкции.

В наушниках играла неопределенная музыка для пробежки, а прохладный апрельский воздух приятно освежал. Помимо него на набережной было еще несколько бегунов, кто-то бежал парами или компанией, Марк не понимал зачем — по его опыту пары и компании бегут медленнее, потому что ориентируются на самого слабого в группе. Марк бы так не смог, ждать кого-то, снижать темп ради него…

После пробежки душ и утренний кофе, потом деловой костюм и на работу. Закрывая дверь Марки прислушался, в колонках в квартире играла тихая ненавязчивая музыка, она выключится через час, но Марк любил уходить из дома, где есть какие-то звуки. Заводить для этого животное он бы не стал, слишком много мороки, а человека тем более — его семьей была компания и контракты и это его устраивало.

Хоть Марк и приехал за час до начала работы, в офисе он был уже не один. Культ продуктивности, активно поддерживаемый его боссом Пак Сон Чоном, был налицо. Впрочем завтра большой день, Марку тоже надо поработать как следует.

Последние полгода Марк руководил крупным проектом: поставкой инновационных терапевтических комплексов в крупнейшую азиатскую сеть спа-отелей. Это был контракт его мечты, способный поднять его на высшую ступеньку корпоративной лестницы. Провал просто недопустим. Марк сел в свое кресло и открыл ноутбук, вот она, настоящая жизнь!

Репетировать презентацию пришлось до вечера, остальные работники уже разошлись. Марк еще раз сверил тайминг, подправил пару мест, где можно усилить интонацию. Что-то было неидеально, какая-то мелочь, но и мелочь может испортить его идеальный проект.

Марк потер глаза, вчитываясь в текст. Бесполезно, нужно передохнуть. Он поднялся за очередной порцией американо со льдом, заодно и немного проветриться. В демонстрационном зале их соседнего отдела стояли новинки смежного отдела — умные массажные кресла премиум-класса. Проект этот Марк хотел себе, но его отдали Сан Мин У — перспективному коллеге, который был примерно одного возраста с Марком и примерно тех же амбиций. Марк нормально относился к конкуренции, но сам Мин У как будто недолюбливал Марка, по крайней мере тому так казалось.

Марк сел в одно из кресел, ведь расслабиться на пять минут ему не повредит? Кресло тихо зажужжало, сканируя параметры его тела, окутало плечи мягким теплом и включило режим «Глубокий сон» с едва уловимым ароматом сандала. И Марк закрыл глаза.

Проснулся он от деликатного, но настойчивого покашливания.

Над ним стоял мистер Пак, держа в руках два стакана с фирменным логотипом кофейни. На часах было 7 утра. Мистер Пак, как и Марк, закоренелый холостяк, поэтому негласно устраивал соревнование, кто придет раньше него из сотрудников, а кто позже.

— Хороший тест-драйв, Марк, — мистер Пак едва заметно улыбнулся, протягивая ему кофе. — Надеюсь, ваш проект сегодня прозвучит так же убедительно, как ваше сопение в этом кресле.

Марк мгновенно пришел в себя. До презентации еще было время, он успеет вернуться домой и сменить костюм и даже прорепетировать презентацию еще раз, но вот от утренней пробежки придется отказаться. И угораздило же его заснуть на работе.

Отрепетированная до автоматизма презентация прошла блестяще. Совет директоров кивал, графики эффективности вызывали уважение, а в глазах коллег читалась смесь восхищения и зависти. Марк не сбился ни разу и был максимально убедителен. То что презентация была успешна подтверждало и хмурое лицо Сан Мин У. Марк испытал внутреннее удовлетворение и не зря. Проект был одобрен практически сразу, совету на переговоры понадобилось не более 10 минут.

Коллеги поздравляли Марка, спрашивали как он отпразднует победу. Марк не планировал праздновать, он планировал работать дальше, но угостить свою команду ужином посчитал за долг. Корпоративный ужин часть культуры Кореи, даже если он иностранец, он обязан соблюдать приличия.

Глава 2

Не все события происходят так, как мы себе их планируем, думал Марк, сидя в кабинете Мистера Пака следующим утром.

Начальник без лишних предисловий уведомил его:

— Марк, по твоему вчерашнему проекту. Несмотря на весь успех твоей презентации, заказчик все же отложил подписание контракта. Финансовый департамент в Токио затребовал дополнительный аудит. Все документы уже переправили, теперь ожидаем результат. По опыту, их аудит работает неторопливо. Результат проверки раньше чем через месяц ждать не приходится.

Марк почувствовал, как внутри всё похолодело.

— Директор, всё ведь согласовано, все документы передавались им в срок. Неужели нельзя ускорить процесс. Новый проект не может быть получен пока с этим я не закончу, вы же знаете. Получится, что новый проект взять нельзя, а старый подвис. Мы не можем надавить на них, основываясь на том, что все необходимые материал можно было получить по запросу в любой момент?

— Марк, спокойнее. Проект действительно крупный, а крупные затраты проверяются дважды. Пусть аудит занимается своим делом, если начнем давить, могут сорваться. А новый проект тебе пока и не требуется, ведь ты летишь в Санкт-Петербург, — ответил босс и улыбнулся произведенному эффекту.

— Куда? — Марк на секунду подумал, что ослышался. — Зачем? У меня нет отпуска на эти даты, у нас есть клиенты в Петербурге? Но почему не Москва?

Их компания не работала в России, если бы появились клиенты, то с большей вероятностью, из столицы. Марк и сам был из Москвы, родился там, учился в институте, а в Петербурге был разве что в детстве с экскурсией и, откровенно говоря, не проникся его эстетикой: красивый, но слегка провинциальный, застрявший в девятнадцатом веке музей под открытым небом.

Однако, как оказалось, ошибки нет. Головной офис их нового крупного заказчика — ресторанно-отельного холдинга — находится именно там, а не в Москве. И значит лететь придется именно туда.

— Наш корейский офис продвигает туда линейку тех самых массажных кресел для персонала. Кстати как раз тех, в одном из которых ты так сладко спал сегодня, — ухмыльнулся мистер Пак. — Разумеется, это не твой проект, проектом руководит Сан Мин У. Он блестящий аналитик, уверен, что он уже знает что делать, однако мистер Сан совершенно не знает русского языка, не понимает менталитет и местную культуру. Переговоры планируем провести используя английский, но на месте ему нужен надежный партнер, который подстрахует в быту и на неформальных встречах. И раз уж у тебя наметился перерыв в работе, вы полетите вдвоем.

Марк кивнул, едва удержавшись от вздоха. Лететь в непонятную командировку по чужому проекту, да еще и в роли няньки для своего главного конкурента?

Сан Мин У. На корейском его имя звучит как «прочная гора» и это явно повлияло на его характер. Мин У был строг, упрям, следовал инструкциям до последней запятой. Идеальный сотрудник, ценный работник, его карьерный рост начался примерно тогда же когда и у Марка и был столь же успешен. Они не враждовали, но на работе их все считали конкурентами, и, Мин У точно не обрадовался успешному завершению проекта Марка. Да и Марк, откровенно говоря, не расстроился бы, если бы Мин У хоть раз оступился. Но Мин У был точен и дотошен как и сам Марк. И, как и Марк, он вряд ли обрадуется их совместной командировке.

Спустя трое суток самолет коснулся посадочной полосы в Пулково. В Петербурге было на удивление тепло, вопреки ожиданиям Марка. Погода была такая же как и в Сеуле, когда они оттуда улетали. Одиннадцатичасовой перелет дался сложнее чем он предполагал и единственным желанием Марка было нормально поесть и лечь спать.

Аэропорт выглядел вполне прилично. Марк, как представитель своей родной страны уже готовил извинительную речь перед своим коллегой, но она не пригодилась. Марк и сам думал, что за пределами Москвы ничего приличного нет и был несколько удивлен.

Впрочем, положительное впечатление резко сошло на нет на пункте выдачи багажа. На ленте лежал его черный чемодан фирмы Tumi в целости и сохранности, однако за верхнюю выдвижную ручку зацепилась пожухлая ветка с ягодами, как оказалось, рябины. При том что, сезон рябины закончился полгода назад, сложно представить, где уже успел побывать его чемодан.

— Что это? — Мин У подошел сзади, поправляя очки. — Новый способ маркировки багажа? Интересно-интересно.

Он забрал свою сумку и отошел от Марка в довольным видом. Тот, чувствуя раздражение и неловкость, отцепил рябиновую ветку и сбросил ее в урну. Пальцы испачкались в соке ягод и, сидя в такси, Марк рассеянно вытирал их салфеткой.

Апарт-отель, который им предоставила фирм, находился в центре города, на набережной Фонтанки. Это был старый, дореволюционный дом с богатой лепниной. Марк предпочитал более современные строения, здания старше 10 лет нагоняли на него тоску. Однако дом был полностью отреставрированный и вопреки худшим ожиданиям Марка, на входе была не облупившаяся деревянная дверь, а современная с электронным замком, да и внутри было чисто, парадная сияла свежей краской, хотя лифта предсказуемо не оказалось — всего четыре этажа. И их номера оказались как раз на верхнем.

Мин У, никак это не прокомментировал, как и Марк. Он молча взял свой чемодан и потащил его на четвертый этаж, следом за ним с тем же независимым видом шел Сан Мин У.

На площадке третьего этажа их уже встречали — на лестнице сидел кот неопределенной масти. Его нельзя было назвать ни рыжим ни черным, что-то пятнисто серое. Такой породы Марк не знал, и, судя по боевым шрамам на морде и на ушах, порода отсутствовала, или была что-то навроде «уличный боевой». Поджарый, мускулистый, этот кот выглядел не как домашний питомец, скорее уж хозяин всего дома — такой и ни одну мышь не пропустит, ни другого кота не потерпит на территории. Вероятно даже некоторые из собак обходили его стороной.

— Какой… атлетичный кот, — заметил Мин У, который тоже остановился и переводил дыхание.

Кот поднял голову и посмотрел на него, потом на Марка. Взгляд был вдумчивый, оценивающий. Уходить со своего места он явно не собирался, так что Марк просто приподнял чемодан и по краю обошел животное. Мин У последовал его примеру и спустя еще пару пролетов они оказались у своих номеров.

— Что ж, — заметил Мин У. — Завтра начинаем пораньше. — Сегодня предлагаю уже никуда не ходить и отдохнуть. Будем на связи.

Он кивнул Марку и отправился к себе. Марк зашел в свой номер.

Апартаменты имели дизайн скандинавского минимализма, что вполне подходило его статусу и образу жизни. Неплохая техника, в баре растворимый кофе и чай в пакетиках. Видимо, в качестве жеста гостеприимства, обнаружился некоторый запас корейского рамена.

Марк поставил будильник, убедившись, что часы автоматически перешли на местное время. Завтра в 11 запланирован осмотр локаций под шоурум, который выбрал Мин У. Осмотреть, подписать договор, разобраться со складом, на котором хранится оборудование и т. д. Разумеется, все это задачи Сан Мин У, а не Марка. Но если ему потребуется помощь, он должен быть рядом. Начальство ценит ответственных сотрудников, у которых всегда есть план. У Марка он был всегда. По крайней мере, ему так казалось.

Глава 3

Будильник прозвонил в 6.00 и, несмотря на разницу во времени, Марк почувствовал желание выйти на пробежку и выпить кофе — привычки, выработанные годами давали о себе знать.

За окном было уже светло — сквозь чистые стекла апартаментов набережную Фонтанки заливал плотный, почти осязаемый золотистый свет, на небе розовели облака. Погода обещала быть отличной.

Не зная, как местные жители относятся к утренним пробежкам и насколько уместно это в незнакомом городе Марк решил пока ограничиться небольшой прогулкой и кофе.

Выйдя из номера, он на секунду подумал заглянуть к коллеге и предложить принести кофе — надо налаживать отношения, раз уж они ведут один проект, да еще и находятся вдали от головного офиса и остальных своих коллег. Но решил не усугублять положение и не будить коллегу. Мин У очевидно встанет позже, некоторые переносят джетлаг тяжелее других. Марк же чувствовал себя бодрым, хоть поспал всего несколько часов.

После на удивление непродуктивного вчерашних обсуждений проекта еще в Корее, когда они с Мин У практически отказались разговаривать друг с другом, пока определяли основные точки будущей презентации, отношения резко ухудшились. Мин У почти вцепился в свой проект не давая ни малейшей информации Марку, которому тоже между прочим предстояли переговоры по поиску помещения и организации встречи. Неужели он настолько не уверен в себе, что не может позволить хоть немного делегировать свои полномочия, думал, злясь, Марк. Впрочем, объективно, он понимал, что и сам вряд ли был рад перспективе делить информацией с конкурентом из соседнего отдела. Но ведь сейчас пусть и ненадолго они союзники, зачем же усугублять…

Полный мрачных мыслей Марк спустился по широкой лестнице, толкнул тяжелую парадную дверь и сделал шаг на тротуар.

На него обрушился плотный, глухой заряд ледяного дождевого крошева. Что за ерунда, он же буквально десять минут назад любовался утренним солнцем. Сейчас же небо над Фонтанкой было затянуто свинцовыми тучами, будто кто-то резко щелкнул тумблером или сменил декорации. Сухой еще с утра асфальт покрывался темными пятнами, расползавшимися в лужицы и лужи.

— Да ладно, — вслух произнес Марк, отступая обратно под козырек.

Он раздраженно выдохнул, развернулся и поплелся обратно на четвертый этаж. Зайдя в прихожую, он выудил из шкафчика большой черный зонт-трость, оставленный заботливыми хозяевами апартаментов, проверил его рабочее состояние и вновь пошел вниз на поиски приличного кофе.

Он почувствовал неладное уже когда подходил к входной двери, а открывая ее понял, что сегодня точно не его день. Дождя уже не было. Над крышами противоположной стороны реки сияло практически чистое пронзительно-синее апрельское небо, а солнце слепило так, что впору зажмуриться. Лужи и лужицы, стремительно утекали, обнажая вымытый асфальт.

«А питерская погода такая как про нее и говорили, — мысленно резюмировал Марк, чувствуя себя глупо с огромным зонтом подмышкой. — у климата тут явное биполярное расстройство».

Возвращаться обратно на четвертый этаж, чтобы положить зонт, он не стал. Даже несмотря на то, что Марк проводил три вечера в неделю в фитнес-зале для поддержания формы, штурмовать крутые дореволюционные ступени в третий раз за десять минут было выше его сил. К тому же линейная логика подсказывала: если он вернется и оставит зонт в номере, дождь пойдет снова. Так что захватить его с собой — это чистый прагматизм.

Прогулка вдоль Фонтанки вернула Марку привычное расположение духа и поток мыслей. Он может допустить свое минимальное вмешательство в этот проект и позволить Мин У заниматься всеми деталями самостоятельно, но где гарантия, что это не будет поводом для его коллеги пожаловаться начальству, что Марк несмотря на прямое распоряжение пренебрегал своими обязанностями и «бедняге Мин У» пришлось все делать самостоятельно. Вполне логичный шаг, если Мин У и впрямь хочет подвинуть Марка и выставить себя в лучшем свете.

Пожалуй стоит взять кофе и для Мин У и пусть тот думает что хочет.

На углу одного из перекрестков Марк наткнулся на неплохую круглосуточную кофейню. Изнутри пахло правильным обжаренным зерном, корицей и еще почему-то старыми книгами. Интерьер радовал глаз: приглушенный свет, кирпичные стены, мягкие кресла бутылочно-зеленого цвета и приятный Lo-fi из колонок. Атмосфера была деловитой и в то же время уютной. И несмотря на ранний час тут уже была пара посетителей.

— Доброе утро. Мне, пожалуйста, большой американо со льдом, — четко произнес он бариста. — И еще один американо, пожалуйста, горячий

Парень в фартуке кивнул, взял оплату и отвернулся к кофе-машине. Марк заметил на шее парня татуировку в виде кофейной ветви и покачал головой. У бариста определенно есть чувство юмора, но скрыть такую будет непросто — даже из-под ворота рубашки она будет выглядывать, если он захочет стать менеджером, вести проекты.

Впрочем, может он и не захочет, быть бариста выбор не самый плохой, опять же кофе всегда под рукой. Через пару минут выбравший свой путь бариста вручил Марку запотевший стакан и вежливо кивнул следующему посетителю.

На вкус кофе оказался безупречным: плотный, с легкой цитрусовой кислинкой и приятным шоколадным послевкусием, без намека на пережженную горечь. Настроение окончательно выровнялось. Забрав стаканы с собой, Марк неторопливым шагом направился обратно к отелю, наслаждаясь энергией просыпающегося города.

Погода больше не пыталась удивлять, но странности решили не заканчиваться в это утро и возобновились в парадной.

Поднимаясь на второй этаж, Марк чуть не наступил на знакомый серый силуэт. На площадке, прямо у массивной двери чьего-то номера, сидел вчерашний кот. Тот самый — с порванным ухом и взглядом уставшего от жизни профессора философии. Марк пытался мысленно придумать ему имя, но Чоко или Пёри, а тем более Барсик этому коту не подходило. Уж скорее это должно быть длинное имя и желательно с отчеством — по-другому к коту такой стати обращаться казалось панибратством.

— Кис-кис-кис, — Марк протянул к нему свободную руку, скорее не погладить а проверить, насколько кот готов идти на контакт с человеком. Тот медленно повернул голову. Его глаза смерили Марка невыразимым презрением, будто менеджер крупной корейской корпорации только что предложил ему инвестировать в заведомо провальный стартап. Животное издало тихое фырканье и величественно, не прибавляя шагу, пошло вверх по лестнице, скрывшись за поворотом на третий этаж.

— Ну и ладно, — пробормотал Марк и начал подниматься следом.

Он преодолел пролет за несколько секунд, ожидая увидеть кошачий хвост на третьем или четвертом этаже. Но лестничная площадка была абсолютно пуста. Марк дошел до своего номера. Кот очевидно решил что общения с Марком для него на сегодня достаточно и… просто исчез? Двери всех квартир на этажах были плотно закрыты, и Марк не слышал характерного щелчка замка или хлопка двери. Кажется тот просто испарился.

«Наверное, здесь есть какой-то скрытый кошачий лаз в стенах. Дом-то старый», — попытался успокоить себя Марк, хотя внутренний голос подсказывал, что кирпичная кладка толщиной в метр вряд ли изобилует потайными ходами для бродячих животных.

Впрочем кот занимал мысли Марка недолго, у котов свои причуды, может это вообще кот Шредингера, то он есть, то его нет. Марк подошел к номеру Мин У и прислушался, за дверью по-прежнему царила мертвая тишина. Он вернулся в свой номер, поставил стакан для коллеги на стол, подошел к панорамному окну, чтобы сделать глоток кофе, и замер.

За стеклом бушевал настоящий тропический ливень. Потоки воды буквально стеной падали на Фонтанку, видимость упала до пары метров, а по стеклу барабанило так, словно кто-то швырял в окно горсти мелкого гравия.

Марк машинально посмотрел на свои руки. Зонт. Черный, огромный, тяжелый зонт-трость остался стоять у стойки в уютной кофейне на углу.

— Проклятье! — Марк в сердцах грохнул стакан на стол, едва не расплескав остатки американо.

Внутри закипало раздражение. На эту непредсказуемую погоду, на Мин У, на сегодняшнюю дурацкую рассеянность, которая никогда не была ему свойственна. В Сеуле он контролировал каждую секунду, каждую деталь. Здесь же, за какие-то двенадцать часов, он сумел получить в распоряжение испорченный ягодами чемодан, оставить чужую вещь в первом попавшемся общепите и получить молчаливое презрение от дворового кота.

Марк глубоко вздохнул, заставив себя успокоиться и прийти в себя. Раздражение — плохой помощник для KPI. Открыв ноутбук, он решительно задвинул шторы, чтобы не видеть этот водный хаос за окном, и сел за рабочий стол.

Раз уж Петербург решил пока запереть его в четырех стенах, нужно извлечь из этого выгоду и заняться уже делом. Предстояло детально, до последней запятой, изучить те крохи информации, которые уже есть по масштабному проекту Сан Мин У по поставке массажных кресел. В конце концов, если Мин У завалит эти переговоры из-за языкового барьера, и Марка по голове не погладят. А погладят, если он будет готов перехватить инициативу и помочь заключить этот контракт Мин У.

Глава 4

Когда Мин вышел на связь «кофе для перемирия» давно остыл и уже не смог бы наладить отношения.

Материалы, находящиеся в общем доступе компании, а также те детали, которыми поделился Мин У были тщательно изучены и несмотря на их скудность, у Марка сформировалось представление о том, что представляет собой проект, какие могут быть вопросы у клиента, в чем их значимое преимущество по сравнению с конкурентами и как можно максимально выгодно представить свою продукцию в этом городе.

Впрочем у Мин У уже были свои наработки и спустя ночь он очевидно тоже пришел к выводу, что перемирие лучше боевых действий. Поэтому к 11 смартфон Марка ожил, Мин У звонил, чтобы вежливо попросить сопроводить его к перспективному месту для проведения презентации продукции.

В такси Мин У выцедил еще немного информации для ознакомления с проектом. Марк дипломатически улыбался и кивал. Мало лучше чем ничего. Такси непрерывно виляло, то ли водитель не знал дороги то ли плохо водил. Доехали однако без происшествий, если не считать резкого торможения перед местом назначения, из-за чего Марк впечатался в переднее кресло неприятно ударившись плечом.

Васильевский остров встретил их сыростью, ветром и запахом моря от залива. Такси высадило корейского менеджера и его московского коллегу у фасада бывшего старинного дворца.

Для Сан Мин У, привыкшего к стерильному стеклу и бетону делового центра Каннам, это здание выглядело как оживший исторический экспонат. Вопреки опасениям Марка, здание было отреставрировано и смотрелось вполне изысканно, и даже несмотря на свой столичный снобизм по отношению к городу-памятнику, он внутренне признал: в этой покрытой патиной роскоши было свое величие.

Внутреннее убранство выглядело не так современно: потертые мраморные ступени парадной лестницы реставрировались значительно раньше внешнего фасада, краска стен тоже обновлялось не в это десятилетие. Однако отторжения это не вызывало, скорее создавало атмосферу old money. Совсем неплохо для представления продукции премиум-класса.

Помещение под будущий шоурум располагалось на втором этаже. Вероятно это был бальный зал или что-то для приемов — не огромное, но достаточно просторное, чтобы вместить от 30 до 50 гостей.

— Неплохо, — сдержанно сказал Мин У, поправляя очки и оглядывая зал, хотя в его глазах горел совсем не такой сдержанный блеск, пока он оглядывал зал, освещенный дневным светом из анфилады высоких окон. — Можно сыграть на контрасте — наши современные кресла будут хорошо выделяться на фоне старинного интерьера в стиле имперского шика. Марк, какого твое мнение?